malo mori, quam foedāri

— что такое, gatito, язык проглотил? — мужчина шумно дышит над самым ухом и стискивает в своих цепких пальцах чужие бёдра до синяков. он притягивает Кота ближе, не даёт ему отстраниться ни на сантиметр, чтобы в следующий момент размашисто провести языком по выступающей вене на его шее, сохраняя хищный оскал. — сегодня все в этой таверне будут знать, что я сделаю с тобой этой ночью, а на следующий день, поверь, эта новость разлетится по всей Испании. интересно, как отреагирует на это твоя подружка, м? — в интонации Волка прослеживалась ухмылка и он невесомо провёл носом за ухом рыжеволосого мужчины, чтобы после ощутимо зажать между острыми зубами чувствительную кожу между шеей и плечом, вырывая сдавленный вздох. — давай... просто покончим с этим как можно быстрее, lobo. — прошипел Кот, чувствуя себя как никогда униженным. он желал славы, чтобы каждый знал его имя и подвиги, но точно... не такие. Волк утробно зарычал и с силой надавил пальцами на поясницу, заставляя рыжеволосого прогнуться настолько, насколько это позволяла анатомия. его руки скользнули по спине, очертили линии выпирающих лопаток и чертовски узкой талии; царапает ногтями по груди, задевает ореолы сосков и сжимает их, прокручивает, оттягивая вперёд. Смерть не был из торопливых. ему нравились долгие прелюдии, нравилось хорошенько измучить свою жертву, заставить ему покориться и просить чего-то большего, кроме оставленных поцелуев, засосов и синяков от пальцев. особенно, если этот "кто-то" - знаменитый на всю Испанию чёртов «Робин Гуд» с чувством собственного эго, которое могло бы пробить небеса. Кот под ним дёргается, пытается шуметь как можно тише, сдерживает себя из последних сил и Волку это определённо не нравится. он хищно скалится и рывком переворачивает мужчину на спину, нависая в опасной близости от его лица. багровые глаза отблёскивают при преломлённом свете лунных лучей. — не испытывай моё терпение, — его пальцы сжимаются на щетинистой щеке. — иначе для тебя эта ночь окажется настоящим адом на земле. я тебе это гарантирую, gatito. — а Кот поджимает губы, образовывая тонкую линию. в его изумрудных глаз читается ненависть и отвращение. на другое lobo и не надеялся. он грубо отпускает его лицо, оставляя красную полосу от ногтей. подхватывает его под бёдра и притягивает ближе к себе, заставляет Кота развести ноги в стороны. — я ведь предупреждал тебя, — рычит Волк и прижимает головку члена ко входу. — и я заставлю тебя кричать. — Смерть зажимает его запястья над головой, а второй упирается в подушку на уровне лица Кота. Волк хищно облизывается и без лишних церемоний толкается внутрь. Кот не сдерживается и срывается на болезненный стон. он плотно закрывает глаза, морщится от боли и отворачивает голову в сторону, чтобы скрыть предательски выступающие слёзы, но в то же мгновенье звонкая пощёчина приводит его в чувства, заставляя распахнуть веки. — даже не думай отворачиваться! ты будешь смотреть на меня. только на меня. — приказным тоном рычит lobo и одним резким движением оказывается полностью внутри податливого (почти) тела. он восторженно стонет, сильнее стискивая свою хватку на запястьях. смотрит на мужчину и убирает несколько рыжих прядей, прилипших ко лбу. Кот шумно дышит, привыкает к ощущениям наполненности внутри себя и поджимает пальцы на ногах. эта картина сводит Смерть с ума. — не долго же ты сопротивлялся, — усмехается Волк. — заткнись, и... — Кот не успевает договорить, как Смерть делает пробный толчок, затем ещё, ещё и ещё, срываясь на быстрый темп. комната наполнялась громкими шлепками, протяжными стонами, переходящие в хрип и пошлое хлюпанье от выделяющейся смазки. Смерть не забывал подкреплять свои действия грязными комментариями, заставляющих Кота сжимать пальцы на ногах и двигать бёдрами навстречу, подстраиваясь под ритм. — так вот, что из себя представляет знаменитая легенда, да? — Волк кусает партнёра за край уха, замечает, как его головка его члена налилась кровью, и как стекают капли предъэякулянта. — ты кончишь только от меня, — lobo отпускает посиневшие от длительного сдавливания тонкие запястья, которые от бессилия падают по обе стороны. — и от моего члена в твоей превосходно узкой заднице. Смерть оставляет отметины на его шее, плечах, ключице и груди. настолько яркие, что их будет невозможно перекрыть. пусть это станет напоминанием для Кота о том, насколько низко он способен пасть и кому всеобщий любимец принадлежит на самом деле. Волк переходит на резкие толчки, выходит из него практически полностью, а затем вставляет по самое основание. gatito сорвал голос, теперь он мог позволить себе лишь хрипло вздыхать и сдерживаться из последних, чтобы не закрыть глаза, не прерывать зрительного контакта. тогда он получает ещё одну отрезвляющую пощёчину и это срабатывает спусковым крючком. Кот изгибается в спине, насколько позволяла поза, кричит, и обильно изливается на свой впалый живот. Смерть глухо рычит, делает ещё несколько резких толчков и долго наполняет партнёра изнутри, кажется, даже испачкав простынь. оставляет звонкий шлепок на бедре прежде, чем встать с кровати. Кот лежит неподвижно, содрогается всем телом и шумно дышит. послышалось звяканье бляшки ремня. Волк бросает рядом с gatito его шляпу и следует к выходу из комнаты, останавливаясь на пороге. он смотрит Кота через плечо. — ты ведь понимаешь, что мы ещё встретимся, так? — sí, lobo...