Выбор за тобой

Хенджин сильно плакал и чувствовал вину и беспомощность. Ему бы никогда не пришла в голову мысль, что когда-то он будет вынужден оставить Минхо одного. Его родители собираются развестись и, наверное, это даже к лучшему. Четырнадцатилетний мальчик правда устал засыпать под вечные крики родителей. Он боялся этих криков, как огня, и его плечи часто были поцарапаны, потому что он пытался хоть как-то заглушить этот страх, который его одолевал. Поэтому развод родителей его не огорчил. Разлука с Минхо - вот что доводило его до слез. Он был не только другом, не только парнем, которого он полюбил впервые в своей жизни, он был семьей, домом и безопасным местом. После школы Хенджин проводил время у Минхо дома: он не хотел слушать плач мамы. Возможно, он плохой сын, ведь должен был прийти домой, успокоить человека, который подарил ему жизнь, человека, которого он правда любил. Но мальчик просто устал. А в объятиях Минхо эта усталость словно исчезает. Будто ее и не было никогда. А сейчас мама сказала ему, что они уезжают в Осаку. Слишком далеко от дома. Слишком далеко от Минхо. Хенджин лежит у себя в кровати, накрытый одеялом с головой. Наверное, если выжать его подушку, то жидкости хватит, чтобы наполнить пластиковый стаканчик. Один раз Минхо купил в зоомагазине небольшую рыбку и принес ее домой в таком же стакане. У этой рыбы были очень красивые плавники, а еще Минхо сказал, что ей не нужен компрессор, ведь этот вид дышит атмосферным воздухом. Хенджин прослушал ее название мимо ушей, он был слишком увлечен разглядыванием этого маленького чуда природы в пластиковом стакане. Может быть, есть рыбы, которые живут в соленой воде? Тогда Хенджин будет плакать в специальный стакан, чтобы слезы не пропадали даром. В дверь постучали. Хенджин затаил дыхание, прислушиваясь к звуку открывающейся двери. – Можешь начать собирать вещи. Я купила билеты на завтра. – произнесла мама уставшим голосом. Сердце Хёнджина заболело. – И во сколько у нас самолет? – спросил он так, будто это его смертный приговор. – В семь вечера. Нужно будет забрать все документы из школы. Надеюсь, они успеют за день. Дверь закрылась. Хёнджин вдохнул. *** Минхо не знал, почему Хёнджин плакал, когда звонил ему. Он не знает, почему ему срочно понадобилось прийти к нему в восемь вечера. Но он точно знает, что не может отказать человеку, который так отчаянно нуждается в помощи. Не может отказать Хёнджину. Когда Минхо открывает дверь своей квартиры, он даже не успевает взглянуть в глаза другу: его сразу же заключили в объятия. Он почувствовал, что плечо, в которое Хёнджин уткнулся носом, становится влажным, плечи друга подрагивают все сильнее. Старший осторожно поглаживает его спину, пытаясь хоть как-то успокоить. Через некоторое время Хёнджин немного успокаивается. – Твой отец дома? – спрашивает он. – Нет, он сейчас на работе. Не уверен, что он придет в ближайшее время, так что не переживай и чувствуй себя как дома. – ответил Минхо, усмехаясь. Они прошли на кухню, Хёнджин уже не плакал, а просто смотрел вокруг глазами побитого щенка. Минхо усадил гостя за стол, сам стал искать что-то съедобное в холодильнике. – У нас есть чай с мятой и малиной, ты какой будешь? – спросил он с улыбкой, поворачиваясь к Хёнджину и демонстрируя две пачки чая. – Мы с мамой уезжаем в Японию. Завтра. Минхо уронил чай с малиной на пол. *** Прошло уже три года, и жизнь в Японии не была такой уж плохой, как ожидалось. Конечно, в начале было очень тяжело: чужая страна, чужой менталитет, чужой язык. Однако в новой школе Хёнджина приняли на удивление тепло. Он относительно быстро приспособился к новым условиям и даже завел друзей. Таики понравился ему почти сразу. Он был довольно тих, немного стеснителен, однако это не мешало ему постоянно шутить, когда он находился в компании друзей. Через этого тихоню он познакомился с Карубэ, который был очень популярен в школе. Он, в отличие от Таики, знал о своих сильных сторонах и не забывал напоминать о них окружающим. У Хёнджина за эти три года даже девушка появилась. Примерно полтора года назад он сидел в столовой вместе с Таики. Неожиданно, к ним подошла девушка с черными волосами и ободком с переливающимися стразами. Она была правда красивой, Хёнджин просто смотрел на то, как она подходит к их столу и останавливается около него, скрещивая руки на груди. – Меня зовут Иоко. – произнесла она. Голос у нее был довольно мелодичный. "Может быть, она занимается вокалом" - подумалось юноше. – Да, очень приятно, - он встал и приветственно поклонился, – Я Хён- – Ты Хван Хёнджин, я знаю, можешь не представляться. - перебила она и улыбнулась, - Знаешь, что обозначает мое имя? Хёнджин продолжил немного расстерянно смотреть на нее. – Мое имя переводится как "океанский ребенок" или же "уверенный ребенок". - сказала она, развернулась и ушла прочь. Придя домой после школы, Хёнджин нарисовал океан. *** – Мама, нет. - твердо сказал юноша. – Сын, ну пойми же ты наконец! Мы сможем вернуться домой, в родной город. У нас будет полная семья, как я и мечтала все это время. – В том то и беда, что это твоя мечта, не моя! У меня здесь учеба, друзья, дополнительные занятия! У меня здесь Иоко! В Сеуле у меня нет ничего. Я приеду и все нужно будет выстраивать заново, как же ты этого не понимаешь? - крикнул он. – Хёнджин, ты же сам прекрасно знаешь, что не останешься в Осаке, даже если мы весь сегодняшний день будем ссорится, - вздохнула мама. - Поэтому давай ты просто успокоишься и попрощаешься с друзьями. Опять. Это повторяется снова. Они бегают с одного места на другое, но из-за чего? Сначала из-за развода с отцом, теперь из-за свадьбы с каким-то мужчиной, которого Хёнджин даже не видел ни разу. Ему никогда не понять людей, которые принимают решения настолько импульсивно. Возможно, ему просто никогда не понять его мать. Прощание было болезненным. Таики не выпускал его из объятий минут пять, Хёнджин думал, что он так и не доедет до Сеула, пав смертью храбрых от нехватки воздуха. Карубэ сказал, что если этот путешественник перестанет поддерживать с ним связь, то он сам прилетит в Корею и прибьет его за безответственность. Иоко сильно плакала и не хотела его отпускать. У Хёнджина сердце от ее вида разрывалось: обычно она выглядела очень уверенно, почти не плакала, а сейчас была похожа на котенка, которого бросил хозяин. – Я обещаю, что вернусь к вам после окончания школы. - сказал Хёнджин и сел в такси. *** – Думаешь, это хорошая идея? - нервно спросил Минхо. - Я не уверен, что это мое самое удачное печенье. – Ничего, не переживай. Не сомневаюсь, встреча пройдет хорошо. - ответил его отец, беря с подноса одно печенье и откусывая его. - И да, печенье вышло отличным. Хорошо, Минхо больше не будет переживать из-за печенья. Он будет переживать из-за того, что вот-вот к ним должны приехать новые члены семьи. Его отец познакомился с какой-то женщиной в Интернете, и юноша правда очень давно не видел его таким счастливым. Наверное, со смерти мамы. Минхо не задал ни одного вопроса о гостях: он боялся строить какие-либо ожидания, боялся, что узнав о женщине чуть больше, он уже будет иметь о ней какое-то представление уже перед первой встречей. Единственное, что он знал - это то, что е нее есть сын чуть младше самого Минхо. Из-за него переживаний было еще больше. Вдруг раздался дверной звонок. Сердце Минхо начало биться чаще, было ощущение, что оно вот-вот выпрыгнет из грудной клетки. Слышно, что его отец открыл дверь, слышен его бодрый голос. Минхо вышел из кухни, чтобы поздороваться с гостями, да так и застыл с приоткрытым ртом. За невысокой, приятной женщиной с небольшой морщинкой между бровей и милой родинкой на щеке стоял высокий юноша с темными и довольно длинными волосами, который смотрел на него с таким же удивлением. – Сын, познакомься. Это Хван Мёнджи, а это ее сын - Хван Хёнджин. - весело произнес отец, не обращая внимания на странное поведение подростков, - Давайте не будем стоять у входа, пойдемте за стол. Минхо немного отошел от шока, и его губы дрогнули в улыбке. Однако она исчезла, как только его взгляд столкнулся с холодным взглядом Хёнджина. В груди немного заныло. Эти три года разлуки были для Минхо, мягко говоря, непростыми. Когда он узнал новость о переезде, то смог держать себя в руках, однако как только обнял Хёнджина в последний раз, и дверь за ним закрылась, его ноги подкосились, а глаза наполнились слезами. Первые полгода Хёнджин отвечал на его сообщения, но затем начал реагировать на них все реже и реже. До тех пор, пока общение не сошло на нет. А теперь он стоит перед Минхо. В доме Минхо. Хорошо, что отец наконец понял, что всех денег он никогда не заработает, продал квартиру в центре и купил уютный двухэтажный дом в тихом районе. Хёнджин так и не посмотрел на него ни разу. Будто и не знал никогда. Ужин прошёл тихо и без происшествий. Родители разговаривали друг с другом, расспрашивая то одного, то другого сына об учебе и планах на будущее. Минхо же не сводил глаз с Хёнджина. Он повзрослел. Сильно вытянулся, научился подавать себя и стал одеваться со вкусом. Но выражение его лица очень изменилось: три года назад улыбка не сходила с его лица, он постоянно смеялся и шутил. Теперь же он сидит, уткнувшись в свою тарелку, изредка отвечает на вопросы и даже не взглянул на Минхо. У последнего немного защипало в носу. – Извините, пожалуйста, я отойду ненадолго. - прошептал младший Ли, встал из-за стола и направился в ванную. – Какой-то он странный. Он точно хорошо себя чувствует? - спросила Мёнджи. - Хёнджин, солнце, может, ты сходишь за ним, спросишь, все ли в порядке? – А может он справится сам? - с надеждой в голосе спросил он, но встретив суровый взгляд матери, со вздохом встал и направился, предположительно, к ванной. Как только он подошел к двери и постучал, он услышал, что человек за стеной затих. – Да ладно, Минхо, я знаю, что ты там, открой уже дверь. Моя мама сомневается, что ты все еще жив, поэтому если не откроешь, мне придется сообщить ей грустныe вести. В ответ все еще тишина. – Слушай, я ведь серьезно. Если ты не откроешь мне дверь, то я позову твоего отца. Ты правда вел себя подозрительно за столом. – Подозрительно? - слышен смешок за дверью. - Единственный человек, который ведет себя подозрительно, упорно делая вид, что не встретил сегодня человека, которого так долго любил, это ты! Снова тишина, но уже более давящая. Через мгновение открывается дверь в ванную, и Хенджин в нее залетает, хватая Минхо за плечи. Он что, забыл закрыться? – Давай так. Сначала я скажу тебе все по-хорошему, договорились? - Он выглядел злым, что сильно напугало Ли. - Ты не говоришь ни своему отцу, ни моей маме о том, что мы когда-то были знакомы, а тем более молчишь о том, что только что сказал мне. Если же ты что-то скажешь, - он немного наклонился, чтобы его тихий шепот дошел до ушей старшего, - то потом об этом пожалеешь. Минхо немного отодвинулся и посмеялся. – «Потом об этом пожалеешь»? Что за детские угрозы? Хёнджин лишь с грустью взглянул на него. – Угрозы, может быть, и детские, только я уже не ребенок, Минхо. Прими это к сведению.