Прикосновение

– Где ты? – крикнула она, а потом прислушалась. Тишина словно окутала весь подъезд. Даже ни малейшего шороха не было слышно. Будто бы все замерло на время. Что и могла услышать Илина, да только лишь свое дыхание. И больше ничего. «Замер, – подумала она. – Все равно я тебя поймаю!» И она бесшумно, на цыпочках, чуть ли не сдерживая свое дыхание, начала подниматься по лестнице вверх, пока не достигла пятого этажа. Но и здесь никого не было. Будто бы тот парень провалился сквозь землю. Сделал свое грязное дело и слинял. «Ничего, – снова подумала девушка, – я тебя дождусь внизу. Не всегда же ты будешь прятаться здесь – у своих друзей». И тут ее взор упал на чуть приоткрытую дверь. Кто-то успел войти внутрь, но не смог до конца ее захлопнуть. Причиной этому и мог бы служить как раз тот самый баллончик газа. «Тамара Ивановна? – вздрогнула девушка. – Да нет же. У нее рост ниже. Ну и фигура отнюдь не мужская. А может ее сын? Бред! Не было у нее сына. Я бы тогда от родителей узнала или от брата. Что-то здесь не так». Илина тихо приоткрыла входную дверь Тамары Ивановны и заглянула внутрь. Как только она хотела крикнуть: «Тамара Ивановна!», как в настежь открытой комнате, вдруг заметила того самого парня в стеганой куртке. Он лежал на диване и дергался, будто в эпилептическом припадке. «О-о-о! Что же я наделала? – она быстро представила, как ее баллончик издает шипящий звук. – Он же может теперь умереть!» Она забежала в квартиру и задела входную дверь, которая тут же за ней захлопнулась. Оказавшись в замкнутом пространстве, Илина попыталась выйти. Только ее рука потянулась к замку, как она услышала небольшой стон парня и быстро убрала их от замка. «Надо что-то делать! – промелькнула страшная мысль. – Он же сейчас потеряет сознание». Девушка подбежала к тому парню, и притронулось к его голове руками. – Тебе плохо, да? – произнесла она. – Ты прости меня за этот дурацкий баллончик. Потерпи. Я сейчас что-нибудь придумаю. Сейчас-сейчас... тебе обязательно помогут. Она порылась в своей сумочке и вытащила мобильный телефон. Набрав номер, она прислонила его к уху. – Ты что делаешь? – вдруг раздался голос парня. – Вызываю «скорую». Потерпи. Врачи сейчас приедут. – Какие еще врачи?.. Он руками дотянулся до ее мобильника, выхватил его из ее рук и, отключив, бросил на кровать. – Через пару минут я буду в порядке. Не нужна мне «скорая». – «Через пару минут»? Но кто ты? Почему я тебя не знаю? Ты сын Тамары Ивановны? Парень немного помолчал, а потом чуть выдавил из себя: – Сын... сын... – Тебе очень плохо? – Нет, что ты… Я просто мечтал о твоем баллончике с газом. – Ну, прости. Ты сам, между прочим, первым начал. Что значат эти прикосновения к моей ноге? Ну... отвечай. Я вижу, тебе уже стало лучше. – Прикосновение? Парень поднялся с кровати и снова продемонстрировал это: он наклонился вниз, а потом двумя пальцами провел по ноге снизу вверх. А когда поднялся, нежно поцеловал Илину. Теперь она отчетливо разглядела его. Он был замечательно хорош собою, с прекрасными зелеными глазами, темно-рус, ростом намного выше среднего, тонок и строен. От него пахло какими-то необыкновенными удивительно «благородными» духами. – Это было так? – спросил он. Девушка снова поднесла газовый баллончик к его лицу. – Маньяк! – О, нет! Это была шутка. – Говори правду, а то я выдавлю из этого баллончика остаток жидкости. – Не думаю, что она тебе понравится. Может быть, оставим все как есть? – Я уже нажимаю. – Хорошо. Тогда сядь и послушай. И убери эту дрянь от моего лица. – Ладно. Но если ты мне соврешь, я еще не знаю, что с тобой сделаю. И это будет гораздо хуже, чем этот газ. – Когда я впервые увидел тебя, не мог даже говорить. Ты меня заворожила своей красотой. Просто больше ни о чем другом не мог думать. Перед глазами была только ты. Ты и снова ты. Тогда я начал ходить за тобой и оберегать от других людей, которые могли причинить тебе вред. Но не все у меня получилось так, как я себе вообразил. На тебя какая-то ведьма наслала порчу. – Порчу? О чем ты говоришь? – Не знаю, в каком месте я мог потерять тебя из виду. Ведьма на тебя наложила не просто порчу, а порчу насмерть. Я ее вижу. – Как это? – Меня тетка в детстве учила, как снимать порчи и их перерабатывать. Как видеть их. Как отличать ведьм от остальных людей. Поэтому, три дня назад я увидел на тебе одну такую и не простую, как мне показалось раньше. Как ты сказала, прикосновение? Да, может ты и права – прикосновение. Им я и снимаю с тебя порчу. Но она каждое утро появляется заново. Третий день подряд я снимаю ее с тебя. А сегодня получил твою благодарность – газовый баллончик. – А если ты не будешь с меня ее снимать? – Тогда, через пару дней ты умрешь. И нечего мне здесь еще что-то рассказывать. Просто, я не понимаю, почему она у тебя каждый день появляется? Я же ее снимаю. Кстати, у тебя нет знакомых, которые могут ответить на этот вопрос? – У меня? Конечно же, нет. Теперь я поняла, почему мне бывает так плохо по утрам, а потом, после встречи с тобой сразу становится хорошо. Если бы не ты, то я бы умерла? – Может быть, ты и была бы на пути к этому. Кто знает, сколько в тебе оставалось бы сил. – Но почему ты мне помогаешь? – Я не знаю, смогу ли я жить после того, когда вдруг не увижу тебя. И тут они услышали, как открывается входная дверь. Парень вскочил на ноги и быстро прикрыл дверь в свою комнату, а потом обнял Илину и оттащил ее в угол комнаты. – Мама вернулась, – прошептал он ей на ухо. – Если она увидит меня здесь, а не в универе, будет большой скандал. Только тихо, ничего не говори. – Где этот Ян? Я с ним хотела поговорить. – Вдруг раздался старческий голос. – Кто это? – тихо спросила девушка. – Это бабуля. – Мама, он уехал учиться. Сейчас я посмотрю. Вскоре дверь в комнату открылась. Ян и Илина еще больше прижались к углу комнаты, которая находилась за дверью. Его мать взглянула на пустующую комнату, а потом, прикрыв дверь, вышла из нее. – В комнате пусто, – произнесла она. – Обуви и его куртки тоже нет. Он уехал на учебу. Иногда у них вместо дистанционного, обычное обучение. Несколько раз им надо приехать в университет. Ты хотела с ним поговорить? Ну, зачем? Могу я знать? – Можешь. У него мало времени. Я может не смогу больше увидеть его. Ты ему скажешь. – Я? Что это все значит? – Зачем он снимает мои метки с этой девки? Она должна умереть и уйти из этого тела. А моя душа должна вселиться в нее. Я что просто так делала обряд? – С какой девки? – С Илинки. – Мама, я же говорила тебе, что она ему нравится. Он будет ее защищать. – Поздно. Теперь я не смогу все вернуть обратно. Пусть он ее забудет и оставит в покое. Она уже обречена на смерть. Так что я переселяюсь в ее тело. А мое старое – сожги. Только не смей хоронить. Если что-то пойдет не так, я не хочу обратно в него вселяться, и лежать на кладбище. – Ты же знаешь Яна. Он пойдет до конца. – Хорошо, я подожду три месяца. Пусть порезвиться малость. – Что ты имеешь в виду? – Когда он снимает мою метку с этой девки – стареет на год. А теперь подсчитай, сколько он раз ее может снять? – Что-о? Ты хочешь уничтожить моего сына? – Спокойно дочь. Это не то, что тебе кажется. – Ты тоже самое говорила о моей сестре. – Это другое. Она была моей кровью. А твой сын не с нашего рода, а с рода его отца. Но он пошел против бабки. Пускай его судьба тряханет. Следующий раз умнее будет. Так и передай ему, пускай ее бросает. А ты не раздевайся. Сейчас поедем ко мне домой. Я тебе отдам кое-что. Скоро я буду жить в другой семье. Мне все это не пригодится. Квартиру мою Яну отдашь. Все, идем уже. И они вышли из квартиры и захлопнули за собой дверь. – Тебя Ян зовут? – спросила девушка. Тот печально кивнул. – А меня... меня... – Илина, – помог ей высказаться парень в стеганой куртке и увидел, как ее губки вздрогнули, а из глаз потекли слезы. Она вся дрожала от волнения, и некоторое время была не в силах вымолвить ни единого слова.