Простые истины

Я не знаю каким образом вообще перенесла дорогу до дома, снова слишком много думала и спустя несколько тысяч мыслей я решила просто закрыться. Сделаться простой, непринужденной, наконец-то легкой. Я поставила свои мысли под замок и больше мне не хотелось умереть или желать кого-то: мне ничего не хотелось. Я была готова уйти во все тяжкие и наплевать на все. По крайней мере я постараюсь. Яркое солнышко светило через занавески моего окна. Лучи пробивались через дырочки в тюли, которые образовались от старости. Как же это все мило, если не учитывать спящей меня, завернувшейся в три одеяла для того, чтобы спрятаться от реалий сего мира. На кухне мама готовила завтрак. Пахло яичницей и я знала, что она будет как обычно пересолена, а чай будет с избытком сахара. Мама так и не смогла запомнить, что напитки я пью совсем без сахара, а яичницу ненавижу с того момента, как она вывернула ее на меня в седьмом классе. Вот тебе и доброе утро. На моей шее красовались следы прошедшего вечера, о котором я предпочла бы благополучно забыть, если бы только могла. Но я постараюсь, если уж я решила немного поменяться. Из ванной лилась вода. Ничего себе, отец впервые решил не уходить утром, неужели решил не пропускать спектакль под названием «Мама встречает дядю Карла», наверняка взял отгул на работе. Складывалось чувство, что он приходит с войны, а она встречает его как верная жена. За исключением того, что ее мужа звали Том. Я вышла из комнаты в (упадническом) прекрасном настроении, ведь ничего теперь не могло испортить утро такому прекрасному человеку как я. - Доброе утро, мамочка. Как тебе спалось? – я улыбнулась ей, она смотрела с таким подозрением, что я решила, что за ночь стала азиаткой. - Спалось прилично. Ты никогда не спрашивала. Ты не заболела? – она приложила ладонь к моему лбу. - Да нет, все в полном порядке. Что на завтрак? – завтрак всегда был однообразным, нахуя спрашивать. - Яичница и чай, как и в школе. Что на шее? – она поджала губы, будто мне было 15 и я переспала со своим учителем. И не такое случалось в моей жизни. - Мамуль, я уже не подросток. Вчера мы просто прогулялись с… - Мэттью? - Нет. С Дианой и Триной. Я говорила тебе, что они приглашали меня в кафе, - я задорно повела плечиками, будто играя (с сохранностью своей жизни). - И кто оставил сие наследие? - Ну боже, ну чего ты погрустнела. Это всего лишь детские забавы. - Ничего себе детские… - Ну да. Не бери в голову, - я не переставая улыбаться - Ты ведешь себя странно и подозрительно. Не забудь, что приезжает… - Ви, моя подружка детства, я прекрасно все помню. Спасибо за завтрак. Хотя и немного пересолено, ты, кстати, знаешь какие-нибудь средства от отеков? – мой взгляд напоминал взгляд, присущий моему преподавателю – гею по психологии в университете. Кажется, немного переигрываю. - Да что с тобой происходит? Лия, боже мой, может тебе к врачу? - Мамуленька, я сама врач и я знаю, что со мной все в порядке. Я встала у мойки и начала мыть посуду. Горячая вода почти обжигала, но боли не было, было даже приятно. Мама пялилась на меня, прожигая спину. Маленькая кухня не могла вместить всего ее удивления. Папа еще был в ванной, а мама плакала на кухне, когда я уходила. Если раньше я бы пошла узнать, что происходит, то сейчас мне стало абсолютно все равно, настроения на то, чтобы быть психологом не было. Я проходила разные периоды в своей жизни, но, кажется, этот был один из самых странных и неприятных. Даже открытая типичная депрессия была лучше. Работа сегодня была просто идеальной. Ни одной ошибки на операциях и ни одного разумного диалога, который бы имел смысл. Дианы сегодня не было, как и Трины. Трине дали отгул после того, как она проторчала здесь всю ночь. Я была этому рада, волнение и грусть постепенно уступали место возбуждению от предстоящей встречи с Вивьен. Пусть все покроется лунной пылью, я просто хочу дышать, я хочу нормально жить. Если так, то Диане совсем не место в моей жизни. Я хочу, чтобы все было по-другому. Милая Морин пригласила всех на свой день рождения завтра. Это забавило меня, мне было до чертиков интересно узнать, кто же все-таки ее целует. Солнце заливало улицы. Деревья пускали заманчивые тени. Все пылало желанием жизни Около дома я увидела знакомую машину отца, рядом с ней находилась красная машина Карла. Никогда не понимала его вкуса. Мне хотелось какой-то легкости, а этот красный добавлял лишь тяжести. Я быстро проскочила по ступенькам вместо лифта, впервые у меня возникло желание двигаться по ступенькам одну за другой, а не стоять в лифте и уныло считать этажи. Я знала одно: она приехала. - Я дома! – никогда раньше не говорила о том, что пришла, что со мной творится. Это шанс измениться или птср? Вивьен тут же побежала ко мне и обняла. Крепко. Возможно, этого мне и не хватало. Я опешила, но обняла ее в ответ. Удивительно, я могу обхватить ее талию одной рукой. Ее тепло будто бы захватывало душу и уносило куда-то в неизвестность. Она повзрослела с того момента, как мы виделись в последний раз. Белая алебастровая кожа будто бы светилась под лучами пробивающегося в коридор солнышка. Она становилась прозрачной, я будто бы смотрела на живой атлас по кровеносной системе. Ее волосы ниспадали на тонкие плечи мягкими волнами. Глаза смотрели открыто, смело, смотрели так, будто бы ничего еще в жизни не видели, но были готовы ко всему. - Привет, Ви. Сколько же мы не виделись? – я снова улыбалась - С самого детства, Лия. Неужели прошло столько времени. Ты должна все мне рассказать! – она смотрела на меня восторженно, смотрела в самое сердце. Я не понимала, что чувствую, но поддалась этой поглощающей радости. Она была красива как закатное солнце, я назову ее королевой своего сердца. По крайней мере сегодня она завладела им полностью. - Может, останешься сегодня у меня в комнате? Устроим вечер вопросов. Как в детстве. Будем по очереди отвечать. Только ограничений никаких. Мне очень интересно как у тебя все сложилось, – в детстве все всегда было легче. Не спать ночь – не проблема, поссорился с кем-то – не проблема, а сейчас все проблемы отодвигались на задний план, ведь дел нужно было сделать слишком много, но она, Вивьен, закрывала все это собой, заставляя улыбаться под внимательным взглядом ее голубых глаз. Я была открыта чему-то совершенно новому. Почему я не могу думать, что Вивьен – мой шанс стать счастливой без принуждения и синяков на душе?..