***
У ворот, команда десять встретилась с Моэги, сенсеем нового трио, но с ней был кое-кто ещё. – Мирай? – Привет-привет! – поздоровалась с ними куноичи. – Кого-то она мне напоминает... – выдал Шикамару, приглядевшись. – Мирай – дочка вашего сенсея и сенсея восьмой команды, – весело прощебетала рыжая. Казалось, что прежнюю команду было не удивить, но те в шоке уставились.***
– Ооох, как же хорошо исполнять задания, а потом отдыхать! – Сарутоби плюхнулась под деревом, радуясь выполненной задаче. – Как живётся Асуме-сенсею? – спросил Акимичи, поедая чипсы, подаренные дочерью. Та, кому задали вопрос, замерла. Все устремили свои взгляды на неё. – Асума... умер при исполнении долга ниндзя. – Как умер? В смысле? – не понял спросивший. В разговор подключилась остальная часть команды. – Асума-сенсей... умер..? – блондинка верила, пускай и не хотела этого делать. Теневод не спрашивал и не плакал, лишь смотрел куда-то вдаль со стеклянными глазами. Брюнетка, заметив состояния детей, нежно добавила: «Мой отец, мой папа... он был бы счастлив увидеть, какими вы станете». – Это уж точно... – фыркнул Шикамару, вспоминая свою будущую работу. Послышались крики и мольбы о пощаде. – Прости! Прости! – умолял Иноджин, убегая от гнева Чочо. Шикадай лениво растёкся на земле, но ему пришлось подняться потому что Акимичи перешла и на него. Засмеявшись, Яманака присоединилась к ним, защищая сына. Пухлый ниндзя тоже подбежал к ним. – Асума-сенсей был для меня всем... – тихо сказал Нара, после чего поднялся и побежал к товарищам.