Квантовый супчик и серенький огурчик

      В один черный черный вечер, одного чёрного черного воскресенья, на черном черном кладбище, проходил черный черный ритуал.       Это может показаться смешным, но именно такой ритуал проходил на свободном от могил участке кладбища небольшого городка Литтл-Хэнглтон. Среди могил на костре стоял большой котел, наполненный странной жидкостью. Рядом с ним стоял низенький толстячок, держащий в руках сверток с… кто-то подумает младенцем, но нет. Это был голем с душою Темного Лорда Волдеморта, который сегодня возродится! Во всяком случае, он так думал.       К одной из могильных плит был привязан мальчик лет четырнадцати, с растрепанными волосами. На носу, защищая зеленые глаза, покоились очки-велосипеды, а на лбу воспалился шрам в виде молнии. Гарри Поттер с ужасом наблюдал за тем, как Питер Петтигрю, по кличке Хвост, бросил сверток в котел и на распев произнес. — Кость отца, отданная без согласия, возроди своего сына! — говорил низенький толстячок, с крысиными чертами лица, бросая в котел бедренную кость какого-то человека. — П-плоть… слуги… отданная д-добровольно… оживи… своего… хозяина! — сказав это, толстячек отрезал свою руку, бросив ее в бурлящий котел. — К-кровь недруга… взятая насильно… воскреси… своего врага! — он подошел к Гарри и, порезав его руку ножом, поднес каплю крови к котлу и сбросил ее туда. Вот только то, что произошло дальше, явно не планировалось. Котёл начал бурлить и трястись, словно в нем не просто жидкость, а что-то взрывоопасное. И вдруг последовал взрыв! Гарри зажмурился от ярко-зеленого света, а когда открыл глаза, увидел, что котел перевернут, а Петтигрю неподвижно лежит в стороне. Вдруг из котла начало выползать… нечто… вроде бы похожее на человека, но ужасно костлявое и с серой кожей. Мало того, оно еще и было абсолютно голым!

***

POV Мегамозга (ака Волдеморт, ака Темный Лорд, ака Лорд Судеб, ака Том Реддл) — Кха-кха, больше никогда не буду ловить Мачомена в пространственно-временной карман, кха-кха, — кашляя, причитаю в никуда, выползая из перевёрнутого котла. Встав на четвереньки, встряхиваю головой и осматриваюсь, — куда это меня занесло? — пробухтел, сплюнув что-то, сильно напоминающее мочу гориллы (я не пробовал! Честно!) и начал вставать. Пошатнувшись, но удержав равновесие, я осмотрелся и увидел напуганного до мокрых подштанников пацана, привязанного к какому-то надгробью. — Эм! Привет! — помахал ему рукой, решив быть вежливым, — вы не скажете, где я? Антураж весьма злодейский, но хотелось бы немного конкретности! — спросил и не успел пацан ответить, как со стороны донесся чей-то голос, полный боли. — Ох, ох, ох, моя бедная голова! — простонал забавный толстячек, удерживая голову руками, — голова? — вдруг спросил он сам себя, — руки? НОГИ? ВОЛОСЫ?! АААААААААААААА!!!!!! — закричал он и вскочил со своего места! — Что это такое?! Где мои жабры?! Где мой хвост?! — Прислужник? — спросил я, сам себе не веря. — Ааа! Говорил я боссу, это хорошо не кончится! — кричал он, бегая из стороны в сторону и не видя ничего перед собой. — Прислужник! — радостно кричу, наблюдая за бегущим туда сюда Прислужником, — Прислужник, успокойся, успокойся Прислужник! — побежал в его сторону, пытаясь поймать, но не смог его сразу остановить! — Прислужник, стоп! — в конце концов, закричал на этого дуболома, а толстячок встал как вкопанный! Посмотрел в мою сторону и с голосом, полным сомнения, спросил. — Босс? Это ты? — Ну конечно, рыбья ты голова! — Она больше не рыбья! Хнык-хнык-хнык! — зарыдал он, отвернувшись в сторону. — Ну ладно, тебе, все не так уж и плохо… — Не плохо?! Посмотри на меня, босс! У меня даже не две руки, а одна! — А ты на меня посмотри! — разозлился я, — где моя шикарная голова! Где… святые макароны и проклятый Мачомэн! Где мой нос?! — Вы хоть человеком остались! А я человеком стал! Хнык-хнык-хнык! — вновь захныкал Прислужник. — Прислужник, да ты посмотри на себя! Да ты же просто прелесть! Глазки-кнопочки, гнусная крысиная морда, пузико до колен… ни дать ни взять натуральный прислужник! — говорю ему, лишь чуть покривив душой. Будь он еще и худым, то был бы стереотипным помощником злодея, — к тому же, кто лучший Прислужник на свете? Уж механическую руку ты-то сможешь себе сделать? — сказал я, с облегчением заметив, что с каждым словом Прислужник все меньше плакал, а в конце даже улыбнулся. — Ой, да что вы, ваше кошмарство! — засмущался Прислужник, стирая слезы. — Я серьезно, рыбка ты моя фантастическая! С таким видом, нас никогда не перепутают! Это же сказка! А теперь, нам надо разобраться, куда нас занес мой гениальный разум! — говорю, осматривая кладбище. — Вообще-то, вам надо бы приодеться! — сказал он немного смущенно, а я понял, что все это время был голый. — Оу! И правда! Вот срам! — чувствую, как щеки покраснели. Затем, заметив какой-то балахон, накинул его на себя, — ну как? — Кошмарно, твое страшилище! — восхищенно воскликнул Прислужник. — Льстец! — смущаюсь и взмахиваю рукой, — ну, куда мы попали? — Судя по антуражу и памяти у меня в голове, мы с вами оказались на кладбище городка Литтл-Хэнглтон, Великобритания. А судя по вашему и моему виду, то мы в мире Поттерианы, — с голосом знатока, сказал Прислужник. — Это тот, где тупой очкарик противостоит недоТемному Лорду? Стоп, а почему это у тебя память сохранилась, а у меня нет?! Я ничего такого не помню! — возмущенно спрашиваю Прислужника. — Ну, может быть, чтобы я мог давать вам советы? — предположил он, задумчиво посмотрев в небеса. — Хм. Логично. Ой, а это что тут у нас? — вижу длинную змеюку, что ползет в мою сторону, — ути-пути какая прелесть! Прислужник, посмотри на эту змеиную харю! — показываю на вставшую на дыбы змею, которая раскрыла пасть и не отрываясь смотрит на нас. — Мне кажется, оно настроено не очень дружелюбно, — заметил Прислужник. — Ой, да ну тебя! Ты посмотри на эту лапочку! А, ну! Иди к папочке, — говорю и протягиваю руки, как вдруг змея замирает, и я слышу. — Хосзззяяяииин? — не понимаю, чего в ее голосе, удивления или… удивления? — Эм… прислужник? — Да, босс. — Ты тоже это слышал? — Шипение, босс? — уточняет Прислужник. — Оно назвало меня хозяином! Ты разве не слышал?! — Нет, босс. Вы уверены?! — Конечно, уверен. Это же… — застыл на месте, пораженный догадкой, — говорящая змеюка. Которую понимаю только я, — ошарашенно протягиваю и чувствую, как лицо расплывается в улыбке, — да это же КРУТО! Моя собственная говорящая змеюка! — Эм, но ведь змеи не говорят… — Рыбы тоже не говорят! Но ты же говоришь! — Эм. Логично, — пожал он плечами, хотя сейчас он рыбой не был. — Так, змеюка. А ну-ка, как тебя зовут? — спросил ее, но она молчала, — так попытка номер два. И-мя тво-е! — по слогам говорю, но она не понимает, — хм, ну-ка сама что-то скажи? — Ты не хосссяин. Но ты похошшш. Но мысссли я твои не ссслышшшу, — говорит змеюка. — Эм, что она сказала, босс? — Что-то не вразумительное. Про то, что я не хозяин, но похож и мысли мои она не может прочитать, — говорю, потирая подбородок. Вот только глаза зацепились за все еще прикованного к надгробию парня, который с раскрытым ртом рассматривал меня и Прислужника, — Прислужник, а ты случайно не знаешь, кто это? — А! Это ваш архивраг, ваше злобство, в этом мире, — поясняет он мне, протянув целую руку в его сторону. — Да? Ты уверен, Прислужник? Хиленький он какой-то, — рассматриваю худющего паренька. — Ну, с Мачоменом, конечно не сравнить, но в первый раз он победил вас в возрасте одного года. — Да ладно? Хм, а ты полон сюрпризов… как тебя там? — Гарри, — напоминает мне Прислужник. — Точно. Гарри. Хм, а почему мы стали архиврагами? — Ты убил моих родителей! — вдруг подал голос мальчуган. — Стоп-стоп-стоп! Тайм аут! Тайм аут! — говорю, делая характерный жест, — Я? Убил твоих родителей?! — смотрю на Прислужника, — о, нет! Только не говори, что это так и есть? — Боюсь, что это так, ваше злобство, — он печально вздыхает. — Но я ведь никого не убиваю! Нет, я граблю, разрушаю, иногда даже балуюсь граффити и туалетной бумагой, но не убиваю. Это противоречит моей сути! Я — не мокрушник! Я — благородный злодей, сражающийся с вселенским добром Мачоменом! — произношу с максимальным пафосом, чтобы закрепить нужное впечатление. — Однако же, местный злодей успел наломать дров, — с сожалением пожимает плечами Прислужник. — Что это за злодей такой? Да и кличка у него… Вольдеморд. Буэ! — делаю вид, будто меня тошнит, — отныне, зовите меня Мегамозг! Моя нынешняя голова, конечно, уступает оригиналу, но она не менее гениальна! — Я не знаю, Мегамозг ты или Волдеморт, но я знаю точно, что ты убил моих родителей! — кричит пацан, а я закатываю глаза. — Так, пацан! Давай уясним! Я — не он! А он — не я! Ясно?! — говорю, но вижу лишь угрюмый взгляд, — м-да, в книгах не врали. Он действительно туповат! — Да нет, он просто в шоке. А так, мальчик перспективный, — сказал Прислужник, а затем вдруг посмотрел в лицо пацану, — хм, босс. Взгляни-ка! А шрам-то почти исчез! — Ну-ка, ну-ка! — смотрю ему на лоб, — хм! Интересный феномен! Что бы он значил? — Мне кажется, это означает то, что Волдеморт был окончательно уничтожен! — Чушь! У него же есть эти… как их?! — щелкаю пальцами, пытаясь вспомнить прочитанный когда-то давно по-диагонали графоманский бред, — о! Точно! КрЮстражи! — Может быть крЕстражи? — Нет, точно крЮстражи! И не спорь! — Как скажете, босс, — покладисто согласился Прислужник. — Так-то! Эй, я знаю почему у него исчез шрам! — И почему же? — скрестив руки на груди, иронично спросил Прислужник. — Недозлодей Волдеморт был уничтожен гениальным мной! — Правда?! — иронично протянул Прислужник, на что я поморщился. — Ха-ха! И не надо иронии! Я первый догадался! — Кто же спорит, ваше страшнейшество! — как всегда, ухмыляясь, Прислужник выражал скептицизм по-поводу моего гения! — Вот-вот! И не спорь! А значит, нам с тобой нужно стать новыми злодеями этого мир! — пафосно заявляю, встав в величественную позу — Эм, босс? — И нагнать на всех жути! — Босс? — Построить гигантского робота и пойти на Лондон за королевскими регалиями и слитками из Банка Англии! — БОСС! — Что?! — кричу на него, потому что он прервал мое планирование завоевания мира! — Мне… мне что-то нехорошо, — говорит Прислужник и начинает светиться. — Прислужник? — спрашиваю и вижу, как он начинает растворяться, — ПРИСЛУЖНИК!!! — бросаюсь к нему, но не успеваю его даже коснуться, как он окончательно растворяется, а мои руки начинают светиться, — что? Нет. Нет-нет-нет-нет-нет, — чувствую, как я становлюсь невесомым, как прямо перед переходом сюда. Но мне все равно дико страшно! — Нееееееееет! –кричу в никуда и чувствую, как полностью растворяюсь, отправляясь в никуда! Конец POV Мегамозга (больше не ака Волдеморт, ака Темный Лорд, ака Лорд Судеб, ака Том Реддл)

***

      Гарри продолжал сидеть, прикованный к надгробью, пытаясь переварить то, что он увидел и услышал. Это было слишком странно даже для волшебного мира. Впрочем, из всего сказанного, он уловил две основные мысли. Первая, это то, что Волдеморт мертв, причем окончательно. Привыкнув ждать подлянок от жизни, Гарри не ожидал избавиться от своей главной головной боли столь экстравагантным способом. А о том, что с Томом Реддлом покончено, свидетельствовало то, что шрам больше не болел. Обычно он побаливал с разной интенсивностью, но Гарри научился игнорировать эту боль. И вот теперь ее не было! Вообще!       По правде говоря, когда Хвост убил Седрика, он мысленно готовился к смертельному поединку и молил всех знакомых и не очень богов о спасении! Видимо, один из них таки откликнулся.       Вторая мысль состояла в том, что он действительно немного тормоз. Мог бы сразу догадаться, что безусловное зло Волдеморт ТАК себя вести не может. Этот… Мегамозг, вроде, тоже злодей, но какой-то… добрый, что ли? Или чудной? Гарри не мог определиться. Может, Гермиона права? И он должен больше времени уделять образованию? Решено! Как только он отсюда выберется, найдет время и пойдет на Косую Аллею за книгами! Надо же с чего-то начинать!       Гарри осмотрелся. Странно, он-то думал, что после исчезновения хозяина его покусает змея, но ее не было. Видимо, поняв, что хозяин больше нет, она куда-то уползла. — Ох! Как мне хреново! — вдруг он услышал голос с той стороны, где лежал труп бедного Седрика. Повернув голову, Гарри Поттер потерял дар речи! — Седрик? Ты жив?! — кричит Гарри, наблюдя, как тот, встряхнув головой, встает с места. — Конечно я жив! А что? — ответил он немного заплетающимся языком, — а почему ты связан? — Ты… ты ничего не помнишь? — спросил Гарри, рассматривая живого и относительно здорового Седрика. — Мы с тобой схватились за Кубок, а потом… потом все! — пожал он плечами и, подойдя к Гарри, начал развязывать его, — ого, у тебя шрам поблек, кстати! — Да… я… я знаю, — кивнул Гарри, выдохнув, — послушай, Седрик, — Гарри неожиданно решил схитрить, — давай, ты вернешься с Кубком, а я доберусь на Ночном Рыцаре? — А почему? И ты не ответил на мой вопрос. — Это… долгая история, — отвечает Гарри, встав и отряхнув свою мантию, — я тебе все расскажу. Но… сперва нам надо выбраться отсюда. Но я думаю, что все-таки ты заслужил Кубок больше чем я, — говоря это, Гарри был совершенно искренен. А сам он должен был повидать Дамблдора и рассказать все то, что видел. Желательно, в тихую. Даже его скромных умственных способностей хватило понять, что в ТАКОЕ ни один здравомыслящий человек… да что там!.. даже волшебник не поверит! — Ну… ладно, — пожал плечами Седрик, — уверен? — Да, Седрик. Я… мне это просто не нужно, — сказал Гарри, наверное, впервые последовав своему чутью. Так будет правильно! — Как знаешь. Ну, тогда…увидимся в Хотвартсе, — сказал он и, подойдя к светящемуся Кубку, посмотрел на Гарри, — спасибо тебе, — сказал Седрик и исчез в всполохе портала.       Принимая это решение, Гарри еще не знал, что когда Седрик появился один, Аластор Грюм, который оказался вовсе не Грюмом, а Барти Краучем-младшим, чуть не убил его и был остановлен лишь вмешательством Снейпа, который почувствовал исчезновение метки.       Он не знал, как плакала Гермиона, когда Гарри не появился и какой скандал она ему устроила, когда он приехал на Ночном рыцаре.       Он не знал, что она будет счастлива помочь ему летом с книгами и это станет началом чего-то большего. Необычного и удивительного. Но большего.       Он не знал, что его ждет. Но он точно знал одно. Его жизнь вновь поменялась. И поменялась к лучшему.

***

Где-то в ином мире — О, моя чудесная голова! Как я по тебе скучал! — известный всему Метросити злодей Мегамозог целовал свое отражение в зеркале, — а то фу таким безносым быть! — Босс! — услышал он такой родной и привычный голос Прислужника, который счастливый вбежал в его комнату! — Прислужник! Ты снова рыба! — Да, босс! Мы дома! Это так круто вернуться в родной аквариум! — обнял и подбросил его Прислужник. — Ха-ха-ха! Мы дома! Больше нет этого неприятного малоголового и безносого тела! Я — снова Я! — сказал он, и, когда прислужник поставил его на пол, заявил, — Все, я решил! Никаких ловушек основанных на квантовых материях и пространственно-временных принципах! Это было слишком! — Вы такие лапочки, когда не злодействуете, — вдруг они услышали голос Роксаны Ричи, с умилением разглядывающей эту парочку. — О, опять ты! Ну когда ты от меня отцепишься, — в сердцах закричал Мегамозг. — Вообще-то… — попытался кое-что сказать Прислужник, но Роксана успела первой. — Я — отцеплюсь? Это ты вечно меня крадешь! — возмущенно воскликнула она. — И правильно делаю, потому что иначе ты зачахла бы от скуки и у тебя не осталось бы работы, так что оставь меня в покое, потому что я буду хандрить! Все! Асата ла виста! Чао! Пишите письма! — и, войдя в свою гримерку, с грохотом закрывает дверь. Прислужник и Роксана остались стоять в заброшенном складе, который Мегамозг использовал как очередное место битвы с Мачоменом и где был построен очередной убер-супер-прибор. Впрочем, гримерку он себе даже здесь отгрохал. — Может быть, кофе? — предложил Прислужник, чтобы хоть как-то загладить вину босса. — Эх, я бы с радостью, но мне надо готовить репортаж. Хотя, если у тебя есть марципан в шоколаде… — Оу, у меня остался марципан с вашего прошлого похищения! — весело сказал Прислужник. — Ладно уж, искуситель. Наливай, — взмахнула она рукой и пошла за Прислужником. — Спасибо, что вытащили нас, мисс Ричи. Мы бы, конечно, не пропали. Но дома лучше, — говорит Прислужник, засунув вилку от кофейника, который держал у себя вместе с хорошей Арабикой на всякий случай, в розетку. — Да не за что. Инструкция была простенькая. Тебе спасибо, что ее оставил. Кстати, вы действительно попали в мир Гарри Поттера, как было написано на экране? — спросила Рокси, сев на чудом уцелевший после боя ящик. — О, да, мисс Ричи. И по ходу дела мы разобрались с местным недозлодеем, - сказал Прислужник, подавая ей стакан кофе. — То есть, с Волдемортом? — спросила она, принимая чашку. — Да. По моим расчетам, он умер из-за ошибки в ритуале. У него еще был шанс выжить, но… — Но в его тело вселился Мегамозг. Тут кто хочешь концы отдаст, — кивнула Рокси, — ммм, как всегда замечательно. — А вот и марципан! — поставил он рядом с ней целлофан с марципанами, — кстати, я такого насмотрелся в памяти этого Петтигрю. Бррр! Хорошо, что босс не такой. — Ну, Волдеморт он по круче Мегамозга. Нам действительно повезло, что он, ну… любит только "похулиганить" и подраться с Мачоменом. — Я бы не был так категоричен. Увы, но Том Реддл так и не понял главное в нашем ремесле! — сказал Прислужник, показав указательным пальцем вверх. — И что же? — откусив кусок марципана, спросила Рокси. — Он забыл про спецэффекты! Череп со змеей в небесах… это такая банальщина! — О, да! Наш Мегамозг точно его в этом превзошел, — отсалютовала Рокси чашкой и сделала новый глоток. Послепохищенческий кофе был в самом разгаре и оба участника этого действия, как и обычно, получали море удовольствия. Роксана — от хорошего кофе, а Прислужник — умной беседы.       К тому же, Роксана даже себе бы никогда не призналась, что Мегамозг прав, и она уже не могла жить без этих постоянных похищений и контролируемого риска. Именно поэтому, когда она получила на почту посылку от Прислужника, даже не особо думала перед тем как отправиться на склад и помочь им выбраться из очередной передряги, в которую они попали по милости Мегамозга. И сейчас, болтая с Прислужником, она получала истинное удовольствие и в очередной раз убеждалась в одной простой мысли... уж лучше такой злодей как Мегамозг, чем любой иной. Этого она хотя бы знает как облупленного!       И с этой мыслью, мисс Роксана Ричи сделала очередной глоток совершенно потрясной Арабики, сваренной Прислужником, наслаждаясь заслуженным отдыхом после очередного спасения мира.