Однажды

Эдвард сидел на крыше церкви, пытаясь осознать все, что только что услышал. У него есть дочка Дженнифер, ей шесть лет. Также у него есть пятидесятипятилетний сын по имени Хейтем и двадцатитрехлетний внук с именем, которое невозможно произнести без длительных тренировок, обладающий псевдонимом «Коннор». И все бы ничего… Только вот самому Эдварду почти двадцать семь лет… А может, это все не реально? Может, он сейчас лежит в каюте любимой «Галки» в обнимку с ведром, страдая от лихорадки, а это просто его больное воображение? Потому что не может всего этого быть! Даже если принять во внимание заявление Хейтема о перемещении пирата в будущее — вот это точно звучит как бред. Полный бред. Он поднял голову и взглянул на человека, заявившего, что он — его сын. Ещё при первой встрече в таверне он обратил внимание на некое сходство между ними. И сейчас оно было на лицо. И в принципе, если этот человек говорил правду, то все вставало на свои места. Они действительно могли быть родственниками, там дядей с племянником, да даже кузенами! Но точно не отцом и сыном. — Отец, ты в своем уме? — поинтересовался начавший понемного отходить от шока Коннор. — Да, — спокойно и, кажется, слегка высокомерно заявил тамплиер. — Да этого быть не может! Он мне в братья годится! — воскликнул ассасин и, словно что-то вспомнив, добавил: — А тебе, к слову, в сыновья. — На что это ты намекаешь? — холодно поинтересовался Хейтем. — Как это на что? — усмехнулся Коннор. — Ты вспомни, в каком возрасте про меня-то узнал. Я не буду удивлен, если окажется, что у тебя ещё примерно десяток мне подобных детишек. — Сохрани меня отец понимания от такого счастья! — ответил Хейтем, посмотрев в небо. — Э, барышни! Я вам тут не мешаю? — вмешался Эдвард, оглядев этих двоих. — Может, сперва решим проблему, а уже потом вы будете выяснять отношения? — Какую проблему? — переспросил Коннор. — Обычную, черт бы вас двоих побрал! Мой бриг неизвестно где, моя команда — там же! Я сам черт его знает где и как оказался! И будто мне этого мало, как кто-то решил назваться моими сыном и внуком! — перечислил все случившееся за один день пират. — Не вижу проблемы, — спокойно сообщил Хейтем, — лично у меня примерно так же каждый день проходит. Там этот, — он кивнул в сторону своего сына, — прирежет очередную партию тамлпиеров или солдат, в зависимости от своего настроения. Там жители колоний новый очаг войны устроят. Там английские власти ничего внятного сделать не могут… — То-то ты такой седой, — засмеялся пират. — В любом случае, особой проблемы здесь нет. Что случилось с твоим бригом можно узнать у ассасинов, — проигнорировал замечание тамплиер. — А им-то откуда знать? — недоверчиво изогнул бровь Эдвард. — Ну как же? Ты из ассасинов, скорее всего, члены вашего братства должны знать, что случилось с кораблем, — спокойно сообщил Хейтем. — Я? Ассасин? Что ты вообще пьешь? — поинтересовался пират. — А разве нет? — подал голос Коннор. — Да меня половина вашего братства убить хочет, а другая убить с особой жестокостью! Особенно А-Табай. Этот меня не просто на корм рыбам отправит при первой возможности. Он из моих потрохов украшение на Тулуме сделает, а из кожи манекен для обрабатывания ударов скрытым клинком! — сообщил капитан Галки. — Я к вашему монашескому братству никакого отношения не имею. — Но форма, клинки, духовая трубка? Они тогда откуда? — ошарашенно спросил Коннор. — Откуда, откуда. Забрал у одного урода из вашей братии. Все. Собственно, поэтому у ассасинов на меня и зуб. Я оказывается по случайности закончил предательство этого их Уолпола. Не о том речь, главное здесь к ассасинам я отношения не имею, — ответил Эдвард, повернувшись к Хейтему, — к тому же этот, — он показал рукой в сторону Коннора, — про мою Галку ни сном ни духом. А раз он буквально последний… — Вот тут ты ошибаешься. Он, — Хейтем показал на Коннора, — не последний. Здесь ещё и его наставник имеется, Ахиллес Давенпорт. А тот в свою очередь ученик А-Табая. Кроме того, ассасином ты как раз-таки являешься. И меня готовил к вступлению в братство. — Это тот чернокожий старик, стрелявший в меня из ружья? — спросил Эдвард и, получив у Коннора утвердительный кивок, повернувшись к тамплиеру, продолжил, — ты уверен, что это можно считать за «я хочу помочь»? — Он подумал, что ты разбойник, — пустился в защиту своего наставника ассасин. — К нашему поместью периодически наведываются разного рода бандиты. Сейчас-то уже не так, а раньше… — Так, ну учитывая, что я пират, он не далек от истины, — ответил Эдвард, а потом припомнив кое-что спросил. — Это поэтому у вас из столба топор торчит? Чтоб все знали, что им тут очень рады? Могли бы сразу бочки с порохом на подступах к дому закопать! Чего мелочиться-то? — Какой топор? — переспросил Хейтем. — Коннор, будь добр, объясни, про какой такой топор он говорит? — Обычный топор. Мои люди вонзают топор перед началом войны, — пояснил ассасин. — И поэтому ты решил испортить свой собственный дом? — поинтересовался тамплиер. — Рядом с домом не нашлось подходящего дерева? — И ты туда же… — проворчал Коннор. — Слушайте, я вот сейчас подумал, а вы двое всегда спорите, что ли? — удивился пират. — Практически, — спокойно продолжил Хейтем. — В любом случае, тебе бы спросить этого Ахиллеса, где твой корабль может быть. — И где команда. Очень надеюсь, что с Адэ и остальными все в порядке, — отозвался Эдвард. — Адэ? — странно переспросил тамплиер. — Да. Адэвале. Квартирмейстер «Галки», — ответил пират. — Что-то не так? От его глаз не смогло ускользнуть то насколько нервным выглядел тамплиер в момент, когда услышал имя Адэвале. Что это значит? — Тогда нам пора, — Коннор осмотрел их двоих и продолжил, — нам ещё до поместья добираться. Пешком мы туда как раз к ночи и доберемся. — Пешком? — переспросил Хейтем. — Почему? — Кое-кто угнал, а потом и потерял мою лошадь, — ассасин мрачно посмотрел на пирата. — Не потерял. Я оставил на въезде в город. То, что её оттуда увели уже не моя вина, — ответил Эдвард, а затем повернулся к тамплиеру, — слушай, а ты случайно денег в долг не дашь? Верну при первой возможности! Слово пирата! — Вот уж не думал, что когда-нибудь мой отец будет просить у меня денег в долг… — ответил тамплиер и потянулся за кошельком. Эдвард второй раз за этот разговор подавился. Нет, он явно не готов к тому, что его будет называть отцом этот напыщенный престарелый индюк. Он, в принципе, до конца во все это не верил. Хотя, казалось бы. Проживи кто-то так, как живет он, и будет готов уверовать во все, что угодно, вплоть до возможности полететь в небо. Но к подобному жизнь его явно не готовила. — Ещё хоть раз назовешь меня отцом — и клянусь, ты отправишься на откуп Дейви Джонсу. Тебя это тоже касается! — он бросил гневный взгляд на явно сдерживавшего свой смех тамплиера и громко смевшегося Коннора. — Прости, Эдвард, но видел бы ты себя со стороны, — вернул себе спокойный голос ассасин. — К тому же, когда человек, который старше тебя на тридцать с лишним лет, называет тебя «отцом» — выглядит это крайне забавно. — Посмотрю я на тебя в такой ситуации. Это вообще не смешно, штиль тебе в парус, — мрачно ответил пират. В этот момент Хейтем протянул ему небольшой мешочек с деньгами: — Вот, здесь должно хватить на аренду лошади и комнату в «Зеленом драконе». — От спасибо тебе! Выручил! — радостно забрал предложенные деньги Эдвард. — Ну, веди в это ваше поместье, — обратился он уже к Коннору. Ассасин пристально посмотрел на пирата и двинулся к краю крыши, после чего прыгнул в стог сена. Хейтем, судя по всему, собирался что-то сказать сыну, но не успел. Эдвард же внимательно наблюдал за этой сценкой. Эти двое не просто постоянно спорили и вообще враждовали в связи с приверженностью к разным группировкам. Хейтем, судя по всему, хотел хоть как-то наладить общение с сыном, но не знал, как это сделать. А Коннор, видимо, был вполне доволен такой ситуацией. С общением у обоих имелись проблемы. Капитан «Галки» попрощался с Хейтемом и отправился прямо за Коннором. Ассасин спокойно ждал Эдварда возле стога, помогая выбраться. Дорога до выхода из города прошла в полной тишине. Просто нечего было сказать. Не расспрашивать же что там у этих двоих за история произошла? Коннор явно не станет рассказывать об этом всем. Да и не до того сейчас. Надо найти свое судно. Но реакция Хейтема на имя Адэвале… слишком странная… Так не реагируют на абсолютно незнакомые или, правильнее сказать, странные имена. Это он знал на собственном опыте. Значит, индюк что-то знал. Правда, на сегодня откровений от павлина с него было достаточно. Эдвард ещё от заявления, что они отец и сын, не отошел до конца. И не поверил. Через некоторое время они оказались у того самого поста, где пират оставил лошадь Коннора. Как и сказал ассасин, у той коновязи, где Эдвард оставил животное, его не оказалось. — Что я и говорил, — мрачно сообщил ассасин, — и как ты собираешься её найти? — Легко и просто! Смотри и учись, пока я жив! — усмехнулся пират и направился к ближайшему солдату, — простите, уважаемый! Я тут сегодня лошадь оставил, а теперь найти не могу! Представляете?! Не согласитесь ли помочь? — и с этими словами он протянул мужчине в красном мундире часть денег из мешочка. — Такая светлой масти, в полной амуниции. Солдат внимательно посмотрел на Эдварда и его спутника, глянул на руку с протянутыми деньгами, по всей видимости задумался о чем-то, после чего осторожно взял деньги, что-то пробурчав, и ушел куда-то. — Ты так просто дал ему взятку, чтобы он нашел лошадь? — удивленно спросил ассасин. — Ну да, — пожал плечами Эдвард. — И что теперь? — поинтересовался Коннор. — Ждать, — спокойно ответил пират. — Если твоя лошадь на этом посту, то скоро её теперь приведут. Нет — значит, спросим куда её отправили. Ждать долго не пришлось. Очень скоро подошел тот самый человек, ведя под уздцы лошадь светлой масти, на которой в город приехал капитан «Галки». — Вот, — протянул поводья солдат, — наш командир обнаружил её тут привязанной и хотел было отправить в кавалерию, повезло тебе, что не успел. А то нашел бы свою кобылу только в виде косточек на поле битвы. — Спасибо! — ответил пират и, забрав поводья, двинулся прочь. Однако тут он вспомнил, что ехать-то им с Коннором вдвоем, а лошадь одна. — На, — он отдал поводья настоящему хозяину животного, а сам накинул капюшон и пошел дальше в поисках второй лошадки. Через некоторое время блужданий по территории поста его глаз зацепился за вороную лошадь, привязанную к стойлу, но при этом полностью обмундированную. — Вот это удача… — усмехнулся пират и двинулся в направлении лошади. Зверь даже не испугался приближения чужого человека, как большинство других, с которым сталкивался пират за свою жизнь. Лошадь не стала сопротивляться, когда Эдвард её отвязывал и повел к Коннору. — Ты украл ещё одну лошадь? — удивленно спросил ассасин. — Тихо ты, — шикнул пират, — веди себя так, словно ничего не случилось. Идем на выход. Видимо удача, наконец-то, решила повернуться лицом к пирату, чего, в принципе, за сегодняшний день не было ни разу. За весь их путь как можно дальше от поста ни один из солдат не обратил никакого внимания на то, что двое вооруженных людей уходят, уводя за собой чью-то лошадь. Каких, судя по всему, идиотов набрали на этот пост! Слепые, глухие, так ещё и жадные! Ну это просто праздник какой-то! Судя по всему, даже если Эдвард украдет все их оружие и боеприпасы, никто их них не обратит внимания и продолжит исполнять свои обязанности. Дорога до поместья прошла в тишине. Коннор не пытался что-то ещё узнать у пирата, а сам Эдвард погрузился в свои раздумия, не особо обращая внимания на все, что было вокруг. Максимум следя за дорогой и краем глаза за тем, куда ведет свою лошадь едущий рядом ассасин. И мысли у пирата были далеко не радостные. Он прокручивал события всего дня и не мог поверить в реальность происходящего. Слишком сложно было даже допустить мысль о сыне и внуке. Как и то, что он оказался в близь Бостона так ещё и в будущем… Просто как он мог сюда попасть? Каким образом? Что произошло? Нет, сейчас надо узнать про то, где находится «Галка», команда и Адэвале. Это важнее. При мысли о любимом бриге в душу пирата закрались очень темные подозрения. Как будто с кораблем случилось что-то не самое хорошее. Но он старался их отгонять, уверяя себя, что Адэ не даст кораблю попасть к охотникам на пиратов или оказаться в шторме. С «Галкой» все будет в полном порядке. Он узнает, где она сейчас может быть, и отправится туда. А уже с кораблем он сможет без каких-либо проблем уплыть в Нассау. Только вот то, что он переместился из прошлого… быть этого не могло. Совершенно. Тот индюк явно его обманывал. Или же… Дьявол, голова уже шла кругом от всех новостей, которые он получил сегодня. Слишком все было странно. Все казалось слишком нереальным. Они добрались до того самого поместья немного быстрее, чем Эдвард удирал оттуда. Все было тихо. Ничего даже не напоминало о том, что утром на пирата напали. Только небольшие лужи, грязь от утреннего дождя. — Идем внутрь, — коротко позвал его Коннор. — Мне все ещё не нравится эта затея, — мрачно ответил Эдвард, — ты уверен, что этот старик не решит проверить какого цвета у меня внутренности? Я для ассасинов все-таки враг номер один, после тамплиеров. — Успокойся. Ахиллес не станет убивать тебя. Особенно если узнает, что ты мой родич и что ты тоже член братства, — сообщил ассасин. — Я спокоен, как паруса в штиль. Просто не доверяю я этому твоему Ахиллесу. Да и тому индюку тоже не особо, — хмыкнул пират. Коннор же, открывавший дверь поместья, хихикнул, видимо посмеиваясь над прозвищем отца. — Я вернулся, — сообщил он, пропуская пирата в помещение. — Коннор, ты догнал того разбойника? — послышалось из соседней комнаты — Кто это был? Бандит, браконьер или очередной шпион твоего отца? — Догнал. И он оказался никем из перечисленного, — ответил ассасин, внимательно глядя на пирата. — Тогда кто это был? — спросил тот стрик, судя по звукам поднимаясь на ноги. — Это ассасин, и он нуждается в помощи, — сообщил Коннор и кивком пригласил капитана галки пройти в соседнюю комнату. Пират прошел следом и увидел того самого «воинственного» старика, стоявшего у кресла, опиравшегося на трость. — Зачем ты привел сюда своего отца? — удивленно спросил Ахиллес, внимательно осмотрев Эдварда. — Старый, ты совсем слепой или просто притворяешься, якорь тебе в глотку? — огрызнулся пират. Н-да… Видимо свое сходство с индюком он недооценил. — Ох, видимо глаза меня уже совсем подводят. Хорошо, что не уши. Точно не он. Твой отец вежливый до одури, — спокойно ответил старик. — Так кто вы и как вас зовут? — Мое имя Эдвард Кенуэй, я капитан корабля под названием «Галка», — ответил пират, внимательно отслеживая реакцию старика. Тот выглядел крайне ошарашенно. Так словно кто-то вылил на него ведро ледяной морской воды, пока он спал. Тот осматривал пирата, моргал, протирал глаза и мотал головой. — Эдвард Кенуэй? Капитан «Галки»? — с недоверием переспросил Ахиллес. — Да. Один человек подсказал мне, что у вас я смогу получить ответы на свои вопросы. — Могу попробовать, — ответил старик, присаживаясь обратно в кресло, — садитесь. Коннор, — он обратился к ассасину, — сходи, сделай чай. И придумай что-нибудь с ужином. Ассасин послушно ушел куда-то, судя по всему, на кухню. А пират присел напротив того старика. — Ты меня не обманешь, — сказал старик, — Знавал я человека, который был знаком с неким Эдвардом Кенуэем. И он говорил, что тот пират давно уж отправился в Англию. Ещё в тысяча семьсот двадцать пятом году. Тому капитану уже должно быть лет девяносто. Да к тому же он отец нынешнего магистра ордена тамплиеров. А вот кто вы, молодой человек — это нам предстоит узнать. — Я говорю правду, — ответил Эдвард. — Я капитан брига «Галка», мне принадлежит остров Большой Инагоа. Очень многие члены вашего братва хотят убить меня из-за предательства Уолпола, которое я завершил. Но между тем почему-то разрешили оставить форму, возможно с поручительства Мери Ридд. Я самолично видел мудреца в Гаване, думал его освободить, да не вышло, сбежал раньше. И сейчас мне нужны ответы на вопросы. — Хм… — старик аккуратно коснулся пальцами своего подбородка и ещё внимательнее посмотрел на пирата. После чего спросил, — как звали квартирмейстера «Галки»? — Адэвале, — ответил Эдвард. — Правильно, — сказал старик, снова глядя на пирата. — В каком году Вы впервые прибыли на Тулум? — Что за вопросы? — переспросил Эдвард, после чего ответил: — В тысяча семьсот шестнадцатом. По приглашению Мери Ридд, она же Джеймс Кидд. Мне нужно было опознать мудреца. — Я лишь хотел убедиться в том, что вы действительно тот самый Эдвард, за которого себя выдаете, — спокойно ответил старик. — Я хорошо знал Адэвале, он был учеником А-Табая, как и я. — «Знали»? Вы можете сказать, что случилось с «галкой» и Адэ? — спросил пират. — Ваш бриг, «Галка», затонул ещё в тысяча семьсот тридцатом у берегов Эспаньолы. Поговаривают его затопили тамплиеры во время какой-то морской стычки. Точно уже не знаю. Да и Адэвале не знал, — ответил старик. — Что?! Не может быть?! Как?! — воскликнул Эдвард, в шоке уставившись на Ахиллеса. Нет, нет, нет! «Галка» не могла так просто затонуть. Как он допустил это? Что могло случиться, чтоб его любимый корабль затонул. Это шутка. Очень плохая шутка. Невозможно. — А сам Адэ? — спросил Эдвард, стараясь успокоиться. Что ж сегодня за день-то такой? Кажется, сейчас ему нужно было бы осушить весь трюм «Мести королевы Анны», чтоб хоть немного успокоиться и осмыслить события сегодняшнего дня. — Убит. В тысяча семьсот пятьдесят восьмом. Его убил Шей Кормак — предатель. А помог в этом Хейтем Кенуэй. — Что?! — с ещё большим шоком выкрикнул пират. — Где этот чертов напыщенный индюк, медузу ему в глотку! Я убью этих двоих! К чертовой матери убью! Оба пойдут на корм акулам! — кричал пират, хватаясь за сабли. Дьявол! Теперь все вставало на свои места! И то, почему этот индюк так нервничал, обращаясь к Эдварду, как к отцу. Сперва он было подумал, что это из-за странности всего происходящего. И то, почему разнервничался ещё больше, услышав имя Адэвале. Дьявол, теперь все сходилось! — Что у вас тут за шум? — поинтересовался вбежавший в комнату, судя по всему, с кухни Коннор. — Коннор, где сейчас может находиться твой отец?! — выкрикнул Эдвард, подойдя к индейцу.