Васильки и черника

На окраине леса жил мальчик со своими родными, в деревне, в небольшой деревянной избушке, а звали его Митькой. Невысокий, худенький, с потрепанными черными волосами и на вид тихий, но порой задирчивый мальчишка. Такими являются многие деревенские дети. Уже с утра пораньше он шёл он на босу ногу с соседским мальчиком в сторону реки под лучами жгучего солнца, которое грело их спины и появлялось желание свернуть в тень под сплошной ковер листвы. На Митю вдруг налетел кто-то, сбив с ног. На ноги резко подскочила торопящаяся девочка. Она держала рукой платок на голове, дабы тот не упал ей на плечи. Она пугливо отряхнула платье, а рукой за спину убрала длинную косу, не находя в себе сил что-либо вымолвить, но вместо того, чтобы пройти далее, Митя прикрикнул на нее. – Куда несешься? - от недовольного восклицания уже вставшего с земли Мити худая фигура девочки дрогнула, словно хрупкий листок на ветке. - За дорогой следи, не слепая ведь девчонка! Покуда твои странные глаза видят мир, так не сбивай людей! На бледном личике беззащитного ребенка вспыхнул испуг, отражая в ее глазах и боль, и в то же время колкую обиду. Еле розовые, как спелые яблоки, у той задрожали поджатые губы и она, не сказав ни слова в ответ, как можно скорее убежала через поле в деревню. – Чего ж так грубо? Митька, - друг обернулся к тому, - девчонка же пугливая и ничего тебе дурного не сделала, а ты... – Не говори пустого, Вась! - возразил тот, отмахнувшись. - Налетела и ни слова не сказала! Пошли на реку. Раньше нас попадут туда чужаки всякие, да прогонят обратно! Вася на то промолчал и пошёл за мальчиком, лишь вздыхая. Под поздний вечер, когда чистый и ровний лик луны близился к высочайшей точке на небе, мальчик пришел домой. – Не ходи по тропинкам темным, ночь уж скоро наступит, а ты ещё ходишь около в поле, - навстречу ему вышел старший брат. - Рубаха грязная опять... Что приключилось на этот раз? Митька нехотя, но рассказал о стычке с девочкой недалеко от реки, но всё равно не уходил от своего мнения, что виновата она. – Неправильно ты поступил, от злости своей ты недоброе слово о ней сказал. Знаешь.., - начал тот, садясь рядом с мальчиком, - лучше поди-ка, найди ее, имя спроси, да попроси прощения за слова свои. Тогда душа твоя будет спокойна и чиста. А коли не станешь, то сердце будет твоё холодное и черствое от немилости к людям. Вырастешь таким же чёрствым и ты Оба замолчали и легли кто куда – старший брат ушёл на твердую кровать, а младший на печи. Долго не спалось Митьке, а ночь близилась к ясному, только рождающемся на горизонте утру. Не дожидаясь пробуждения своего брата и солнца, мальчик спустился с высокой печи на лавочку и тихо пробрался в сени, чуть открывая скрипящую дверь. Свежий ветер коснулся теплого лица, ребенок дрогнул. Из-за двери в комнату падали первые лучи расходящейся зорьки. Митя оставил себе небольшое пространство в проёме, чтобы пройти. Он легко прошмыгнул наружу, закрывая за собой дверь, и быстро побежал в сторону густого леса. Мальчик пробегал мимо кустов по земляным тропинкам, колючий шиповник царапал ноги и заставлял жмуриться от неприятного ощущения, но он пробегал далее, иногда сбавляя бег. Глаза бегали из стороны в сторону и что-то упорно искали. – Где же... Где же та поляна? - проговаривал он, отбегая то в одну, то в другую сторону, постоянно оглядываясь. Митя продолжал искать то, о чем в тот момент думал, пока солнце не стало лучами затрагивать его спину. К тому моменту все стало уже просыпаться и вдалеке стал слышен редкий отклик птиц, мычание коров и отрывистый лай собак. Многие в деревне уже вставали, чтобы вновь идти на пашни трудиться, оставляя на старших братьев или сестер в семье все обязанности и дела по хозяйству. Счастье Мити, что его старший брат ещё спал. В это время стали собираться идти на поляны собирать ягоды девочки со своими подругами недалеко от реки. Митька, найдя то, что искал, быстро сложил все в платок, обвязав кое-как гибкой веточкой ивы, и побежал мимо реки вперёд. Когда он подбегал к одному из стволов берёз, взгляд приметил присутствие других лиц около речки - это была группа, собирающая ягоды в стаканы и кувшины. Порой некоторые подходили ближе к воде, а другие ходили по поляне, бережно отрывая от тонких травяных ножек спелые и сладкие плоды. Мальчик спрятался за дерево, наблюдая. Разговоры не было слышно, а если б и мог слышать, то ему было бы скучно, но Митя заметил среди тех ту, которую ещё вчера обидел и похоже задел своими словами. Ещё не так долго тот наблюдал разговор толпы, пока все остальные не пошли в другое место, а девочка осталась, собирая ягоды в кувшин. Молча и почти бесшумно, Митя пошёл к ней, придерживая руку с перевязанным веткой платком за спиной. Ещё немного и он бы подошёл ближе, как вдруг та почуяла неладное, резко обернулась и вскрикнула, роняя из кувшина ягоды на землю. Только ягоды упали на землю и она сразу присела перед ними на колени, осторожно собирая всё своими худыми и бледными руками. Митя сделал тоже самое, но от этого сидящая напротив соседка пугливо убрала руки к себе. – Прости, я не хотел пугать... Как зовут тебя? - Митя собрал часть ягод, сложив в кувшин и посмотрел на собеседницу. – А тебе к чему это? - голос у нее звучал растерянно и тихо. – Скажи же, не для новых дурных речах в твою сторону прошу... Она замолкла, складывая последние ягоды в кувшин и встала, отряхнув рукой подол платья, после чего по взгляд на уже вставшего Митьку. – Варей зовут меня. Варенькой, - в этот раз слова прозвучали чуть радостнее, но недоверие было видно по глазам. – Значит Варенька.. Хочу сказать, что тогда сказал о тебе все по глупости своей и вина моя в том есть. Прости меня, Варя, не хочу больше речи подобные сказывать о тебе и других! Митя под конец своих слов достал из-за пояса перевязанный платок. Отбросив ветку, он протянул лежащий на ладонях кусочек ткани, на котором лежали ещё недавно сорванные синие васильки с пушистыми краями лепестков и рассыпавшиеся по всем углублениям на платке темные ягоды смородины, оставившие после себя несколько темных пятен от сока вкутри этих небольших плодов. Любопытный взгляд Вари остановился на том, что отдавал ей Митя в руки бережно и аккуратно, словно настоящие самоцветы. На почти безжизненном лице у той появилась теплая улыбка. – А как зовут тебя? - девочка подняла на него взор, осторожно положив меж тем смородину в кувшин, а маленький букет васильков сверху. – Меня Митей зовут. – Спасибо тебе, Митя, прощаю я тебя, никакого зла не держу. Веришь ты мне? – Верю. Оба молча разошлись кто куда - Митя пошёл по обратному пути, а Варя по тропинке в другую сторону, но теперь все было иначе. Нет теперь ни былого волнения, ни страха, ни неприязни - только греющее тепло в груди и радостные улыбки на лицах.