Одно проишествие

***

      Прошла уже вечность с того момента, как кто-то из них последний раз произнес последнее слово. В спальне стояла тишина, но она вовсе не была напряженной. Им обоим просто необходимо было подумать над тем, что с ними произошло.       С Гермионой еще никогда такого не было. Даже чего-то похожего на это она себе представить не могла. Данная ситуация выходила за грань ее понимания, хоть Грейнджер еще и не задумывалась никогда о чем-то подобном.       Северус тем временем уже постепенно начал рассуждение о том, как это произошло и что вообще случилось. Снейп сразу решил для себя, что все это не просто так и кто-то это устроил. Может случайно, а может и специально. Но кому могло понадобится его возрождение и ее шок?       Тут его от задумчивости отвлек неожиданный вздох Гермионы. Это было охание человека, который неожиданно что-то вспомнил. Когда он взглягул на нее, увидел ее широко раскрытые глаза и прикрытый ладошкой рот. — Что такое? — спросил он, не зная больше способов помочь ей, кроме как спросить Гермиону о том, что случилось. Настолько то ли шокированное, то ли испуганное лицо он еще не видел никогда. — Профессор… Если вы здесь, то где Рон? — ее голос звучал так, будто к ней потихоньку приходило осознание чего-то, что можно понять, только узнав местоположение ее парня. А может понять, что его и вовсе здесь нет. — Рон? Уизли что-ли? Откуда мне знать? — Северус понял, что Грейнджер и Уизли кажется вместе и теперь его нахождение в этой комнате стало чем-то неправильным.       Только сейчас, прибывая в полном шоке, Гермиона поняла, что их совместная спальня изменилась. Не было ни одной фотографии с ее парнем, которые до этого стояли на тумбах или висели на стенах. Она вскачила и подбежала к шкафу, будто начала паниковать. Когда она открыла шкаф, увидела лишь одежду, которую носит обычно… Снейп. — Сев… Тут твои сюртуки… — Северус не обратил внимания на произношение своего имени, потому что это сейчас не главное. Он буквально подбежал к ней, встал слева от нее и осмотрел шкаф. Одна половина вещей была ее, а вторая его. — Что за черт? — выругался он, не понимая сути того, что Гермиона уже поняла.       Снейп зачесал свои волосы и взгляд девушки упал на его руку, на которой было обручальное кольцо. Нехотя подняв свою дрожащюю руку, она лицезрела на своем безымянном пальце точно такое же, но меньше размером. — Смотри. — это все, что она смогла сказать. На сегодня ее лимит потрясений уже давно пересечен.       Тут до Северуса дошло сразу, как он увидел кольцо. Он взглянул на свою руку и вновь на ее, так и не веря во все происходящее. — Это шутка? — Видимо нет. — Мне срочно нужен кофе…       Не сказав больше ни слова, они направились вниз. Только перед тем как выйти Гермиона увидела случайно свой внешний вид в зеркале. На ней была бежевая шелковая ночнушка, которая была мягко говоря не длинной, а зона декольте была закрыта не сильно.       Она сама не поняла, как смутилась. Будто была школьницей. Что странно, Гермиона буквально перед всеми обычно ходила в вещах и провокационнее, чем эта ночнушка, но так стыдилась перед Снейпом, что можно было подумать, что он ей… Ну, неееет. — Я сейчас. Ты спускайся, мне нужно переодется. — она непринужденно улыбнулась и Северус в ответ кивнул, и вышел.       Быстренько раскопав джинсы и белую футболку, она позволила себе спуститься, про себя подметив, что Снейп тоже был одет в такой комплект, только мужской.       Спустившись в кухню, Гермиона заметила кучу фотографий со Снейпом. На многих он даже улыбается. Это было очень странно видеть. Странно разглядывать колдографии, где есть ты, но в твоей памяти нет моментов с этих снимков. Как будто тебе стерли память, а чтобы помочь вспомнить, тебе показывают это.       Но это, по правде, лишь заставляет теряться. В голове каша и не ясно, что было правдой. Правда — это их совместная жизнь с Роном Уизли, с которым они даже не женаты, или замужняя жизнь с Северусом Снейпом, с которым, судя по фото, она счастлива?       Северус в это время решил приготовить кофе, но так как палочки он не нашел, то делал это руками. Пока в турке медленно закипал напиток, в его голове закипал мозг. Он просто не может поверить, что он был мертв, потом очнулся уже мужем Гермионы Грейнджер и вместо ее парня.       Вначале он просто не мог поверить, но потом, пока она переодевалась, он осмотрел весь дом. На всех колдографиях он был… счастлив. Но таким он никогда не был. Видеть свою улыбку было также маловероятно, как наткнуться на солнечное затмение. Но он был таким. Получается, что Гермиона осчастливила его? — Не добавляй мне сахар, пожалуйста. — сказала Грейнджер… или Снейп? Ну, в общем, девушка. Она сказала так, будто просила налить виски. — У меня ощущение, будто ты мое имя уже забыла. — Северус, пожалуйста. — она уже стала немного привыкать, но это все еще было странно. — Так-то лучше. — подколол ее он, подавая кофе с прекрасной грацией. Будто он раньше официантом работал. Только в этот момент Гермиона заметила, что ее бывший профессор зелий, которого вся школа боялась, приготовил ей кофе и разговаривал без сарказма, и с более менее доброжелательной интонацией. — Благодарю. — одарила она его мягкой улыбкой и отхлебнув напиток, решила продолжить их размышления, только уже вслух. — Давай мы с тобой соединим все, что у нас пока есть. На наших руках обручальные кольца, которые, очевидно, были сделаны на заказ, потому что они одинаковы. Практически везде наши колдографии, на которых мы будто… вместе. В шкафу висят твои и мои вещи. Плюсом ко всему этому Рона нигде нет.       И вправду, когда это все проговаривается вслух, то связь между всем этим становиться очевидной. Сразу становиться понятно к чему это все ведет. — Получается, что мы с тобой женаты. — он сказал это с бесстрастным выражением лица, будто так и должно быть, но в его черных глазах мелькало удивление. — Женаты… — повторила она, будто пытаясь в это поверить. — Не может быть. Я же… я с Роном, а ты умер. Я… что нам делать? Почему это все произошло? Все же было хорошо… — осознание только сейчас пришло к ней и накрыло ее с головой в истерику. В ее груди медленно нарастал комок безысходности и в голове пролетали тысячи мыслей. По щекам сами собой покатились градом слезы и руки сложились на груди.       Она всегда ненавидела плакать при других людях, но Гермиона не могла сейчас думать о том, что Снейп смотрит на нее. То, насколько резко она начала плакать буквально ввело ее в замешательство. Она не могла даже убежать, чтобы он не увидел ее состояние.       Северусу тоже было нелегко, потому что не каждый день он умирал и возрождался. Также его неприятно кольнула ее фраза: «…ты умер…». Он не мог воспринимать это, как что-то приятное. Он умер! И это не изменит ничто, даже то, что сейчас он стоит перед ней.       Еще и сложности добавляет то, что он появился на месте другого человека и сейчас из-за него плачет Гермиона. Хоть Снейп и не умеет успокаивать людей, но он решил сделать попытку, потому что видеть ее слезы — это последнее, чего бы он хотел. Он готовить умереть снова, лишь бы не быть причиной ее слез. — Мисс Грейнджер, я попрошу вас успокоиться. Иначе я сниму с Гриффиндора десять очков. — от его железного тона, каким он говорил на уроках Зельеварения, по спине девушки пробежали мурашки. — Что? — спросила она, делая вид, что не услышала и подняла на бывшего профессора заплаканное лицо, вытирая мокрые дорожки. — Вы все слышали. Если сейчас же не успокоитесь, я сниму уже двадцать очков.       Когда она наконец переварила то, что он сейчас произнес, то рассмеялась звонким смехом, до сих пор немного плача. Сейчас у нее была настоящая истерика. Гермиона плакала и смеялась, не в силах себя сдержать.       Снейп случайно сделал только хуже, заставив ее разражаться смехом вперемешку со всхлипами. Он уже просто не выжержал и притянул ее к себе в объятия. Северус не знал о том, как это правильно делать, но старался прижимать ее к себе как можно мягче, при этом так, чтобы она чувствовала себя в защите, будучи в его руках.       Он мягко поглаживал своей ладошкой ее спину, задевая ее кудрявые волосы. Гермиона все еще всхлипывала, но уже успокоились и могла более-менее спокойно дышать. — Спасибо тебе…