Последний бой под Геррой

Бойня продолжалась уже, кажется, бесконечное множество времени. Орды хаоситов что осадили столицу Ультрамара — Макрагг, родной мир ультрамаринов — могучими, безжалостными, безостановочными волнами будто окатывали защитников крепости Герры, но пока раз за разом разбивались об защитников, как о скалы. Из всего отряда десантников, что расположились и вели бой на позиции недалеко от входа в часовню остался он один. Они пытались отступить внутрь крепости — монастыря, дабы защитить своего примарха, героя Империума, великую надежду всего человечества, последнего верного сына Императора — Робаута Жиллимана, что уже 10 тысяч лет почти мертвый восседал на своем троне, раненный своим же братом. Но Астартес сегодня не везло. Очередная волна абаддоновых прихвостней и проход в крепость был закрыт, а соответственно больше никаких подкреплений или отступления. Остаётся только стоять насмерть. Рёв болтеров и пушек, треск хаоситских тел под мечами ультрамаринов, выстрелы спаренных лаз-пушек, непонятно как застрявшего рядом, Хищника-аннигилятора, — ничего не давало и малейшей бреши в стане предателей, а если и давало, то с чудовищной скоростью они вновь затягивались все новыми и новыми волнами, должно быть, нескончаемых, мерзких врагов. Они были отрезаны. И пускай путей к отступлению теперь не было, но никто не дрогнул. Каждый был готов сложить голову ради будущего человечества, однако ни один не собирался продавать её дёшево. На их плечах лежала судьба всего субсектора Ультрамар или даже Империума Человечества, а соответственно ни один из них не допускал даже мысли о том, чтоб опустить руки. И все же, пускай их железная вера и керамитовые доспехи были крепкими, а верное оружие все также смертельно разило врагов Империума… хаоситов было просто значительно больше и каждый из них равным образом не намеревались жалко сдохнуть. Ведь они, наконец, добрались так близко к сыну самого Императора… Шанс убить примарха пока тот крайне беспомощен был слишком великим соблазном для любой хаоситской скотины, что прибыла на Макрагг. Ультрамарины убивали врагов десятками, но на их место приходили сотни. Одни за другими верные слуги Империума падали назем, глухо ударяясь броней о землю. И каждый такой удар болью отдавался в сердцах защитников. Но эта боль порождала злость и ненависть, что придавали новых сил продолжать сражение… Да только очень скоро делать это будет некому. Вот уже и орудия Хищника затихли, издав несколько последних выстрелов и уничтожив ими прущих прямо на танк пару рапторов, а экипаж, что пытался спешно покинуть ставшую бесполезной технику был флегматично расстрелян и оставлен лежать рядом со своей машиной. Последний из трёх рыцарей дома Каранис, что благородно поспешили на помощь союзникам, но точно также застряли в океане врагов, разбил шлем очередного терминатора Черного Легиона, но был пронзён другим со спины. Рыцарь упал на колени, но тут же предпринял попытку подняться. К сожалению она оказалась напрасной и не успев подняться благородный воин Защитников Герры в окружении становилось все меньше и меньше, а злополучное кольцо все сильнее и сильнее сужалось вокруг. Они долго держались вместе с сержантом, пока после долгого сопротивления и он не упал, сраженный выстрелом мерзкого хаоситского десантника. Он остался один. Последний ультрамарин в кольце. Вновь заняв позицию за подбитым Хищником астартес получил в свое распоряжение несколько секунд драгоценного времени на подготовку к своему, возможно, последнему в жизни бою. Модифицированное тело уже давно неимоверно устало, броня трещала и пестрила следами от попаданий, а разум мутился. На долю секунды космодесантник даже задумался о том, чтобы сдаться, но тут же вспомнил своего примарха, вспомнил Императора и всех жителей Империума. Новая и последняя волна силы нахлынула на ультрамарина. Подобрав рядом лежащий комби бластер сержанта он вышел из-за своего укрытия, гордо выпрямил спину, поднял голову и начал изничтожать мерзкое аббадоново воинство. И ему казалось что воля Императора в этот момент снизошла к нему. Как будто он сам начал испускать его святое сияние, распространяя его вокруг и с помощью него испепеляя хаоситов, что осмеливались приближаться к непобедимому десантнику. Но, увы, так только казалось, ведь эту картину рисовал уставший и, скорее всего, уже больной разум слуги Империума. С оглушающим взрывом в ста метрах от него упал карнифлекс-ворантии, на что указывали его шипы на спине, которые тот уже во всю использовал для того, чтобы сориентироваться. «Это конец», — подумал ультрамарин, улыбнулся пол шлемом и закрыл тяжёлые веки. Мгновение. Второе. Третье. Невероятной силы звон звучал в ушах и прокатывался по всему мозгу бедолаги. Четвертое мгновение. Пятое. Что-то не так. Приложив титанические, даже для десантника, усилия он открыл глаза и… по-настоящему удивился. Он не только был жив, но и все враги перед ним исчезли. Из-за продолжающей громко стучать в висках крови он не слышал как к нему сзади тяжело, но в то же время мягко шагая приблизилась фигура и легко положила свою руку на побитую наплечную пластину — Хорошая работа, сын. Поддержи же меня в этом бою ещё один, последний раз, — промолвила фигура голосом, полным одновременно некого тепла и света, но также преисполненная неимоверной злобой и ненавистью к врагу. И в мгновение вся усталость будто куда-то испарилась, а пелена перед глазами десантника исчезла без следа и он увидел его, своего примарха. Тот буквально сиял святостью, а меч в его крепкой руке излучал чистую силу и веру, неся праведный огонь погибели врагам Императора. Постояв так ещё миг великий герой поднял меч к небу, а затем направил его в сторону хаоситов, от чего их, до этого казавшиеся нескончаемыми и несокрушимым, ряды дрогнули. А затем, стройным станом, все оставшиеся в живых и более-менее целые имперцы бросились в контратаку, сметая и затаптывая каждую мразь на своем пути. Битва была выиграна. Крепость Герра выстояла. Примарх воскрес.