Превосходство силы

Уже несколько недель прошло с начала его осмысленного пребывания на "Буревестнике". После их пьянки с Мэй, и его встречи с Оракулом, он занялся знакомством с его окружением, которое надлежало защищать. Всё бы прекрасно, да вот только, Джеффри Дэвис еще с детства плохо держал язык за зубами и имел склонность болтать много лишнего. Он и подумать не мог, что это обернется для него серьёзной проблемой: — А потом она хуйнула его прям в сочленение шеи с башкой и он повалился на землю, как мешок с мясом! Она еще говорит: я хотела его наверняка убить и даже слышала хруст шейных позвонков. Еще бы немного, и кэпу бы башню снесло! Потерял голову... Ха-ха-ха! Из-за девушки! А все потому что она сногсшибательна! Так сказать, сражает наповал! Вокруг него послышался оглушительный гогот офицеров ЧБФ, среди которых история о том, что адмирала уложила на лопатки хрупкая девушка без имплантов и какой либо подготовки, стала настоящим хитом и была на устах уже у всех подряд. Стоит ли говорить о том, какой удар по его репутации она наносила? И он, Зак Фарадей, адмирал одной из мощнейших флотилий Терранской Колониальной Конфедерации, один из основателей "Терранского Щита" и своей, не менее известной, Чёрной Бригады, сын великого Адама Фарадея... Разве он мог оставить такой удар поддых без внимания? Нет... Он покажет этому щенку, Дэвису, который возомнил себя хер пойми кем только из-за того, что он у ТКК на особом счету. У ТКК, но не у него... Мальчик зазвездился, так что самое время спустить его с небес на землю. В лиловых глазах пробегает зловещий огонёк, пока он чуть ли не царапает подлокотники своего кресла, сидя во главе тёмного отражения "Буревестника". Через свой нейро-кортекс, он связывается с капитаном службы безопасности и его хриплый, раздражённый голос отдает приказ: — Доложите младшему лейтенанту Дэвису, что я хочу видеть его. Сейчас же! Последние слова он особенно выделяет голосом, чтобы на том конце провода пошевеливались, а сам устремляет взор на расколотую планету, предвкушая то, как три шкуры сдерёт с этого желторотого наглеца, что решил, будто ему всё тут дозволено. Но, было очевидно, что Джеффри Дэвис из тех людей, которые подчиняются только более сильному, и, если их стычка с его рыжей подружкой, у которой мозгов было на порядок больше, заставила его забыть о том, что он здесь власть, то самое время ему об этом напомнить...

***

— Младший лейтенант Джеффри Дэвис, говорит служба безопасности корабля. Адмирал желает видеть вас на мостике немедленно! — к нему вышло двое ребят в бронированной форме и вооруженных электро-дубинками, что свисали с их поясов, вдоль наружного края левого бедра. Разговорчики вмиг смолкли. — Чем обязан своим визитом капитану? — спросил он, понимая, что сейчас его, вероятно, отправят на какую нибудь миссию на нижних палубах, или поручат еще что-то вроде этого. — Не разглашается. Пройдите с нами. — Ладно, ребят, как скажете. Раз уж кэп хочет. — младший лейтенант пожал плечами. Он никогда не сопротивлялся, когда эти угрюмые ребята с шокерами его куда-то вели, ведь понимал, что лучше рядом с ними быть паинькой. А ни то огреют и даже глазом не моргнут. Вновь его вели сквозь серые и белые тоннели корабля, вновь атриум, вновь КПП. Перед ними открывали гермоврата. Процессия остановилась. — Дальше идите один. — приказали ему, и он не видел причин, чтобы не подчиниться, так что просто пошёл вперёд. Он еще на подходе к мостику понял, что капитан не просто вызвал его, он вызвал его на Лимб. Второй круг бытия и первый островок Дальнего Берега, что был похож на их собственный мир, но более тусклый, как если бы он смотрел на него сквозь тёмное стекло: тени тут становились глубже, свет тусклее, а по углам прятались невидимые эфемерные существа, рождённые разумом других существ. По полу стелился фиолетовый туман, а длинный изуродованный безумными письменами коридор был освещен лишь тошнотворным светом жёлтых ламп. И вновь холодок, что бежал по спине волнами мурашек. Только в этот раз, их причиной был не Легион, их вызывал сам капитан, что явно вызвал его не для того, чтобы рассказать очередную историю о своей жизни или поведать что-то о "Хозяевах". Нет, мотивы адмирала были иные, и он чуял это загривком. Перед ним открылись последние врата и он вновь оказался в большой тёмной комнате со звёздной картой. Она была столь же слабо освещена, сколь и предыдущая. На стенах всё те же надписи, только теперь к ним добавились еще и следы когтей. А в воздухе витала тяжёлая аура, исходившая от Фарадея, что сидел в своём капитанском кресле, за приборными панелями и наслаждался видом расколотого мира. Каждый раз, как он приходил сюда, у Джеффа возникало ощущение, что он попадал в самое сердце злодейского логова, что не совсем вязалось с характером его прямого руководителя. Он бы назвал его скорее анти-героем. Но, может то было лишь проявление того, каким Зак сам себя видел со стороны... — Здравия желаю, адмирал! — задорно начал он, — Младший лейтенант, Джеффри Дэвис, прибыл по вашему приказу! — псионик отсалютовал. Фарадей некоторое время молчал, затем начал, вкрадчиво. — Скажи мне, ты знаешь, что бывает за неподчинение? — Штрафбат, лишение воинского звания, двадцать лет тюрьмы и смертная казнь, как высшая мера наказания. — И что из этого ты мне прикажешь выбрать, если, блять, любой вариант повлечёт за собой те последствия, которых я пытаюсь избежать?! А?! — Зак резко поднялся со своего места и подошёл к лейтенанту почти вплотную, срываясь на крик. Даже с высоким ростом псионика, адмирал всё равно был на полголовы его выше. Джефф стоически переносил его ругань, чувствуя, как стынут жилы из-за того, что гнев кэпа через имплант проникал в окружающую среду, раскаляя её подобно жерлу вулкана. — Понять, простить и отпустить, капитан! — по своему обыкновению, псионик попытался свести всё в шутку, но адмирал этого, похоже, не оценил и схватил его за шею, подняв над землёй. — О, поверь, я бы рад. Но тогда ты не извлечёшь ценный урок. Джефф отчаянно цеплялся руками за его руку чувствуя, как ему не хватает воздуха, пока не оказался брошен вниз, с платформы, на которой они стояли. Он закашлялся, шея горела, и он точно бы получил перелом, если бы его тело не среагировало в полёте, значительно укрепив кости и мышцы, но то был больше рефлекс, вызванный лишь его мыслями о защите. Он поднялся. Капитан угрожающе приближался к нему. — Может не будем так горячиться, кэп? Всё таки Лимб на первый уровень тоже влияет и всё, что мы поломаем тут, поломается и там! — Джефф приподнял руку на уровень живота, готовясь применить один из немногих трюков в его арсенале, но из пола корабля вдруг появились блестящие чёрные ленты, обвившие его предплечья и связавшие руки за спиной, — Эй, кэп, это нихера не честно! — Что, правда? — последовал удар рукой в челюсть, от которого в башке всё загудело, будто бы его переехал локомотив. Точно, рыжуля что-то говорила про то, что у него руки не свои, — А ты сделай так, чтоб было честно! — еще удар, но теперь коленом по животу, да так, что он согнулся пополам от боли, — Или... Может мне тебе помочь в этом? — Фарадей как-то зловеще рассмеялся и развернул одно из многочисленных кресел позади себя, на нём сидела связанная девушка с огненно-рыжими волосами. Впрочем, то была лишь иллюзия, но заплывшим зрением и трещащими мозгами псионик не смог отличить подделку от оригинала, его охватывала ярость. — Отпусти её, урод! Она здесь ни при чём! — Это так ты разговариваешь с тем, кто выше тебя по званию?! — теперь адмирал ударил его ногой в грудь и он отлетел назад, захлёбываясь кашлем, — Разве не она смогла уложить самого Зака Фарадея без какой либо подготовки и даже без имплантов? Как думаешь, что мне с ней делать? Может отдать её Даггеру? Или Фариду? Ох, они-то с ней как следует развлекутся... — Ублюдок... Кровь внутри закипала, подобно магме, ленты, обхватившие его руки, сгорели в пламени, невесть откуда возникшем. Глаза застилала пелена, перед собой он видел лишь соперника, которого хотел лишь сжечь, выжечь ему мозги, прямо как тогда, на планете. Резко поднявшись, Джефф тут же перешёл в наступление, неведомая сила, что многократно возросла на Лимбе, бурей объяла адмирала и хлестала его сотней невидимых плетей. Он пытался защититься, но созданный им барьер пал под натиском природного псионика, что многократно превосходил его по уровню сырой энергии. Впрочем, ему явно не доставало опыта, и уже совсем скоро, он начал выдыхаться: удары хлестали не так яростно, а интервалы между ними составляли всё больше и больше времени. — Впечатляет! Но тебе еще далеко до моего уровня, — фигура адмирала начала рябить, пока он не фазировался сквозь него, сбив Дэвиса с толку, и подарив ему незабываемое ощущение выворачиваемых наизнанку органов. Только ощущение. Но чего оно стоило! Кэп потянул псионика за невидимую цепь, прибегнув к использованию подавителя его способностей, и заломил ему руки за спину, перегибая через бортовую консоль, — Но, чувствую, если продолжу тебя злить, рискую начать новую жизнь в новом теле. Знаешь, какого это умирать, а, лейтенант? — Поверь, блять, посчастливилось испытать! — Ни с чем не сравнимое ощущение, не так ли? Чтож, смотрю таким тебя не напугать, но урок тебе всё еще нужен. — Пощадите, кэп! — Джефф лежал щекой на металлической панели, удерживаемый за голову второй рукой адмирала, — Я даже небытие на себе испытал! Жуткая хрень! — Не сомневаюсь, — Зак приподнял его голову и приложил его башкой об консоль, чтоб брыкался поменьше, Джефф взвыл от боли, — Ты довольно силён, но начинаешь забываться. Пока ты не стал сильнее меня, тебе стоит поучиться покорности. — А может всё же простите, на первый раз? — спросил он, за что еще разок поцеловал металл. — Я решаю, простить мне тебя или нет! — Зак повернул голову, где сидела его иллюзия, образ девушки уже начинал понемногу таять без подпитки, но его еще можно было использовать, — Как думаешь, переживёшь ли ты сам унижение, которому меня подвергаешь своими байками? Или думаешь, я буду и дальше закрывать глаза на то, что ты мелешь языком? Если тебе нечем рот занять, то, знаешь, я могу помочь... — Чё? Джеффа рывком спустили на холодный металлический пол "Буревестника", и вновь эти ленты, зафиксировавшие его в одном положении. Он с трудом смог приподнять гудящую от побоев голову и увидел перед собой эрегированный половой орган. — Эй-эй, кэп, что за..?! - но, в такой ситуации открывать рот ему точно не стоило, так как член угодил ему прямо туда, мгновенно заткнув болтливую пасть. — И только вздумай меня укусить, щенок! Я твой язык вырву с корнем и засуну тебе в задницу, ты меня понял?! Зак схватил лейтенанта за волосы и принялся вгонять себя всё глубже в глотку, царапая твёрдым стволом и головной напряжённые нёбные дужки и зев. Джефф ощущал языком набухшие пещеристые тела, гиперемированные вены и все складочки его кожи. В нос бил плотный мускусный запах другого самца, что ставил его на место подобным, действительно унизительным образом. А ведь он не мог даже пошевелиться и как либо исправить ситуацию, борясь с желанием откусить адмиралу хер и выблевать ему на ноги свой обед. А самое ужасное в его положении было то, что за этим всем наблюдала девушка, в которую он был безответно влюблён. Теперь она с ним точно ничего не захочет, потому что перед её глазами будет эта сцена, в которой адмирал грубо овладевает его ртом. Джефф расслабил стенки глотки, похоже, смирившись со своим положением, и направил взгляд туда, где должен был находиться объект его обожания, но кресло было пусто. "Чё нахуй?!" — подумал он, когда понял, что его попросту обманули, и гневно посмотрел на кэпа, что продолжал оприходывать его девственную ротовую полость. Честное слово, он бы предпочёл  чтобы ими управляла женщина, тогда он бы сам сейчас ей виртуозно шерудил языком вдоль нежных складок больших и малых половых губ, при чём с огромным удовольствием. Кэп оттолкнул его от себя и из его рта, вместе с обильной густой слюной, вывалился его огромный хер. Джефф уж понадеялся, что на этом его экзекуция окончится, но адмирал был непреклонен: — Лижи. — Что? Пошёл нахуй, не буду я это делать! — Это приказ, лейтенант. Ты же помнишь, что с тобой может быть за неподчинение? "Вот гондон!" — подумал парень, приближая голову к отвратительным мужским гениталиям, — "Я тебе обязательно это приомню, гнида ты такая!". Он высунул язык и неуверенно провёл им вдоль пульсирующей головки: "Кожа... Это просто кожа. Просто кожа на хуе... Какая мерзость!" — с выражением отвращения на своём лице, Джефф двигался вдоль ствола. Делать это было довольно сложно и он едва не терял равновесие из-за рук, что всё еще были скованы у него за спиной. Пытаясь уйти от омерзения, он закрыл глаза и попытался представить на месте адмирала какую нибудь женщину. Не важно какую, просто женщину. Любую, толстую, худую, некрасивую, полностью покрытую шерстью... Лишь бы женщину! Потому как ему была противоестественна сама мысль о том, что ему приходилось вылизывать этот отвратительно большой член! — Я не давал приказ закрыть глаза. — Зак будто бы услышал его мысли, вынуждая отстраниться. — Пошёл ты к чёрту, больной ублюдок! У меня нет никакого желания на тебя смотреть! — Как же ты бесишь... — кэп, таким же рывком, каким опустил его на колени, поднял его в воздух и снова уложил на консоль. С лейтенанта оперативно стянули штаны, вместе с остатками гордости, и он начал брыкаться, явно не желая оказаться таким же пидором, каким оказался их, такой суровый с виду, адмирал. — Ладно! Ладно! Я сделаю тебе самую эротичную мордашку, какую только захочешь! Только не туда, блять! Я храню себя для любимой, ясно?! — Очень жаль, — подытожил кэп и без подготовки вогнал свой истребитель ему в ангар. Парня пронзила жуткая боль, он чувствовал, как ректальный сфинктер трещит от напряжения, грозясь вот-вот разорваться под натиском капитанского флагмана. — Блять! Аархх... Да ты хоть знаешь, как это, сука, больно, уебана ты кусок?! — у псионика слезились глаза, без своих сил перед другим таким же, как и он, он был совершенно беззащитен. — К счастью для тебя, я не такой садист, каким меня считают, — ответил кэп, давая привыкнуть к своим габаритам, но у Джеффа это вызвало лишь очередное желание съязвить. — А я-то блять не заметил! Адмирал начал понемногу двигаться у него внутри. С каждым толчком, напряжённые мышцы жалобно ныли, прося прекратить пытку, но Фарадей их не слышал, продолжая медленно вгонять свой член всё глубже и глубже в его прямую кишку. И, среди всех этих страданий, было еще одно ощущение, рождавшееся тогда, когда головка капитана касалась возвышения на передней стенке слизистой оболочки. Что-то в его теле отвечало удовольствием на эти движения, и, если честно, это его пугало. Адмирал продолжал двигаться, постепенно наращивая темп, а Джеффри оставалось лишь тяжело под ним дышать и давить в себе нараставшее возбуждение. К несчастью для него, его тело выдавало его с головой, и он не смог это скрыть, когда его собственные половые органы начали наливаться кровью. Фарадей приподнял его над столом и обхватил его член другой рукой. — Что, начинаешь этим наслаждаться? — ядовито усмехнулся он. — Пошёл ты знаешь куда? — процедил подавляемый псионик сквозь зубы, что вызвало у его истязателя лишь усмешку. — Запомни это ощущение беспомощности, щенок! Отныне с тобой так будет всякий раз, когда ты решишь меня ослушаться! — А может в следующий раз перевоплотитесь в девушку? Ну, если я буду хорошо себя вести? — Джеффа хотелось прямо таки подвешать за его длинный язык, и капитан схватил его за шею, придушивая сильнее всякий раз, как он входил всё глубже, парень и сам подтянул голову поближе к насиловавшему его мужчине, — Эй, кэп... Хотите попробовать себя на вкус? — он изогнул голову посильнее, припадая к губам Фарадея. В его слюне еще оставались частички эпителия, что несли на себе запах и послевкусие члена адмирала, и, чтобы кэп уж точно не смог отвертеться, Джефф провёл ему языком по щеке, оставляя на ней мускусный аромат. Лицо Зака, искажённое злостью, заставило его лишь изо всех сил заржать, но капитан "Буревестника" очень быстро придумал способ отомстить своевольному юнцу: он отпустил псионика и за шкирку потащил его к одному из кресел, а парня поднял над собой в воздух, обхватив руками под колени, и вновь насадил на свой член, вернув Дэвису саднящее ощущение промеж ягодиц. Зак опустился с ним в кресло и завёл свои руки ему за затылок, сложив их на нём в замок. Подобная позиция как-то сразу поубавила у Джеффа желание шутить, и ему оставалось лишь полностью раствориться в том, как адмирал грубо присваивает его себе. Член его входил очень глубоко и тёрся о бугорок предстательной железы на всю длину, из-за чего он уже не мог сопротивляться приятному чувству, разливавшему тепло по его животу. Дыхание стало тяжелым, лейтенант с трудом сдерживал стоны, которые так и норовили вырваться из его груди. Кэп, к счастью, уже никак это не коментировал, и Джефф чувствовал, что он увеличился внутри него, готовый вот-вот взорваться. Фарадей наращивал темп, начиная его уже беспощадно долбить, воздух на мостике заполнился запахами их пота, заполнив собой всё вокруг, а это нестерпимое трение вызвало гиперсекрецию слизи внутри него, создавая слой естественной смазки, которая немного облегчала процесс, но была и причиной этих постыдных хлюпающих звуков. — Блять, кэп... Я... Мм-мх... Знай, что я... Тебя... Нена-хх... — псионик содрогнулся мышцами брюшгого пресса, чувствуя, как из него, на пол мостика выливается семя. Сокращения диафрагмы тазового дна и других половых мышц заставили его плотнее обхватить Зака стенками вместилища его члена, от чего он тоже не смог удержаться и кончил внутрь него. Джеффа отшвырнули на землю, как использованную игрушку. — Взаимно. Надеюсь, ты многому сегодня научился. — сказал адмирал, вытер с себя остатки спермы и удалился, бросив псионика бессильно скрежетать зубами на холодном полу...