Праздничный сборник коротких историй

      Это был последний учебный день перед летними каникулами. Школьники с восторженными визгами неслись вон из школы, радуясь тому, что не придут в это здание целых три месяца.       — Люм, какие планы на каникулы? — спросила у неё подруга, идущая рядом.       — Я не знаю, особо-то ничего и не планировала. Но я хочу провести эти каникулы круто, они ведь последние в нашу школьную пору, следующие уже будут университетские. А ты, Эмбер?       — Через неделю я поеду с родителями на море, — воодушевленно сообщила девушка. — Я так этого жду.       — Что же, хорошего тебе отды…       Фраза оборвалась, поскольку Люмин кто-то задел плечом. Она с возмущением посмотрела на нарушителя милой беседы и увидела Тарталью, несущегося по коридору от Скарамуччи, что грозился его побить шваброй.       — Эй, Чайльд, а аккуратнее нельзя?! — сделала замечание Люмин, закричав на весь коридор, и парень это услышал. Выхватив швабру у Скарамуччи, он подошёл к девчонкам.       — Ты решила меня оглушить своим визгом? — усмехнулся парень, глядя блондинке в глаза. — Какая злюка. Похожа на агрессивного котёнка.       — А ты с этой шваброй — на взлохмаченную растрепанную уборщицу! — не осталась в долгу Люмин.       — Что ж, вот и обменялись любезностями, — заключил Чайльд. — Хорошего тебе лета, злюка.       С последними словами Тарталья слегка приподнял швабру и легонько шлёпнул ею по заднице девушки.       — Да что ты… — краснея от злости, закричала Люмин, но парень, рассмеявшись, уже унёсся прочь. — Я тебя убью, если увижу, понял?!       — Как мило, — хмыкнула Эмбер, но Люмин решила это никак не комментировать.       Девушки вышли во двор школы. Тёплый ветерок с нежностью ласкал пряди их волос, слегка спасая от палящего солнца.       — Ой, смотри, Тарталье как всегда какая-то девчонка в любви признается! — Эмбер указала пальцем куда-то в сторону.       Люмин увидела какую-то школьницу с совершенно красными щеками, она перебирала пальцы между собой, нервничая, и что-то бурчала себе под нос. Затем Тарталья что-то начал объяснять, несколько раз извинившись перед девушкой.       — Эх, опять отказал, — заключила Эмбер. — И почему Тарталья отшивает всех девчонок? Может, ты ему нравишься?       — С ума сошла?! — возмутилась Люмин. — Это невозможно, ты же видела, как он ко мне относится.       — Ну в том-то и дело, он ни с одной девчонкой в школе не общается, а к тебе постоянно лезет…       — Так, все, выключай своего «шиппера». Хороших тебе каникул, надеюсь, сможем как-нибудь погулять.       Подруги обнялись и разошлись в разные стороны. Люмин размышляла, как она может провести эти каникулы. Так, чтобы они стали незабываемым. Может, заняться спортом, бегать по утрам, вести активный образ жизни? А может, каждый день ходить на какие-нибудь дискотеки? Что-то всё было не то. Блондинка решила, что как-нибудь всё само обязательно решится, и у неё, несомненно, будут лучшие каникулы.

***

      Ожидания Люмин по поводу каникул не оправдались. Она бесцельно лежала на диване, закинув ноги на спинку, а голова свисала вниз над полом.       — Эмбер на море, я с родителями в этом году никуда не еду, другие подруги тоже разъехались… — лениво рассуждала девушка. — Одна я как дура сижу дома и бездельничаю.       В комнату неожиданно ворвалась мама с каким-то радостным лицом.       — Люмин, я нашла способ развеять твою скуку! — торжественно заявила она. — Помнишь мою подругу тётю Алису? Мы с ней едем в путешествие на месяц!       — И берете меня с собой?! — обрадовалась Люмин. Её мечты о весёлых каникулах начали сбываться.       — Ха, ещё чего, нет, конечно, — и эти мечты тут же разбились об реальность. — К тёте Алисе на дачу приехал племянник. И мы решили тебя отправить тоже туда. Он так же один остаётся, мы подумали, что вам вдвоем будет веселее.       — Мам, остынь. Насколько благоразумно будет отправлять меня на дачу жить в одном доме с парнем, которого я даже не знаю? А сколько ему лет?       — Он твой ровесник. Не переживай, я знаю, что он порядочный. Собирайся. Может, хоть с ним у тебя что-то получится, а то 17 лет, а парня до сих пор ни разу не было.       «Вот и все, о нормальных каникулах можно и не мечтать. На даче же нужно будет ещё огородом заниматься…»       — Мам, а мы будем что-то на даче там делать, поливать, например? — решила оточнить Люмин.       — Конечно, у тёти Алисы там чего только не растёт, будете ухаживать за всем её добром, — заявила она, улыбнувшись.       — Это нечестно! — топнула ногой блондинка. — Дача их, так почему там должна работать я?!       — Люмин, а ну прекрати капризничать, — разгневалась мама. — Как тебе не стыдно, тётя Алиса каждый год нам столько овощей и фруктов с этой дачи приносит! Сейчас же собирайся, и чтобы я больше такого не слышала!       Люмин вздохнула и начала собирать вещи. В голову неожиданно ударила мысль: мама права. Почему бы ей не обзавестись парнем и не охмурить племянника тёти Алисы? Она вроде девушка симпатичная, с красивой фигурой, правда грудь маловата, но это можно исправить с помощью специального бюстгальтера.       — Мам, а этот племянник тёти Алисы… Он симпатичный? — спросила девушка.       — Да! — обрадовалась она тому, что её дочь все-таки заинтересовалась поиском отношений. — За ним многие девчонки бегают.       — Поняла! Значит я сейчас же собираюсь!       Люмин надела джинсовые чёрные шорты с завышенной талией и черную кроп-футболку с белой надписью «Хочу замуж».       «Не, ну а что, намёки с порога, ничего страшного», — хитро подумала Люмин, оценивающе рассматривая свое отражение в зеркале.       Наряд подчёркивал её тонкую талию, которой Люмин могла похвастаться. Эта часть тела — единственная, которая нравилась девушке. В остальном — грудь маленькая, а бедра слегка крупноваты и… Ляжки, которые были у неё всегда проблемной зоной. Сколько бы Люмин не худела, уменьшались в размерах, в основном, только талия и грудь, поэтому девушка вскоре оставила эту идею.

***

      Тарталья сидел на кухне и уже несколько минут прожигал свою тётю, что сидела напротив него, недовольным взглядом.       — Что такого в том, что ты познакомишься с классной девчонкой? — возмутилась она. — Твоя мать давно говорит, что тебе пора бы уже начать отношения.       — Мне уже страшно становится, когда ты пытаешься меня с кем-то познакомить. Мне напомнить тебе, что ты привела к нам домой один раз знакомить со мной какого-то непонятного типа, который был похож на девушку и притворялся ею? — недовольно пробурчал Тарталья.       — В этот раз всё точно будет круто. Это дочь тёти Эллы, моей подруги, она очень симпатичная, — уверяла она своего племянника.       — Ладно, допустим, но если это опять будет какое-то недоразумение, я отправлю эту девку обратно и буду жить тут один, ясно?       Кто-то позвонил в звонок, и женщина радостно подскочила со стула и побежала открывать ворота гостям.       — А вот и моя дорогая подруга со своей дочерью. Ребятки, я надеюсь, вы познакомитесь сами, а мы пойдём, нам еще вещи собрать надо.       Тарталья лениво поздоровался с тётей Эллой, а затем перевёл взгляд в сторону девушки, что стояла около двери. Парень начал оценивание с самых ног.       «Так, ноги бритые, ляжки крупноватые, но такие аппетитные… Ну нихрена себе задница, так бы и пожамкал. Талия супер. Грудь маловата, но ничего. Хах, надпись «Хочу замуж» на футболке. Можно и устроить такое… Неужели тётя Алиса в этот раз оказалась права, и это действительно самая настоящая красотка?» — так думал Тарталья, пока взгляд не поднялся ещё выше, на лицо девушки.       — Что?! Люмин?! — шокировано произнёс Тарталья, а по ошарашенному, но в то же время гневному личику девушки было видно, что она тоже не в восторге.       — Чайльд?! Мама, я не останусь здесь! Отвези меня обратно в город! — начала кричать Люмин, но оказалось, что её мать с тётей Алисой уже сели в машину и уехали собирать вещи, оставляя ребят друг другу на растерзание.       — Ну что, Люмин, значит, мы живём в одном доме целый месяц? — хитро спросил Тарталья, возвращая всё внимание девушки к себе. — И для кого ты так вырядилась, для меня что ли? Ха-ха. А «хочу замуж» это намёк мне?       — Чайльд, — прошипела она его имя. — Я ещё в школе обещала, что убью тебя как только встречу! Но ты ещё больше усугубил своё положение!       С этими словами она кинулась на него с намерением задушить, но Тарталья среагировал быстро и с весёлым смехом побежал на второй этаж. Люмин не отставала. Чайльд забежал в одну из комнат и схватил подушку для самообороны, разгневанная Люмин с разбега прыгнула на кровать, прямиком на парня и, схватив другую подушку, начала пытаться его ударить. — Как ты только посмел ударить меня по заднице в школе?! — злилась Люмин. — И думать, что я наряжалась для тебя?!       Все побои от блондинки Тарталье были ни по чем, тогда Люмин, отбросив свою подушку и выхватив другую из рук рыжеволосого, попыталась ударить его кулачками. Однако сделать ей этого не удалось, поскольку Тарталья неожиданно перехватил её запястья и каким-то образом перевернулся так, что Люмин уже находилась на кровати под ним. Щёки девушки зарумянились, когда она поняла, в каком положении они находятся, причём она заметно успокоилась.       — Отпусти, извращенец, — сказала она тихим и от этого слишком милым голоском.       — Тебя так просто засмущать? — усмехнулся Тарталья, отпуская её и вставая с кровати. — Есть будешь?       — О какой еде может быть речь, когда я хочу уехать отсюда домой? — возмутилась Люмин. — Тут далеко до автобусной остановки?       — Хм, вот ты с мамой ехала сюда через лесок, верно? — спросил Чайльд и после кивка Люмин продолжил. — Так вот, ближайшая остановка находится по ту сторону леса. Идти далеко. Тебя комары за это время съедят. Так что хотим мы этого или нет — мы должны ужиться на месяц. Но не всё так плохо, тут недалеко речка и магазин.       Люмин тяжело вздохнула, с невероятным усилиями принимая свою судьбу. Через лес идти одной — не самая лучшая идея, а Тарталья вряд ли согласится её проводить.       — Знаешь, Чайльд, я что-то устала с дороги. Пойду-ка я, пожалуй, завтра с утра, — Люмин нервно хихикнула и попыталась убежать в соседнюю комнату, выделенную ей на ближайший месяц.       — Куда собралась? Нам нужно огород ещё полить и клубнику собрать, - остановил её Тарталья.       — Сначала надо переодеться, не вздумай подглядывать! — предупредила Люмин.       Девушка убежала в комнату и переоделась в рабочую одежду, состоящую из старых шорт и свободной футболки, затем вышла во двор. Тарталья уже приготовил и соединил все шланги, принёс ведёрки, в которые нужно собрать клубнику и стоял, ожидал блондинку. Территория огорода у тёти Алисы была огромная, и ребята потратили около полутора часов, чтобы всё полить. Уже даже начало заходить солнце. Когда с поливкой было закончено, Чайльд отправил Люмин начинать собирать клубнику и, сказав, что сейчас вернётся, побежал в дом вымыть руки, что были грязными от мокрой земли.       Люмин взяла небольшое белое ведёрко и пошла к клубнике, что пылала своими ярко-красными аппетитными ягодами. Девушка присела на корточки и начала собирать плоды. Неожиданно она подняла взгляд и обнаружила, что через забор виден лес, через который они с мамой ехали сюда. При ограниченном количестве света лес выглядел жутковато, и Люмин как завороженная вглядывалась в растительность.       — Бу! — послышалось у неё над ухом, а на плечи резко опустились чьи-то холодные руки, что касались пальцами её шеи. Люмин завизжала, казалось, на весь район и развернувшись, замахнулась ведерком, что держала в руке.       Это был всего лишь Тарталья, но это Люмин поняла позже, чем зарядила парню ведёрком по виску.       — Ты решила меня убить? — недовольно спросил Чайльд, держась за голову в месте удара.       — П-прости… Я… Ты вообще сам виноват! Нечего было так меня пугать! Нечего подкрадываться со спины, — на повышенных тонах обвиняла она парня. — Вдруг это маньяк какой-то?       — А логически нельзя было подумать, что здесь кроме меня никого нет? Истеричка, — в ответ накричал на неё Тарталья.       — Да пошёл ты! — Люмин со злостью кинула ведро. — Разбирайся сам со своей клубникой!       После этого девушка резкими шагами пошла в сторону дома. И Тарталья не придумал ничего лучше, кроме как взять с земли шланг, включить воду и направить поток в медленно удаляющуюся девушку.       Холодная вода безжалостно охватила тело блондинки, и та подпрыгнула от неожиданности, пытаясь уйти из поля поражения шланга. Люмин развернулась в сторону Тартальи, который с весёлым смехом выключал воду и располагал шланг на своём месте.       — Чайльд, ты совсем?! — она подбежала к нему, схватила горстку мокрой земли и зарядила ею прямо в футболку Тартальи.       — Идиотка! — не остался в долгу парень. — Я твою одежду не пачкал, я всего лишь…       Тарталья запнулся, поскольку только сейчас посмотрел на мокрую одежду Люмин, которая прилипала к телу и полностью выдавала очертая фигуры.       — Перестань пялиться! — с этими словами блондинка зарядила в него ещё одной горсткой земли и побежала в дом.       Тарталья вздохнул, сомнительным взглядом осмотрел свой внешний вид, брошенное ведёрко и нехотя пошёл сам собирать клубнику. Однако ягод было слишком много, и вскоре парень устал, потому решил оставить это дело до утра, тем более, начинало медленно темнеть, и клубнику становилось труднее заметить.       Когда Тарталья зашёл в дом, ему в нос ударил запах чего-то вкусного. Аромат заставил его зайти на кухню, где Люмин активно что-то готовила и в данный момент нарезала овощи.       — Ты готовишь нам ужин? — обрадовался Тарталья, как никогда почувствовав голод.       — В смысле «нам»? — Люмин скептически взглянула на Чайльда. — Я себе поесть готовлю. А себе сам готовь, я не твоя жена.       — Мы можем это исправить, — Тарталья подошёл к девушке сзади и поставил руки на стол по обе стороны от неё.       — Если ты сейчас же не отойдешь от меня, то ты труп, — Люмин угрожающе помахала в воздухе ножом, и Чайльд соизволил отстраниться. — За стол садись. Но завтра готовишь ты.       — Без проблем, — усмехнулся Тарталья и подошёл к раковине, чтобы вымыть руки.       Люмин поставила на стол салат из овощей, достала две тарелки, наложила в них картофельного пюре и по одной жареной котлете.       — Ты бы переоделся, — Люмин кивком указала на его испачканную футболку.       Тарталья решил не церемониться: он снял испачканную вещь и кинул на стоящий рядом стул. При виде оголенного пресса щеки девушки вспыхнули, а её глаза с возмущением смотрели на парня.       — Мне и так нормально, я потом постираю. Вообще-то это ты виновата, что моя футболка грязная. Но поскольку ужин очень вкусный, я тебя прощаю, — после этого Чайльд замолчал, начиная быстро уминать все содержимое тарелки.

***

      Утром Тарталья встал ни свет, ни заря, поскольку не забыл свое обещание приготовить завтрак. Решил остановиться на самом простом — яичнице и кофе с молоком. Затем пошёл в ванную и обнаружил футболку, что вчера была ещё грязной, совершенно чистой и висящей на верёвке, чтобы высохла.       «Она что, ночью её стирала?! Сумасшедшая!» — подумал Чайльд, однако забота со стороны девушки грела ему душу.       Ему тоже захотелось сделать Люмин приятно, тем более блондинка давно ему нравилась, хоть он это старался не показывать. В голову парню неожиданно пришла идея. Он взял тарелку с яичницей и бокал с кофе и пошёл на второй этаж, в комнату Люмин. Девушка мирно сопела под одеялом и, кажется, не скоро планировала просыпаться. Тарталья поставил завтрак на прикроватную тумбочку и начал пытаться разбудить Люмин, но блондинка ни в какую не хотела просыпаться. Точнее, Чайльд видел, что она проснулась, но просто капризничала и недовольно мычала, переворачиваясь на другой бок. Тогда он присел на кровать и наклонился к её лицу.       — Моё любимое солнышко, просыпайся, у нас сегодня очень важный день и… — договорить ему не дали, поскольку девушки схватила большим и указательным пальцами его за нос.       — Ты кого тут любимым солнышком назвал?! — Люмин вскочила и схватила с кровати огромного зайца.       Тарталья понял, что ему не сдобровать и побежал вон из комнаты. Однако огромная мягкая игрушка достигла его на последних ступеньках лестницы, и под её весом Чайльд упал на пол.       — Точное попадание! — закричала Люмин со второго этажа, а Тарталья повернул голову, чтобы хотя бы краем глаза увидеть Люмин в коротенькой сорочке, и это зрелище ему, несомненно, понравилось.       Он поднялся и понёс зайца обратно в комнату Люмин. Девушка с удовольствием уминала яичницу.       — Прости, Чайльд. Просто не нужно так меня будить, — хихикнула Люмин. — Спасибо за завтрак. Это очень мило с твоей стороны.       — Как ты сразу подобрела, — хмыкнул Чайльд. — Когда доешь, собирайся и выходи во двор, нам нужно, пока не сильно разогрело, собрать клубнику.       Всё утро проработали, не покладая рук. Точнее, больше работал Тарталья, Люмин отвлекалась на летающих бабочек, на рассматривание жучков. Девушка была по-детски любопытной, и парня это невероятно умиляло в ней.       — Может, на речку сходим? — спросил Тарталья после полудня. — Тут недалеко.       — Хм, ну давай, — пожала плечами Люмин. — Всё равно делать нечего, да и охладиться не помешает.       Ребята, абсолютно радостные, побежали в дом собираться. Когда Люмин собирала свои вещи в городе, она выбирала максимально открытый купальник, чтобы привлечь племянника тёти Алисы. Кто же знал, что этим самым племянником окажется её собственный бесячий одноклассник. Хотя, если бы Люмин была честной сама перед собой, признала бы, что Тарталья не так уж её и раздражает, она испытывала к нему некий интерес, может, даже симпатию. И с тех пор, как они проводили свои каникулы совместно на этой даче, эта симпатия начала перерастать во что-то большее.       И сейчас, рассматривая свое отражение в зеркале, она сомневалась. Верхняя часть купальника состояла из небольших треугольников, еле прикрывающих грудь, и весь комплект завязывался на веревочках. У Люмин в голове зародилась навязчивая мысль пойти купаться в шортах и футболке, но почему она должна доставлять сама себе дискомфорт только потому, что тот парень, которого она планировала привлечь, оказался всего лишь Тартальей?       До водоёма дошли в тишине: солнце настолько давило на них своим жаром, что даже не было сил что-либо говорить. Но как только они увидели реку, от которой веяло сладостной прохладой, кислые лица начали приобретать эмоцию, чем-то напоминающую радость.       Люмин начала скорее стягивать с себя всю одежду, стараясь встать так, чтобы Тарталья точно не смел смотреть на неё. Но парень и сам был занят тем же самым, причём расправился со своей одеждой быстрее.       К реке не было плавного спуска, надо было прыгать в воду, тем самым погружаюсь сразу по плечи. Тарталья, не раздумывая, прыгнул в воду, оставляя за собой кучу брызг, и начал дожидаться Люмин, бесстыже и нагло бегая глазами по её телу, вновь оценивая её фигуру уже без одежды.       Девушка прекрасно видела эти взгляды, однако предпочла не обращать на них особого внимания и королевской походкой, будто Тарталья её совершенно не волнует, пошла к воде и присела на краю обрыва. И этот момент её уверенности резко поубавилось, ведь Люмин вспомнила, что не умела плавать, о чем забыла в порыве своего желания показаться сильной и независимой.       — Ну и чего ты не прыгаешь? Холодно? — спросил Тарталья, хищно усмехнувшись и резко запустив в девушку холодные брызги.       — Я плавать не умею, — призналась Люмин. — Так что я тут как-нибудь посижу, ножки помочу.       Но Чайльд словно пропустил её реплику мимо ушей, ибо, приблизившись к блондинке, схватил её и начал стаскивать к воде.       — Что ты делаешь?! Да не умею я, говорю же! — начала кричать Люмин, пытаясь вырваться из хватки парня.       Тарталья взял её под спину и колени, слегка опустив в прохладную воду. От того, что он держал её на руках, щеки Люмин мгновенно вспыхнули.       — Отпусти меня сейчас же! — уверенно посмотрев Чайльду в глаза, сказала блондинка.       — Отпустить? — хитро усмехнувшись, переспросил Тарталяья. — Я понял, ты решила научиться плавать, ну хорошо.       Почувствовав, как его пальцы расцепляются, Люмин лишь сильнее прижалась к парню и выкрикнула:       — Нет! Держи меня! Посмеешь отпустить — я тебя убью!       Тарталья поудобнее перехватил тело девушки и, сказав ей держаться покрепче, начал кружить. Её ноги, выглядывающие из под воды, оставляли за собой миллионы брыз, что летели на лица ребят. Время на водоёме проводили вполне спокойно и весело, словно забыли про всю ненависть, что проявляли друг к другу ещё вчера. И Люмин, если быть честной, нравилось, как Тарталья бережно прижимает её к себе и не смеет отпустить. Одноклассник ей действительно давно нравился. Как и она ему. Однако Люмин это скрывала за маской неприязни к рыжеволосому, а Тарталья за всяческими подшучиваниями над девушкой.       Вскоре ребятам пришлось начать собираться домой, поскольку на небе начали сгущаться грозные тучи, свидетельствовавшие о непогоде. Пока они шли в сторону дома, уже начал моросить дождь, где-то ударила молния, и Люмин от такого зрелища ускорила шаг.       Только оказавшись в пределах дома, она облегчённо выдохнула и пошла в свою комнату, чтобы переодеться в сухую одежду. Молнии сверкали чаще, а гром становился громче, и каждый раз Люмин вздрагивала от испуга. Поэтому, переступая через свою гордость, пошла в комнату к Тарталье, чтобы было не так страшно.       Чайльд, увидев свою гостью, удивлённо на неё взглянул, ведь Люмин никогда сама не шла с ним на контакт, лишь огрызалась на него.       — Эм… Давай чаю попьём, согреемся? — Люмин ляпнула первое, что пришло в голову, чем вызвала у Тартальи ещё большее удивление. — П-пожалуйста.       — Когда ты просишь таким милым и смущенный голосом, я не могу тебе отказать, — усмехнулся Чайльд. — С чего такая доброта, мне уже начать искать какой-то подвох?       — Я… Просто грозы боюсь, — призналась Люмин, отводя взгляд. — Мне страшно одной находиться. Поэтому предложила чай попить. Но если тебе слишком сложно, то не надо! Я сама как-нибудь справлюсь.       — Чай я не хочу, но ты можешь посидеть со мной, если тебе страшно, — с этими словами он подвинулся и похлопал по поверхности кровати рядом с собой, и девушка тут же согласилась.       Сидели в тишине, Люмин старалась не смотреть в окно, так же вздрагивая от каждого нового звука грома. И Тарталье пришла в голову тупая замечательная идея.       — Чего мы будем сидеть в тишине? Люмин, ты знаешь, что у этого леса, через который ты ехала, есть легенда? Хочешь расскажу? — с доброжелательной улыбкой предложил Тарталья.       — Легенда? Хм… Ну давай, — пожала плечами девушка, надеясь на какую-нибудь интересную историю.       — Давным-давно в этом дачном районе была деревня, в которой жила необыкновенной красоты девушка. И влюбилась она в городского парня, что купил у них в деревне домик на лето. Парень тоже отвечал ей взаимностью, и девушка искренне верила, что она — его единственная любовь. Однако парень просто ею воспользовался и бросил, уехав в город. И девушка, уже нося под сердцем его ребёнка, пошла в лес, где повесилась от горя, в тот день была гроза. И теперь её дух бродит по лесу, а когда бушуют молнии, она выходит за пределы леса сюда, в её бывшую деревню, в наш дачный район и забирает души неосторожных путников. И не только. В грозу дух девушки выбирает один дом в округе, заходит в него и убивает в нем всех жителей. Ты думаешь, почему у нас никого в соседях нет? За год так умирает здесь не одна семья, люди боятся тут покупать дачи. И кто знает, может, в эту грозу она зайдёт именно к нам в дом…       — Н-но… Это же просто легенда? — умоляющими глазами посмотрела Люмин на парня.       — Хм, не сказал бы. В детстве я видел белый силуэт в соседнем доме, а на следующее утро наши соседи были мертвы. Это не просто легенда, это правда… Нам с тобой остаётся только надеяться, что дух девушки не… ВОРВЕТСЯ К НАМ! — до этого размеренный голос резко сорвался на крик, и с этим криком Чайльд вцепился в плечи Люмин пальцами, и блондинка закричала от ужаса и неожиданности.       Тарталья остался довольным произведённым эффектом, однако не ожидал, что так сильно перестарается: по щекам Люмин потекли слёзы.       — Эм… Ты чего? — глупо спросил Чайльд.       — Ничего… — пытаясь вытереть мокрые щеки, пробормотала она.       Тарталья понял, что ситуацию надо было как-то исправлять, поэтому придвинулся к Люмин и прижал её к себе, пытаясь успокоить. Он чувствовал, как её сердце бешено колотится.       — Прости, я не хотел тебя так сильно напугать, не знал, что ты настолько впечатлительная, — виновато говорил Чайльд, поглаживая девушку по макушке. — Эту легенду я сам придумал на ходу, не переживай.       Люмин обняла парня и впилась пальчиками в его футболку на спине, не в силах остановить свою истерику.       — Чайльд, — наконец, произнесла она. — Ты можешь лечь со мной и обнять?       — Чего? — парень не поверил своим ушам, неужели это сказала Люмин? Он, конечно же, был не против, но было это как-то странно. — Эм… Ну хорошо.       Они легли на кровать Тартальи, и парень обнял её со спины, прижимая к себе. Девушке было комфортно и тепло, и вскоре она окончательно успокоилась.       — Прости, что поставила тебя в неловкое положение и заставила лежать со мной. Просто… Мама так всегда делает, когда мне страшно. С детства боюсь грозы…       — Всё в порядке, мне нравится так лежать с тобой, — вполне искренне сказал Тарталья.       Люмин сейчас была благодарна тому, что из-за погоды на улице в комнате было темновато, а она сама лежит к парню спиной, ибо она почувствовала, как к её лицу подступает жар от его слов.       — Тогда… Могу я остаться здесь на всю ночь? — не подумав, спросила Люмин. — Э… Ты ничего не подумай, просто… С тобой так комфортно лежать. О боже, как же стыдно!       Она прикрыла лицо руками, чувствуя, как начинает сгорать, а желание провалиться сквозь землю возрастало в геометрической прогрессии. Тарталья хмыкнул и слегка приподнялся на локтях, чтобы заглянуть в лицо блондинке.       — Оставайся, мне нравится. Тебе со мной комфортно? Можно ли твои слова интерпретировать как проявление симпатии ко мне? — усмехнулся Тарталья, беря руку Люмин и убирая ту с её лица, намекая тем самым, что от ответа она не убежит.       — Нет! Какая симпатия?! — Люмин подскочила на кровати, принимая сидячее положение. — С ума сошёл! Ты меня бесишь!       — Раз я тебе так неприятен, то почему тебе так хорошо со мной, что ты даже захотела со мной спать в одной кровати?       — Ты мне не неприятен, просто… Я не знаю, и вообще, отстань от меня! Чего пристал со своей ерундой?! Напридумывал там себе что-то! — Люмин в негодования размахивала руками и повышала голос, пока за окном снова не свернула молния одновременно с прогремевшим громом. — Ой!       Тарталья тихонько хохотнул и развернул девушку к себе, та, в прочем, не сопротивлялась, и внимательно взглянул ей в глаза. От такого пристального взгляда Люмин захотелось поскорее куда-то сбежать и спрятаться, однако Чайльд держал её за плечи, не давая двинуться.       Тарталья приблизился к лицу девушки и аккуратно коснулся её губ своими. При его попытке тут же отстраниться Люмин надавила ему на затылок, призывая продолжить. Чайльд усмехнулся ей в губы, ближе притягивая её к себе и уже без стеснения целуя, лаская каждый сантиметр.       — И после этого ты мне скажешь, что не испытываешь ко мне ничего? — отстранившись и издав смешок, спросил Тарталья.       — Я… Наверное, ты прав. Ты мне нравишься. Может, даже больше этого, — она отвела взгляд и забегала глазами по комнате, ища спасения.       — Больше, чем нравлюсь? Любишь меня? — Тарталья загонял её в угол, из которого она безрезультатно пыталась сбежать.       — Я больше ничего не скажу, — надувшись и скрестив руки на груди, пробормотала девушка, и такая реакция вызвала короткое хихиканье у Чайльда.       — Я тоже… Люблю тебя, — приблизившись к её уху, шепнул он, после этого без разрешения оставил на её щеке поцелуй. — Теперь это моя щека, — после этого оставил поцелуй на другой. — И эта, — чмокнул в губы. — И губки тоже мои, — и обнял девушку, прижимая к себе. — И это все тоже моё. Ты моя. Согласна?       — Д-да, — его действия вызвали у блондинки дрожь в голосе и приятные мурашки по телу. — Давай ляжем обратно.       Тарталья повиновался, и они снова расположились на мягкой поверхности в обнимку друг с другом, медленно погружаясь в сон. Напоследок Люмин отметила в мыслях, что её мама и тётя Чайльда будут прыгать до потолка от радости, когда узнают, что теперь они вместе.