Исключение из правил

Мне в лицо плеснули ледяной водой. Затем последовала пощечина такой силы, что опрокинула меня вместе со стулом, к которому я была привязана по рукам и ногам. Я зашипела от боли. Лицо мое заслоняли волосы, не давая возможности увидеть преступников. Хотя в этом и не было особой необходимости. Я знала причину похищения - ловушка для Эйдена, возможно, смертельная. Сейчас лежа лицом на грязном и мокром бетонном полу, понимаю, что сыграла похитителям на руку, использовав медальон, но в критический момент голова соображать отказывается совсем. Я понимаю какую ошибку совершила. Эйден явится сюда и его убьют и меня скорее всего тоже. Мой стул вернули в вертикальное положение и я ожидала увидеть лица двух или тех верзил-головорезов, но никак не их... - Какого черта, Адамс? - А чего ты ожидала, сука? Думала я все спущу тебе с рук? Ты разрушила всю мою жизнь! Ты и твой мерзкий дружок опозорили меня перед всей школой. Она схватила меня за волосы с такой силой, что кожа на лице натянулась, а пряди волос остались у неё в руке. - Ты забрала моего парня! Забрала мою корону! Забрала моих друзей! Но и это ещё не все! Сегодня ты забрала мое имя! Вот, что я не могу спустить тебе с рук! Тот позор, что я испытала, когда охранник развернул меня, обозвав самозванкой! - Мелисса перешла на крик. Она была в ярости и инстинкт самосохранения подсказывал мне не нарываться и молчать. - Я думала ты хотя бы станешь отрицать, что обокрала меня! Но ты настолько нахальна, что тебе насрать на это, да?! Я просто уставилась на неё. Максимум, что она мне может сделать это вырвать пару клоков волос и дать пару пощёчин. Да без проблем. Запомню, но стерплю. - Нет, ты только посмотри на неё Тай, она просто ненормальная. Она ни капельки меня не боится. - Она просто ещё не знает что ты для неё приготовила, - подал голос Тайлер Уилсон откуда-то из-за спины. Теперь дело принимало немного другой оборот. Возможно, сильные руки Тайлера меня покалечат, куда больше, чем я рассчитала, но все равно не убьют. А отличии от верзил, которых я ожидала увидеть. Эта мысль меня немного успокаивала. Я огляделась по сторонам. Место мне было не знакомо. Какой-то обшарпанный подвал с массивной железной дверью, с тусклым освещением, и сильным запахом затхлости и сырости. - О, да! Это будет весело. Я слишком долго терпела, теперь пора преподать ей урок! - Зря ты высунула голову из своей скорлупы мисс «я не пойду на вечеринку, потому что там все пьют и сосутся, лучше буду читать сопливый роман одна в домашней пижаме с зайчиками», если бы ты и дальше сидела тихо, мне не пришлось бы этого делать. В голосе Тайлера проскользнули сочувствующие нотки. Стоп! Что? Тайлеру меня жаль? Тайлеру? Видимо мои дела и в прям плохи. Чтобы Мелисса не задумала мне нужно выбираться, а то что-то запахло жареным. - Прости меня, Мелисса. Мне правда очень жаль. - Ой, надо же как мы заговорили. Если ты ещё не поняла я разъясню: УЖЕ ПОЗДНО! Поняла? Мне не нужны твои извинения. Я хочу твоей смерти. Всей душой хочу. Я не могу убить тебя физически, но есть и другие способы сломать человека. Уж я постараюсь. Ну что начнём? Ее слова были пропитаны ядом, от чего мне стало по настоящему жутко. Ее тон был почти истеричным, а глаза налились кровью - зрелище страшное. - Ты же знаешь, что местью ты ничего не исправишь? Ты не вернёшь ни Оскара, ни корону, ни друзей. - О, я знаю. Но жить после твоего падения, мне станет куда приятнее. Она не отступит. Сейчас, остаётся только смириться с неизбежным. Умирать так с музыкой. Слез моих она не увидит. Я не доставлю ей такого удовольствия. Буду держаться до последнего. - Ты прекрасно знаешь, что не я причина твоих бед, а ты сама. Оскар бросил тебя, до меня. Короны ты лишилась без моего вмешательства, когда люди увидели, наконец, твою суть. А с «подругами» ты вела себя хуже, чем с врагами. Ты причина своих поражений, а не я. Самое смешное, что ты это знаешь, но не хочешь признавать. Так ведь, Мелисса? Я права? - Иди нахрен, сука! Тайлер включай. Передо мной на штативе появилась камера. Я засмеялась. - Публично будешь давать мне пощечины своими наманикюренными крошечными ручками? Мне не стоило нарываться, просто, эта ситуация меня нервировала. У меня болела голова от удара, начала затекать спина от долгого сидения, и ужасно болели кисти и лодыжки от удерживающих меня верёвок. - Сейчас к нам кое-кто присоединится и мы начнём. Тебе лучше расслабиться и получать удовольствие, шлюха. Будешь сопротивляться будет больнее. Мелисса отошла к двери и открыла ее. - Заходи дорогой, она ждёт тебя с нетерпением. Я затаила дыхание, а капелька пота от напряжения стекла по моему виску. - Тай, включай запись. На камере загорелся красный огонёк и я поняла, что они хотят заснять. Здоровяк Джеф. Тот самый, что пытался изнасиловать меня на вечеринке у Оскара, пару месяцев назад. - Нет. Нет. Нет. Она сошла с ума. Я задергалась на стуле пытаясь освободиться из крепко держащих веревок. - Это преступление. Вас всех посадят. - Если ты кому-то о таком расскажешь, то возможно. Но максимум, что нам с Тайлером светит это полгода исправительных работ, ведь нам нет восемнадцати и по сути единственное, что мы сделали это связали тебя и продержали пару часов в подвале, а дальше... к тому же даже это будет доказать трудно. Наши родители знают, что мы дома и давно спим, у твоего дома нас никто не видел, так что мы выйдем сухими из воды. А здоровяка Джефа не пугает срок, его отец помощник шерифа и как всегда его отмажет или воспользуется связями и ему скостят срок. - Разве ты не собираешься выложить видео! - Конечно нет! Я же не похожа на идиотку. Это будет как явка с повинной. Оно не для всех, оно для личной коллекции. Для моей коробочки с надписью «сладкая месть». - Ты можешь приступать, Джеф. Она вся твоя. - Мы славно повеселимся, крошка. Здоровяк Джеф зашёлся мерзким хохотом. Я ещё раз проверила веревки, но ничего. Не вырваться. - Нет. Отойди от меня! Джеф подошёл ко мне и одним сильным движением разорвал мое красное платье в районе груди. Я заорала так громко, как только могла. Мое платье было разорвано напополам и открывало вид на мое полупрозрачное красное белье. - Спасибо, за приглашение, Мелиссса. Давно мне не доставалось таких красавиц. - Развлекайся дорогой, а мне пора. Нужно вернуться, пока родители не проснулись. Девушка прошла к двери и через плечо кинула: - Тай, заберёшь камеру завтра. Пошли. Или ты хочешь насладиться зрелищем? - Нет. Я пас. Я видела, что Тайлеру все это не по душе и он колеблется. - Что я ТЕБЕ сделала, Тайлер?! Он даже не посмотрел на меня, как будто мог передумать. Я уже беззастенчиво лила слезы едва сдерживая подступившие рыдания. - Ты ломаешь мне жизнь! Как ты будешь засыпать по ночам после такого? - О, да, детка. Тебе будет что вспомнить, - заметил Джеф, явно с наслаждением. Кадык Тайлера едва заметно дрогнул, но Мелисса взяла его за руку и потянула к двери. - Не слушай ее. Она мерзкая сука, которая это заслужила. Мелисса взяла его за руку ведя за собой к двери. Я сделала последнюю попытку. - Тайлер, пожалуйста! Он остановился и повернулся. Я видела в его глазах, что он сдался. Откликнулся на мою мольбу, но руки Джефа уже начали путешествие по моему телу и я зажмурилась и закричала. Я пыталась брыкаться, но эти гребанные веревки уже до красна натерли мою кожу и делали все больнее от каждого движения. Мне было не слышно о чем спорят Мелисса и Тайлер, но догадаться не трудно. Сосредоточится на происходящем было максимально трудно, ведь огромные ручищи касались меня буквально везде. Я кричала и плакала от беспомощности и отвращения и не могла успокоиться. Руки Джефа на мгновение исчезли и я смогла вздохнуть. Глаз я не открывала, потому что было чертовски страшно и противно. Меня била крупная дрожь. Я знала, что Тайлер ещё здесь. Слышала его голос. А ещё я услышала звук растягивающейся молнии - это была ширинка Джефа. - Нет. Пожалуйста! Н-нет! Я пыталась раскачаться и опрокинуть стул, надеясь удариться головой и отключится, но рука Джефа приспела мою попытку хватая меня за подбородок.Я знала, что если это произойдёт, уже не получится жить обычной жизнью. Это навсегда изменит ее. Я рыдала и молилась так отчаянно, что когда я услышала шум не сразу поняла, что входная дверь громко распахнулась, будто кто-то вышиб ее. От громкого звука я распахнула глаза и увидела мое спасение. Всхлип радости вырвался из самой глубины души. Джеф и все присутствующие замерли.

***Глазами Эйдена***

Я был на пути в тайное место, что приготовил для себя и Розы на случай погони, когда на часы пришёл SOS - сигнал от Розы. Я летел к ней с предельной скоростью поглядывая на GPS. Мысли что крутились в моей голове были одна хуже другой, что заставляло жать на педаль газа ещё сильнее. Ее похитили и пытают. Ее похитили и убили. Из этих двух вариантов даже не знаю какой лучше. Им нужен я, а не она. Не позволю, чтобы ее обидели. Убью. Убью всех. Вот он старый обшарпанный гараж, куда ведёт сигнал. Я вылетаю из машины и снимаю пистолеты с предохранителя, готовый к перестрелке. Они наверняка меня ждут. Я подходил осторожно. Слушал. Слышал спор, голоса показались мне отдаленно знакомыми. Вдох и дверь распахнута настежь. Первое, что я увидел ее. В одном белье с мокрыми волосами и разбитой губой. Привязанная к железному стулу и вся дрожит от страха. От этой картины мне захотелось выть. Гнев закипал во мне слишком быстро. Она открыла свои красивые глаза, наполненные слезами и всхлипнула. Это был всхлип радости. Я был готов прям там встать на колени и расплакаться от облегчения. Она жива. Вроде, сильно не пострадала. Но напугана до смерти. Облегчение в секунду сменилось желанием задушить ублюдков голыми руками. Парень, что стоял возле неё с расстегнутыми штанами - я его узнал, как и он меня. Джеф отошёл от Розы с поднятыми руками. В помещении, кроме него был Уилсон и Адамс, и камера. Пазл сложился в моей голове. - Лежать! - рыкнул я, держа оба пистолета направленными на парней. Все легли лицом в пол, в мгновение ока. Как бы мне не хотелось их убить сразу, первым делом - принцесса. Я прошёл мимо них и наклонился к Розе, заглядывая в любимые наполненные ужасом глаза. - Тт-т-ы з-зде-ее-сь. - заикаясь шептала она. - Я здесь, любовь моя. Прости, что так долго. Я освободил руки кладя ствол ей на колени. Перерезал веревки и быстро накинул пиджак на ее хрупкие плечи. Она посмотрела на пистолет на своих коленях и подняла на меня глаза полные решимости. - Тт-ы у-убьешь их? - спросила она меня слегка подрагивая. Из угла комнаты запищала перепуганная Мелисса. - Нет. Неет. Роуз! Не надо! - Если хочешь сама это сделай. Она выразительно посмотрела на меня и встала взяв пистолет в руку. - С превеликим удовольствием. Роуз направилась в сторону Мелиссы делая медленные шаги. Запугивает. Блефует. Но справляется отлично. Моя принцесса наклонилась и приложила дуло к виску Адамс, что-то прошептала ей в ухо, от чего та сделала лужу под собой. Роза, победно улыбнулась - она добилась чего хотела, и подошла ко мне, уверенно, без тени былого страха в глазах . - Мне все равно, что ты сделаешь с Джефом, но Тайлер пытался мне помочь. Сохрани ему жизнь. - Подождёшь в машине? Я погладил ее по скуле. - Да. Только это, - она прокрутила пистолетом в руке, - останется у меня. Вдруг я передумаю и захочу вернуться и убить их всех собственными руками. - Все что пожелаешь. Я улыбнулся ей и чмокнул в лоб. Слава Богу, что она в порядке.

***

Я залезла в машину и заблокировала двери. Мои руки все ещё дрожали. Мне было мерзко в собственном теле. Оно казалось мне каким-то грязным. Кожа, в местах где меня касались лапы этого животного, зудела. Его мерзкое лицо ещё не скоро забудется, как и перекошенное злобой лицо Эйдена, влетевшего в подвал с двумя пистолетами в руках. На нем по прежнему был костюм, его волосы как всегда в беспорядке, а глаза наполнены страхом. В первые я видела его одновременно таким сильным и таким слабым. Его слабостью была я. Как бы мне хотелось быть сильной, чтобы он мог не волноваться за меня. Но вот она я. Сижу голая, связанная с разбитым лицом до смерти напуганая на грани истерики, перед парнем с расстёгнутой ширинкой и зрителями - моими обидчиками. Все наши тренировки оказались напрасными, один удар в нужное место и я безвольная кукла. Слабая. Беспомощная. Внутри подвала я не позволяла себе рассыпаться на миллион осколков, держа изо всех сил каждый из кусочков. Я должна была уйти с высоко поднятой головой. И я ушла. Сейчас сидя в машине я все ещё держалась. Не плакала. Не истерила. Просто сидела. В ступоре. В прострации. Я вздрогнула, когда Эйден постучал по стеклу с просьбой разблокировать двери. Его рубашка и руки были в свежей крови, не его. В одной руке я обнаружила ту самую камеру и меня передернуло. - Что ты будешь делать с видео? - спросила я, охрипшим голосом. - Уничтожу, вместе с камерой. Надеюсь ты не против. - Хорошо. Видимо мое «хорошо» получилось немного вымученным, по этому рука Эйдена очень нежно сжала мою. Он понимал, что я стараюсь держаться, но это стоит неимоверных усилий, по этому стрелка спидометра постоянно была в красной зоне, когда мы перемещались по темным улицам города. Слёзы не стекали по моему лицу и я ждала, что вот-вот меня накроет. Ждала, трясущихся рук, града слез, истерики, но этого не было. Внутри меня была пустота и она была куда страшнее шквала эмоций. Эйден видел это, и его выражение лица, едва ли было лучше моего. Мы остановились на подъездной дорожке у его дома. Он подхватил меня на руки и внёс в дом, почти бегом. Поднялся со мной на руках на второй этаж в ванную. Аккуратно посадил меня в огромную ванную, включил тёплую воду и начал поливать, смывая с меня грязь и косметику. Аккуратными массирующими движениями, он втирал в мою голову шампунь, пена, от которого текла на его дорогущий пиджак, который он не снял с меня. Сидя в горячей ванной - я поняла как продрогла. Эйден сел на пол рядом с ванной и продолжал поливать меня водой, пока ванная не наполнилась до половины, затем он добавил градусов и переключил режим. - Я не буду говорить тебе глупые банальности вроде «Все в прошлом» или «Все будет хорошо». Скажу тебе, только то, что ни один из них никогда больше не причинит другим людям вреда. - Ты убил их? Мой голос звучал отстранённо. - Нет, но вспоминать сегодняшний день они будут долго. Я понимающе кивнула. - В момент, когда ты положил пистолет на мои колени я хотела убить их. Всех их. Я хотела, чтобы эта история закончилась в этом подвале. Закончилась для нас всех. В моем голосе было столько льда, что я сама испугалась. - Что тебя остановило? Я видел, что ты хотела простелить голову каждому. Я положила руки на край ванной, с которых вода стекала прямо на пол. Забавно. Вода в ванной такая чистая прозрачная, что в разрез с моим восприятием. Лучше бы я сидела в глине - темной, скользкой и холодной, как я себя чувствовала. Но все могло бы быть еще хуже, если бы вместо глины, я сидела бы в крови. Интересно животным так же больно умирать, как и людям? Наверное... Мои мысли были беспорядочны, как у умалишенной. Так! СТОП. Нужно собраться. Эйден задал какой то вопрос... Что тебя остановило? И в правду, Роуз, что? Жалость? Слабость? Страх? Нет, это не то. Я перевела взгляд с капель воды, образовывающих лужицу на полу на бездонно-синие омуты и сразу вспомнила ответ, который на время забыла. - Ты. - Конечно я знал, что имею некоторое влияние...- пытался пошутить Эйден. Вот оно! Мыли потекли рекой, тут же обращаясь в слова. В негромкие. Обнажающие перед ним душу. - Не хотела, чтобы ты видел меня такой. Раньше я не допускала даже мысли об убийстве, но в этом подвале они давали мне сил существовать, дышать, двигаться. Сидя на проклятом стуле я чувствовала себя ничтожеством. Они насмехались надо мной, унижали. Я хотела отомстить. Жестоко. Моя ненависть к этим людям была чем-то вроде топлива. В моей голове уже был план. Первая пуля - здоровяк Джеф лишается своего хозяйства, падает на пол и корчась от болевого шока тянет руки к, когда-то любимой игрушке, на месте, которой сейчас кровавое месиво. Вторая и третья пуля в его здоровенные ручищи, которыми он лапал меня, и не только меня. Вот так. Теперь он никого не сможет трогать. Завершающий штрих прямо в голову, чтобы навсегда забыть выражение его уродливого лица - четвертая пуля. Следующим шагом был Тайлер. У меня не было к нему столько претензий, сколько к оставшейся в живых Мелиссе, по этому один быстрый выстрел в его трусливое сердце, не способное на поступки - это пятая пуля. Теперь, когда она осталась одна, среди подвала с двумя безжизненными телами на полу, до смерти напуганная, умоляющая на коленях не убивать ее, я нежно подниму за подбородок заплаканное лицо и глядя прямо в ее испуганные глаза приложу холодное дуло пистолета ко лбу и вдоволь насладившись ее страхом спущу курок, оборвав жизнь последнего обидчика. Шесть пуль. Три трупа. Все просто. - Эту сказку ты шепнула на ушко Адамс и она наложила в штаны от страха. - Угу. - Но сделай ты это, не сложно догадаться куда бы полетела последняя в обойме пуля... Я правильно думаю? Он как будто знал мои недосказанные слова: "Сделай я это, последняя пуля была бы в моей голове, потому что жить с мыслью, что я убила человека, была бы просто невыносимо. Это была бы не жизнь... Я не смогла бы так жить. Лучше умереть, чем жить монстром. Я уперлась взглядом в белую стену ванной. Мне было тошно от себя. От моего желания навредить им, да еще так упиваясь этим. Это было на меня не похоже, не похоже на прежнюю меня. Я чувствовала эти изменения, но отказывалась принимать их. Ввязавшись во все это дерьмо с корпорацией Россов, когда-то милая девочка в женственных платьицах, стала жестче, как будто отрастила когти, готовая защищать свою жизнь и жизнь близких людей. От глубоких раздумий и угрызений меня отвлек голос. - Когда, я впервые убил человека, он был одним из охранников моего Дядюшки. Я выстрелил в него, когда он загнал меня в угол. У меня попросту не было выбора. Его жизнь или моя. Тогда мне казалось все предельно просто. Спустить курок и оборвать жизнь, что здесь сложного? Я спустил курок. Этот звук выстрела - он был оглушающим и разрушающим, пробирал до мозга костей. Щелк и он оборвал жизнь того человека, имя, которого я не знал, жизнь того, кто следовал приказу. Возможно, у него были дети. Наверняка, были и родители, как и у меня когда то. Ненависть - очень хороший аккумулятор, разрушающий, но очень мощный. Я до сих пор живу за счет нее. Мне страшно, что когда все это закончится и винить будет некого, я возненавижу сам себя, так сильно за все что сделал и в итоге сам убью себя. Я смотрела на него и понимала, что его терзают те же демоны, что и меня. Есть лишь одно отличие, я остановилась на краю и лишь заглянула в пучину, а Эйден прыгнул туда с головой и никак не мог выбраться. - Я тебе не позволю. Никогда даже мысли такой не допускай! Слышишь? На секунду в моей голове всплыла картинка-воспоминание, где он лежит в коридоре в луже крови, единственное отличие от реальности - его тело больше не наполнено жизнью. Это острое щемящее в груди чувство затмило собой все. Я могу справиться со всем, вынести все - кроме его смерти. - Роза, я столько всего сделал, что даже уже и не вспомню. Все смешалось. Где черное, где белое. Ты - отчетливо видишь эту грань, понимаешь, что люди оставшиеся в подвале на твоем месте пустили бы пулю в лоб обидчикам, но не ты. Ты смогла обуздать эмоции и подумать о последствиях. Тебе не нужно лезть в эту мутную воду за мной. Ты смогла остановиться - я же не смог этого сделать за четыре года ни разу, все сильнее погружаясь в эту грязь, в эту злобу. Знаешь что самое отвратительное во всем этом? Ты привыкаешь к смерти. Привыкаешь забирать жизни, наивно полагая, что раз ты бьешься за правое дело, то жертвы оправданы. Ты пытаешься избежать угрызений совести с помощью этих отговорок, но понимаешь что это самообман. Мне всегда было интересно где проходит эта грань, точка не возврата, после которой совесть не будет кричать "стой", после которой люди убивают с улыбкой на лице. Страшно признать - убивать дорогого дядюшку я буду именно с улыбкой. Я смотрела на человека, полностью обнажившего свою душу. Открывшего свое сердце, такое израненное, что сожми чуть крепче и оно и вовсе перестанет биться. - Ты не сможешь изменить судьбу родителей, но ты сможешь изменить свою. - Сейчас уже слишком поздно отступать, но встреть я тебя несколькими годами ранее, кто знает, как бы все обернулось. - Твои родители хотели, чтобы ты был счастлив. Если его убийство сделает тебя счастливым, то я сама его убью. Для полноты картины могу даже улыбнуться. Морщинка между его бровей разгладилась и он улыбнулся. От одной его улыбки мне становилось лучше. Я смотрела в его ясные красивые глаза, на его чуть приоткрытые губы, по которым скучала как сумасшедшая. Сейчас сидя в ванной у меня появилась потребность, своего рода цель, сделать так, чтобы улыбка на его лице никогда не гасла. Она одна давала мне надежду на светлое будущее, была лекарством от всех болезней, была неисчерпаемым запасом энергии. Эйден как будто точно знал о чем я думаю, провел пальцами по моим щекам и взял лицо в ладони. - Роза, ты похожа на луч солнца во тьме. Даришь тепло и свет, тому, кто уже решил, что ослеп или вовсе умер. Я медленно приблизилась к его губам и в паре миллиметров выдохнула: - Я люблю тебя, - и поцеловала его. Это было похоже на спасение утопающего. Ты тонешь - умираешь без кислорода и вот на тебя одевают кислородную маску, ты жадно хватаешь кислород, пытаешься им насытиться, но тебе мало, как и мне сейчас мало Эйдена. Катастрофически. Мало. Поцелуй был опьяняющим, одновременно убивающим и дарующим жизнь. Эйден целовал меня нежно медленно, как будто время застыло и некуда торопиться. Мне же хотелось большего и я потянула его за шею, заставляя его лечь рядом. Он понял мою идею и не разрывая поцелуя скинул туфли и опустился в воду рядом. Его одежда тут же промокла открывая вид на накаченный торс. Я придвинулась ещё ближе настойчиво требуя большего. Не знаю чего конкретно, но мне было мало. Эйден чувствовал мой напор и теперь он подыгрывал мне. Его рука теперь держала мою шею сзади, а вторая проникла под пиджак и сжимала мою голую спину. Вдруг стало нестерпимо жарко, как будто кто-то включил кипяток на максимум, но я продолжала этот неистовый танец. Мои руки осмелели и я без стеснения трогала пресс Эйдена, чем вызывала довольную улыбку Чеширского кота. Его руки лишь вырисовывали узоры на спине и на талии, мое тело выгибалось дугой, а в животе все стягивалось в узел, от каждого его движения. Эйден заметил мою реакцию и убрал руку, чем вызвал мой разочарованный стон. Он отстранился, чтобы посмотреть на меня. Он тяжело дышал, а его глаза стали темнее на несколько тонов. - Думаю пора остановиться. - А я не хочу. Я притянула его к себе снова целуя без стеснения. Он ответил, мягко отстраняя. - Ненасытная, принцесса. Он мягко поцеловал меня в нос и встал в ванной, максимально увеличив расстояние между нами. Видимо он как и я был на грани. Внутри бушевал настоящий пожар. - Я бы хоть всю ночь лежал с тобой в холодной воде, но ты и так уже простыла. - Я хорошо себя чувствую. - Ещё бы… - усмехнулся он соблазнительно облизнув губы. Эйден присел и приложил свои губы к моему лбу проверяя температуру, как мама в детстве. - Не сильный, но жар. Я возьму полотенце, а ты пока давай вылезай из холодной воды. Он был прав. Вода была почти комнатной температуры и уже неприятно холодила. Сколько же мы тут? Эйден ловко выпрыгнул из ванной образовывая под собой большую лужу, взял из шкафа полотенца и халат, отдав мне, отвернулся. - Ты замёрзнешь. Сними мокрую одежду. - Я в поряд-дке. Врун. - Пока ты не переоденешься я буду сидеть тут. Как по волшебству вся его одежда оказалась на полу, а бёдра обёрнуты белым полотенцем. - Лучше? - он повернулся давая возможность ещё раз пройтись взглядом по квадратикам. Никогда не думала, что буду как все девчонки пялиться на пресс и получать удовольствие. Но черт возьми, получала! - Идеально. Эйден снова повернулся спиной, но я не хотела видеть его спину, мне нужны были его глаза. Такие чистые и безмятежные, как озеро в штиль. - Ты можешь повернуться? - Тебе нужно переодеться. - Я знаю. Я услышала как он шумно выдохнул, но просьбу выполнил. Сейчас перспектива остаться при нем без одежды меня не пугала ни на секунду. Сегодня я обнажила перед ним свою душу, а теперь собираюсь раскрыть и своё тело. Хочу сжечь все преграды и быть к нему так близко, во всех смыслах, как только смогу. Он выдерживал стойко. Я медленно снимала с себя по одной вещи, на его лице не дрогнул почти ни один мускул, только на тусах он поднял взгляд в потолок и вздохнул: - Господи, дай мне сил. Я захихикала. Эйден шикнул на меня, чтобы я поторапливалась и вышел из ванной. Не успела я завязать пояс халата, как он вернулся и я была схвачена в охапку и отнесена на его кровать. Там он сделал кокон из одеяла и достал аптечку. - Я не маленькая, чтоб лежать в коконе. - Да ты крошечная! В зеркало посмотри. - Я старше тебя. Твоё день рождения...Послезавтра. Черт! Это так скоро. - Да. По этому выпей и ложись отдыхать. Он протянул мне кружку с лекарством пахнущим лимоном. Сделав пару глотков он забрал у меня кружку и лёг ко мне в кокон, крепко обвивая руками и ногами - Спокойной ночи, принцесса. Эти слова я слышала уже в полудреме.