demon

— Уважаемый почетный рыцарь, очень неудобно вас просить... "Неудобно на потолке спать." — хотел ответить юноша, но в ответ лишь мотнул головой, мол, все в порядке, продолжайте. — ...Так вот, неподалеку от постоялого двора искатели приключений наткнулись на поверженные лагери хиличурлов... "Если они повержены, то в чем тогда проблема?" — Итэр с трудом сдерживал глаза от заката. Кажется, Хуай Ань не поймет его. — Но от них продолжает исходить очень мощная темная энергия, не подготовленным людям находиться рядом опасно, радиус заражения тьмой поражает воображение. Уважаемый Путешественник, не могли бы вы помочь с очищением? "Я на экзорциста похож?" — но вместо ответа блондин лишь согласно кивает, привычно улыбаясь, и получает кучу благодарности заранее и небольшую карту с пометками, видимо, тех самых хиличурловских лагерей. — Итэр! Итэр! Иииитэр! — и кого она пытается сейчас изобразить? Осла? Малышка Паймон на всех парах неслась к нему, а лицо ее выражало чистую панику. Что могло ее так напугать? — Повар Сяо сообщил мне, что здесь творится что-то странное! Демоническая энергия распространяется над городом, а части постояльцев уже нездоровится... Паймон страшно, а вдруг это коснется и меня? Как бы объяснить ей тот факт, что она не обычный слабый человек? Путешественник на это лишь тихо посмеялся и пожал плечами. — Я очень вовремя принял просьбу о помощи с очищением от скверны и тяжелой демонической энергии. Ты как? Предлагаю тебе остаться здесь и оказать помощь до приезда Чун Юня. Уверен, его семья уже в курсе...этого события. Блондин знал, что Паймон будет очень страшно идти в самый "эпицентр бури" и, скорее всего, она будет только мешаться, поэтому предлагать ей отправиться вместе - плохая идея. Проверив свои запасы зельев, так, на всякий случай, Итэр отправился в путь. Отойдя на незначительное расстояние от постоялого двора, он почувствовал то самое, что, скорее всего, и заставило беспокоиться искателей приключений. Новость наверняка разлетелась по всему Ли Юэ. Может ли быть, что охотник на демонов... Нет. Хотя... Может ли быть, что Итэр может встретить здесь Сяо? Тот наверняка тоже почувствовал эту темную, тяжелую энергию. Из-за этих мыслей Итэр воспрял духом и ускорил шаг. Он точно должен встретить здесь этого нелюдимого адепта. Вдали уже виднелся первый лагерь, из которого клубилась плотным столпом демоническая энергия. Своей аурой она чуть ли не пригвождала к земле, ноги словно свинцом наливались. Не удивительно, что обычным людям с ней трудно справиться. Но это не похоже на обычное загрязнение скверной или чем-то на ее типе... Светлые брови встретились у переносицы, а юноша пошатнулся, подойдя совсем близко к лагерю. Он должен был что-то сделать, но эти образы... Перед глазами возникла ярко-алая картинка какой-то резни, послышался звук разрезающегося оружием воздуха, точно прямо над ухом пролетело. Итэр постарался прогнать этот омерзительный морок, и как только перед глазами посветлело, он воспользовался чувством стихий. Этот лагерь — не первопричина, а лишь симптом, последствие чего-то более масштабного. Очистить этот участок ему все же удалось, скверна рассеялась, и даже дышать стало легче. Так, на протяжении всего пути, идя по следам оставшихся крупиц стихии, Путешественник очистил не менее дюжины таких же лагерей. На пути встречались как трупы обычных хиличурлов и метачурлов, так и магов бездны и членов Фатуи, которых также не обошла стороной скверна. Последние обладали глазами Порчи, но даже те не смогли уберечь их от... Что же это за демон такой? Чем дальше Итэр продвигался, трупов, зараженных этой негативной аурой становилось все больше, воздух словно раскалялся от изобилия тьмы, металлический привкус появился на языке. Путешественник хмурился, держа меч наготове, крепче сжимая рукоять, готовый в любую секунду запереть врага в гео-конструкцию. Близилась граница Ли Юэ. Алые оттенки заката постепенно сменялись темными ночными, а чистый свет полной луны окрашивал огромные скалы в серебряный. Среди них так же были раскиданы зловонные трупы. Итэр с трудом держал себя в вертикальном положении. Он жалел, что не дождался друзей, что не позвал с собой Охотника на демонов. Сяо? Где он сейчас? Может ли быть такое, что адепт идет где-то по его следам? Юноша хотел в это верить. Еще раз использовав чувство стихий, блондин задыхается собственным неровным вздохом от удивления. Он видел эти анемо крупицы и ранее... Такие знакомые. Вашу ж мать, почему он не обратил на них внимания в самом начале пути?! Наверное, потому что эти следы всегда окружали территорию постоялого двора Ваншу. Быть того не может, Сяо! Идя по сгущающимся следам анемо частиц, Итэр подобрался к самому эпицентру этой скверны, этой тяжелой тьмы и... Кармы? Такова на "вкус" карма Якши? Густая, обволакивающая, горькая, оставляющая металлический привкус на корне языка. Сейчас перед Итэром открылся омерзительный вид на небольшую гору перебитых хиличурлов, агентов Фатуи и... На самой верхушке кто-то по-животному рычал, хрипел, а в руках этого кого-то сиял зеленым среди красно-черного морока Коршун. Оружие адепта. Все-таки он не обознался... — Сяо! — не долго думая, Итэр двинулся навстречу знакомому адепту, которого буквально пожирала его карма изнутри. Вот, как это выглядит: страшно и больно. Страшно представить, какие невероятные страдания сейчас испытывает Якша. Но, не смотря на морок, грязь и гнев, он услышал знакомый голос, реагируя мгновенно. — Не подходи! Стой там! Не успев сделать нескольких шагов, блондин замер. Он испуганно смотрел на адепта, согнувшегося пополам от явной боли, такой душераздирающей, удушающей. Его золотые глаза были широко распахнуты, они горели желтым пламенем, пугающе светясь в темноте, лишали тело воли к движению, как это делала вся его аура, эта... Карма. Эти глаза с невероятно узким и вытянутым зрачком яростно смотрели прямо в душу, копались в сознании путешественника, накаляя весь рой эмоций. Сяо не шевелился. Он лишь издали смотрел на Путешественника, на свой лучик солнца в кромешной тьме. — Сяо... Я могу помочь тебе. Позволь мне помочь... — на самом деле, юноша вообще не представлял, как можно помочь Якше в этой ситуации, когда карма поглощала его, разъедая изнутри. Он боялся. Нет, не за себя. Боялся за этого брюнета с изумрудом в волосах, на вид нелюдимого, но в душе очень чуткого, мягкого и... Сладкого? Ну а как иначе, если он то и дело без устали поглощал сладкий миндальный тофу. В ответ Сяо издал лишь утробный рык, такой, какой обычно издают раненные животные, пытаясь защититься, не подпуская к себе, предупреждая об опасности. И Итэр неловко попятился назад, пока волнение нарастало, а сердце отбивало дробь о ребра. В считанные секунды, которые длились словно целую вечность, Якша рассек воздух и вдруг оказался рядом, почти вплотную. В следующую секунду запястье руки Итэра, которую тот вытянул словно в защитном жесте, крепко сжали сильные пальцы. Взглянув на них, светловолосый заметил отросшие длинные темные когти, а перчатки...где? Ощущать горячую кожу ладони адепта на собственном запястье было так... Приятно. Страха не было, лишь волнение за жизнь Сяо. Адепт не шевелился, он лишь в упор смотрел, следил за каждым движением Путешественника, его пронзительные кошачьи глаза улавливали каждую эмоцию на лице глупого человека, который рискнул своей жизнью, придя сюда. Сяо чуть подался еще ближе, их носы почти что соприкоснулись, но Итэр с судорожным вздохом снова отклонился. Глаза Якши широко распахнулись, а лицо вдруг из измученного болью исказилось в такое жалостливое, губы скривились в горькой ухмылке. — Что, боишься меня? — Я не... — Боишься, что могу совсем спятить? Или озвереть? Что порву тебя на кусочки, как этих?! Пока Сяо шипел эти слова, кивнув в сторону тел, взгляд Итэра метнулся сначала к горке трупов, а после к устам Охотника на демонов, поглощенного кармой. Припухшие алые губы были ужасно истерзаны зубами, с множеством трещинок, а за ними в свете луны сверкнули острые клыки. Блондин вновь вздрогнул и резко втянул воздух, чтобы сказать, что не боится его, но не успел. Он ничего не успел, даже подумать, а его уже жестко схватили за оба запястья, провернули вокруг своей оси и впечатали в стену. Легкие наполнил свежий аромат воды и гор, а в уши ударил шум водопада. Тяжесть и тьма кармы адепта в мгновение рассеялись, и Итэр понял, что Сяо телепортировал их в другое место. Пока Путешественника с силой вжимали в твердую каменную стену пещеры так, что обнаженный торс неприятно терся о скалу, он почувствовал пронзительную острую боль в районе шеи. В нее впились острые зубы. Сяо бездумно погружал клыки все глубже, упиваясь сладким вкусом крови блондина. Его грубая ладонь с когтистыми пальцами вцепилась в бок, царапая до скромно выступающих капелек крови. Итэр не посмел выдавить из себя и звука. Он плотно сжал челюсти и задержал дыхание, боясь шевельнуться. Его запястья были столь крепко вжаты в стену над головой сильной рукой адепта, что вырваться было невозможно, хотя таких мыслей не возникло в светловолосой голове, юноша хотел бы достучаться до Сяо. Последний наконец оторвался от шеи, горячо выдыхая на чувствительное ушко, посылая табун мурашек по хрупкому, как казалось, телу. Путешественник вновь шумно втянул воздух, чтобы попросить Сяо остановиться, но в район его ягодиц вдруг совсем недвусмысленно вжались с резким толчком бедер. Это сорвало с уст юноши судорожный полувздох-полустон. Итэр чувствовал то, что не должен был, и это ломало все его представления об адепте Сяо и о его чувствах к...себе. — Сяо, погоди! Подожди, остановись! Ты... Ты сейчас не в себе. — Я не в себе? Итэр, каким ты меня видишь? Монстром? Безумным жнецом душ? — он впервые назвал блондина по имени. Обычно он всегда был в его речах Путешественником. Голос Якши стал глубже, ниже, мягче, таким, какой каждым словом вызывал мурашки, а мысли улетали из головы. Итэр шумно сглатывал и снова хватал приоткрытыми губами воздух, чувствуя, как с каждым мгновением дышать становится все тяжелее. — Это не так! Я не считаю тебя..! Ах..черт... — прерывая мысль юноши, Сяо вновь повел бедрами, вжимаясь плотнее уже ощутимым стояком в мягкие ягодицы. Его лицо буквально вспыхнуло, точно спичка, от прилившей крови. Даже сквозь плотную одежду обоих ощущения от Сяо были слишком яркими, и даже ноющая прокушенная шея не могла расстроить тот настрой, пробужденный адептом. С Сяо творилось что-то неладное. В своем спокойном состоянии разве мог он вот так просто взять и наброситься на Путешественника? В мыслях — точно мог. Он раз за разом видел этого скитальца из чужого мира не в самых приличных фантазиях. Смотрел на него, а ошалевший мозг уже рисовал картинку, где тот подставится под него, согнется так, как пожелает Якша, и будет стонать так громко, словно в призыве о помощи. И Сяо с удовольствием поможет. Он будет касаться этого юноши везде, куда только сможет дотянуться, будет сжимать мягкие бедра, ягодицы, талию, жать к себе лишь плотнее и ощущать такую очаровательную дрожь тела под собой. Это тело дрожало прямо сейчас, а брюнет с шумом втягивает его запах, ведет носом по чувствительной коже за ушком. Его язык мягко скользнул по солоноватой коже, и Итэр замер, боясь шевельнуться, а после острые зубы якши вновь вонзились в кожу. На этот раз они лишь слегка прокусили кожу, но даже это вызвало сдавленный полустон у блондина. — Сяо, прошу тебя... Я не считаю тебя каким-то монстром, которым себя считаешь ты. Я лишь хочу... Хочу помочь тебе. — Так кто же я для тебя? — снова шипение в ухо, а мягкий влажный язык зализывал место укуса, вызывая новую волну мурашек. Ладонь адепта, до сих пор сжимающая талию, двинулась вперед и легла на чувствительный живот, вынуждая юношу согнуться и вжаться спиной в его грудь. — Ты... Кто-то больше... Больше, чем все остальные. Я не знаю, я... Ты мне дорог, Сяо, — Итэр с трудом выдавливал из себя слова, его голос предательски дрожал, пока тело податливо прогибалось так, как желал этого адепт, пока пальцы того с тихим звоном расстегивали пряжку на брюках. Возможно, такой ответ устроил якшу, потому что пальцы, что с силой сжимали запястья Путешественника, дрогнули и чуть ослабили хватку. Это позволило Итэру вновь дернуть руками и даже попытаться развернуться. Сяо позволил. Хотел ли он?... Как бы то ни было, их взгляды встретились. Золото глаз адепта постепенно угасало, а зрачки слегка расширились. Его лицо выглядело так, словно он сейчас собирается...плакать? Не долго думая, хотя, кажется, вообще не думая, Путешественник льнет ближе, их носы неуклюже ударяются, а после губы все же находят чужие, такие горячие, сухие и потрескавшиеся. Юноша пылко сминал губы адепта, облизывал их, пока Сяо словно остолбенел. Он все еще удерживал руки блондина над его головой, пока тот так чувственно целовал его даже не смотря на то, что ответа все еще нет. — Сяо... Сяо, ты чудесный, потрясающий... Такой... Горячий сейчас... — губы Итэра скользнули с уст якши вниз к подбородку и шее, мягко распаляя и одновременно остужая тот темный огонь, что еще несколькими минутами ранее так ярко горел в теле брюнета. Наконец, пальцы на запястье разжались, и теперь уже обе ладони парня лежали на талии блондина, сжимая чуть сильнее положенного. Но разве Итэр был против? Теперь, когда адепт немного пришел в себя, он смог обвить руки вокруг шеи и прижаться плотнее к крепкому телу. Горячие ладони скользнули от талии к спине, чуть задевая нежную кожу когтями, пальцы забрались под топ Путешественника и задрали его вверх, оголяя грудь. А вот так прижиматься было уже не слишком приятно. Блондин отстранился и вновь поднял взгляд: его медовые глаза потемнели, а зрачок расширился, на лбу выступила испарина, не смотря на прохладу в пещере под водопадом, куда их и переместил якша, а на щеках играл алый румянец. Итэр хотел позвать Сяо, но вместо этого лишь звонко охнул и неловко вцепился пальцами в изумруд темных волос, потому что тот почти что впечатал его в стену. Плащ оставался единственной преградой между тонкой кожей и шершавой стеной. Брюнет осмотрел покрасневшего, полу-возбужденного юношу, его тонкие влажные от слюны губы, приоткрытые в коротких вздохах. Тонкая бледная шея с дергающимся кадыком и... кровоточащие от укусов ранки. Парень вновь хмурился, но тихий голос Итэра отвлек. — Сяо... — его зовут, и адепт откликается. Он вновь приникает к мягким губам, в первый раз не успев распробовать их вкус. Вкуса не было, как не было вкуса и у снов, у множества душ, но этот поцелуй был настолько сладким лично для него, что якша хотел упиваться им снова и снова, хотел мять и кусать эти податливые губы, лизать их и проникать языком глубже в рот, исследуя полость, ряд зубов, нёбо, встречаясь с чужим языком и переплетая их. Эти, казалось бы, простые движения вызывали у Итэра слабость в коленях и приятную тяжесть внизу живота. Он снова и снова хотел подаваться Сяо навстречу, подставляться под поцелуи и стонать в его сильных руках. Расстегнутая пряжка на штанах Путешественника болталась, звякая и привлекая к себе внимание. Парни оторвались от губ друг друга и Сяо опустил взгляд вниз, скользнув вдоль плоского живота с едва заметным рельефом, к штанам. В момент у него внутри возникло сомнение, стоит ли им продолжать. Не будут ли они после жалеть о том, чем сейчас хотят заняться? Мысли сбиваются в ком, когда Итэр опускает прохладную ладонь на его щеку, тянет к себе ближе и шепчет тихое "Сяо, давай сделаем это." Что это? Он серьезно? Хотя, погодите. Еще совсем недавно адепт накинулся на Путешественника, словно зверь, а сейчас что? Смущается? Нет, это скорее здравое волнение за их взаимоотношения после. И об этом стоит думать как раз после, ведь блондин уже опустил руку вниз и дернул адепта за пояс с амулетами, заставляя уши парня напротив залиться краской. Ну надо же, он умеет смущаться! Вернув взгляд обратно, Сяо заметил теплую подбадривающую улыбку на лице Путешественника. — Итэр, я хочу... Развернись... — нет же! Он хотел сказать что-то другое, но сказал это. А Итэр, лишь густо краснея, послушно развернулся спиной. Он уперся ладонями в каменную стену, чувствуя на себе изучающий взгляд брюнета, а после и его ладони на талии, которые надавили, заставляя прогнуться в пояснице. Якша откинул мешающий плащ Итэра за его плечо и склонился ниже, усыпая поцелуями изящную подтянутую спину. Все же Путешественник тоже был воином... Последний судорожно втягивал воздух, покусывая собственные губы, пока ладони Сяо так внимательно изучали почти что каждый миллиметр кожи, перешли на грудь, и острые когти задели чувствительные соски, которые сразу же вздернулись, твердея. Блондин вздрогнул и сдавленно застонал. Это было слишком приятно, он хотел еще, и он попросил. — Еще... Вот тут... Адепт с удовольствием выполнил просьбу, зажимая сосочки между пальцами, потирая их, покручивая и легко оттягивая, вырывая новые полустоны из легких Путешественника. Тот неловко перебирал ногами на месте, тем самым притираясь своими округлостями, скрытыми плотной тканью брюк, к паху брюнета. И эти движения не остались без внимания. Сяо вновь качнул тазом, вжимаясь, притираясь так, представляя, как хорошо будет проехаться членом прямо меж этих сочных полушарий или... С шумным выдохом куда-то в шею юноши, якша отстраняется, его руки перемещаются на пояс штанов, резко дергая их вниз, стаскивая до колен вместе с бельем. Теперь взору предстали эти поистине аппетитные ягодицы с молочной кожей и такие же сочные бедра. Грешно скрывать такое под этими непримечательными шароварами. Поддаваясь желанию, адепт приседает на корточки и хватает в широкий захват половинки Итэра, сминая их пальцами, задевая чувствительную кожу когтями, которые никак не собираются исчезнуть. Как же ему тогда... Сверху доносится тихий полустон, а рука Путешественника тянется за спину прямо к голове якши и сжимает волосы. Тот поднимает взгляд и встречается со взглядом медовых глаз, уже влажных от слез. Итэр плачет? Нет, эта влага — явно не слезы боли или страха. Это совершенно другая эмоция. Он пытается остановить? Сяо чувствовал, как ощутимо тот упирается ладошкой в голову, удерживая, но как он может так легко отступить сейчас? — Итэр, позволь мне... Не бойся, я не причиню боли. Оттопырь сильнее... А сам-то уверен, что не сделает больно? Он уже сделал. Но это другое, и Итэр, кажется, с этим согласен. Хватка на макушке ослабевает, а якша быстро подается вперед, разводя половинки в стороны еще сильнее, так, чтобы открыть вид на сжатое колечко мышц. Блондин послушно выгнулся, оттопырив попу еще, вместе с этим издавая чудесные смущенные полувсхлипы. Секунда, и к сжатой дырочке уже прижимается влажный горячий язык, давит на нее, вылизывает, разогревая, расслабляя, пока Итэр не смог расслабиться достаточно, чтобы пропустить этот юркий язычок внутрь. Звонкий стон пронзает стены пещеры, отдаваясь эхом от камня, ублажая слух адепта. Он скользит язычком внутри, ощущая, как дрожит партнер, как пальчики на макушке вновь сжали его волосы, болезненно оттягивая, но не прося остановиться. Эта незначительная болезненность на голове лишь подогревала, побуждала сделать еще больше, и потому ладонь Сяо с ягодицы скользнула вперед и обхватила полувставший член блондина. — Сяо! — Итэр сразу же звонко взвизгнул, крупно содрогнувшись. Он хотел зажать себе рот ладонью, чтобы сдержать хотя бы ею такие постыдные звуки, которые то и дело норовили вырваться из его горла, но обе руки были заняты. Потому Путешественнику оставалось лишь кусать губы и сдавленно мычать. Он то сгибался в спине, ускользая от юркого язычка, и толкался тазом прямо в ладонь, что так приятно сжимала член у самой головки, то прогибался обратно, вилял попой, явно прося еще фантастического язычка. Адепт был в восторге от того, как реагировал на его действия блондин, и он бы уже давно довел того до желанного оргазма, но собственное возбуждение болезненно тянуло в паху, казалось, будто член свинцом налился, настолько ощущался тяжелым. Он хотел большего. И Итэр просил большего. Потому уже совсем скоро Сяо оторвал ладонь Итэра от своих волос и ловко захватил несколько пальчиков губами, обсасывая и обильно смачивая слюной. — Тебе придется помочь мне, Итэр. Я не смогу сам... (п.с. у него лапки) Якша намекал на свои когтистые пальцы, пока обильно смачивал слюной тонкие пальчики юноши. Последний дрогнул, осознавая, чего от него хочет брюнет, и его щеки загорелись сильнее, а перед глазами, кажется, стена поплыла. Но Сяо... Он не мог противиться адепту, его завораживающему голосу, такому низкому, тихому, с легкой хрипотцой. Когда его голос успел стать таким?! Путешественник не хотел делать такое перед Сяо, но в то же время страстно желал, чтобы тот увидел, как его пальцы будут погружаться в расслабленную дырочку, как та будет растягиваться и принимать в себя, готовясь для чего-то большего. Оба сейчас представили эту картину и, столкнувшись взглядами, тут же отвели их. Итэр мягко убрал руку из хватки пальцев брюнета, который замер на какое-то время, смутившись собственной фантазии и того, на что сам же подбил Путешественника. Последний, тем временем, уже скользнул пальцами к собственной сжатой дырочке, влажной от слюны адепта. Он тихо ахнул и медленно ввел один палец, удивляясь, что никакого дискомфорта не почувствовал. Юноша опирался предплечьем в стену, а лбом уткнулся в это самое предплечье, зажмурившись и издавая лишь тихие судорожные вздохи от ощущения, что Сяо наблюдает за ним. Пресвятые Архонты! Что Итэр творит! Примерно нечто подобное Сяо и представлял, но наблюдать воочию, как сжатая дырочка Путешественника пропускает первый палец, затем второй, как два пальца скользят внутри, имитируя движения, как эти манипуляции сопровождались тихими хлюпами и смущенным постаныванием блондина. Якша шумно сглотнул и облизал губы, придвигаясь ближе. Он облюбовал взглядом молочные ягодицы, и потому мягко прикоснулся к одной губами. Сначала проделал дорожку из невесомых поцелуев вниз к бедру, а после не сдержался и укусил. Клычки поцарапали кожу, не так сильно ранив ее, как в первый или второй раз на шее. Но и от этого Итэр ощутимо дернулся и застонал, прогибая поясницу, по которой тут же скользнула ладонь адепта, надавливая. — У тебя в сумке есть что-нибудь...подходящее? — шептал брюнет, не отрываясь поцелуями-укусами от мягкой чувствительной кожи, чувствуя, как сильно уже дрожит блондин. Его сумка валялась совсем неподалеку, и якша не понаслышке знает, что там лежит много всякого...барахла? Но полезное там тоже явно есть! — Масло... шелков-..вицы... — речь Итэру давалась с трудом, но он старался отвечать адепту, пока растягивал себя уже тремя пальцами. Брюнет отстранился, чтобы порыться в сумке и выудить оттуда бутылек с этикеткой, где был нарисован цветок шелковицы — это явно было то самое масло, о котором говорил Путешественник. Последний, тем временем, вновь обернулся и вынул из себя пальцы — рука уже порядком затекла. Он не знал, чего ему стоит ждать от Сяо, и очень надеялся... О, Архонты! Адепт уже спускал собственные "шаровары", откинув пояс с амулетами на землю. Его облегающий топ был поднят чуть выше, и эта блядская дорожка темных волосков шла прямо от пупка к паху, а медовые глаза уцепились прямо за стоящий член. Этот вид заставлял блондина снова разнервничаться, а его сердце пустилось вскачь, потому что вы шутите?! Он не войдет! Не-не-не. Якша, точно почувствовал панику юноши, мигом пристроился сзади и мягко обвил руками его талию, прижимая того к себе и вжимаясь членом прямо меж мягких ягодиц, притираясь так плавно, тихо, боясь напугать еще сильнее. Его губы проскользили от уголка нижней челюсти Итэра по щеке прямо к губам, и последний поддался, отвечая на столь ненавязчивый поцелуй. — Мы можем не заходить пока так далеко. Мне достаточно твоих бедер. Только подумав о том, что Сяо может удовлетворить себя, лишь толкаясь в его зажатые бедра, колени блондина почти что подкосились. Он смог удержать себя и мотнул головой, одарив парня позади мягкой улыбкой и коротким кивком. — Я тоже этого хочу, поэтому... Поэтому продолжай, Сяо. Его просить дважды не нужно. Он придет к этому златовласому юноше по первому зову, перелетит все континенты, пусть только позовет. И сейчас звал его, жаждал его, просил его. Его целиком. Сяо охотно выполнит просьбу. Он немного отстраняется, наблюдая, как хорошо его член проскальзывает меж ягодиц Путешественника, а головка так дразняще упирается в растянутую дырочку. Итэр вздрагивает и тут же невольно зажимается, сразу ощущая, как по промежности полилось прохладное масло с легким ароматом шелковицы. Якша лил масло на промежность и на свой член, тут же размазывая ладонью по длине, а блондин чувствовал, как оно полилось уже и по бедрам. Еще полминуты он слушал, как хлюпает масло, а после Сяо пристраивается, давит членом, пока головка не проскальзывает в столь желанное нутро чужеземца. Последний снова сжимается, сдавленно стонет и будто пытается ускользнуть, но теперь адепт уже удерживает его обеими руками за талию, некоторое время выжидая и толкаясь еще глубже. Так, каждый мелкий толчок вызывал тихий стон, пока якша, наконец, не вошел полностью, вжавшись пахом в молочные ягодицы. У обоих парней только от этого уже сбилось дыхание, и каждый сходил с ума от этих невероятных ощущений: заполненности и тесноты, жара и мягкости внутри. Сяо немного отстранился, чтобы внимательно осмотреть место их слияния, как дырочка Путешественника была натянута, заполнена им. И он мягко двинулся на пробу, делая шаг назад и уводя Итэра за собой, заставляя того согнуться сильнее, срывая с уст новый протяжный стон. О да, он хочет больше этих стонов, громче. Еще один новый толчок, и теперь у златовласого в глазах вспыхивают звезды, коих он видел бесчисленное множество — член адепта задел простату внутри, такую набухшую и чувствительную. — Сяо! Сяо..! Плавные, аккуратные движения совсем скоро переросли в более быстрые, ритмичные, а пещеру заполнили несдержанные стоны, полувскрики, когда якша делал особенно глубокие и резкие толчки, сопровождаемые хлюпом и шлепками яиц о ягодицы. Голова Итэра была запрокинута, пальцы то и дело впивались в неровные выступы стены, пока брюнет сжимал талию, царапал когтями молочную кожу, заставляя блондина дрожать, прогибаться навстречу. Член Итэра с каждым толчком дергался на весу, а с головки то и дело срывались капельки предъэякулята. Он жаждал разрядки, но боялся потерять опору, как только уберет одну руку от стены. Хотя адепт явно надежно его удерживал. Последний чуть замедлялся, чтобы склониться над Путешественником, войти особенно глубоко, получив еще один громкий стон вперемешку с собственным именем, а после покрыть спину поцелуями, откинув такой мешающий плащ. В следующий раз он сделает все иначе... Итэр чувствовал, что заполнен до предела, при каждом толчке внутренности словно переворачивались, а простата неустанно посылала импульсы в мозг, что уже пора. Вот-вот, еще самую малость и... Юноша несдержанно вскрикнул и выгнулся почти дугой, пока брюнет неустанно вбивался в его податливое тело, в горячую и влажную тесноту, иногда наблюдая за тем, как член буквально засасывало внутрь. Но тело златовласого вдруг крупно содрогнулось и замерло, а мышцы так крепко и пульсирующе сжались вокруг члена, мешая нормально двинуться. Но этой пульсации стенок было достаточно, чтобы вслед за Итэром кончил и Сяо, успев покинуть нутро до того, как заполнит его собственным семенем. Парни долгие несколько минут просто стояли в той же позе, пытаясь отдышаться, пока якша не потянул юношу к себе, разворачивая его лицом, чтобы в следующее мгновение впиться в искусанные припухшие губки. Путешественник тихо замычал в губы и постарался отвечать на поцелуй с той же пылкостью, обвивая шею Сяо руками, вжимаясь в него всем телом. Осталось только искупаться в этом шумном водопаде и... Сяо отвел их к водопадам Заоблачного предела?! Бесстыдство. Кажется, Итэр еще долго не сможет вернуться сюда, даже если очень сильно будет нужно.