Стилински-порно

Когда Дерек понимает, что хочет Стайлза, у него начинает немного кружиться голова. У них нет отношений. А вдруг так хочется. Начинается сумасшествие с рук, пальцев... Все эти венки, широкие сухие запястья, нервные пальцы. Широкая ладонь, мужская. Облизать хочется. Подставиться под эту ладонь хочется. Чтобы чесала за ухом. Чтобы гладила по спине. Чтобы сжимала загривок. И ррррродинки. Масса родинок. На скулах. На висках. На шее. Уводят туда, за воротник. Под рубашку. Так и хочется стащить её и посмотреть, как они там. Он ведь однажды стащит. И будет трогать пальцами, губами. И пальцы губами. И губы пальцами. И губами губы. Всё, что угодно. А Стайлз будет все позволять. Они договорятся. Дерек скажет: «Давай, я кое-что сделаю, только ты не рыпайся, а если не понравится - просто скажи, хорошо?» А Стайлз нахмурится и нерешительно кивнёт. «Дай разок…» «Дай я только один раз…» «Только вот здесь позволь мне прикоснуться…» «В любой момент просто останови меня, если будешь против…» «Я остановлюсь сразу же, как только тебе покажется, что я зашёл слишком далеко ладно?..» «Позволишь?..» Дерек смотрит Стилински-порно каждый день. Дерек больше не может. Дерек ловит его за руку и смотрит в глаза. И не может сказать. Приготовленные слова замирают в горле. Как же было просто раньше! Швырнул в стену, прижал, нарычал. А теперь так не получается. Стайлз вдруг остаётся. Закрывает за стаей дверь, убирает стаканы и коробки из-под пиццы, тихо шуршит салфетками. Так мирно, так по-домашнему, так естественно. Садится рядом на диван, прикасается плечом к плечу. - Давай, хмурый волк, рассказывай. Почему у тебя такие больные глаза? Давай, чувак, можешь поделиться со Стайлзом всеми своими бедами. Стайлз выслушает, посочувствует и посоветует. Стайлз – лучший советчик в каких угодно делах! А тебе станет легче. Когда проблему проговариваешь вслух, она может перестать казаться проблемой. Так что я слушаю. Стайлз кидает на него взгляд и замолкает. Сидит рядом, размеренно дышит, ритм его сердца скачет, впрочем, как и всегда. Очень трудно протянуть руку. Очень трудно. - Можно… можно я кое-что сделаю, а ты не отпрыгнешь сразу на три метра? - Дерек, я, даже если очень сильно захочу, не смогу отпрыгнуть на три метра сразу… - Я только попробую, хорошо? Стайлз сглатывает, а его глаза распахиваются шире, когда Дерек проводит раскрытой ладонью по его руке, едва касаясь. И ничего не делает, когда Дерек склоняется ближе, осторожно стягивает рубашку с плеча и придавливает пальцем родинку под ухом, будто она может куда-нибудь убежать. Стайлз застывает на месте и не двигается. Только судорожно вздыхает и закусывает губы. Дерек опускается перед ним на колени – теперь их лица на одном уровне. Стайлз сидит на диване, вцепившись в обивку пальцами. Господи, его пальцы. И губы. Зачем он закусывает губы? Дерек тянется к его губам, ожидая, что вот сейчас-то точно прозвучит «стоп». Но Стайлз только вскидывается навстречу, обнимает за шею обеими руками, сползает с дивана на колени, прижимается всем телом… И у Дерека сносит крышу окончательно.