Выбор между любовью и правосудием

Страна — Япония

Город — Токио

Район — Кабуки-те

* * *

— Добро пожаловать, детектив, — сразу несколько высоко статусные люди, выровнялись перед девушкой. Невысокий рост, длинные волосы, каштанового оттенка, собранные в упругий и высокий хвост прямо на макушке. Восхитительная фигура и прямая осанка. Королевская походка, на чьём-то темпе, каблуки играют в ритмичный и характерный звук. Классические чёрные брюки, белая рубашка, может сочетаться с образом и в качестве акцента. Длинная накидка, угольного цвета, висящая на плечах. Появляется такое впечатление что мастера выковали её лицо из фарфора. На откровенные взгляды из-под тишка. Микоса забывала на них жирный крест и просто пропускала стороной. Впереди были и остальные лица правоохранительных органов и сотрудники мед-экспертизы. Пройдя всех стороной, девушка молча приняла их уважительные поклоны. Над одним трупом работала молодая студентка или, может уже стажёр? Суть была в том, что она не заметила прибытия чтоль важного человека. — Какие у наш результаты? — совсем не намекая о своём присутствии, детектив сразу преступила к основной сути. Остальной же персонал ногти грызли, увидев беспечность новенькой. — Всё очень плохо. У мужчины множества телесных ранений. По всей видимости, пытали перед убийством. А потом, напоследок выстрелили в голову. — Есть у наш живые? — К сожалению таких нет. Всё люди умерли мгновенно. — девушка уже поднималась со своего места. Выровняв спину и глубоко выдохнув, она обернулась лицом к ней. — М-м-мисс… Точнее… — Без формальностей, — томно ответила Мико. Пока у студентки ноги тряслись и дыхание учащалось, она лишь хлопнула её по плечу и прошла стороной. — Знакомая рожа, — две пары бирюзовых перчаток, оказались у Мико. Её молчание и мимика без слов, была ясна всем. Но вот новенькой и стажёром нужно учиться понимать её без слов. — Мэйдзи Пикон, наркобарон и владелец нескольких клубов. Подозревается в тайном владении подпольного казино и наличии наркоторговли. — У вас хорошая память, Микоса-сан — дружески улыбнувшись, Наото с интересом наблюдал за девушкой. Её манера, её харизма — это нечто. То, за чем можно наблюдать вечно. — Нашли какую-либо улику или что-то похожие? — она молча поблагодарила Тачибану за комплимент. Изучая мёртвое и изуродованное лицо мужчины, она параллельно задала вопрос, или это не вопрос, а уже утверждение? — Практически ничего нет. — Даже документов и личных вещей не было у него? — Как тебя зовут? — публика начала осматривать друг друга. Кому же предназначился этот вопрос? Ах, все новенькие и далекие, от понятий профессионализма Мико. Глубоко и уже надоедливо ахнув, Тачибана локтем стукнул девушку, что ранее разговаривал с Мико или может наоборот. — А, я? — легкий кивок головы, со стороны младшего детектива. — Меня зовут, Сёдзи Кагами. — Раздень его, — без единой капли смущения, Мико выпрямилась. В отличие от её поведение, Сёдзи как оказалось, стеснительная. Она в миг покраснела и что-то смущаясь бубнила. Мико не понимающе посмотрела на эту девчонку. Её вопросительный взгляд, казался ей злым и раздраженным. Она в миг присела на колени. Трясущимися руками, растегивала пуговицы на рубашке мертвеца. Хах, это же плохая примета. Мико всё смотрела на неё. Такая стеснительная и далекая. Она не пройдёт по этому пути долго. Сломается или сойдёт с ума. Полиция — это не просто махать дубинкой и штрафы вещать. Это дисциплина, хладнокровие и сдержанность. Таких как она легко смутить и поломать. — Пожалуйста, подождите секунду мисс. — Видишь вот этот шрам? — присев на карточки, черноглазая указала на шрам в левой части ребра. — Вижу, а что с ним такое? — Открой его, — страх и повторная дрожь, подкосило тело девчонки. Она только отошла от предыдущей странности, а сейчас новая волна неизвестного. — Тц. Недовольный жест и грубые касание. Раздражённая этим цирком и сюсюканьем студентки, она нагло отобрала подручный инструмент. Её не смущало то, что этот инструмент не её и возможно владелец был против. И это ни капли не волнует её и совесть. Острыми лезвиями та открыла ранний шрам. Несколько капелек полу-сухой крови, испачкали её чистые перчатки. Не томя аудиторию, девушка засунула руку в глубь ребра. Стажёры удивились такому поведению. Она хочет порчу наводить? Но догадки наивных подростков, на другом конце от реальности. Они даже близко к горизонту не подошли. Мико насильно вытащила чёрную и испачканную штуку. Непонятно было что это. — Фу, что это? — не выдержав коллективное молчание, осмелился один парень с тускло чёрными волосами. — По ощущениям метал. Твёрдая поверхность и определённая форма, полу-круга. — Мико протянула предмет, к той трусихе в руки. — Это полиция. Здесь мы не в дочки матери играем. Поэтому не веди себя как жалкая и слабая. Будь по серьёзнее, девчонка, — грубо осудила её Микоса. Стройный и грозный силуэт детектива исчез за определённой чертой. Студентка опустила голову, эти слова её задели. Слишком ранимая и нежная уж она была. Не привыкать ей, к таким жестоким и алчным отношениям. Видимо она не сняла свои розовые очки.

***

— Извини, но ты не в моём вкусе — стоявшая школьница расплакалась и убежала. Блондин лишь вздохнул и поспешил уйти. Надоели ему эти назойливые и влюбчивые школьницы. — Жёстко ты её — улыбаясь, сзади появилась кукольное личико. Та мина, которая заставляла его улыбаться. — Надоел. И она уже не первая. — Сано младший недовольно фыркнул. Неужели и она туда же? — Эх, не ценишь ты ихнего внимания, — хлопая того по плечу, Мико осуждающий покачала головой. — Да ладно тебе, будто сама никого не отшивала, — эти слова стали причиной красных ушей и хмурых бровей. У Мико одна особенность. Когда она злиться, то сначала краснеют её уши, а потом уже лицо. — Хах, я не так мягко отшивала, олух, — грациозно отбрасывая волосы назад, та надула свой алие губы, серьёзно глядя на довольно ухмыляющегося Майки. Поганец, ему жуть как в забаву злить её или смущать. — А меня ты, до сих пор не отшила. Неужели непоколебимая Микоса повелась моим чарам? — снова его пошлые шуточки и далёкие намёки. Нет, определённо не намёки, скорее предмет издевательства. — Да… Я, чтоб на такого как ты?! Ммм… Никогда в жизни! — постукивая кроссовками и возмущаясь его шуточкам, Мико снова надула своё личико. — К чёрту тебя, олух. — А я это всем расскажу, что Микоса Хиширари влюбилась в меня! — Это неправда! Ты… Ты меня бесишь! Хватит злить меня! — на её милые претензии и красное лицо, Майки всегда смеялся. Глубоко в себе, он умилялся ей. Обидеться она на него немножко, а потом нужно её пломбиром угостить — тут же простит его. Хоть и будет надуто и «грубо» принимать его угощение.

***

— Поздравляем вас с покупкой, пользуйтесь с удовольствием — милая и фирменная улыбка. Это улыбка, даётся вместе с работой и формой. Женщина средних лет, протянула ключи и вручила их новой хозяйке. — Спасибо. — Пожалуйста, распишитесь здесь, — протягивая несколько документов, для подтверждения покупки и приобретение новой собственности, женщина протянула с ними частную ручку. Короткие динамики на телефоне, заставили карманы брюк немного вибрировать. Доставая свой сенсорный телефон, девушка сразу подняла трубку, притянув телефон к уху. Одна рука держала мобильник, другая подписывала документы. Разговор… — Да? — Здравствуйте госпожа, тут у нас проблемка маленькая возникла… — Что такое? С Шином что-то случилось? — Ну, понимайте, Шиничиро отказывается идти дамой. — И почему же? — Он говорит, что не хочет туда идти, пока вы сами не заберёте его. — Ах, хорошо. Я сейчас деньги скину тебе. Купи себе и Шину что-нибудь тёплое. Я скоро туда приеду, вот только документы подпишу. — Хорошо, я вас понял, до свидания госпожа. — Все операции успешно прошли, — повторно проверяя все данные, женщина продолжила. — ещё раз поздравляю вас. Будем рады видеть вас снова, — а их реплики толи отвращают, толи привлекают. У всех всё по разному. Но сотрудникам явно надоела это маска, за которой прячется их компания.

* * *

— Мама! — быстро закрыв дверь новой машины, девушка подхватила сына на руки. — Я так скучал за тобою, — крепко обнимая мать, он тайно боялся, что она снова уйдёт. Уйдёт от него и больше не вернётся. Такие страхи для детей естественные. Но нужно потихоньку растворять их. Заставив маленький и неустойчивый разум, думать о спокойствии. — Как поживает здесь моё солнышко? — приподнимая его, она прижала к себе его маленькое тело. Шин — очень лёгкий и не очень высокий, по сравнению со своими сверстниками. Но это не повод быть самым слабым. Наоборот, именно его тело даёт ему преимущества. Что в отвлекающем плане, что и в лёгком весе. — Здравствуйте госпожа, — высокая девушка низко поклонилась перед Мико. — Привет Маша, как поживаешь? — Благодарю за беспокойство. Нету никаких поводов до волнения. Со мной всегда абсолютная гармония. Няня Шина, точнее Маша, иностранка. Она из Белоруссии. Высокая и стройная, ровная осанка и покрашенные бордовые волосы, под каре. Девушка сама по себе красивая, что ростом, что лицом. Но она не планирует найти себе пару. Её планы — это дальнейшее развитие и процветания собственного будущего. Маше двадцать четыре года, но она учиться в самом престижном университете страны. Японский язык был для неё как родной. Не только японский, но и другие языки. Она человек любивший знания. А Япония, как одна из процветающих стран, как сердце развитий технологий. Для неё — родной дом. — Я могу уже идти? — Конечно, спасибо что присмотрела за моим счастьем, — поцеловав сына в нос, она получила несколько претензий и сказанний, о его неловкости. — Завтра можешь быть свободна. — Мама, завтра ты дома? — Да, решила взять выходной. — Ты лучшая, — снова обнимая маму, его маленький и острый носик укрылся в тёмной шерсти женской куртки. — Как скажите, госпожа. Пока Шиничиро. — Пока Маша.

* * *

— Детектив Микоса, нашла бирку в левом ребре Мэйдзи. — И что было в этой бирке? — выдох густого дыма. Запах не такой скользкий и противный, как у обычных сигарет. Ведь членам элитной мафии не по нраву такие скромности. Они предпочитают роскошь. Они любители фасона. Поэтому, что вид, что качество, что и запах этих табачных изделий, намного приятнее. Не колит нос и не задевает ноздри. — В этой бирке была печать «Брахмы». Видимо Мэйдзи-сан, догадывался о раскрытие своей позиции, поэтому и скинул бирку, на месте своего старого шрама. — А откуда у этого старика, так котелок варит? — наигранно улыбаясь, заговорила бешеная собака, что привязана на поводке. А этот поводок, неохотно держит Сано Манджиро. Президент «Брахмы» — а может, кто-то помог ему? Не уж-то ещё одна крыса завелась? — К сожалению для нас, не всё так просто, как на первый взгляд. Три месяца назад, в аэропорту задержали одного контрабандиста. Он переносил несколько дорогостоящих украшений и прятал их на зоне ребра. — Хах, оригинально. — А почему именно в рёбрах? — не менее достойное внимание привлекают и парни, с одинаковыми чертями лица и похожими причёсками. Известны по кличке «Короли Роппонги», а знакомы под рождёнными именами «Братья Хайтани». — В рёбрах находятся менее важные органы и достаточно много свободного пространства, для складки предметов, определённой формы, размера и веса. — И этот Мэйдзи, украл эту идею у этого парня? — Возможно. Но, такие методы использовали и в древних временах. Во время рабской эпохи. — Прекращай, — недовольно махая рукой, отозвался розовый. — Мы не учили историю в школе, не собираемся учить и сейчас. — Что будем делать? — пока на заднем фоне ругался Санзу, более опытный и пунктуальный руководитель — Хаджиме, обратился к Сано. Тот даже слово, за всё собрание не промямлил. — Избавься от бирки, — вставая с места, он молча заканчивал собрание. Его поведение не определённое. Никогда не знаешь, когда сядет, а когда уйдёт. — Ам, господин, а как это сделать? — Твои проблемы, — невидимая точка его холодного тона. Потом и звук выбивающих дверей. Он не любит вытаскивать руки из тёплых карманов. Поэтому и дверь, открывает ногой. Но почему-то, его руки вечно холодные, даже если находятся в тепле.

* * *

— Мам, давай я помогу тебе, — прыгая на месте, светлая макушка доставала всякие начинки и вкусные ингредиенты. — Проголодался? — заботливый мастерский тон. Даже если для всех она строгая и грубая, для него она не станет таковой. Даже если будет стараться. — Просто это тесто так аппетитно выглядит, — облизывая свои губы, высунул розовый язычок. Он тоже так делал, когда намекал, что хочет чего-то съедобного. — На, венчиком полакомись, — только она протянула испачканный тестом венчик, блондинчик сразу взял угощение. Он присел на ковёр, и начал облизывать инструмент. Пачкая своё лицо и моментами одежду. Хотя не имеет смысла, испачкал или нет. Он всё равно примет лёгкий душ этим вечером. А то пару минут назад, целую миску с мукой уронил. Сам был светлым, а сейчас вообще бледный. Но какая ему разница? Главное, что угощение получил. — Вкусно? — убирая всё лишнее со стола, девушка с нежностью в глазах, взглянула на сына. — Очень, — широкая и любимая улыбка, так приятно расплывается, давая его чертам лица особую красоту. — Я так скучал по твоей выпечки, — громко чавкая после вкусного десерта, он грустно посмотрел на чистый венчик. — Держи, — мама знает похоти и хотелки своих детей. Поэтому, за ранее приготавливается до таких моментов. — Это тоже мне? — радостно спросил маленький Сано, с аппетитом глазея на прозрачную миску, с наполненными до краёв тестом. Он любит есть не готовое тесто, в особенности то, которое сделала Мико. — Конечно — счастливая мордашка сына, так согревала её душу. Она до смерти любит его. Отдаст себя, но не позволит тронуть его. Он… — незабываемый подарок. — Ммм? — ложка, которая была во рту, маленького Сано, так умиляла. — Ничего особенного, просто мысли в слух. Ты ешь, дорогой, — нежно отряхивая его пыльные волосы, она почистила его испачканный нос.

* * *

— Господин, может мне пойти с вами? — тот ничего не ответил. Его хладнокровный характер и безразличие ко всему иногда задевает. Но что они сделают ему? Кишка тонка. Очищая выпавший снег, он медленно зашагал в знакомые края. Хоть и новое место, но он часто приходит сюда, поэтому такая знакомая местность. Некоторые старушки уже не удивляются его визиту. Они считают его новым жителем этих высоких домов. Но, знали бы, что это место — его тоска и утешение. Когда слишком одиноко, что даже под воздействием кайфа и алкоголя, боль не утихает. Когда так невыносимо холодно, хочется согреть себя любимой улыбкой и немножко полюбоваться своей тоской. Он приходит именно в эти края. Среди этих стен, в третьем подъезде, на пятом этаже, живёт его любимая. Та, с которой он оставил большую часть себя. Но, он обещал защищать и оберегать свои бриллианты. Поэтому и умирает каждый божий день. Но лишь их радостные смешки и улыбки, которые он видит через окно или услышит по сторону двери, дают ему малую бодрость. Смысл жить и продолжать выживать, а не существовать. Хотя, может наоборот. Неужели именно это говорила Мико, много лет назад. «Мечта даёт мотивацию и смысл. В тот момент, когда цель лишь заставляет тебя жить дальше». Но, он не до конца освоил понятие этих слов, ведь у него есть мечта, только, одна… несбыточная. Он же мечтает быть рядом с ними. Стать частью их смехов и улыбок. Видеть их наяву. А не издалека или на плоских мониторах. Хочет слышать их голоса. А не подслушивать через толстую дверь или из виртуальной реальности. Но он боится того, что может разрушить эту семью. Представление о семейных скандалов или случайного насилия, провоцирующие под воздействием алкоголя или на поводу у гнева. Эти страшные картины, всегда стояли толстой преградой. Его тьма отталкивает его же. Хоть это — всего лишь его фантазия. — Маленький сорванец, иди сюда! Радостные детский смех и мелодичные жалобы Мико. Только первые звуки, а он уже скатился по длину двери. — Я не хочу сушиться! Снова громкие хохоты. Уже складывается картина, почему они так весело смеются. Детский смех, так затрагивает душу. А когда это смех собственного ребёнка, то душа ещё более радостнее. Но понимать, что тебе не дозволено быть частью этого пазла, осознавать, что не в твоих силах быть причиной этих громких смешков, так режет душу. Такое ощущение, что тебя подобно струну гитары, растягивают до самого пика. А потом громкий треск и струна ломится, разделяясь на две части. Горькие слезы наворачивались на краю глаз. Хотя уже ручьём лились вдоль лица. — Всё, хватит дурачиться, пошли спать, а то соседи ругаться будут. Да к чёрту этих соседей. Любого, кто заявит свои претензии, он самолично убьёт. Пойдёт на такие меры, лишь бы они не прекращали это веселье. Лишь бы подольше насладиться их голосами.

* * *

Аккуратно положив детский фен, девушка подошла к кровати. Крепкий и безмятежный сон ребёнка — единственное что нужно счастливому родителю. Но сейчас, сердце прямо стучит, кричит и громко орёт внутри. Говоря о том, что ребёнка что-то мучает. Может кошмар? Может обидчики? Может детские фантазии, в виде сказочных монстров? Мягко поглаживая его голову, она перебирала его короткие, золотистые волосы. Такие мягкие и шелковистые. Только перебираешь их, как приятный запах дует в носовые чувства. Свежий аромат пастилы и выпечки, напоминает запах… — Папа… — одинокая и болезненная слеза, скатилась по светлой щеке. Сердце сжалось, как только мать увидела плачь своего ребёнка. Его слезы — это копья для неё. Ей невыносимо видеть это. — Всё хорошо, мама с тобой, солнце, — мягко и долго поцеловав его тёплый лоб, девушка передала ему всю свою ласку. Как бы не старалась, этого мало. Ребёнку всё равно не хватает отцовской любви. Ему в любом случае нужен отец. — Мне невыносимо видеть твою боль… Почему, в такие моменты, тебя нету рядом? Майки…

* * *

— Я ношу собой лишь боль. Поэтому и нахожусь в стороне… Как бы я хотел изменить всё… Мико…

— Это лишь фантазии…

Самовнушение, сильнее чем реальность.

Самовнушение ломает судьбы.