Фото на память

      Очередная свадьба с размахом, которую Вэй Ин уехал снимать в ужасную по его меркам рань, проходит в каком-то загородном старом особняке больше чем в получасе езды. Лань Чжань никогда не понимал, что именно молодожёнам нужно наснимать за целый день, чего не снять за пару-тройку часов? Сам Вэй Ин на этот вопрос обычно отвечает лаконично: люди идиоты и страдают фигнёй, но если за это платят хорошие деньги, то он не возражает.       После таких долгих съёмок Вэй Ин обыкновенно был выжат как лимон и падал отсыпаться как минимум до следующего полудня, чтобы потом по мере свободного времени тихо материться и обрабатывать фотографии в каком-то нереальном количестве. Лань Чжань каждый раз поражается, как в нём, обычно таком непоседливом, хватает терпения на это. Но ещё страшнее, что при его-то болтливости, после некоторых мероприятий Вэй Ин едва открывал рот ещё сутки, практически уподобляясь молчаливости Лань Чжаня. Впервые увидев подобное, Лань Чжань едва не кинулся вызывать скорую, решив, что любимый при смерти. Смеялся этот балбес потом долго, что сказать.       Так или иначе, в этот раз мероприятие как-то слишком затянулось, и Лань Чжань решил не мудрить и приехать за ним, благо адрес секретом не был. Ждать на забитой вычурными машинами парковке скучновато, но это лучше, чем в вечер субботы сидеть дома в точно таком же одиночестве. Тут хотя бы оно закончится однозначно раньше.       Непрочитанное сообщение в мессенджере висит таковым уже минут сорок. Лань Чжань со вздохом погружается в книгу, по началу не очень интересную сюжетно, но написанную приятным языком. Знакомую трёхэтажную ругань Лань Чжань улавливает сквозь приоткрытое окно, потом быстрые шаги и брошенный на заднее сиденье рюкзак, а третьим пунктом на переднее сиденье приземляется взъерошенный Вэй Ин, пышущий безмолвным негодованием и заметно уставший.       Около минуты они сидят в тишине. Лань Чжань осторожно дотрагивается до безвольно лежащей на бедре руки, но та выскальзывает, чтобы тут же вместе со второй оказаться на шее Лань Чжаня: его притягивают в не очень удобные в машине объятия, утыкаются носом в шею и ещё некоторое время он успокаивающе гладит Вэй Ина по спине.       – Домой? – тихо спрашивает Лань Чжань, когда сопение перестаёт быть таким возмущённым, и получает невнятное «угу».       Трасса в столь поздний час пуста, да и темнеет осенью рано, поэтому Лань Чжань без зазрения совести мчит по верхней допустимой планке скорости. Вэй Ин не то задремал, не то просто в прострации, что ещё хуже. Не даром Лань Чжань терпеть не может такие заказы.       – А-Чжань, тормозни на том повороте? – тихо просит Вэй Ин, и Лань Чжань поспешно выполняет, внутренне почти впадая в ужас: тошнит? Плохо? Что?!       Они выходят почти одновременно, но вместо того, чтоб драматически падать, Вэй Ин задирает голову наверх и что-то высматривает. Лань Чжань на всякий случай подходит к нему, вдруг голова закружится!       – Ты в порядке?       – Ага. Но чтоб я ещё раз повёлся на такую долгую работу у стервы, – Вэй Ин пожимает плечами, обращая на Лань Чжаня вполне нормальный взгляд. Кажется, в глазах его отражаются звёзды, фонарей тут нет, да и машин тоже не особо... – Смотри.       Лань Чжань поднимает взгляд к иссиня-чёрному небу. И наконец понимает, почему Вэй Ин попросил остановиться. Вдали от города и бесконечных огней, небо видится совсем иным. Мелкой россыпью оно будто усыпано крошевом кристаллов. Туманной рекой льётся Млечный путь, даже созвездия складываются, о которых когда-то в школе рассказывал учитель астрономии и Вэй Ин однажды.       Они несколько минут стоят на пустынной дороге и смотрят в бескрайнее ночное небо.       – Если я когда-нибудь, – говорит Вэй Ин, стоит им сесть обратно в машину, – скажу, что хочу на нашей свадьбе триста гостей и семь фото- и видеооператоров, вызывай экзорциста.       – Мгм, – едва заметно улыбается Лань Чжань, – только самые близкие родственники и друзья.       – Именно! Чем дольше я общаюсь с людьми, тем меньше их понимаю... Так, стоп, – Вэй Ин резко разворачивается к довольному Лань Чжаню, и только ремень безопасности сдерживает его от попытки вскочить с места. – Это мы сейчас что.       – Вэй Ин сделал мне предложение, – констатирует Лань Чжань, словно зачитывая погоду утром на кухне, – и я крайне согласен.       В отсветах приборной панели видно плохо, но кажется Вэй Ин краснеет столь ярко, что хочется остановить машину и рассмотреть как следует. Но задерживаться в дороге ещё дольше – не входит в планы Лань Чжаня.       – Потрясающее коварство, второй молодой господин Лань!       – Учусь, – скромно отзывается тот.       Дальше они едут в мягкой, смущённой тишине. Лучшее завершение субботы, о котором Лань Чжань мог мечтать. Возможно, они оба.