Грёзы

Российская Империя. По истинному имени — Алексей. Америка же называл его «Алекс» и однажды забыл, что это не настоящее имя Российской Империи, и сказал, что у них практически одинаковые имена: Алекс и Александр. Но Империя лишь посмеялся. Они были настоящими друзьями. А стали они таковыми из-за доброты русского. Российская Империя помог Америке в войне за независимость. Тогда ему казалось, что это мелочь, что новое полноценное воплощение отплатит ему выгодными сделками в будущем, но получилось даже лучше. В то время ещё было возможно влиять на политику личными отношениями, но в их случае вышло наоборот: холодный расчёт и жажда наживы помогли найти Империи самого живого среди этих чёрствых истуканов. Со стороны можно было подумать, что они являются отцом и сыном: один ходил величавой походкой и взирал на всех сверху вниз, а другой — взбалмышный непоседа — постоянно бегал вокруг и, если не улыбался, то что-то увлечённо рассказывал, активно жестикулируя руками. Именно это наблюдали жители прежней столицы российского государства, когда приезжал США. А когда достроили Город Мира, где могли жить воплощения стран и объединений и который никому не принадлежал, они могли видеться каждый день. Америка опять замечтался. Надо бы спать — да сна ни в одном глазу. И вот его взгляд зацепился за корешок книги, которая лежит на полке много лет. Сборник стихов Есенина. Весьма странное чтиво, учитывая, что впервые Америка увидел и прочитал такое, будучи гостем в гостях у Советского Союза. Когда Штаты спросил, почему Союз хранит у себя дома книгу дезертира, ведь её могут прочесть дети, СССР ответил: «Мои дети в отличие от тебя не суются куда не попадя.» Союз всегда таким был, но больше всех он грубил именно Америке. И Штаты знал, почему. Потому, что коммунист думал, что тот злится на него из-за смерти его друга. Союз знал, что Америка дорожит Империей больше, чем он сам. Поэтому считал, что все эти попытки налаживания отношений — лишь обман, созданный, чтобы однажды ударить как можно больнее. Но как Америка мог это сделать?.. Союз даже в некоторой мере эмпанировал ему. И как же нравилось Штатам, когда СССР стал притаскивать в офис своих детей. Вот тогда-то и можно было узреть настоящего, доброго коммуниста. Хотя впоследствии политика взяла своё — США и СССР стали соперниками. И их соперничество чуть ли не дошло до глобальной катастрофы. Но они смогли остановиться, а вскоре на смену вредному и закрытому коммунисту пришли его приемники. Несмотря на возраст они были словно слепые котята, и многие хотели этим воспользоваться. Если бы Америка был всё тем же неутомимым оптимистом, то обязательно завоевал их симпатию, даже если бы сбросил пару атомных бомб на их территории. Но смерть Российской Империи и Вторая Мировая война урезонили его пыл, а подписанный в пятидесятых пакт «О надлежащем поведении воплощений стран, регионов, партий и объединений» наложил запрет на хоть какое-то влияние личной жизни на политику. Тем не менее у американца получилось заполучить расположение многих из бывших социалистических республик. Ровно до того момента, пока у некоторых из них не стали появляться свои представления об идеале политики. А ведь он не успел даже узнать ни одного из них по-настоящему. Он неосознанно хотел быть похожим на своего благодетеля — Российскую Империю, но не учёл влияние времени. Столько всего произошло. Изменилось всё: и политическая арена, и условия жизни воплощений, и он сам. Теперь же он вынужден сидеть в своей квартире, позабыв о существовании жизни. Работа, грёзы, работа, грёзы. И больше ничего...