***
8 февраля 2023 г., 00:31
Если ты знаешь, что человек никогда не будет твоим, то любить его можно бесконечно долго.
Оскар Уайльд.
***
Это был май 2016 года. Просторная комната-чердак в тёплых и светлых тонах с распахнутым окном, где сидел измотанный юноша, наблюдавший за столь голой пред ним комнатой. «Дааа, такую я её никогда не видел, хотя нет, вру, такова она была, когда мы только переехали в это дом, на тот момент мне было… лет 6? хм, да наверно да» — поток его раздумий прервал шорох развивающегося от сквозняка плакат, который остался висеть одинешенько на стене. «О, мистер Хван Хёнджин, все такой же красивый и прекрасный» — проговаривает юноша, проводя нежными пальцами по напечатанному изображению. «Забавно что ты не выцвел спустя столько времени, провисев то рядом с окном» Продолжает он, снимая этот плакат со стены и ухмыляясь. А ведь это его первая искренняя любовь, что пробирала до дрожи каждый раз когда он рассматривал эти черты лица и все изгибы линий мистера Хвана. Только вот сам Хван и знать об этом не знал, да и наверно, опешил бы, увидев веснушчатого парнишку залипающего на его фотографии каждый божий вечер. Не долго думая, он сворачивает этот плакат и кладёт в коробку к остальным вещам. Его ждал переезд. Как бы сказал его лучший друг Крис: — Новые хлопоты на твою невинную задницу, Ликси, оставался бы ты с родителями и души не чаял, семья твоя из богатеньких, родители любят… та и я, собственной персоной, всегда рядом… — но Ликс никогда не дослушивал, ибо шагал навстречу своим переменам***
— Какие планы на вечер? — … — ЭэЭй, Оливия? — парень подполз ближе к камере и начал махать привлекая к себе внимание, — ты ещё тут? — А… да-да, прости, мне нужно бежать, созвонимся завтра хорошо? — А? к-куда? — не успев сообразить, как она уже выключила камеру и перед ним был чёрный экран в котором виднелось лишь его отражение, — ты хотя бы номер то напиши а! А то как я тебе позвоню? — Мм, ладно +82 2 318-2***, chao~ «И чего это вдруг у неё за спешка. может я ей ляпнул что-то не то ненароком.? или выглядел как-то глупо, на худший конец вообще не понравился? та ну, не, бред» Хван встал и подошёл к зеркалу, разглядывая своё отражение и демонстрируя мускулистость своих рук, самовлюблённый мучной мальчик. «Как такой парень как я, мог ей не понравится?» Единственное что его радовало в этот момент это написанные циферки от Оливии. «Ладно хоть номер есть, позже ей наберу» Встречайте, Хван Хёнджин, собственной персоной, всемирно известный айдол, drama queen и хлебный мякишек, чье состояние составляет в совокупности больше чем моры в Тейвате, та и Нин Гуан стоит в сторонке со своим дворцом в небесах. А гибкость, пластика и в целом умение управлять своим телом в танце, не по зубам даже многим талантливым танцорам. О его красоте и модельной внешности ходят легенды, словно он Афродита спустившаяся с небес только вот в мужском обличии. Что ж… такого описания вы ожидали о Хване? айщщ! Ладно, на самом деле, он прекрасный юноша, а если говорить точнее очень даже ранимый и стеснительный, не пустослов, зачастую высказывает свои эмоции рисуя картины. Ладно, все остальное вышесказанное тоже правда, за исключением того пункта про айдола. Он отстранился из группы уже как четыре месяца по личным причинам, а в интернете все до сих пор блуждают разговоры о мотивах его ухода, но истинные причины все ещё никому не известны.***
Канберра. Национальная галерея Австралии. Спустя пять часов езды, Феликс решает остановиться в этом уютном городке и прогуляться по галерее. Людей, на удивление, было не так уж много, учитывая что сейчас конец мая и наплыв туристов в самом разгаре. — Добрый день! добро пожаловать в национальную галерею, вы один? не желаете присоединиться к гиду и лучше узнать о истории создания этих картин? Услышав молодую даму, появившуюся из ниоткуда, Феликс в испуге передернулся и охнул. — Здравствуйте, спасибо за предложение, я наверно предпочту сам осмотреться, ещё раз спасибо! — быстро но вежливо протараторил он и удалился в первый попавшийся на глаза зал. Изобилие картин радовало глаз, выполненные в таких стилях как модернизм, авангард и сюрреализм. Каждая из них поглощала в свою историю и соревновалась между собой, будто претендуя на то, чтобы на неё обратили внимание и разглядели все детали подольше. Чарующее зрелище охватило второго юношу вошедшего в зал в этот момент: Работа Клод Моне — «Водяные лилии», выполненная в благородных зелёных оттенках; и стоявшая перед ней светлая, как пшено, макушка Феликса, который с завораживающими глазками рассматривал каждую кувшинку на этом полотне. «Вау, это невероятно-красивое сочетание его волос… на фоне этой картины, ашалеть» Не отводя взгляд от Феликса, парень в панаме достал камеру и быстро сделал один снимок «Он словно эльф, только что сбежавший с этого холста..» Дабы не терять момент, отыскав маленький кусочек бумаги, он принялся за легкий набросок, старательно вырисовывая еле видневшиеся черты лица. Однако его идиллию прервала сотрудница галереи проходящая мимо него и сделавшая ему замечание: — Извините, но фотографии со вспышкой у нас запрещены. Подняв свой взгляд на неё, он кротко хмыкнул и кивнул с неловким извинением. Возвращаясь к своему наброску, он обнаружил что пшеничного мальчика рядом с картиной уже не было и шустренько начал сканировать глазами весь зал, до того момента пока не услышал низкий, до ужаса приятный, голос позади себя. — Вау… если это я, то выглядит потрясно, — протянул Ликси, изогнув брови от удивления. Окоченев в ступоре, мурашки роем покрыли тело второго и он медленно повернулся в сторону голоса. Панама ограничивала его обзор, поэтому он слегка запрокинул голову вверх и встретившись с кофейными глазами нервно сглотнул. «Господи Иисусе, спереди он ещё прекраснее чем с макушки» И быстро свернул листок, засунув в карман. — Извини, мне наверно стоило сначала спросить у тебя, можно ли, да я и не подумал что ты заметишь, — приопустив голову и оперевшись двумя руками о край скамейки произнёс Джинни. «Гооосподи зачем я оправдываюсь» — Если хочешь я удалю! а листок, листок выкину, сожгу или себе забери! — продолжает Хван. — Ахахахах, нет-нет, ты чего, — не ожидав такой робкой реакции, Феликс продолжил, — вышло очень даже прекрасно, к тому же я заметил тебя как только ты сюда вошёл, — сказал он похлопав его по плечу и не попрощавшись направился к выходу. — Стой! как твоё имя? Его слова, как пинг-понг, эхом отразились по всей галерее, но было уже поздно, пшеничный мальчик исчез из поля зрения, оставив загадочный осадок внутри.***
Вернувшись домой, Хёнджина на пороге встречал Кками то и дело ерзая вокруг него, то ли от того что рад его видеть, то ли от того что проголодался за весь день? Конечно, Хёнджину хотелось надеяться на первый вариант, но голодный покер фейс Кками говорил об обратном. Покормив его, он направился в зал в поисках телефона. Дом Хёна походил на виллу, первый этаж располагал в себе: просторный зал с камином и панорамными окнами, которые выходили на задний двор; второе по площади помещение — читальный зал с множеством книг по истории искусства; далее кухня с обеденной зоной и уборная. Второй этаж являлся зоной для отдыха и творчества, где хранились большинство его картин. Так же есть цокольный этаж, который обустроен под кинотеатр и гостиные комнаты. Найдя свой телефон, Джинни вспомнил, что хотел позвонить на номер который дала Оливия и плюхнувшись на диван стал его искать. Гудки все шли и шли, а на том конце провода никто не отвечал. Третья попытка и трубку подняли. — Да? алло, — раздался голос отнюдь не похожий на Оливию. — Слава небесам, Оливия, ты ответила — Кто это? и откуда у вас мой номер, — прокашлявшись перед этим, спросил голос в ответ. — Так, стоп, ты не Оливия… — его снова охватил знакомый ступор, ладошки предательски вспотели, а в горле образовался ком. «Этот голос, он.. так похож, словно это он, я наверно брежу.» — Меня Феликс зовут, — хихикнув сказал он абсолютно не придавая значения тому с кем разговаривает, — а если вам нужна моя сестра, то просто поменяйте последнюю цифру в номере на 9. Но Джинни уже не интересовала ни какая-то там Оливия, ни эта глупая 9-ка в номере телефона, он чувствовал только какой-то несвязный трепет внутри, держа во второй руке кусочек того самого наброска. «Феликс значит… пшеничный мальчик..»
