Простые истины

В операционную я зашла с «Не трогай-уебу» - лицом. В моей голове слишком много мыслей, чтобы все это было правдой. Я уже начала думать, что Мэттью просто был, что он ничего не внес в мою жизнь. Он дал мне снова жить, хотя до этого буквально убил? Я думала о нем каждый день. Несмотря на то, что он не дал мне вариантов вернуться, я думала о том, хочу ли я этого. И, наверное, я не хотела возвращаться к постоянным унижениям, я не хочу считать себя постоянно виноватой, чувствовать, что что-то идет не так. Мне кажется, что все должно быть правильно, хорошо. Я не хочу, чтобы было не по-моему. У меня начало появляться свое мнение на жизнь, я просто хочу понимать, чего по-настоящему хочу. Мэттью открыл в моей голове какую-то дверь, открутил какой-то винтик и я начала постоянно думать. Теперь мне даже легче заснуть. Но что делать с будущими отношениями? Их неизбежность пугала меня, я всегда была влюбчива… Минута. Две. Три. Пять. А Морин Картер все еще не было. Не знала, что кто-то тоже умеет опаздывать. - Она часто так? – я обратилась к Миранде, операционной медсестре. - Не особо, обычно она вовремя. Не думаю, что ассистент становится похожим на оперирующего хирурга за 15 минут до операции – она засмеялась, а я поняла, что меня только что попытались уколоть. - Но я была вовремя – боже, кому ты пытаешься что-то доказывать - Это редкость. Почему я позволяю младшему персоналу себя задевать? Почему не ответила? Кажется, я нашла причину думать следующие 2-3 года. Очередная идиотская ситуация, в которой я себя не отстояла. Обычно это делал Мэттью, а я просто вгоняла себя в еще большую депрессию, все-так самостоятельная жизнь – это не так легко, как я могла подумать. Она пришла запыханная с красным лицом, не в силах держать дыхание ровным, неужели курила в туалете после того, как переспала с кем-то из персонала? Я улыбнулась своим мыслям, а она решила, что я улыбнулась ей. - Простите за опоздание, мисс Миррел – она улыбнулась мне, как она считала в ответ, а я лишь посмотрела на нее «отъебись»-взглядом, когда она снимала милое колечко с безымянного пальца и складывала его в карман хирургички. Она протягивала руки Миранде, та одевала ее. У нее тонкие руки. Красиво. Пациент введен в наркоз, место будущей операционной раны обработано. Сейчас я за главную. И мне это нравится. - Миранда, скальпель. Разрез – твердый голос, а я все смотрела на мисс Картер, стоявшую напротив. Я ожидала увидеть долю страха в ее глазах, а видела лишь то, как она внимательно наблюдала за мной, это начинало меня подкашивать. Обычный аппендицит. Ну что может быть сложного. Два зажима и в таз. - Крюки. Дайте ей два больших. У нас пациентка особой весовой категории – Миранда даже улыбнулась. Какого хуя я жду оценки своих действий? Морин спокойно взяла крюки и поставила их именно так, как мне и было нужно. Как? Это талант? А если я не хочу признавать наличие таланта у кого-то, кроме меня. Хотя о каком таланте я вообще имею право говорить… - Все в порядке? – я посмотрела на нее. Просто дежурный вопрос, просто безэмоциональный взгляд. - Конечно – просто сдержанная улыбка и быстрый взгляд в окно, располагавшееся за моей спиной. Она была симпатичной, она была краси… нет! Русые волосы, голубые как лед глаза. Но они не были холодными. Пухлые розовые губы, сейчас скрытые под маской. Мне стало интересно кто же их целует, если на безымянном было кольцо. Она была интересной, заманчивой, но я давила все попытки моего разума захотеть узнать ее. Операция проходила спокойно, пока Морин не уронила крюк. Ее повело в сторону, а я не понимала почему. Она присела на корточки, я тоже. Мы обе хотели поднять инструмент. Только я хотела еще и поднять ее. Как будто появилось желание защитить ее. Наши руки коснулись, случайно, и я почему-то почувствовала себя дома. Я никогда не знала этого чувства, но оно появилось самo и сразу поняла его. - Теперь я повторю вопрос. С вами все в порядке? – я пыталась быть участливой, главной. Я не хочу узнавать ее, я не хочу сближаться с ней. Это просто рабочие отношения. - Да, просто здесь очень жарко. Странно, почему мы не включили кондиционер… – она почему-то напряглась. Почему? Конечно не от того, что я все еще касалась своими пальцами ее ладони. Я быстро провела большим пальцем по тонкой нежной коже и отпустила.. Но она сказала «мы». Спокойствие начинало зарождаться во мне. Не стоит. Не нужно. Хватит. - Будьте аккуратнее, если станет плохо – лучше выйти, я справлюсь одна – снова твердый голос и «я посылаю тебя нахуй»-взгляд. Мне самой стало обидно из-за того, что я ей нагрубила. Она – нежный цветок. Она твердая, аккуратная, будто выглаженная, ее считают роботом, она идеальна. Это правда, но она человек. Она… Я не такая. Она замужем. Это не отговорка, если она мне… Я по мальчикам, ясно? Через несколько минут она вышла, и я заканчивала операцию одна. Ее первая осечка. Почему при мне? Она уходила, но все выше забиралась по темным веткам моего сердца. Кто же знал? Тогда я старалась отодвигать чувства назад, но где-то глубоко-глубоко, очень глубоко хотела, чтобы она стала моей. Слишком уж она ворошила все во мне. Диана стояла на выходе из операционной как ворона, которая давно не стаскивала чего-нибудь блестящего. - Она упала, да? Ошиблась? Правда? Она уже начала раздражать тем, что у нее все гладенько и ровно. Ну не может же кто-то занять мое место – она улыбалась так, будто выступала на сцене. - Да, ей стало плохо. В операционной жарко, сама знаешь – я пожала плечами. - Мы с Триной идем сегодня в кафе, не хочешь пойти, мы могли бы поговорить о чем-нибудь – она провела по моей руке своей и мне стало неприятно. На что она намекает? - Не забывай, я не из вот этих ваших …. – я замялась - Все может меняться, а мы просто поговорим. Сейчас она буквально зажала меня в угол. Мне стало чуть ли не страшно. В животе снова начали летать бабочки. Она провела рукой по линии моей нижней челюсти – простой разговор за бокальчиком красного. Ничего он под собой не имеет. - Прекрати. - Ну чего же ты напряглась. - Тут люди. - Лучше бы их не было? Что бы ты сделала тогда? - Я бы ушла – я напрягала каждую мышцу. Сердце колотилось как у кролика. Рядом с ней, как и с Мэттью не было ощущения спокойствия, ее не хотелось узнать, даже держать себя не надо было. - Ушла? Обидно – она дернула бровями. Ей впервые решили отказать – все равно приходи. Триша говорила, что вы часто там зависали - Она Трина, вы же вместе несколько недель - Неважно – Диана улыбнулась, но не выпускала меня из этого угла, пизданутая на всю голову блять. Она держала одну руку на стене, рядом с моим лицом, а другую прямо на нем. Все еще. Мне хотелось убежать. Мне страшно и я хочу уйти. - Ты нарушаешь сейчас все мои границы, Диана. Отъебись от меня и иди к своей девушке. Даже если ты будешь тут ходить с гей-радаром или с радаром чувств, ты ничего не полу… - я старалась быть серьезной. Старалась быть холодной, хотя бабочки уже начали резать мои внутренности, мне было чуть ли не физически больно. Она резко взяла мое лицо и притянула к себе. Внутри меня снова все рухнуло. Она украла мой первый поцелуй с девушкой не в состоянии бухой в мясо алкоголички. Мой. Первый. Поцелуй. Я резко оттолкнула ее. В моих глазах сквозило все. Ярость, разочарование, страх, непонимание, желание, шок. Все лилось из моих глаз вместе со слезами. - Не подходи ко мне больше, поняла?! – я думала, что срывалась на крик, а в результате говорила шепотом. Она разбивала меня, но что-то все же тянуло. Она вызывала отвращение. Ебнутая.