Настоящая ласка

      В студии 2 kid's room даже после выключения камер Хёнджин сдержался от возмущений при стаффе. Держать лицо он давно научился. Но едва оказавшись за дверями он не выдержал: — Что ты там нёс, придурок?! — Шипит он раздражённо. — Малыш, ну что опять тебе не нравится? — Хан в принципе привык, что тот склонен драматизировать и действительно не всегда понимает, на что он может остро отреагировать. — Я тебе не малыш! — Фырчит Хван. — Я вообще-то на полгода старше! И думай хоть иногда что говоришь! Хотя бы перед камерами. — Он собирается добавить что-то ещё, но из двух соседних комнат начинают выходить остальные ребята и вести себя как истеричка при них совершенно не хочется, поэтому он привычно натягивает на лицо отстранённо-нейтральную маску, а завидев вышедшего последним Феликса даже искренне улыбается, пропуская остальных чтобы пойти с ним. Джисон лишь слегка раздражённо пожимает плечами сам себе. Только что рассуждали, что теперь всё по-другому и они не ссорятся по пустякам! Наверное у Хёнджина ностальгия по скандалам на пустом месте.       В общежитие он едет вдвоём с Чаном, а по приезде немного удивляется, увидев что Чанбин выходит из другой машины один. Ему даже не приходится ничего спрашивать, тот сразу поясняет (скорее для вездесущего лидера, предвосхищая его вопрос), что Хёнджини поехал с ребятами в другое общежитие, смотреть какой-то фильм. Только вот Хван так и не возвращается домой. В первом часу ночи Бан Чан, как ответственный отец, начинает названивать сначала ему, потом Феликсу, а когда младшие не берут — набирает Минхо. Тот орёт на него, что из-за него сейчас мясо сгорит и вообще что за манера среди ночи звонить, людям спать мешать. Потом уже спокойнее поясняет, что Феликс давно спит, а они с Джинни решили перекусить и вообще тот у них заночует, чего среди ночи шарахаться, он уже и в душ пошёл. Лидер сразу успокаивается, а вот сидящий рядом с ним Джисон чувствует как внутри шевелится что-то вроде чувства вины. И чего-то ещё. Он всё ещё не понимает, что именно сказал не так, но вспомнив злой прищур Хвана и его раздражённое шипение думает, что чем-то всё же задел его. Настолько, что тот не хочет его видеть и из-за этого не ночует дома. Может, конечно, это и не из-за него, но ему не по себе.

***

      Хёнджин рад, что так вовремя вспомнил о предложении Феликса посмотреть какой-то новый фильм от Марвел и есть повод напроситься к ним в гости. Ещё больше он рад, что когда тот начинает клевать носом и собирается уже укладываться, его присутствие замечает Минхо, который кажется собрался поесть мяска на ночь глядя и рад что нашлась компания для такого неправильного, но приятного времяпрепровождения. А его предложение остаться уже с ночёвкой Хван принимает вообще за счастье! При одном воспоминании о дурацкой фразе, сказанной Ханом, его бросает в дрожь, поэтому встретиться с ним перед сном или поутру в общей ванной комнате он совершенно не готов. — Что между вами произошло? — Небрежно вопрошает Лино, ставя перед ним тарелку. — Ничего. — Быстро и коротко отвечает Хёнджин, занавесившись недосушенной после душа чёлкой и старший понимает, что действительно что-то произошло. Он ведь даже не уточнил, о ком спрашивает. Он делает максимально незаинтересованное в подробностях лицо и сообщает, что к такому шикарному стейку просто необходимо красное сухое вино.       Хёнджин вино вообще не особо любит, а словосочетание «сухое вино» его до сих пор удивляет и смешит (ну правда, оно же мокрое!), однако он не отказывается. На завтра расписание только после двух часов дня, да и Лино-хён не каждый день предлагает выпить. Тем более ему сейчас не помешает снять стресс, а, как бы банально это не было, алкоголь в этом действительно хорош.       Минхо наверное очень плохой хён. Остальные младшие давно разбрелись по комнатами и видят десятый сон, а самый вредный, но самый красивый из них сидит сейчас перед ним в его же пижаме (ну надо же было ребёнку что-то чистое надеть после душа!) и забавно морщится после глотка вина. Не так уж много у него опыта с алкоголем на самом деле, кроме пива и фруктового соджу и не пьёт обычно ничего. — Божечки, ну давай водой тебе немного разведём, если так кисло, — бубнит старший, уже вставая, но блондин машет отрицательно головой. Ну ещё бы он с ним согласился, вот бы удивил!       Минхо ехидно улыбается и разглядывает это чудо, упрямо глотающее невкусный для него напиток. Недосушенные светлые волосы торчат как попало, ворот пижамы застёгнут не до конца, обнажая острые ключицы. Пухлые губы, оторвавшиеся от наполовину опустошённого бокала, выглядят довольно бледными без макияжа, но всё равно прилекательными. Старший неожиданно для себя радуется, что он не гей, а то бы ещё влюбился в этого засранца. Он улыбается этой дурацкой мысли и подливает тому ещё вина. Ему нравится наблюдать за пьяненькими мелкими, Хёнджин так вообще становится наконец снова открытым и разговорчивым в таком состоянии, совсем как раньше. Довольно интересно бывает узнать его ближе хотя бы так.       Чувство опьянения ожидаемо расслабляет, в затуманенной голове становится меньше мыслей и приятная лёгкость наполняет тело. Наверное, зря он столько сразу выпил на голодный ещё желудок. Хёнджин вдогонку ест мясо и удивляется, насколько стейк действительно гармонирует с вином. Минхо всё же настоящий гурман, с ним бывает очень познавательно проводить время за столом. — Хани, конечно, как ляпнет что-нибудь! Такое трепло… — Наугад закидывает удочку Минхо через время, не глядя на младшего и отрезая себе очередной кусочек мяса, когда видит, что больше половины довольно объёмного бокала у того снова опустела. — Не говори, хён! Ни за языком, ни за руками не следит, придурок! — Поддакивает бездумно блондин, озираясь в поисках кимчи. Он как-то мясо всё же с кимчи привык есть, а этот гурман устроил какой-то европейский ужин, ни палочек, ни закусок. Минхо удивлённо вздёргивает бровь: он думал, что звание придурка, что за своими руками не следит, по праву принадлежит ему. — Хочешь сказать, он чаще меня твою жопку мацает? — Посмеиваясь спрашивает он и идёт к холодильнику. Мелкий жаловался как-то, что без кимчи у него мясо не переваривается (преувеличивал, как всегда, ну да если ему так спокойнее…). — Ну хё-о-он… — Блондин демонстративно прикрывает глаза рукой. — Что?! Я просто называю вещи своими именами! Ой, части тела! — Ржёт с него старший, выкладывая ему немного маминого кимчи из контейнера прямо на тарелку, рядом со стейком. — Хё-о-он… — Совсем с другой интонацией тянет благодарно Хёнджин и пьяненько улыбается. Минхо аж почему-то смущается: как-то слишком открыто проявил заботу, так можно и имидж потерять. Хочется сказать какую-нибудь колкость, прокомментировав неспособность того заценить европейскую кухню, но любопытство относительно взаимоотношений младших берёт верх. — Так что, чаще?! Так и знай, я ревную! — Он шутливо хмурит брови и дует губы, садясь снова напротив него. Хёнджин забавно хрюкает в кулак, а потом начинает ковырять вилкой кимчи. — Да он как-то не только… жопку. Наверное, вообще не её. — Начинает он, слегка задумавшись. — Это ты тут хорошо устроился, хён, у тебя вон сколько вариантов! А они говорят, что в их общежитии я самый тискательный, ну и… Тискают. А ты ведь знаешь, как я это не люблю! Минхо смотрит на надутые губы расстроенного тонсена. Такой трогательный и славный, хоть к себе сюда забирай от этих извергов и извращенцев. Затискали, гады, маленького! Но пока он может помочь только разлив остатки вина по бокалам. — Ешь давай! Глушишь тут без закуси… — Ворчит он немного и Хёнджин послушно жуёт. Он выглядит таким уязвимым, старательно наматывая на вилку кимчи и потом тыкая ей же в мясо (трезвый Хёнджин стопудово так не стал бы есть). — Тебе так не нравится, когда тебя трогают? — Пытается разобраться в его проблеме старший. Он сам довольно активно продвигал скиншип и вообще фансервис в группе, а в голову как-то и не приходило, что кому-то это может быть действительно неприятно. — Да не то чтобы совсем не нравилось, — задумывается Хёнджин, — просто иногда… Перебор. Есть же какие-то интимные вещи, хён. — Он большими глотками пьёт вино, будто ища у него поддержки и не зная, как пояснить. Минхо снова предполагает дальше сам. — Для тебя некоторые прикосновения слишком интимны? — Да… — То есть, ты не хочешь, чтобы так трогали все кому не лень? — Ага… — Жуёт между делом младший. — Хочешь, чтобы так трогал только твой парень? — Озвучивает своё давнее предположение Минхо. — Угу… — Снова бездумно соглашается младший с набитым ртом, только через пару мгновений осознавая, с чем согласился и вскидывая на него испуганный взгляд. — Божечки, не делай такое лицо, будто я поймал тебя с поличным, — улыбается хён, — тоже мне, великая тайна! Ну, я конечно не на сто процентов был уверен… Но 95% было на то, что ты гей. — Я не гей, я би! — возмущается блондин, на что его ехидный хён откровенно ржёт. — Ну да, ну да, я помню историю твоей несчастной любви в средней школе. Тогда видимо и отшибло всё желание с девчонками связываться? — Подмигивает он и Хёнджин почему-то расслабляется от этой привычной атмосферы. Такой Минхо-хён у него вызывает больше доверия, чем серьёзный и внимательный. — Теперь, конечно, понятно, чего ты такой ершистый бываешь, — рассуждает старший, ища в кухонном шкафчике ещё что-нибудь алкогольное. — Если есть парень, а тут кто-то ещё руки распускает… — Да нет у меня никакого парня! Откуда бы он взялся?! Я же с вами 24/7 практически, — закатывает тот глаза немного огорчённо. И сам подставляет бокал, когда видит, что откупорена ещё одна бутылка. Минхо улыбается с этого его энтузиазма и наливает. В конце концов, не часто у них бывают такие вот откровенные разговоры, что поделать, если без катализаторов никак. — Слушай, а может Хани не просто так тебя лапает при малейшей возможности? Может он того… Не прочь им стать? — Кем? — Уже не особо улавливает нить разговора пьяненький Хёнджин. — Кем-кем… парнем. Твоим. — Минхо и сам слегка офигевает от своего внезапного предположения, что уж говорить о его тонсене. — Хён, ты в своём уме вообще?! — Возмущается тот. — Ну а почему нет? — Не то чтобы он сам в это действительно верил, чисто из вредности гнёт своё: — Он то смотрит на тебя не скрывая восхищения, то комплиментами сыплет, то вот потрогать норовит… — Да он со всеми так себя ведёт вообще-то! С тобой вот даже. — Со мной это другое! Это фансервис, на камеру. А тебя дома, без посторонних глаз. — Минхо с удовлетворением замечает, что несмотря на расслабленное ранее состояние младший заметно смущается. Забавный он всё же. Ох уже эти мелкие… Без них было бы скучно.