Первый снег

      Поёжившись от пронизывающего холода, Александр ближе прижался к Михаилу, ища тепло и ласку. Как же ему не хотелось просыпаться, и встречаться с неуютным пейзажем за окном.       — Доброе утро, Сашенька. — проснувшись, прошептал Московский, нежно целуя Романова в лоб.       — Доброе, — не открывая глаз, отвечает шатен, сладко зевая. — Миш, прикрой пожалуйста окно. Очень холодно.       Миша улыбаясь, встает с кровати и подходит к окну. Стоило ему потянуться к ручке, он застыл, смотря на открывшуюся глазам красоту.       — Саш, вставай. Тебе точно понравится то, что сейчас происходит за окном. — сказал блондин, закрыв окно.       Александр вставать явно не спешил. Приоткрыв глаза, шатен потянулся и преодолев нежелание вставать с постели, поднялся и подошёл к своему возлюбленному, моментально оказываясь в его нежных объятиях.       — Можно меня всегда будешь будить ты, а не будильник телефона? — с легкой улыбкой произнёс Саша и чмокнув Мишу в нос, повернулся к окну.       Яркое солнце освещало улицы Санкт-Петербурга, отражаясь от белоснежного снега, покрывающего всё вокруг: дома, деревья, тротуары, подъезды…       — Какая красота… — произёс Александр, уже порядком уставший от одного и того же вида серых туч, голых деревьев и луж, похожих на озёра.       — В Москве сейчас тоже снег, но в Питере первый снег всегда выглядит как-то по-особенному красиво и завораживающе. — сказал блондин, надевая футболку, так как начал замерзать от прохлады царившей в комнате.       Пока Саша стоял у окна и любовался снегом, Московский быстро принял душ, высушил волосы и на скорую руку приготовил завтрак. В отличии от его возлюбленного изысканно готовить он не умел.       — Саш, иди кушать! — позвал он, поставив на стол две кружки с ароматным ягодным чаем, который он подарил Александру на новый год.       — Иду! — ответил Романов. Он появился на кухне спустя пять минут.       Завтрак проходил в тишине, пока Александр не решил кое-что предложить Мише.       — Миш, пойдём погуляем. Погода хорошая.       Московский не был удивлен столь внезапному порыву Романова выйти на свежий воздух. Он мог отказаться, сославшись на работу, но тогда он бы соврал и расстроил Александра, а смотреть на его унылое выражение лица Миша попросту не мог. В такие моменты он чувствовал себя самым настоящим предателем.       — Хорошо, Саш. — с лёгкой улыбкой ответил он. Вот только есть одна деталь, которая точно его возлюбленному не понравится. Так как он совершенно не ожидал снега и понижения температуры, все его тёплые вещи, включая шарф и шапку Московский оставил дома. Болеть не хотелось, ведь совсем скоро ему предстояло вернуться в Москву и вновь приступать к работе, да и лечить его в Москве некому.       — Всё хорошо? — поинтересовался Романов, заметив, что Миша как-то долго смотрит в одну точку.       — Да, душа моя. Всё хорошо. — улыбнулся Михаил.       Пока Саша мыл посуду, Миша думал как ему поступить в такой ситуации, когда он может немного разозлить Романова. Его гнев был страшен, так что навлекать его на себя было бы некстати.       — Саш, мне немного неловко спрашивать тебя об этом, но… У тебя есть шапка, шарф и тёплое пальто? — спросил Московский спустя некоторое время. Вопрос не позорный, но блондин чувствовал себя очень неловко, задавая его.       — Конечно! — ответил Александр. — Посмотри в шкафу в коридоре, а верхней полке!       Александр не обманул. В действительности вещи подходящие Михаилу оказались в шкафу. Ну, а если он подхватит простуду из-за неподходящей по погоде обуви, то сам как-то справиться с этой напастью. В отличии от прошлого, насморк — ерунда.       Выйдя из дома, пара пошла в сторону парка трёхсот-летия и Лахта-центра, одного из самых высоких зданий в Санкт-Петербурге. По дороге им часто встречались дети, катающиеся на санках, кидавших друг в друга снежки или делающих снежных ангелов. Порой, этим же занимались и взрослые.       — Зима одно из красивых времен года. — произёс Саша.       — Ага. — поддакнул Миша. Дождавшись, пока Саша будет занят рассматриванием зимней красоты, он чуть отошёл от своего возлюбленного и взяв в голые руки снег, слепил снежок.       — Саш, смотри белка побежала! — крикнул блондин, отвлекая внимание шатена ещё больше.       — Где? — поинтересовался Питер и в этот момент ему в лицо прилетел холодных снежок.       Понимая, что ему сейчас попадёт по первое число Московский начал отходить, что-то мямля.       — Считай это война! — воскликнул Романов, после чего начал закидывать Михаила снежками.       Блондин уворачивался как мог первое время, после чего сам перешёл в контр атаку. Снежок один за другим летели в шатена, но всякий раз он промахивался, ведь Саша был очень внимателен.       — Бомбочка! — крикнул Миша и запустил в Сашу последний из его арсенала снежок. Попасть он попал, вот только искажённое испугом лицо Романова, заставило Московского понять, какую ошибку он совершил оборонённой шутливой фразой. Даже спустя столько лет после окончания второй мировой, Сашу передергивало от одного упоминания бомб. Даже если сказано в шутку. Воспоминания о том пережитом ужасном времени брали Романова в кольцо страха и ужаса.       — Саша, посмотри на меня. — стараясь придать голосу спокойствия, сказал Михаил, взяв Александра за плечи. — Саш, всё хорошо. Никто тебя не трогает. Я здесь, рядом с тобой. Всё давным давно позади.       Спустя несколько минут Романов начал успокаиваться. Оцепенение проходило, уступая место холоду. Во время игры они даже не заметили как успели замерзнуть.       — Миш, пойдём домой, я устал. — уставшим голос попросил Романов.       — Конечно, Душа моя. — согласился блондин и приобнимая Сашу за плечи, повел его в сторону дома. По дороге Московский пару раз предпринимал попытки развеселить своего возлюбленного, но слова комом застревали в горле. На душе поселилось чувство вины. Он прекрасно знал о психической проблеме Романова и так бездумно говорил…       Вскоре пара оказалась в теплом доме. Отправив Сашу в тёплый душ, Михаил приготовил чай и включил один из любимых фильмов Саши — «Титаник». Он мог включить и другой романтический фильм, но сейчас, в большинстве романтических фильмов столько пошлятины проскальзывает, что тошно становиться.       Задумавшись, Михаил даже не заметил как к нему прижался Саша. Мокрые волосы прилипли к лицу. Капли воды стекали по очерченным скулам и подбородку, капая прямо на одежду, оставляя после себя мокрый след.       — Прости, Душа моя. Я забылся. — прошептал Московский, нежно целуя шатена в лоб.       — Всё хорошо, Миш. Мне надо как-то бороться с этой…фобией. Ты не виноват.       — И всё же…       — Всё хорошо. Давай смотреть фильм.       За окном уже стемнело. Маленькие снежинки спокойно падали на улицы Санкт-Петербурга, укрывая снежным одеялом город.       Двое возлюбленных сидели перед маленьким экраном ноутбука, смотрели фильм и наслаждались этим временем проведённым вдвоём.