Как выглядит Привязанность?

Этот идиот все-таки заболел! Бьянка всегда знала, что любовь ходить в футболках по вечерам сведет его на больничный. Когда Ксавье не пришел на первое занятие, она подумала, что он снова проспал. Но после второго - подошла к Аяксу. "Проведаю вечером после тренировки", - решила сирена, но судьба столкнула их раньше. Прямо в медкабинете. Бьянка привела к врачу Джейн. Глупая волчица повелась на оскорбление Аддамс и согласилась биться с ней до первой крови. Теперь на щеке девушки красовался порез. Ксавье сидел на стуле, шмыгал носом и выглядел еще более растрепанным и сонным. Бьянке он лишь вяло махнул рукой. Так как врач был занят перечислением лекарств, которые надо пить Ксавье, Джейн увела с собой медсестра. Бьянка села на стул возле двери, продолжая наблюдать за парнем. Тот кивал на все рекомендации, но судя по его виду, был не в состоянии все запомнить. На предложение остаться в медкабинете на ночь ответил отказом и собрался уходить. Ему сложили все лекарства и письменные инструкции в пакет. - Я провожу, - тут же вызвалась сирена, - Джейн, ты справишься сама? - Да, - волчица вяло махнула рукой, - ерунда. Аддамс совсем безбашенная, но надо отдать должное, я эту мелочь недооценила. Ксавье как раз подошел к Бьянке и, видимо, только сейчас обратил внимание на вторую девушку. Он удивленно вскинул брови и перевел вопросительный взгляд с раненой на сирену. Она не стала сразу отвечать. Кивнула Джейн на прощание и покинула медкабинет. Позади раздался кашель: Ксавье не отставал. Уже во внутреннем дворике медицинского крыла произнесла: - Твоя гадюка решила сегодня отведать волчьей крови, - оглянулась, чтобы увидеть реакцию Ксавье. Тот ухмыльнулся уголком губ и покачал головой. Но голоса против "твоя" не подал! Бьянке очень хотелось зацепиться за этот факт и вывалить на парня все свои подозрения. Но его больной вид отбивал всякое желание терзать еще и этим. Она замедляет шаг, пропуская его вперед. На удивленный взгляд отвечает уверенно: -Буду следить, чтобы ты не упал в обморок. Они молчат. Им остается только подняться на второй этаж общежития и пройти коридор, когда раздается звук сообщения. Ксавье вытаскивает телефон и неосознанно начинает улыбаться. Бьянка делает вид, что оступилась, и с громким "ой" цепляется за плечо парня. Надо отдать должное, он успел среагировать, подставив руку, и не упал, несмотря на слабость из-за болезни. Бьянка бросает быстрый взгляд на экран:

Тучка🩶🖤

Ты где? Сирена максимально благодарно улыбается. Хотя ей очень хочется рассмеяться в голос. Если ее теория верна, то тучка с сердечками - это Аддамс? "Она скорее черная дыра, - думает про себя Бьянка, - маленькая, но с огромной силой поглощающая все вокруг себя".  До комнаты остается пара шагов. Ксавье замирает. Оборачивается к девушке и с дурашливым поклоном шепчет:  - Спасибо. Бьянка улыбается уголком губ и произносит: - Так у тебя голос пропал. А я думаю, чего это ты такой тихий. Ксавье разводит руки, в которых все еще находятся пакет и телефон, в стороны. Бьянка чувствует огромное желание его обнять, но не решается. Однако и без помощи оставить не может, все же друг. Пусть и дурак. - Давай останусь у тебя на вечер? Помогу разобраться с лекарствами. Парень тут же мотает головой и быстро шепчет: - Все в порядке. Не волнуйся. Спокойных снов. Он заходит в комнату и поспешно закрывает за собой дверь. В голове Бьянки возникает подозрение ... и план. На ее уверенный стук, дверь конечно открывает Энид. - Мне нужна Аддамс, - без вежливых предисловий с порога заявляет сирена. - Зачем? - Энид выглядит очень удивленной. - Обсудить ситуацию на фехтовании, - Бьянка старается заглянуть за спину оборотню. Кажется Энид понимает ее маневр, делает шаг из комнаты, прикрывая дверь. Волчица расправляет плечи, вскидывает голову, будто готовится произносить речь: - Уэнсдей легла спать пораньше. Думаю, она немного приболела. - Приболела? Аддамс? - Бьянке хочется фыркнуть и сказать, что на голову готка уже давно приболела, но сдерживается, - она с час назад была на тренировке по фехтованию и почти играючи обставила оборотня на дуэле. Энид прикусывает нижнюю губу, сжимает свои кулачки. Главное, чтобы когти не выпустила. В нее.  - Ты что, с Уэнсдей первый день знакома? Она никогда не покажет, что ей плохо, - в голосе волчицы звучат настоящие нотки возмущения.  Но Бьянка чувствует ее волнение. Энид очень эмоциональная, она не сможет сдержаться и точно расскажет правду, если еще чуть-чуть надавить. Бьянка решается нанести прямой удар: - Она ведь сейчас у Ксавье, верно? Энид хмурится: - С чего ты взяла? - Они встречаются? - Бьянка продолжает наступать. Сирена уверена в своей победе. Атмосфера резко меняется. Одним движением головы волчица откидывает лезущие в глаза волосы, выдыхает и глядя в глаза Бьянки говорит: - Я не понимаю, причин, почему должна обсуждать с тобой личную жизнь своей подруги или ее местоположение. Пусть я и считаюсь главной сплетницей Невермора - это не значит, что ты можешь прийти ко мне и требовать рассказать тебе любую интересующую тебя информацию, - в ее фигуре, глазах и голосе ни капли былой нервозности, только холодная сталь.  Энид делает шаг назад, спиной открывая дверь. Взгляд Бьянки сразу устремляется к кровати на черной половине комнаты. - Как видишь, кровать занята,  - девушка не бросает и тени взгляда в комнату, продолжает смотреть прямо на сирену, - попрошу оставить в покое мою подругу и покинуть Офелия-холл. Комендантский час начнется через, - она бросает взгляд на свои маленькие розовые часы, - 12 минут, - серая сталь снова пронзает сирену, - Спокойной ночи, Бьянка.  Энид не ждет от нее ответной любезности. Проходит в комнату и закрывает дверь. Туше. И первые капли крови на ее уверенности. Кажется Бьянка забыла, кто именно сумел одолеть хайда.  Бьянка чувствует растерянность. Когда она заходит в свою комнату, Дивина слушает музыку в наушниках. Но видя состояние подруги бросает их на кровати и подходит к ней. - Тебя Ксавье обидел? - Дивина кладет руки на плечи Барклай. - Почему ты так решила? - вопрос вводит ее в состояние растерянности еще больше. - Кент видел, как вы с Ксавье шли в сторону его комнаты. Ты точно в порядке? - в голосе подруги неподдельное волнение. Бьянка улыбается и обнимает ее. На душе приятное тепло, от осознания, что она кому-то небезразлична. - Все хорошо. Ксавье здесь не причем. Я просто проводила этого больного идиота из медкабинета. Бьянка выпускает подругу из объятий и идет к шкафу. Нужно взять полотенце и смыть этот день. Дивина все еще недоверчиво смотрит на нее. Барклай закатывает глаза: - Я все тебе расскажу, обещаю. Позже. Я сама сейчас не уверена, что именно стоит рассказывать. Вода приводит мысли в порядок. Возможно Аддамс смогла вернуться раньше или действительно не была сегодня у Ксавье. А может Энид ее обманула, мало ли чему может научить соседство с девушкой, обожающей детективы. Но "тучку" она запомнит, и не только как доказательство. *** Уэнсдей чувствует омерзительный вкус во рту. Сладкий, даже приторный. Это вызывает легкое ощущение тошноты.  Смс с вопросом о пробуждении становится еще одной утренней нормой, и отсутствие, иногда, письменного ответа перестало вызывать раздражение. Но когда Ксавье не берет трубку, во рту появляется этот сладкий привкус. Она еще раз жмет на кнопку вызова. Гудки и все. Красный круг. Вызов. Нет ответа. Огонек в груди трепещет, а вокруг него разливается тошнотворная сладкая жижа. Волнение. - Энид, - ее подруга крутится возле зеркала, пытаясь выбрать в какой кофте сегодня пойти, - позвони змееголовому, пусть разбудит Ксавье. Но на завтрак Аякс приходит один. - Ксавье заболел, - выдает горгона, после почти минутного приветственного поцелуя с Энид, (Аддамс пытается смотреть куда угодно, только не на эту парочку), - Насморк, кашель, температура - полный набор. Аддамс выдыхает сквозь сцепленные зубы. Возникшую приторную сладость не способен перебить даже кофе. Она одним глотком допивает его. Встает из-за стола и уходит, не обращая внимания ни на кого.  До первого урока достаточно времени. Она уверенной походкой идет в сторону мальчишеских общежитий. Только заходит не с общего входа, а со стороны окон. Уже привычным маршрутом забирается к нему в комнату. С тех пор как они встречаются, Ксавье всегда оставляет окно приоткрытым. Он действительно лежит закутанный в одеяло. Сопит, пытаясь дышать забитым носом. Уэнсдей отмирает, когда парень начинает кашлять. Рюкзак на стол, (Вещь тут же выбирается из него). Она осторожно подходит к кровати и садится на край. Ее холодная ладонь опускается на его лоб. Обжигающе горячий.  Парень резко открывает глаза, с трудом фокусирует внимание на ней. Сухие губы расходятся в счастливой глупой улыбке: -Уэнсдей, - на выдохе, почти безмолвно. Ксавье снова начинает кашлять.  -Вещь, - готовый всегда и ко всему, рука уже нетерпеливо перебирает пальцами по столу, - снадобья бабули: 3-я и 4-я настойки, жду.  Пока Вещь проделывает путь от комнаты парня до Офелии-холла, Уэнсдей успевает написать Энид, чтобы принесли Ксавье поесть, несколько раз сменить компресс и подготовить нужные вещи для ухода за больным. Вещь возвращается одновременно с ребятами. - Надо сообщить врачу, - с порога говорит Аякс. - Нет, один день прогула - ему не навредит, - Уэнсдей берет в руки один из флаконов, - зелья бабули быстрее поставят его на ноги нежели лекарства нормисов.  - Из чего они? - Энид берет другой флакон, принюхивается, - ооо, пахнет приятно. Уэнсдей смотрит на подругу пристально, один уголок дергается вверх: - Семейный рецепт Фрампов. Лучше тебе не знать. Энид тут же брезгливо ставит флакон на стол.  Аддамс втирает одно снадобье в виски и растирает грудь Ксавье. Другое разбавляет водой и аккуратно вливает парню в рот. Энид и Аякс беспрекословно выполняют все требования Аддамс. Принести, приподнять, положить, убрать… Уэнсдей укрывает Ксавье двумя одеялами и наказывает Вещи следить. Перед уходом проводит рукой по его влажным волосам. Чувствует огромное иррациональное желание остаться. Но заложенные принципы говорят, что пропускать уроки ради роли заботливой наседки, глупо. Вещь прекрасно справится сам. Аддамс уходит. Сладость и тошнота преследуют неотступно. Волнение не выдает ничего. Почти. Аура мрачности становится настолько подавляющей, что даже учителя стараются не смотреть в ее сторону и не задавать никаких вопросов. Тем же путем она приходит к Ксавье в обед. Парню явно лучше. Сон стал спокойным, одно одеяло сброшено на пол. Уэнсдей повторяет утренние процедуры.  На этот раз без свидетелей, (Вещь не в счет), она позволяет себе коснуться его лба губами.  После уроков возникает предательская мысль пропустить тренировку. Но Уэнсдей прогоняет ее прочь. Это глупо, это подозрительно, это лишит ее возможности отомстить. Джейн Вин, девушка-оборотень, которая слишком нагло вторглась в их с Ксавье границы. Разозлить ее и вывести на дуэль было проще, чем заставить плакать Пагсли. Стоило тренеру покинуть зал, и Уэнсдей за три минуты оставила на лице быстрой, но неопытной волчицы шрам. На душе сразу стало ужаснее, даже тошнотворная сладость отошла на второй план. Когда Уэнсдей в третий раз за день забралась в окно, ее ждал сюрприз. Точнее, не ждал пациент. -Вещь, - слова Уэнсдей больше напоминали змеиное шипение, - где Ксавье? Рука, стараясь не приближаться к ней близко, отстучал, что парень очнулся, почувствовал себя лучше и решил все-таки показаться в медкабинете. Чтобы получить официальное освобождение. Аддамс растерянно оглядела комнату. И что теперь делать? Уйти? Ждать? Девушка достает телефон и пишет сообщение:

Ксавье 🖤:

Ты где?

Буквально через полминуты он начинает набирать сообщение, но пропадает так и не отправив его. Уэнсдей сжимает губы. Еще минута и Ксавье отвечает на вопрос. Иду в комнату

Хорошо. Я у тебя.

Иду быстрее ;) Девушка отпускает Вещь в Офелия-холл, а сама садится за стол. Ждать. Ксавье буквально просачивается в комнату, стараясь не открывать дверь широко. На ее вопросительный взгляд отвечает одними губами: "Бьянка". Парень выглядит действительно лучше. Бабуля никогда не подводила. Пакет из его рук падает на тумбочку, а сам он заваливается спиной на кровать. Прикрывает глаза, глубоко дышит. Уэнсдей садится с другой стороны и снова, как утром, кладет ладонь на его лоб. Губы Ксавье складываются в широкую улыбку: - Как оказывается приятно, когда у твоей девушки температура ниже нормы, - шепчет он. Уэнсдей хмурится, убирает руку. - Верни, - он даже вскидывает вслед свою, но Аддамс уже встала с кровати.  - Не знаю, что тебе выписали, предпочту продолжить лечение методами моей семьи. Но сначала я принесла тебе поесть. - Полдуши за душ, остальное - за еду, и можешь делать со мной, что угодно. Вечер проходит без происшествий. Чистого и накормленного Ксавье сначала напоили отваром, а потом вручили снадобье для растирания. На закономерный вопрос парня, кто проводил процедуру до этого, Уэнсдей только поджимает губы и уводит взгляд в сторону.  Привкус сладости пропадает, тошнота отступает вслед. Огонек в душе горит ярким сильным пламенем и почему-то опаляет щеки. *** Ксавье лежит на кровати завернутый в одеяло. "Лучшее лекарство после бабулиных снадобий - это сон" - с Уэнсдей невозможно спорить. Она сидит на краю, перечитывает любимого "Франкенштейна". Устраиваясь удобнее, он накрыл пальцами ее руку. Аддамс не отняла ладонь. Парень ощущает зуд в пальцах от того, как хочет нарисовать ее в это мгновение. Плечи расслаблены, косы растрепаны и покоятся на спине, упрямый подбородок опущен, а со слегка приоткрытых губ срывается дыхание. Такая спокойная, близкая, его… Идиллию разрушает звук сообщения. Телефон Уэнсдей. Она не убирала его далеко, чтобы Энид могла написать, случись что-то экстренное. И она написала.  - Бьянка приходила к нам, - сообщает Аддамс. Ксавье хмурится: - Из-за волчицы? Уэнсдей отрывает взгляд от экрана и смотрит на него: - Ты откуда знаешь? - Бьянка привела ее в медпункт, когда я был там. Ты все-таки нашла способ отомстить, - в его голосе нет обвинений, наоборот он старается звучать иронично. Насколько ироничным может быть шепот. Уголки ее губ приподнимаются: - Ты сомневался?  Ксавье качает головой. Телефон снова пиликает. Парень приподнимается и позволяет себе обнять Уэнсдей из-за спины. Сцепляет руки на животе, а подбородок укладывает на ее ключицу. Девушка на мгновение замирает, но не отталкивает, наоборот расслабляется и позволяет ему читать сообщения вместе с ней.

Энид:

Представляешь Бьянка приходила😳 Хотела с тобой поговорить про фехтование Лгунья😡

Почему?

Потому что высматривала тебя в комнате Кажется догадалась что вы вместе💜🖤 Она меня в лоб спросила не у Ксавье ли ты сейчас

Ты смогла меня прикрыть?

Конечно! Обижаешь😡 Пока я заговаривала зубы этой рыбе Аякс спрятался на твоей кровати изображая тебя Это мы с Вещью вместе придумали 👍 Правда для комендантши А пригодилось вот

Змееголовый лежал в моей постели?

Сожгу.

Надеюсь ты про постель😅 Парень мне еще нужен живым  Ксавье не выдерживает и начинает тихо смеяться. Уэнсдей поворачивает голову в его сторону. Приподнимает вопросительно брови. - Тайлер забрал твой первый поцелуй, а Аякс первым побывал в твоей постели. О горе мне, влюбленному глупцу, - театрально вздыхает он.  - Я все еще девственница.  Удивление оглушает быстрее, чем до него доходит смысл сказанного. Кажется Уэнсдей сама не ожидала от себя этих слов, потому что Ксавье чувствует как напряглась спина в его объятьях, как ее дыхание стало более частым. И она моргнула. Один раз. Второй. Что-то внутри него взрывается, оглушая волной тепла и счастья. Будто шампанское открыли, и пузыри резко ударили в голову.  - Мне определенно нравится ход твоих мыслей, - шепчет он ей прямо в ушко, и, не удержавшись, целует сначала его, потом ниже. Слышит, как она судорожно выдыхает. Боже, такой момент: они одни в комнате, она в его объятьях на кровати, и такие признания… жаль он абсолютно точно ни на что сейчас не годен. - Мы вернемся к этому вопросу, когда я буду здоров, - он целует ее ключицу и снова укладывает на нее голову. - Если захочешь остаться здоровым и целым, притворишься, что болезнь сделала тебя глухим, - цедит Уэнсдей сквозь зубы, но из его объятий не вырывается. Никогда еще его болезнь не проходила так приятно. Он улыбается. Он счастлив. Он хочет, чтобы это мгновение длилось вечно.  - Скорее всего Аякс у вас. И раз уж я не стал первым в твоей постели, приглашаю разделить мою, - Ксавье вдруг понимает, что идиот, - дьявол, я же могу тебя заразить. Он пытается отодвинуться, но Уэнсдей кладет свою ладонь поверх его сцепленных на животе рук.  - У меня очень крепкий иммунитет, Ксавье. Да и возможности развести костер сегодня не будет.