***
— Значит кино? — спросил Попов, оглядывая помещение. — Тебе не нравится? — быстро моргая, спросил шатен. — Нет, что ты, все нравится. — Точно? Можем пойти в другое место… — Нет-нет, все хорошо. — Ладно… — выдохнув, сказал Антон. Они прошли в зал и заняли свои места. Может это судьба, может совпадение или чистая случайность, но и достались места на последнем ряду, где почти никого не было. Казалось бы, именно здесь по законам романтичного фильма должен произойти их первый поцелуй, но Антон не хотел торопить события. С начала сеанса Арсений то и дело шевелился, будто чувствовал себя некомфортно. Шастун то и дело поджимал губы, иногда даже больно кусая их, его сжирала мысль, что Арсению тут не нравится. Через минут двадцать от начала, Антон не выдержал и спросил: — Все хорошо? — Да… Просто не знаю… — Что? — сжимая свою руку, что находилась с другой стороны от Арсения, спросил Антон. — Могу ли я сделать вот так?.. — и не дожидаясь никакой реакции или ответа, брюнет положил голову на плечо парню, переплетая их пальцы Сердце Антона забилось с удвоенной силой, он замер, превращаясь в некую статую, даже не дышал почти, лишь бы Арсений не убирал свою голову с плеча. Стало так тепло, радостно и… Просто хорошо на душе, кажется, будто все проблемы уходят на второй план, когда они сидят вот так. Антону кажется, будто Арсений может заставить все проблемы испариться, это его особенность. Если до этого момента в голове у Шастуна крутился целый рой мыслей, то сейчас ни одной, лишь Арсений. — Спасибо… — прошептал Антон, тоже кладя голову. — М? — видимо, брюнет не услышал, а Антон не стал повторять, ведь это просто благодарность за то, что лишнее ушло, осталось лишь самое важное.***
— Все хорошо? — аккуратно спросил Антон. — Да, конечно. Спасибо тебе… — улыбнулся Арс мягкой смущенной улыбкой. — Знаешь, а я вот думаю, стоит ли заканчивать это свидание кое-чем… — Шастун сделал вид, что задумался, хотя на самом деле он понимал и осознавал, что их свидание этим закончится. — О чем ты? — О чем? — смущённо улыбнулся Антон и, схватив Арсения за руку, потащил за собой. Они шли быстро, Антону хотелось как можно быстрее забрести в какой-нибудь двор, где они будут одни. Как назло все дворики были заняты, а силы уже на исходе. Плюнув на все, Антон остановился, а Арсений, что не успел среагировать, влетел прямо в спину шатену. На этот раз среагировать успел Антон, он поймал Попова и прижал того к себе. Оба, тяжело дыша от такой быстрой прогулки, смотрели друг другу в глаза. Они тонули в глубине, тонули и не пытались выбраться. Горячий воздух касался чужих губ, согревая их. Шастун не выдержал, он прижал Арсения ещё ближе и накрыл его губы. Губы брюнета не шевелились, ведь тот явно был в шоке, но когда шок ушел, губы стали осторожно покрывать чужие. Поцелуй становился жарким. Они уже не просто целовали, они уже кусали и сосали губы друг друга, пытаясь насладиться их вкусом как можно лучше. Губы болели, дыхание участилось и настигло возбуждение, так что им пришлось прерваться. Первым отступил Антон, напоследок он оттянул нижнюю губу Арсения так, что тот простонал. — У тебя точно отношений не было? — смотреть на губы после поцелуя — одно удовольствие. Они красные, искусанные и чуть припухли. Что же, Антон готов чаще целовать их, лишь бы наслаждаться этим видом. — Точно. Я на помидорах учился. — подмигнул Антон и получив удар в плечо, парни пошли дальше. Ни для не секрет что теперь их отношения вышли на новый, особый уровень, который не так просто описать словами. Их губы слились в одном поцелуе, они доказали что их чувства настоящие, что они готовы идти дальше, строить эти отношения и быть вместе. К черту людей, что смотрели на это, к черту их осуждающие взгляды, к черту все, парни счастливы и попытаются продлить это как можно дольше, несмотря ни на что.***
Свет маяка больше не казался чем-то пугающим, теперь Антон спокойно плыл на его свет. Море больше не бушует, оно спокойно, даже, в каком то смысле, помогает парню добраться до места его спокойствия. Антон хочет сейчас лишь отдохнуть, получить щепотку счастья, ему не важно, будет ли ещё один шторм, теперь он не один и легко переживет любые невзгоды.