Обретая слабость

      Наблюдая за опускающимся солнцем, я сидела на крыльце лазарета и слушала дикий грохот ходячих за забором. Они рычали, скреблись и стучали, не переставая, так что можно было сойти с ума. Мертвецы окружили все поселение, взяли нас в кольцо, из которого невозможно было выбраться.       Я уронила голову на колени, чуть сжимая корни волос. Рик уже два часа стоял на вышке и вызывал по рации Дэрила, Сашу, Абрахама и Гленна, но ответа не было. И если у меня была надежда, что Дэрил не выходит на связь, потому что уводил ходячих как можно дальше от нас, и рация не могла поймать сигнал. То на Мэгги было больно смотреть.       Она держалась из последних сил, не позволяя даже крохотной мысли о том, что Гленн погиб, пробраться в ее голову. Но в ее глазах мы видели тревогу.       Сзади хлопнула дверь, и доски заскрипели от чьих-то шагов. Я подняла голову, увидев, как рядом садится Аарон.       — Так значит, ты врач… — сказал он, смотря перед собой.       — Я хотела вам сказать. Честно.       — Да… — протянул он и провел рукой по затылку, взъерошивая волосы. — Рик был прав, мы совершенно не разбираемся в людях.       От досады в его голосе, я стыдливо спрятала взгляд. Мне не хотелось отбирать у Аарона веру в людей, но кажется последние события и открытие моей тайны надломили это в его душе.       — Прости, я не хотела обманывать ни тебя, ни Эрика, тем более после того, что вы для меня сделали.       — Все нормально. — он опустил свою руку мне на плечо, и я повернулась, встречаясь с его грустной улыбкой. — Я понимаю, почему ты так сделала.       — Вряд ли. — я покачала головой, пытаясь сдержать слезы. — И это хорошо. — добавила, увидев его удивление. — Вам действительно повезло.       Какое-то время мы молчали, пока я стирала слезы с щек, и пыталась выровнять дыхание. Его рука продолжала лежать у меня на плече, согревая.       — Дерил, говорил, что тебя держали насильно в госпитале. — тихо сказал Аарон.       — Пытались. — я кивнула. — Со мной была София и Бэт, сестра Мэгги. Ноа помог нам сбежать, но нас с Бэт схватили. Когда они привели помощь, главарь их общины не захотела меня отпускать. И Бэт погибла. — последние слова дались мне с большим трудом.       И снова только шум ходячих заполнял улицы. Аарон притянул меня к себе, и я уткнулась ему в плечо, оставляя на нем мокрые пятна от слез.       — И так теперь будет всегда? — тихо спросил он.       Я выпрямилась. Аарон смотрел на забор.       — Не знаю. — прошептала. — Мне бы хотелось верить, что станет лучше. — я заметила фигуру Рика на вышке и добавила уверенней. — Станет, обязательно, станет.       Именно это сейчас и делал Рик. Он верил. Снова и снова вызывая наших по рации, Рик не отрывал взгляда от горизонта. Иначе ведь просто не могло быть.       Аарон ушел вместе с Эриком, как только я подтвердила, что последствий сотрясения не будет. Выдала им пачку таблеток и антибиотики для его раны и отпустила домой.       В лазарете остались только Скот и Холли. У первого началось заражение, и пришлось чистить рану. А Холли так и не приходила в сознание. Но мерный ритм ее сердца вселял какую-никакую уверенность.       Тара зашла на осмотр, когда уже практически стемнело. По-хорошему ей бы лежать еще дня три после такой тяжелой черепно-мозговой, но в нынешней ситуации каждые руки были на счету, поэтому я лишь попросила ее не перенапрягаться и заходить ко мне утром и вечером. С ней пришла и Дэниз.       Она все еще смотрела на меня настороженно, но скепсиса в ее глазах больше не было. Мы обе чувствовали себя немного неловко, словно две хозяйки на одной кухне. Но так как Холли была в критическом состоянии, я решила остаться тут на ночь, а Дэниз обещала прийти сменить меня утром.       Уснуть мне сегодня все равно не светило. Слишком много тревог бесконечно крутились в голове, и от кошмаров сегодня некому было защитить. Поэтому этой ночью я десять раз рассортировала все лекарства сначала в алфавитном порядке, а потом по степени важности, продезинфицировала все инструменты, проверила Скота и Холли, навела порядок на столе, прочитала карты всех жителей Александрии, добавила туда карты нашей группы. Слава покойному доктору Андерсону нашились чистые бланки. С почти маниакальной уверенностью я заполнила их для тех, кто еще не вернулся, и лишь на секунду замерла, вглядываясь в имя Дэрила, которое только что лично вывела на бумаге. Пальцы бережно прошлись по надписи, но я тут же резко убрала ее в нужный отсек и захлопнула ящик вместе с эмоциями, что грозились прорваться слезами на моем лице. Выдохнув, снова проверила Скота и Холли, а когда начало светать ненадолго отключилась, приложившись щекой к холодной поверхности стола, от которой теперь пахло антисептиком.       Абсолютно беспардонный по отношению ко мне и к пациентам хлопок двери разбудил меня, когда солнце уже ярко светило в окна.       — Я не понял. — слишком громкий голос Мерла нарушил атмосферу спокойствия в лазарете. — Ты тут со вчерашнего дня так и сидишь?       Сонно отлепив лицо от стола, я подняла на него взгляд.       — Я дежурила ночью. — сказала подавив зевок и глянула на часы на стене.       Было только пол седьмого, значит мне удалось поспать часа три.       — Вижу я, как ты дежуришь. — Мерл подошёл ближе, осматривая результаты моей антитревожной терапии. — Тут теперь можно даже с пола есть? Кстати об этом, ты когда последний раз ела?       Я задумалась, вспоминая свой вчерашний так и не выпитый кофе.       — Ясно. — Мерл покачал головой на мое молчание. — Собирайся и пошли. Дэрилина мне голову открутит, если, когда он вернется, вместо тебя тут будет скелет.       Я потерла глаза и поднялась.       — Нужно сначала осмотреть Холли и Скота. — сказала и собиралась его обойти, но он перехватил меня за руку.       — Слушай, золотце, я прекрасно помню, как ты любишь надоедать своей дотошностью, но вряд ли у твоих пациентов появилось еще парочку ранений за эти несколько часов. — его саркастичный тон контрастировал с тревогой в глазах. — А еще я помню, как ты кормила меня с ложки, и не заставляй сейчас задуматься о мести.       Я улыбнулась, рисуя в воображение эту картину. Мерл гоняется за мной с ложкой по всему лазарету.       — Сам-то можешь себя представить в этой роли? — спросила его, едва сдерживая смех, но он стался серьезным, показывая, что не шутит. — Ладно, дождёмся, когда Дэниз придет, и веди меня, хоть ходячим на съедение.       Он отпустил меня, и я пошла осматривать пациентов. К слову Мерл тоже выглядел неважно. Эта ночка была бессонной не только у меня.       — Как там обстановка? — спросила, когда мы присели в ожидании моей смены.       — Как и было. Гора трупов внутри и снаружи. — он почесал затылок. — Снаружи правда по больше.       Я вздохнула, устремив взгляд в окно, где сквозь жалюзи виднелись полоски ясного неба.       — От Дэрила нет вестей? — спросила севшим голосом.       — Нет.       Я обернулась, и Мерл спрятал взгляд, сделав вид, что рассматривает свой протез.       — Что-то случилось. — я приложила руку к шраму на ключице. — По плану Рика они должны были вернуться еще до темноты.       Несмотря на мой пристальный взгляд, Мерл делал вид, что очень увлечен своим занятием.       — Ты вообще меня слушаешь? — я пощелкала пальцами, привлекая его внимание.       — Слушаю. — он наконец соизволил посмотреть на меня. — Золотко, я в такой же западне как и все мы. Был бы варик, уже бы поехал его искать. Но как видишь, нам остается только ждать.       Мерл развел руками, а я нахмурилась. Понимала, что он прав, но не могла ничего поделать с этим ужасным чувством внутри, которое сводило судорогой все тело от того, что оно ничего не делает.       — Как же раздражает, когда ты такой. — проворчала я, откинувшись на стуле.       — Какой?       — Разумно мыслящий.       Мерл лишь хмыкнул, снова сосредоточившись на протезе.       Через пол часа пришла Дэниз, и мы пошли искать еду. Мерл и я уже дошли до дома группы, когда вдруг услышали оттуда какой-то шум и крики. Оба остановились, рефлекторно потянувшись за оружием на поясе, но дверь распахнулась и на крыльцо выбежала София. Ее лицо было перекошено от злости, а маленькие кулачки напряженно рассекали воздух при ходьбе.       — Я с тобой еще не договорила! — в дверях показалась Кэрол.       Она тоже была на пике своего неудовольствия, и мы с Мерлом немного отступили, не желая попадать под перекрестный огонь.       — Сейчас же вернись в дом, юная леди! — продолжала она. — Ты наказана!       — Да за что?! — София повернулась к матери и топнула ногой от досады. — Я не могла просто сидеть дома, пока тут происходило такое!       — Именно поэтому ты должна была сидеть в доме! Ты можешь себе представить, что я чувствовала когда вернулась, а тебя здесь нет?       — А что чувствовала я, мама, когда ты бросила меня, и пошла убивать этих головорезов направо и налево? — плечи Софии затряслись. — Я тоже решила помочь, и у меня получилось! Слышишь! Я спасла чью-то жизнь! А ты меня упрекаешь в том, что не осталась сидеть дома трястись от страха? А если бы вместо Холли на том столе была ты?       Кэрол замерла, уже собираясь ответить, но слова словно застряли у нее в горле и так и не вышли наружу. А София яростно вытерла кулаком слезы и, развернувшись, побежала прочь.       Клянусь, мы с Мерлом были солидарны в своем желании прикинуться бордюрными розочками, но, увидев, как Кэрол сползает по перилам на крыльцо, держась за сердце, переглянулись.       — Я за мелочью, а ты с ней. — озвучил он наши общие мысли и, дождавшись моего кивка, ушел искать Софию.       Я подбежала к Кэр и присела на ступеньку рядом с ней. Она не плакала. Но так тяжело дышала, опустив плечи, словно на нее свалился весь этот дом.       Моя рука осторожно опустилась на ее спину. Я боялась ее напугать, потому что казалось, что она так глубоко ушла в себя и не замечала, что происходило вокруг.       — Я не хотела ее бросать. — сдавленно сказала Кэрол. — Я только хотела защитить.       — Она это знает. — я продолжала поглаживать ее плечо.       — Она думает, я ее бросила. — Кэрол накрыла лицо руками, пряча подступившие слезы.       — Конечно, нет, Кэр… — я придвинулась еще ближе, обнимая ее. — Конечно, она так не думает. Она просто…       Я застопорилась, подбирая слова, а Кэрол подняла на меня красные глаза.       — Они с Карлом так много пережили, им пришлось повзрослеть. — осторожно начала я. — И у них так это хорошо получилось, что все просто забыли, что они еще дети. Включая их самих.       Я вздохнула, опуская взгляд на выкрашенные доски крыльца. Никто из нас не знал, как воспитывать детей до апокалипсиса, что же мы можем сделать сейчас?       — Прости, Кэр, я должна была догадаться, что София сбежала и не поощрять это, но она действительно мне очень помогла.       Осмелившись посмотреть ей в глаза, я не увидела там осуждения. Наоборот, Кэрол смотрела с благодарностью, и ее рука чуть сжала мою.       — Я рада, что у нее есть ты. — сказала она. — Моя девочка всегда была такой доброй. Самым светлым человеком, что я видела в своей жизни. — Кэрол стерла рукой слезы и посмотрела на небо, усмехнувшись. — Она таскала домой раненых птиц и выхаживала их. Нам с трудом удавалось прятать их от Эдда. Поэтому, когда она захотела учиться у тебя, я совсем не удивилась. А вот ее общение с Мерлом…       Кэрол слегка нахмурилась.       — Да, их с Мерлом тандем очень необычный. — хмыкнула я, припоминая его уроки «домушники для чайников».       — Это мягко сказано. — Кэрол кивнула. — Но знаешь, он с ней другой. Поверь, я очень пристально за ними наблюдала, и к своему удивлению, поймала себя на мысли, что они смотрятся как отец и дочь. Да, что там говорить, ей Эдд был меньше отцом, чем Мерл. — Кэрол всплеснула руками.       Мои брови взлетели вверх, и я с трудом удержала рвущийся наружу вопрос, давно ли Кэрол сравнивает Мерла со своим бывшим мужем. Но она все прочла по моему лицу.       — Чтоо? Нееет! — она замотала головой, а я хитро улыбнулась.       — А по-моему, да.       — Нет, нет, нет. Я и Мерл… — она запнулась наверняка представляя это в своем воображении. — Да никогда в жизни!       Я лишь продолжила улыбаться, но тут на улице показались София и Мерл, и мы синхронно подскочили со ступенек. Смотрелись они действительно, как провинившийся ребенок и отец. София шла, виновато опустив голову, и изредка кидала взгляды на Мерла, который ей что-то приговаривал, подталкивая вперед. Когда они остановились напротив нас, повисло неловкое молчание. Но всего на мгновение, пока Кэрол и София не встретились взглядами и не кинулись друг другу в объятия.       — Прости, мам. — всхлипнула Соф, уткнувшись ей в грудь. — За то, что накричала, и за то, что убежала.       — Я бы никогда тебя не бросила, детка. — Кэрол обхватила лицо Софи мягко стирая слезы с ее щек.       Я пихнула Мерла локтем и кивнула на дом, призывая оставить их. Но он как обычно понял это по-своему.       — Ну раз все семейные конфликты улажены, давайте уже есть. — заключил Мерл. — Я отсюда чую твою запеканочку, дорогуша.       Запеканка действительно оказалась очень вкусной. Сидя за столом в компании Мерла, Кэрол и Софии, слушая, как он рассыпается в комплиментах, выпрашивая вторую порцию, Соф хихикает, а Кэрол скрывает смущение за раздражением, я на мгновение почувствовала легкость. Словно все хорошо, а Дэрил просто ушел по охотиться, и как обычно вернется к вечеру весь в пыли и листьях. А я буду притворяться, что мне не нравится запах леса, который он приносит с собой, и гнать его в душ. Но обернувшись на входную дверь, которая так и не открылась вопреки моему большому желанию, я разочарованно поджала губы и отодвинула от себя тарелку.       Аппетит пропал, и чтобы не вызывать лишние вопросы о моем состоянии, пришлось быстро попрощаться с остальными под предлогом заботы о пациентах. Уже в дверях я снова обернулась, задержав взгляд на этой идиллии, и на губах появилась улыбка, несмотря на тревогу внутри.       Вернувшись в лазарет, я застала там Дэниз, сидящую на полу и обложившуюся книгами. При виде меня она вскочила, продолжая сжимать в руках книжку по хирургии.       — Ой, я тут бардак развела. — она кинулась собирать справочники. — Думала, ты до вечера не придешь.       Я присела рядом и принялась ей помогать, пробегаясь взглядом по корешкам. Мы подняли тяжелые стопки на стол, и Дэниз вздохнула, заправляя упавший локон за ухо.       — Как ты их дотащила? — спросила я, снова окинув взглядом труды.       — Тара помогла. — смущенно ответила Дэниз. — Я не знала, что именно брать, поэтому взяла все, что нашла в библиотеке. Общую терапию я уже прочла, но теперь… — она оглянулась на Холли и тяжело вздохнула. — Понимаю, что этого недостаточно. Я бы не справилась.       — Мало кто бы справился. — честно ответила я и опустилась на стул. — Случай был сложный.       — Да, но я запаниковала. — Дэниз поджала губы, а ее пальцы крепко сжали корешок одной из книг. — Если бы ты не пришла, она бы умерла, потому что я не смогла справиться со своим страхом. И уже не понимаю, зачем я вообще здесь нужна. Толку от меня никакого.       Она разочарованно вздохнула и села. Я удивленно посмотрела на нее. Неужели она не видела насколько храбрая? Не имея никакого опыта и боясь вида крови, она вот уже как две недели занимает этот лазарет. А я только занималась самокопанием и прятала голову в песок. Если кто и имел право тут находиться из нас двоих, то это точно была Дэниз.       — Послушай, врать не буду, помочь Холли могла только я. — попробовала ее успокоить. — Но в этом нет твоей вины. Нельзя стать хирургом без практики. Но со своим страхом ты бы справилась. Ты помогла Эрику. Ведь с его раной у тебя проблем не возникло? И сейчас ты снова не сдалась. — я указала рукой на книги. — Поэтому не стоит называть себя бесполезной.       Я вытащила из стопки один из справочников.       — Начать стоит с этого. — протянула его ей. — А вот этот и этот. — достала еще два и откинула в сторону. — Мусор. Слишком сложно написано и толку от них никакого. Жаль, здесь нет русских авторов. Но тебе повезло, я помню все свои лекции почти дословно…       — Ты правда мне поможешь? — глаза Дэниз загорелись.       — Конечно. — заверила ее, мягко погладив по плечу. — Всем чем смогу.       Договорившись, что, как только Дэниз дочитает первый справочник, мы его обсудим, она ушла, окрыленная. А я задумалась, что могу открывать медицинский институт, если у меня добавится еще парочку учеников. Улыбнувшись этой идее, я глянула в окно на занятых делами александрийцев. Возможно, она была не совсем бредовой, ведь можно было научить всех жителей хотя бы навыкам первой помощи.       Вдруг мою голову посетила еще одна мысль, и я решила быстро сбегать к Оливии. Она встретила меня полу пустыми стеллажами склада и потухшим лицом.       — Тоже решила разграбить запасы? — спросила она.       — Я… Нет… — нахмурившись, я взирала на последствия паники людей. — Оливия, я хотела спросить, нет ли у тебя поясной сумки?       Она удивленно дернула бровями, но пообещала найти и скрылась в недрах склада.       — Вот такая подойдет? — спросила она спустя десять минут.       Сумка была немного меньше той, что я носила раньше, но вместительной.       — То, что надо. Спасибо.       Вернувшись в лазарет, я проверила, пациентов и, убедившись, что все в порядке, начала собирать набор первой помощи. Не хотелось больше прятаться и бороться с неизбежным. Мне всегда нужно быть готовой. И затянув наполненную сумку на поясе, я почувствовала себя намного уверенней. Вспоминая привычные ощущения, провела по ней рукой и снова села за стол.       Но буквально через минуту дверь снова открылась.       — Привет. — Мэгги робко огляделась и только затем подошла. — Ты сейчас не занята?       Я удивленно подняла брови и невольно сама окинула взглядом лазарет, словно тут действительно был кто-то.       — Нет. — ответила ей, указывая на стул рядом. — Что-то случилось?       — Я… Я в общем… — она присела и стала нервно мять край рубашки.       — Мэг, ты меня пугаешь. — я поддалась вперед, вглядываясь в ее лицо. — Что произошло?       Она подняла на меня красные от слез глаза, и на выдохе произнесла.       — Я беременна.       Сказать, что я была в шоке, значит ничего не сказать. В один момент перед глазами вспыхнули воспоминания о темных коридорах тюрьмы, шипении ходячих сквозь оглушительно громкую сирену и крови на моих руках. Внутри что-то задрожало. Пауза сильно затянулась, и мне пришлось усилием воли затолкать их поглубже, чтобы натянуть на себя улыбку.       — Правда? Какая радость. — сказала я, и Станиславский бы мне ни на секунду не поверил.       Как и Мэгги, которая немного поджала губы и увела взгляд в окно.       — Я знаю, что это рискованно. Но я хочу попытаться. — она снова повернулась ко мне и чуть подалась вперед. — Понимаешь, я хочу этого ребенка.       Взяв наконец себя в руки, я встала, чтобы не ощущать так близко ее пронзительный взгляд.       — Прости. — пробормотала я. — Конечно, я понимаю. Просто так много всего случилось…       Я подошла к раковине, цепляясь за спасительный холод металла. Дрожь немного утихла, и я осмелилась повернуться к ней.       Мэгги все-еще смотрела на меня. В ее взгляде было все. И страх за Гленна, и надежда, и желание бороться за то, чтобы их любовь воплотилась в ребенке. Она была готова. Я не была. Только не снова.       — Ты поможешь мне, как помогала …? — Мэгги не договорила, но и этого было достаточно.        «Лори.» — закончила я за нее мысленно. Снова сжались кулаки.       — Прости. — сказала Мэгги, увидев мою реакцию. — Я совсем не это хотела сказать. Просто…       — Нет. — оборвала ее я, чтобы она перестала оправдываться, и покачала головой, прогоняя свою жалость к себе.       Мэгги вздрогнула и округлила глаза, интерпретировав это как мой ответ.       — То есть, да, конечно я тебе помогу. — поспешила ее заверить.       Я вернулась за свой стол и взяла ее за руку. Мысли о прошлом все еще давили на меня, но у меня получилось выдавить из себя улыбку. Оставалось только не повторить свои прошлые ошибки.       — Мэг, я действительно рада за вас с Гленном. — я слегка сжала ее руку.       Ее взгляд потеплел, и она сразу выдохнула.       — Спасибо. — Мэгги улыбнулась, а я достала карточку с ее именем.       — Ну что, есть ли какие-нибудь жалобы?       Она покачала головой, а я начала заполнять поля. По сроку же можно было сделать УЗИ, но аппарата у нас не было. Мэгги решила дождаться пока вернется Гленн, а пока попросила никому не говорить о будущем пополнении. А я не стала ее отговаривать, также свято веря, что наши родные целы и скоро вернутся домой.       Ближе к вечеру, я снова вышла на крыльцо. Погода вопреки моему настроению была теплая, а солнце ярко освещало улицы. Подставив лицо под слабое дуновение ветерка, я взглянула на небо. Такое ясное, чистое. И только маленькие облачка мирно плыли по нему вместе зелеными воздушными шарами.       «Стоп! Что?» — я подскочила с места, внимательнее всматриваясь в высоту.       Ошибки быть не могло. Это кто-то из наших. Мое сердце внутри сделало какой-то невероятный кульбит и забилось очень быстро. Я побежала к Рику, забыв о том, что нога снова заныла. Слегка прихрамывая я вывернула к башне, возле которой они укрепляли пробитый забор.       Рик тоже смотрел в небо, как и остальные жители, приостановив работу.       — Рик! — с противоположной улицы к нему также бежала Мэгги.       Я ускорилась, но тут же пожалела об этом, когда нога снова больно кольнула и подкосилась. Моя встреча с асфальтом была не очень приятной. Кое-как я села, осматривая свезенные ладони, и застонала от досады.       — Нет, ну какое потрясающее везение, Кира! — причитала я, оглянувшись.       Рик и Мэгги заметили меня и поспешили на помощь своему кривоногому товарищу. Но громкий треск заставил их затормозить. Мы все посмотрели на вышку, которая еще громче затрещала и начала крениться прямо на наш забор. Кажется в этот момент все затаили дыхание, и даже природа замерла. Ни пения птиц, ни дуновения ветерка. Только треск дерева и шипение ходячих.       — Все назад! — нарушил тишину Рик, отбегая в сторону.       Я попыталась отползти по дальше, с ужасом взирая на эту катастрофу. Башня была достаточно далеко, и тем не менее, обрушившись на землю, подняла огромный столб пыли, который долетел и до меня, закрыв собой ясное голубое небо и плывущие по нему зеленые шары.