Больше никаких шалостей, Джеймс

      Прошло полдня из отведенных Дамблдорором трех дней. Осталось два с половиной дня, а Гарри многое нужно было успеть. Сперва рассказать родителям о предательстве Питера, а потом поговорить с Северусом.       Выполнить это две задачи казалось нереальным, ведь Северус был учеником Слизерина, а гриффиндорцы их терпеть не могли, а его мать, Лили Эванс терпеть не могла Джеймса, поэтому поговорить с этими двоими одновременно не получится.       Со своим отцом, Джеймсом, Гарри на удивление быстро нашел общий язык.       Он не стал расспрашивать незнакомца о произошедшем, прекрасно зная, что если он захочет, то расскажет все сам. Для этого нужно только время.       Со своей матерью он тоже смог поладить, та провела ему небольшую экскурсию, так как была старостой Гриффиндора. Она была чудесной девочкой и теперь Гарри понял, почему и Северус и Джеймс были влюблены в нее. Но сейчас не об этом.       Джеймс в компании друзей сидел в гостиной, продолжая подготовку к последнему в этом году. Он снял очки и устало потер глаза, которые начали болеть от долгого чтения.       Он посмотрел на противоположную сторону гостиной. Там стоял этот новенький и...       — Стоп это Лили?! — гневно вскрикнул он, наблюдая за этой "парочкой".       — Похоже у кого-то из под носа увели девушку, — Бродяга усмехнулся, наблюдая как его друг подорвался с места и пошел к этим двоим.       — Гарри, отойдем поговорить? — Джеймс с силой сжал плечо юноши, заставив того поморщится.       Они отошли на безопасное от Лили состояние. К Джеймсу подошли остальные мародеры, Гарри машинально отшатнулся, когда рядом с ним встал Петтигрю.       — Да черт, возьми, что с тобой, пацан? — не выдержал Джеймс. Поведение этого юноши все больше раздражало, Поттеру хватало проблем и без этого. Он с силой стукнул по стене кулаком.       — О чем ты? — Гарри встал на свое место, прекрасно понимая, что вот он его шанс рассказать хотя бы отцу о том что случится в будущем.       — Шарахаешься от Питера как не знаю от кого, смотришь на меня все время странно, похож на меня, выглядишь чуть старше, но я точно знаю, что самым молодым из Поттеров являюсь я, братьев у меня нет, ты пристаешь к моей девушке, так, парень, я могу еще долго перечислять этот бесконечный список, так что давай рассказывай все сам, иначе... — Джеймс пригрозил ему кулаком.       — Пап... — Гарри боязливо посмотрел на Поттера-старшего, брови которого взлетели вверх. Не так он хотел начать свой разговор.       — Так, а начнем мы пожалуй с вопроса, какого черта, ты, называешь меня отцом?! Детей у меня нет, — отрезал Поттер.       — Пока нет, —Гарри улыбнулся. — но в будущем будет. Пап, послушай, я понимаю это трудно, но постарайся меня выслушать и понять, хорошо? — Гарри невинно взглянул на Джеймса, который обдумывал ситуации.       — Хорошо, — Джеймс сел на диван, пригласив друзей сесть рядом. — Выкладывай.       — А можно без него? — Гарри кивнул в сторону Петтигрю, гневно пожирая того взглядом.       — Мне нечего скрывать от своих друзей, — Джеймс нахмурился.       — Ну, а мне есть, что скрывать от него       — Раз так, тогда разговора не состоится, — Джеймс поднялся и пошел в сторону общей комнате.       — Нет, пап, постой, ладно дементор его дери, пускай остаётся, — Гарри схватил отца за руку. Джеймс любопытно посмотрел на юнца и сел обратно. — Пожалуй, стоит начать с моего настоящего имени, я Гарри... Гарри Джеймс Поттер.       Глаза собравшихся округлились от удивления. Примерно такой реакции Поттер и ожидал от своего отца и его друзей.       — Постой, то есть ты либо мой брат, что мало вероятно, значит ты мой... — резко пришло осознание. Джеймс не смог произнести последнее слово, потому что это неправильно, у него не может быть сейчас такого взрослого сына.       — Да, пап, я твой сын, Сириус мой крестный, Римус – бывший преподаватель защиты от темных искусств, а этот, — Гарри мотнул в сторону Петтигрю головой.— эта крыса, ваш предатель.       — Стой подожди, какой крестный? Какой учитель? Какой предатель? — Джеймс не понимал ничего. Он определенно начал сходить с ума. Не может быть такого чтобы Бродяга в свои шестнадцать был крестным своему же ровеснику, Джеймс не мог быть ему отцом, а Лунатик не мог быть профессором, а Питер точно не мог быть предателем. — Рассказывай все подробно, каждую мелочь, ничего не утаивая.       — Я родился тридцать первого июля 1980 года       — А кто твоя мать? — перебил его Джеймс.       — А по нему не видно? — усмехнулся Сириус. — Кого ты знаешь точно с такими же глазами?       Джеймс обернулся и взглядом отыскал Лили. Та стояла и весело разговаривала о чем-то с Марлин.       — Верно, моя мать Лили Эванс в будущем Поттер, — кивнул Гарри, поймав взгляд отца. — В общем, через год после моего рождения было сделано пророчество, в котором говорилось, что я смогу победить Волан-де-Морта. Тот начал искать меня. Ты и мама спрятались вместе со мной в Годриковой впадине под заклятием доверия. Хранителем вашей тайны был Хвост. Тридцать первого октября 1981 года Петтигрю выдал вашу тайну и Волан-де-Морт убил тебя и маму, а я остался жив, это все, что я могу рассказать, — закончил Гарри.       — Мерлин, я чуть не убил собственного сына, — Джеймс вцепился в себе волосы. От того, что рассказал Гарри становилось невыносимо плохо. Он поверил ему безоговорочно.       «Не смог уберечь семью» — пронеслось в мыслях. Это было истинной правдой. Джеймс не смог защищить Лили и сына от Волан-де-Морта, вина целиком лежит на нем.       — Хвост как ты мог? — в сердцах воскликнул Поттер, гневно смотря на друга. Хотя друг ли он теперь?       — Джеймс, я... Не хотел, вернее никогда не стал бы... Я бы не пошел на службу к нему, — боязливо сказал Питер. — Меня заставляет мама, — сказал он чуть тише. Она верит, что это лучшее будущее для меня. Я ей отказываю, но не знаю как долго еще смогу продержаться, — Питер заметно погрустнел.       — Так, а что случится со мной и Луни? — спросил Сириус, разряжая обстановку. С Питером они поговорят потом.       — Ты умрёшь в 1996, а Римус в 1998...       — Я всегда знал, что ты проживёшь дольше всех из нас, — усмехнулся Сириус.       — Гарри, прости меня, за все, я ведь и правда подумал, что ты запал на Лили, — Джеймсу стало стыдно. — Стой, тебя притянуло к Снейпу, то есть ты и он...       — Да, пап, это действительно так, мы встречались, и я в это время был по-настоящему счастливым, поэтому буду рад, если ты примешь мою любовь и...       — Это не правильно! — воскликнул Джеймс. — С кем угодно, но только не с ним.       — Пап, я люблю его...       — Я смотрю сынок, то в мать пошел, оба испытывают к слизеринцу такие чувства, — протянул Блэк.       — Заткнись, Бродяга, — одновременно сказали Поттеры.       — Вам не быть вместе, я сделаю все, что угодно, лишь бы помешать вам, — Джеймс ушел в спальню. Никто не стал его удерживать.       Вскоре за ним потянулись и его друзья, но только не Гарри. Тот снова пойдет к гостиной Слизерина, чтобы попытаться поговорить с Северусом.

***

      Джеймсу Поттеру снился кошмар. Он видел как целуются его сын и Снейп, но не мог остановить их, потому что был привязан цепями. Он не мог отвернуться, наблюдая за ними. Его сын с закрытыми глазами был так похож на него из-за чего Джеймс представлял себе совсем другую картинку. Ему казалось будто бы он целуется со Снейпом. Это было ужасно.       — Твою ж, — Джеймс резко проснулся и упал обратно на кровать, стараясь восстановить дыхание. — Я не допущу, чтобы мой сын встречался с этим слизеринцем, — последнее, что сказал Джеймс и снова заснул. Больше ему этой ночью ничего не снилось.