Бал маскарад

Ирука подавил улыбку, прощаясь с Какаши. Ему было слегка неловко отсылать дзёнина домой. Сначала сенсей заявил, что сам способен о себе позаботиться. Но Хатаке пожал плечами и сказал, что не смеет идти против воли Хокаге. – Она сказала, что я должен проводить вас до дому и удостовериться, что больше ни один чокнутый шиноби не попытается вам досадить, – отрапортовал Копирующий. Ирука беспомощно вздохнул, не смея ничего возразить против такой аргументации, и повел Хатаке за собой, по пути решив купить ужин в магазине. А сейчас, наблюдая, как фигура Копирующего исчезает в ночи, учитель почувствовал себя на редкость глупым. Словно он беспомощная девица, нуждающаяся в защите от страшных опасностей этого мира. *** Какаши расположился на крыше, читая любимую книгу при скудном освещении уличных фонарей. Он был в полной боевой готовности, чутко реагируя на любое изменение в окружающей среде, и невольно ждал скорые сигналы чакры. Хатаке немного поерзал, устраиваясь поудобней, и на секунду оторвал взгляд от томика «Ича–Ича», чтобы мельком посмотреть в окно дома напротив. Ирука готовился ко сну. Какаши мысленно вздохнул. Он и сам не знал, какого черта торчит на крыше, следя за учителем, когда тот сам отослал его домой. То, что Тсунаде приказала ему стать телохранителем Ируки и удостовериться, что с чунином ничего не случится, было правдой. Но она так же упомянула, что как только Какаши благополучно доведет Ируку до дома, Копирующий может быть свободен, так как район, в котором живет преподаватель, обходит дополнительный патруль. Годайме сформировала его как раз на случай, если все–таки некоторые особо настойчивые поклонники попытаются проникнуть в квартиру учителя. Ему этот план не понравился с самого начала. Но он искренне посочувствовал сенсею, глядя на его несчастное лицо и ловя его умоляющий взгляд, когда Джирайя так удачно перевел на него стрелки. Когда же Тсунаде напомнила, что это «приказ», а значит – неповиновение равносильно самоубийству, глаза Ируки засияли неподдельной надеждой и просьбой умирающего. В тот момент Какаши понял, что пропал. Копирующий задумался. Прошедшие два дня в компании учителя оказались весьма неплохи. Откровенно говоря, ему понравилось. Хатаке уже и не помнил, когда так расслаблялся, хотя вслух в жизни никому в этом не признается. Ему нравилась компания чунина и их зарождающаяся дружба, несмотря на то, что их общение началось благодаря этой необычной миссии. Раньше их знакомство сводилось лишь к общему ученику в лице Наруто. Теперь же Какаши мог поручиться, что они и дальше смогут общаться без проблем. Ему нравилась неиспорченная натура чунина, его искренняя доброжелательность в отношениях с людьми. Хатаке понимал, что лично ему вряд ли удалось бы добиться такой незамутненной любви окружающих. Впервые в жизни Какаши чувствовал себя столь комфортно в чьей–то компании. Он с беспокойством подсчитал дни. Один день до бала. «Моя миссия подойдет к концу, стоит мне привести его на праздник в наступающую субботу». Какаши было жаль, что его работа безумно близка к завершению. Но, в конце концов, у каждого из них есть своя жизнь. Бросив взгляд на чернильное небо, Копирующий понял, что уже полночь. Он хотел было продолжить чтение, когда нити чакры подали сигнал тревоги. Резко выпрямившись, Какаши прищурил глаза и потянулся к сумке с кунаями. Увидев незнакомую фигуру в спальне Ируки, дзёнин шумно выдохнул. И тут же довольно осклабился. Мягко спрыгнув с крыши на землю, он тенью скользнул по направлению к квартире учителя. С легкостью открыв наглухо закрытое окно, Какаши с непринужденностью, выработанной годами, влез внутрь. Тихонько пройдя гостиную, дзёнин пошел прямиком в спальню хозяина квартиры. *** – Ирука, – сенсей, сглотнув, молниеносно схватил с прикроватной тумбочки кунай. Он узнал своего ночного гостя. Один из его поклонников. Самое противное, что этот представитель был из самых назойливых и непонимающих слово – «нет». Непосредственно этот индивидуум не давал Ируке прохода вплоть до вмешательства в судьбу сенсея Годайме. До того, как Хокаге назначила Хатаке Какаши ему в телохранители. – Отвали от меня, – разозлился Ирука. – Какого черта тебе от меня надо посреди ночи? – Все просто, ночь – единственное время, когда Хатаке не отирается рядом с тобой. Уйти от патрульных плевое дело, но Копирующий невыносим, – мужчина спрыгнул с подоконника ровненько рядом с кроватью. Ирука, недолго думая, выскользнул из постели с другой стороны, готовый если не драться, то, по крайней мере, сбежать через открытую в гостиную дверь. Но тут, он не успел даже понять, что случилось, как незадачливый ухажер поспешно удрал через окно. Учитель едва не подпрыгнул, почувствовав рядом вспышку еще одной чакры, которая, видимо, и стала причиной бегства несчастного. Чакра смутно знакомая Ируке, но он, хоть убейте, не мог вспомнить, у кого её чувствовал. Продолжая сжимать в руке оружие, сенсей резко развернулся.