29-ая жизнь

Зимний биом. Полдень. Среди острых веток сосен расходятся грубые удары меча о топор. В уже притоптанном к земле снегу растворились багровые пятна. Вокруг лежали щепки от древесной коры и щитов. — Ты слышишь как хрустит твой щит? Слышишь, слышишь?! Конечно, это сложно не услышать. Знаешь что это означает?.. — Мужчина в зелёной накидке резко бросился в атаку, ловко отталкиваясь от стволов деревьев, придавая себе ускорения. — Что ты блять скоро подохнешь. Зелёные элементы его одежды были неплохим преимуществом в битве на траве. Но сейчас вокруг была лишь серая пелена от снежного вихря. Не уйдешь блять. Томми держит ладонь на плече, тихо шипя от жжения теплой, казалось даже горячей крови на коже. Очередной удар Дрима. Щит снова больно хрустнул, что явно раззадорило масочника. Иннит отбегает к дереву, не переставая спотыкаться о комья снега и сломанные ветки. Дрожащими от адреналина и страха руками, он хватает золотое яблоко из своего инвентаря и, чуть ли не давясь, быстро съедает. "Блять, последнее?.." В любом случае, ломка в руках и ногах заглушилась под действием регенерации, что не могло не радовать. Мужчина в маске стоит на месте. Руки опущены. Он не шевелится. Какое выражение у него на лице? Может, он сейчас улыбается, представляя, как вновь ощутит блеск чужой крови на собственных руках, или судорожно дышит, чувствуя что теряет силы? Кусок керамики со смайликом на ней скрывал все эмоции. Звучит даже грустно. Паренёк скрывается за деревьями, оббегая оппонента, не сводя с него взгляда. Голова масочника раздражительно медленно поднимается, он наклоняется в сторону, словно сейчас упадет. Согнул колено. Расправил плечи. Резкий рывок. Томми давится собственным вдохом, после которого сразу же последовал хриплый вскрик. Локоть больно задевает ветки кустарника. Но он не чувствует этого. Он не чувствует ничего, лишь страх. Страх и желание пережить эту битву. Два диска. Два ебучих диска, которые создали 300 дней нескончаемого ада. Два диска, из-за которых каждый месяц, а то и каждую неделю, двоим юношам приходилось хромать до базы, перевязывать себе раны и ещё долго винить себя. "Я снова не смог победить". А ведь диски уже давно лежат блондина... И ведь им давно уже не важны диски. Они запомнили одно. Они стали врагами. А эти диски лишь положили начало этой бесконечной войне назойливого мальчишки и владельца этого сервера. Томми ринулся вперед. Он слышит, как ветки сзади дробятся от чужих ног. Иннит достает лук и одну стрелу, пускает ее за собой. Но.. стрела просто падает в снег. Никого сзади нет. Из звуков осталось лишь неугомонное дыхание парня. Он остановился... Где он? Откуда ждать атаки? Судорожно оглядываясь вокруг стараясь устоять на месте от бьющего холодного ветра, Иннит все больше вводил себя в состояние паники. Хруст. Уже поздно уворачиваться. Дрим появился прямо перед ним. Под его ногами промелькнули эндер-частицы. — Блять! Мужчина взмахнул топором. Это... конец? ...Звон двух встретившихся орудий. Томми поднял свой меч, чем смог сбить топор. По крайней мере, теперь блондин не получил удар прямо в череп, достижение! Но... Через долю секунды, он получил серьезный пинок в живот. Иннит упал на рыхлый снег, царапая себе уже красные от холода и рукояти меча руки. — Не хочешь, чтобы эта битва стала финальной? Я... Действительно поражен, — масочник присел на колени, прижимая лезвие маленького складного ножа к чужой шее, — Ты так не хочешь умирать... А ведь у меня есть книга! Ты помнишь это? Даже если я прямо сейчас вскрою тебе артерию на твоей прелестной шее, ты все равно будешь жив!! Я не позволю тебя умереть, ты можешь жить вечно! Разве это не- — Блядское отродье, завались нахуй. — ...хм... Он поднял холодную руку Томаса и сильно сжал, оставляя на ней ещё более красный след, чем было. Грубо вдавил чужое запястье в снег, — Я думал, ты ценишь жизнь... — С...Стой я не..! — парня прервал холодный нож, прижавшийся к коже сильнее. Он задрал голову, словно думая, что это его спасет. — Пф. Ты такой забавный. Маленькие капли крови потекли по шее. А ведь рана ещё совсем не глубока... Подросток пытается выжить. Он дёргает рукой, прижатой к земле. Двигает тазом. Двигает ногой. Силы покидают его вместе с надеждами на продолжение его... 28-ой жизни. Неприятный холодок от металлического ножа вдруг уходит. Но недалеко. Теперь холодное в обоих смыслах орудие находится в трёх-пяти сантиметрах от груди Иннита, что так быстро поднималась и опускалась от неугомонной отдышки. Но в этот момент она резко остановилась, вместе с дыханием жертвы. — Хмм.. Как думаешь, с какой попытки я попаду тебе прямо в сердце? Замах. Нож пронзает.... снег. От тела юноши остались лишь маленькие пурпурные частички. "Ох, как же я мог упустить эндер пёрл в его руке?" — Наигранная печаль в словах мужчины, для которого это все было лишь игрой, в которую он так любил играть. Иннит появился буквально в 6-ти метрах от врага. Слабые руки оттолкнулись от земли, отчего сразу же больно щелкнули в локтях. Прилив адреналина ударил в ноги, заставив их на две минуты забыть про ноющую боль от обморожения и многочисленных ударов по голеням. — Как печально. Мы снова избежали конца... Масочник оглядывает местность. Видимо, они все это время были не просто в лесу, на тропе. А если есть тропа... Значит есть поляна!

***

Он медленно шел, хромая на левую ногу. "Я должен... должен, блять, убить этого уебка". Раны жгли кожу. Шея была покрыта красноватой влагой, оставшейся после крови от ножа. Единственным счастьем была тихая погода. Видимость вокруг прекрасная, и снежные ураганы с черными ветками больше мешают обзору. Хотя... Для кого из них это ещё плюс, на самом деле... В запасе осталось ещё 3 жемчуга эндера. Томми подготовился. В инвентаре лежали несколько жаренных баранин и яблоки. К сожалению, не золотые. Подросток глубоко вздохнул, немного кашляя от боли в горле. Он обернулся через правое плечо и взмахнул рукой с эндер перлом, и сразу же его пронзила тянущая боль в плече. Будет... Сложно. Около заснеженной скалы стоит высокий силуэт человека в броне и этой проклятой зелёной накидке. 1, 2, 3, 4... 5... 5, 4, 3.. 2, 1.. 1, 2! Томми рванул вперёд. Он все ближе к врагу. Дрим резко обернулся, достал топор, защитно замахнулся. Уже до боли знакомый звук удара топора и меча вызвал неприятный звон в ушах. За последние несколько месяцев этот звук стал слышаться чаще, чем ласковая мелодия одной из пластинок Томаса... ​ Борьба серьезная. Иннит несколько раз чуть не упал, что могло стать его последним падением в жизни. Он оставил на себе очередные кровоточащие порезы, перекрывая старые шрамы. Туббо будет огорчён, вновь увидя это... Маска Дрима трескается, открывая свет изумрудных глаз, что смотрели с явной ненавистью, безумием. Все таки, он поспешил с выводом, что ему нравится эта "игра". Иннит дрожит и до боли стискивает зубы, прикусывая внутренние стороны губ, пока пытается отбить чужой напор. ... Неизвестно, сколько прошло времени. 10, 20, а может и 30 минут. Мечник вновь ослабевает. Радовал лишь факт, что не он один сейчас страдает от этого. Неаккуратные, порой мертвые движения Дрима сводили с толку.

***

...Иннит уже не помнит, в какой момент он вдруг оказался прижат к грубому рельефу каменной стены в скале, пока голова глухо болела от недавнего удара. Меч?.. Меч лежит в снегу в паре метров. Наконечник покрыт кровью, смешанной с белыми вкраплениями снежинок. Плечо мужчины перед ним истекало бурой жидкостью, пачкая порванную ткань на руках. — Игра окончена, Томми Иннит. — Хорошо, ладно, убей меня блять. Чтобы снова меня возродить и снова устроить такую же хуйню. Прямо как ты любишь, — подросток не сдерживал потока своего сквернословия, готовясь к смерти в ближайшую минуту. — Прямо как я люблю? — Не заставляй меня повторять, придурок, — со злобой сщурил глаза — Думаешь, мне это нравится? Отведенный в сторону, обиженный взгляд Иннита вдруг вернулся, встречаясь с зелёными радужками за маской, выражая глубочайшее удивление. — Ну... Да?.. — Мне казалось, это было твоим желанием, пф. — Ну да, я все ещё ненавижу тебя и все что ты делаешь со мной. Из-за тебя я столько раз рисковал, из-за тебя мне пришлось уйти в изгнание по приказу собственного лучшего друга! Из-за тебя все это случилось. Ты манипулировал и шантажировал мною! Ты...! Дрим расслабил хватку рук на шее, давая полную свободу Томасу. Тот мог в любой момент поднять свое оружие с земли и вонзить его в грубую кожу чужой шеи, но он не делает этого, и лишь мирно ждёт ответа, не понимая что происходит. — Думаешь, я сделал это лишь потому что захотел? Или потому что мне вдруг стало скучно и я решил разрушить чью-то жизнь? — масочник сложил руки на груди и отвернулся, смотря куда то далеко в пустоту неба, — приму как оскорбление. Ха... Это был... Прекрасный сервер. Люди, которые были здесь любили меня. И я любил их. Я создал им это место, и они были мне благодарны, а я был благодарен им, — каждое следующее слово давалось все труднее, что легко перерастало в лёгкое заикание, — это ведь я помог им в постройке дома на озере, что сейчас является важным местом в городе. А потом... Пришел ты. — Но что тебе- — Я не договорил, — слегка ласковый, но тяжёлый тон воспоминаний вдруг сменился осуждающим хрипом. Иннит непонимающе замялся, глубоко выдохнул и кивнул, ожидая продолжения рассказа. — Мх... После твоего появления начался хаос. Ты уничтожал дома и убивал их владельцев ради веселья! Забавно, кто теперь здесь портит чужие жизни ради веселья, хм? Я лишь хотел усмирить тебя, забрав то, к чему ты привязан – к дискам. Я надеялся, что так ты сможешь успокоиться и перестать нарушать покой других. — Но ты чуть не убил Туббо, когда мы пришли за дисками! Это ты называешь просто "надеялся, что ты угомонишься"?! — Ты опять меня не слушаешь. Парень недовольно цыкнул и заткнулся. — И после появления Л'менбурга, после изгнания тебя и Вилбура, после появления Туббо как президента, ты вновь начал гриферить. Я решил изгнать тебя. Далеко. Я даже не сильно жалел об этом. Это была твоя блядская вина, Томми. — Заткнись нахуй. Я никогда не прощу тебя за все то, что ты мне сделал, сука. Масочник молчал, казалось, минуту. Но прошло лишь 8 секунд, ого. Он опустил голову, тяжело дыша в маску. — Знаешь, зачем я тебя все это время воскрешал? — Потому что ты сука которой нравится наблюдать за чужими страданиями. Вдруг прилетела жгучая пощёчина, что так резала холодную кожу. Иннит болезненно прорычал, как его уже нагло кинули в снег. Позвоночник ныл от удара о твердое снежное покрытие, а пальцы уже давно онемели от температуры. Высокий силуэт в зелёной накидке потянулся за собственным топором, не роняя ни единого слова. Юноша на снегу пытался всем видом подать свою безразличность к скорой смерти. Но ему было страшно. Наконец, Дрим продолжил. — Думал, что хоть в одной из твоих жизней, у нас получится все уладить. Скажи, ты бы хотел прямо здесь разобрать все, что случалось с нами? — он присел на корточки, смотря на жертву сквозь трещины в маске. — Ты серьёзно?! Хочешь сказать, что ты убил меня 20 раз, а теперь хочешь просто подружиться со мной, блять?! — Ну... Видимо, не хочешь. Думаю, тебе будет легче, если я просто дам тебе умереть навсегда, правда? — С-...стой, что?.. Взмах топора. Секундная боль, и все чувства исчезли. Ноги больше не изнывали от холода и усталости, руки больше не царапались от холода. Но вместе с болью, пропало сердцебиение. Глаза открылись, и слух уловил шум поезда. Вагон метро, который пуст. Это и есть лимбо? Остановка. Казалось, этот поезд был вечным, но нет. На платформе стоит высокий... полупрозрачный... мужчина в костюме. Он оборачивается на уже призрачного юношу. — Иннит? — Шлатт...