Встать как один

*** Битвы гремели раскатами содрогаемой земли на полях, в деревнях и в лесах. Люди уже устали биться с этими тварями, но не станешь — умрёшь. А все живые существа борятся за жизнь, как в них заложено природой, инстинктами, разговорами их матерей при рождении, что стараются сберечь своих детей… Кипящий котёл войны в самом разгаре выбрасывал последнюю энергию, чтобы выбросить свою массу и потушить костёр. Но две стороны боролись за то, кто именно потушит эти языки красного пламени. Сделавший это и будет вкушать то, что приготовилось в котле… Итачи ничего не слышал о Дейдаре, хоть и спрашивал намёками у людей. Никто не видел его с того самого дня, как они вдвоём ушли обратно домой. Домой. Да, теперь это слово горечью отдавалось где-то в висках, глубоко в горле. Пустой дом, хранящий воспоминания. Заколоченные окна — все кроме одного, пустые комнаты, открытые двери… У Учихи не было желания возвращаться туда, где всё началось и всё угасло. Где погибли братья Трёх Лун. Его звали на войну, ведь сила ниндзя была ужасающей, но он не шёл. Зачем ему это теперь, за кого сражаться? Когда не к кому идти и не кого защищать, всё остальное будет казаться пылью и пеплом что развеет северный ветер. А кто будет бороться за пепел? В очередной раз к Итачи прислали воина. В его уставших глазах была видна искренняя мольба, на покрытом грязью и потом теле виднелось много рубцов — старых и совсем свежих. Даже Акацуки не спешили воевать и прятались… а они, эти обычные ниндзя из Конохи, из Песка и даже Мелодии дрались. — Прошу, Учиха Итачи… помоги нам. — после получаса уговоров и резких отказов ниндзя встал на колени, коснулся руками земли. — Это не заставит меня пойти. — Умоляю, умоляю вас… — Нет. Воин склонил голову вниз, сжимая руки на траве. — Я знаю, есть лишь одно предложение что может вас заинтересовать. Учиха медленно повернул голову с долей безразличия в глазах и опасно сверкнувшим огоньком. Сколько ещё он будет здесь находиться? Но последующие слова заставить его очень сильно задуматься. Врезаясь в разум острыми краями они проносились эхом по поляне, витали в застывшем в этот миг воздухе. — Учиху Саске можно вернуть. Можно вернуть, можно вернуть, можно вернуть… — Чт… что? — Я правда знаю способ, мне рассказали… рассказали чтобы передать вам в случае чего. Если вы согласитесь. — Так значит ты… — теперь ниндзя поднялся и сделал несколько шагов назад, настолько страшно звучал голос Итачи — решил, что можешь купить меня?? Кто вы такие, чтобы пытаться обмануть?? Как вы вообще посмели упомянуть его имя?! Ниндзя отходил по мере того, как поворачивался Итачи. В его глазах сверкал Мангёке Шаринган. Его, Учиху, решили обмануть с помощью обещания вернуть его же брата, да ещё так бессовестно. Теперь его лицо горело гневом. — Проваливай отсюда со своими уловками. Так и передавай начальству — можете не присылать ко мне никого. Я никуда не пойду. — Я не солгал вам… я бы не посмел… — тот немного заикался. — Что? Ты ещё говоришь? — Есть способ, он есть. Он очень сложен, но он есть… — упрямо твердил ниндзя. Итачи остановился, решив послушать того. — Нужна кровь вашего самого близкого человека после него. Вся кровь.