Ты мое спасение

Двери лифта раздвигаются и это выводит меня из моих мрачных мыслей. Устала, очень устала видеть это каждый раз. Я пулей вылетаю из широких стеклянных дверей и окунаюсь в бодрящий сырой воздух Сиэтла. Подняв лицо, ловлю холодные капли освежающего дождя и стараюсь дышать глубоко, чтобы вернуть утраченное душевное равновесие. Ни один мужчина не производил на меня такого впечатления, как Кристиан Грей. Что в нем особенного? Внешность? Обаяние? Богатство? Власть? Всё равно непонятно, что на меня нашло. Хорошо хоть все позади. Я вздыхаю с облегчением, прислонившись к стальной колонне, изо всех сил стараюсь собраться с мыслями. Трясу головой. Господи, да что же это такое! Наконец сердце успокаивается, и я снова могу нормально дышать. Теперь можно идти к машине. Выехав из города, снова и снова прокручиваю в памяти интервью. Вот ведь неуклюжая дура! Похоже, я все напридумывала, а теперь переживаю. Допустим, он очень красивый, спокойный, властный, уверенный в себе. И в то же время — холодный, высокомерный и деспотичный, несмотря на безупречные манеры. Однако можно посмотреть и с другой стороны. Невольный холодок бежит у меня по спине. Да, высокомерный, но у него для этого есть все основания — такой молодой, а уже очень многого добился. Он не любит дураков, а кто их любит? Я снова злюсь на Алью — ничего не сказала мне о его биографии Или говорила? Не помню… По пути к I5 мне не дает покоя вопрос: что заставляет человека стремиться к успеху? Некоторые ответы Грея похожи на головоломку — как будто в них есть какойто скрытый смысл. А уж вопросы! Как можно спрашивать про усыновление? И не гей ли он? Я содрогаюсь. Неужели я произнесла это вслух? Ох, ну ничего себе! Теперь буду мучиться неловкостью… Черт бы побрал Сезер! Я смотрю на спидометр: скорость меньше, чем обычно. И я знаю, это из-двух проницательных серых глаз и строгого голоса, приказывающего ехать аккуратно. Я встряхиваю головой и понимаю, что Грей ведет себя так, словно он в два раза старше своих лет. Всю дорогу до дома опять погружаюсь в мысли. Захожу домой стягиваю дорогие шмотки с себя. Звонит Алья. Вовремя. -Маринетт! Ты чудо! — кричит в трубку больным голосом.- Я уже начала волноваться. Думала, ты вернешься раньше. — Если учесть, что интервью затянулось, я еще довольно быстро. — Маринетт, спасибо огромное! Я у тебя в долгу по гроб жизни. Расскажи, как все прошло? Как он тебе? Ну вот! Пошли расспросы! Попробуй на это ответь. Ну что я могу сказать? — Хорошо, что все закончилось и мне больше не надо с ним встречаться. Если честно, я его побаиваюсь. — Я пожимаю плечами. — Он очень настойчивый, даже наглый. К тому же совсем молодой. Алья смотрит на меня невинным взглядом. Я хмурюсь. — Не делай вид, что ты не знала! Почему ты не дала мне его биографию? Он выставил меня идиоткой: я абсолютно ничего не знала о человеке, у которого беру интервью. Не люблю такие ситуации. — Прости милая, я совсем забыла об этом. — Ладно, проехали. Тебе что-нибудь нужно привести? — Ой, спасибо, нет, Нино все взял. — Ладно выздоравливай. Отключаюсь. Мистер Грей. Хм. Интересно. Включаю ноутбук и ищу информацию об этом человеке. Найти не составляет труда. Красивый, молодой. Знающий свое дело. Закрываю ноутбук, пытаюсь немного порисовать, не выходит. Думаю о Грее. Время пролетает не заметно. День за днем. Все как и прежде Утро. Ну хоть дождь закончился. Собираюсь в университет. Сегодня тренировка. Беру вещи, ключи, сумку. Выхожу с дому. Направляюсь в университет. Учеба проходит скучно, все как всегда. Звонок. Переодеваюсь в раздевалке одна. Стою на против зеркала, смотрю на себя, тошно от самой себя становится. Слабачка, никчемная. Опять в глазах слезы. Пытаюсь проморгать. Более менее. Бреду в зал. Все уже ждут. Тренер как всегда раздает команды. Сегодня новое задание. -Дюпен, в стойку! Отрабатываем все по плану! 5 противников. Что-то новенькое, давно такого не было. Тренировка начинается. Единственное место где мне хорошо, где могу расслабиться. Не задумываясь не о чем. Бью со всей силы…. Все противники отходят на матрасе от полученных травм. Голос тренера выводит меня из мыслей. -Дюпен! Я говорил не бить так сильно! Ты головой думаешь?!!! — возмущенно. Осматриваюсь на всех. — Неплохо, думаю про себя. Разворачиваюсь и натыкаюсь на изумленные серые глаза. Грей. Какого черта?! -Мисс Дюпен?! Приятная встреча. -Мистер Грей. Рада видеть вас снова. -У меня в ВУЗЕ были кое-какие дела. Да и встретился с мистером Бастелем (тренер) разговорились. Вы хорошо владеете боевыми искусствами мисс Дюпен. — Маринетт. Можно просто Мари.Спасибо это хобби. — Как продвигается ваша статья? Наконецто нормальный вопрос, без всяких намеков и экивоков… вопрос, на который я могу ответить. Я хватаюсь за него крепко обеими руками, как за спасательный плот, и честно отвечаю: — Статью пишу не я, а Алья. Мисс Сезер. Моя подруга, она начинающая журналистка. Она — редактор студенческого журнала и страшно переживала, что не смогла приехать сама, чтобы взять у вас интервью. — Я ужасно рада, что наконецто можно передохнуть от его двусмысленных замечаний. — Статья получилась отличная, только Алья расстраивается, что у нее нет ваших фотографий. Грей поднимает бровь. — А какого рода фотографии ей нужны? Неожиданный ответ. Я качаю головой, потому что не знаю. — Ну хорошо, я пока здесь. Может, завтра… — Он умолкает. — Вы согласны на фотосессию? — Я опять взвизгиваю. Алья будет на седьмом небе от счастья, если я сумею это провернуть. «И ты сможешь снова увидеть его завтра», — тихонько нашептывает темный уголок моего подсознания. Я отбрасываю эту глупую, несуразную мысль. — Алья ужасно обрадуется… Если, конечно, мы найдем фотографа. — Я так довольна, что расплываюсь до ушей. Грей открывает рот, словно ему не хватает воздуха, и хлопает ресницами. Какоето мгновение он выглядит потерянным. Земля сдвигается с оси, и тектонические и литы смещаются со своих мест. О боже! Кажется, Кристиан Грей обескуражен. Сообщите мне насчет завтра. — Он достает из заднего кармана бумажник и протягивает мне визитку. — Вот моя карточка. Это номер мобильного. Позвоните завтра утром до десяти. — Хорошо. — Я пытаюсь выдавить из себя подобие улыбки. — До встречи, мистер Грей. -До встречи… А и еще… Я рад что мисс Сезер не смогла приехать на интервью.- улыбается он. Он улыбается и широким шагом целеустремленно идет к выходу, оставив бурлить во мне массу обезумевших женских гормонов. Я несколько минут смотрела на закрытую дверь, из которой он только что вышел, прежде чем вновь вернулась на нашу планету. Ладно, надо признать — он мне нравится. Притворяться дальше бессмысленно. Я давно не испытывала этих чувств. С тех пор как…. Он очень, очень хорош собой. Но это безнадежно, я знаю и вздыхаю с одновременно горестным и сладостным сожалением. То, что он пришел сюда, — простое совпадение. Впрочем, никто не запрещает мне восхищаться им издалека, ведь правда? Мне это ничем не грозит. И если я найду фотографа, то завтра смогу увидеть предмет своего обожания. Я кусаю губу в предвкушении и глупо улыбаюсь, как школьница. Надо позвонить Алье и организовать фотосессию. Алья пищит от счастья, ей улыбнулась удача. -А что ему понадобилось в «ВУЗЕ»? Ее любопытство просачивается сквозь телефон. -Приехал решить дела и встретился с Бастелем. Они знакомы. — Уж больно много совпадений, Маринетт. Не искал ли он тебя? — задумчиво говорит она. От этой мысли сердце екает, однако радость моя длится недолго. Как ни грустно, надо признать: Грей приезжал по делам. — Он посетил экспериментальную ферму Вашингтонского университета. Финансирует какието исследования, — бормочу я. — Да, он выделил им грант в два с половиной миллиона долларов. Ого! — Откуда ты знаешь? — Мари, я журналистка, я собирала о нем сведения. Это моя работа — знать такие вещи. — Ладно, Карла Бернстайн, 1 успокойся. Так тебе нужны эти фотографии? — Разумеется. Вопрос в том, кто их будет делать и где? — Мы можем спросить его. Он сейчас здесь. — А ты можешь с ним связаться? — У меня есть номер его мобильного. Алья шумно вздыхает. — Самый богатый, недоступный, самый таинственный холостяк в штате Вашингтон запросто дал тебе номер своего мобильного. — Ну да. — Мари! Ты ему нравишься. Тут и думать не о чем, — произносит она убежденно. — Алья, с его стороны это простая любезность, и ты знаешь что я не хочу отношений. Мне хватило… Еще не договорив, я понимаю, что это неправда. Любезность совсем не в характере Кристиана Грея. Он вежлив, не более того. И маленький тихий голосок шепчет: возможно, Алья права. От этой мысли у меня мурашки бегут по коже. Но ведь сказал же он: «Я рад, что Алья не смогла приехать на интервью». В тихом восторге я обхватываю себя руками и начинаю раскачиваться из стороны в сторону, лелея мысль о том, что и впрямь, хоть ненадолго, ему понравилась. Алья возвращает меня к реальности. — Но у нас нет фотографа. Леви как раз на эти выходные уехал домой, в АйдахоФоллз. Вот он расстроится, когда узнает, что упустил шанс снять одного из ведущих американских промышленников! — Хм… Может, попросить Хосе? — Это мысль! Попроси его, он для тебя все на свете сделает. Потом позвонишь Грею и узнаешь, где ему удобнее. — Алья ужасно бесцеремонна насчет Хосе. — Думаю, ты должна сама ему позвонить. — Кому, Хосе? — издевается Алья. — Нет, Грею. — Мари, это у тебя с ним роман. — Роман? — Мой голос взлетает на несколько октав. — Да я с ним едва знакома. — Ну, ты по крайней мере с ним разговаривала, — отвечает Алья с досадой. — И похоже, он хочет познакомиться с тобой поближе. Мари, просто позвони ему, и все, — в приказном тоне говорит она и вешает трубку. У нее иногда прорезаются командирские замашки. Я хмурюсь, глядя на телефон, и показываю ему язык. За что мне это. Встреча с Мистером Греем выбила почту у меня из-под ног, я боюсь представить что дальше будет. Мне страшно….Как мне не хватает моего котенка, опять на глазах слезы. Я ни как не могу смериться с его смертью. Что его рядом со мной больше нет. Париж остался позади. Как и геройская личность. Порой я скучаю по Тикки. Она всегда рядом со мной была. Но потеря любимого сломала меня окончательно. Серьги я сложила в шкатулку и убрала в ящик. Прошло уже 5 лет как я их не видела и не надевала…. Подойдя к комоду в который я давно не заглядывала. Мысли терзали меня…. Выдвинув комод я вижу шкатулку с серьгами. Я так скучаю по своей Квами. Голова разрывается. На минуту закрываю глаза. Точно Грей. Фотосессия. Надо позвонить. Он отвечает на второй звонок. Его голос сдержан, спокоен и холоден. — Грей. — Э… мистер Грей? Это Маринетт Дюпен. — Я не узнаю собственного голоса. Следует короткая пауза. Это просто невыносимо. В душе я вся трепещу. — Мисс Дюпен. Рад вас слышать. — Тон изменился. Похоже, он удивлен; в голосе слышно тепло… и даже ласка. Дыхание прерывается, я краснею. — Я звоню по поводу фотосессии для статьи. — «Дыши, Мари, дыши». Мои легкие судорожно втягивают воздух. — Завтра, если вас устроит. Когда вам удобно, сэр? Я почти вижу улыбку сфинкса. — Я остановился в отеле «Хитман», в Портленде. Ну, скажем, завтра утром в половине десятого? — Хорошо, мы приедем. — Тихо лепечу я, как маленькая девочка, а не взрослая женщина, которая по закону штата Вашингтон имеет право голосовать и покупать алкоголь. — Жду с нетерпением, мисс Дюпен. — Я представляю опасный блеск в его серых глазах. Как ему удается вложить в пять коротких слов столько мучительного соблазна? Я отключаюсь.