Он оказался живым, не только во снах

После инцидента с мимик прошло пять лет, Дазай уже почти смирился с смертью близкого друга, но тоо каждый раз приходил к нему во снах, постоянно спрашивал, как он поживает, нашёл ли друзей, всё ли у него хорошо. Каждый раз, услышав голос Сакуноске, Осаму снова просыпается, надеясь увидеть его лицо перед собой, услышав его голос, почувствовал его дыхания и прикосновения. Ему хотелось снова увидеть Одасаку. После очередного сна, брюнет снова не мог уснуть, поэтому отправился в агентство сонным, и вообще, далеко не в лучшем состоянии. Обычно это случалось раз в месяц, но теперь эти сны чуть ли не каждый день, поэтому парень никогда не может выспаться. - Тебе ведь должно было быть 28, верно, Одасаку..? - Пробовал он себе под нос, идя в агентство. Услышав крик по пути, кареглазый не мог просто его проигнорировать, посему он подошёл к месту, откуда был слышен крик. Человек упал с первого этажа, пока пытался что-то сделать, следов убийства не найдено, а сам человек остался жив, лишь сломал пару костей, но настроение Дазаю это испортило, из-за чего тот решил пройти через переулок, чтоб сократить дорогу и заняться чем-то в агентстве, ведь все мысли были забиты Сакуноске. Перед глазами проскочил тёмный силуэт, по видимому высокого мужчины. Осаму погнался вслед за силуэтом, но перед глазами был вид на море, это было выходом из переулка. Брюнет решил выйти, может даже продолжить погоню, но там был лишь один человек, высокий рыжеволосый мужчина, с относительно смуглой кожей, вообще не напоминающий японца, он курил, стоя совсем близко к океану. Одежда казалось очень привычной, светлое короткое пальто, рубашка под ним, и штаны с какой-то дешёвой обувью. Как раз похожий силуэт был в переулке, значит, Осаму шёл за ним, но он казался совершенно обычным, из-за чего парень лишь медленно начал к нему подходить. Одасаку... - Подойдя почти впритык, он не сдержался и, всё же, назвал того по прозвищу, которое придумал уже давно. В общем, это лишь фамилия с частью имени, но прозвище значило многое для обоих, поэтому рыжеволосый развернулся, немного приоткрыв глаза от удивления. - Дазай, это ты? - в голосе мужчины было удивление, но тот был скорее раж целости друга, п не удивлён встрече с ним. Когда оба убедились, что это их старые друзья, они оттолкнулись от пола, приближаясь друг к другу, а Дазай пытался заставить второго обнять его, ведь он очень скучал по мужчине. Ода же, поняв намёк, уже более взрослого и зрелого, не знакомого для него Осаму, обнял его, немного приподняв уголки губ. Тёплые, тёплые руки, пронзающее дыхание, бьющееся сердце, как же им обоим не хватало этого друг от друга, Осаму думал, что тот помер, ведь откуда тогда там могила с его именем, а Ода лишь недавно начал жить нормально, подниматься на ноги, жить на стороне добра, и, наконец, начал понемногу писать разные сценарии. - Одасаку... Почему ты здесь? - дрожащим голосом произнёс брюнет, пытаясь не показывать слёз, которые сейчас было очень тяжело сдержать. - Как видишь, я выжил. Около года назад меня выписали, и к счастью, я снова встретил своего друга, - он же, говорил с небольшой насмешкой, будь то из-за нынешнего состояния Осаму, или самого случая. Когда Дазай успокоился и вылез из объятий Оды, тот отправился с работы на пару дней, ссылаясь на срочные дела. В самом же деле, он просто хотел побыть с Сакуноске. С человеком, который может залечить его душевные раны, с которым он может поговорить и улыбнуться по-настоящему. Оба понимали это, но признать подобное было непросто, особенно двум бывшим мафиози, учитывая, что один из них был в верхушке. ••• С наступлением дня улицы наполнились людьми, солнечный свет покрывал большую часть Йокогамы, но его не хватало, чтобы осветить её тёмную, как смоль сторону, убийства, портовую мафию и многие грехи. Сакуноске сидел на диване Осаму, пока тот заваривал чай. Пусть квартира и отличается, да и находится в другом месте, она кажется такой же, как и раньше, такой же уютной. Именно этот уют Ода ждал уже около года. Пока мысли голубоглазого были забиты произошедшим, Дазай уже заварил чай и принёс его в гостиную. - Что сидишь, как не свой? Расслабься хотя-бы немного, мы ведь не чужие люди, - В последних словах была нотка обиды и/или сарказма, будто он ждал чего-то от Оды. - Ты ведь ждёшь, пока я что-то скажу? Если так, то что именно тебя интересует? - Глаза начали смотреть на собеседника, изучая его. На руках всё ещё были те дрянные бинты, которые так не нравились Оде. Новых шрамов или царапин вроде не было, лицо такое же чистое, как раньше, а кожа... Ода провёл рукой по щеке Осаму - кожа тоже осталась такой же. За эти пять лет брюнет почти не изменился. - Мне рассказать, как я сейчас живу, или ещё о чём-то? - Сам Сакуноске не знал, что именно Дазай хочеь знать, просто понимал, что хочет. - Не верно, я хочу знать о чём-то более глубоком и душевном. Если я скажу, что ты почти всегда это скрываешь, или контролируешь, будет понятнее? - О моих эмоциях, или, скорее чувствах? - Контролировать их уже было в привычке у бывшего киллера, поэтому он не знамечал чего-то подобного, но а насчёт чувств.. было пару вещей, связанных с кареглазым. - Да, в точку. Я хочу узнать о твоих чувствах, - Сказал он, с небольшой, самодовольной ухмылкой. - Тогда, что ты скажешь на то, что я тебя люблю? - Глаза рыжеволосого были направлены на Дазая, пока тот в небольшом смущении, пытаясь отвести взгляд. - А.. ну, я тебя тоже, - уже более тихим и менее уверенным голосом сказал Осаму, но чуть позже снова обрёл уверенность, и сначала взглянув на удивлённого этим Оду, брюнет закрыл глаза, поцеловав друга, на что второй почти сразу же ответил, позволяя чужому языку ворваться в свой рот. Уже около 6-7 лет, тот лишь смотрел на него со стороны, даже не думая, о подобном, а Дазай так просто это воспринял, за пару секунд после признания поцеловав его. Дышать было не очень легко, они уже будто чувствовали вкусы друг друга, после чего, Ода остановился, аккуратно подобравшись к его шее, но толком не касаясь её. - Целовать человека без предупреждения - не лучшая идея, - прошептал Сакуноске, отрываясь от шеи Дазая. - Ты ведь вщял отпуск до конца этой недели? - В этот брюнет согласился, чуть позже упав на рыжего, начиная сопеть, ведь теперь он может спать спокойно, зная, что проснувшись, будет рядом со своим лучшим другом.