Подпись

Пока Герман, сидя на стуле в своем кабинете, кивал коллегам, выпивая из холодного стакана виски, офис пустел. Конец рабочего дня, пятница, сегодня все ушли пораньше. Босс хотел остаться в своей родной среде подольше, он не ощущал в лоне семьи теплоту. Сейчас его главный друг - бутылка вискаря. Через минут двадцать, Гер проверил все камеры, прошел по коридору до буфета и решил откупорить ещё одну бутылочку. В компании алкоголя и затуманенного сознания он планировал провести ближайшие пару часов. Один. Поэтому, когда в пустом здании вдруг послышались шаги, он настороженно встал со стула. И отправился по коридору в свой кабинет. Зайдя внутрь, он сел в кресло и просмотрел камеры. Около лифта лежали... Какие то тюки. — Можно войти? Герман подорвался на месте, да так, что голова закружилась. На пороге стоял молодой парень в черном пальто, сжимая в руках шляпу. — Офис закрыт, — тупо произнес Герман, не оправившись пока от испуга. — Я по деловому предложению, — парень прошел в кабинет и сел в кресло напротив Гера. Тот уже собрался нажать кнопочку для вызова охраны. — Я все же попрошу вас уйти. Корпорация закрыта. — На звонок никто не придет. Германа схватили холодные тиски непонимания. — Звонок? — Охранников убили наемники, которых послал сюда ваш кузен. Холодный голос, ледяной взгляд огненных глаз. Странный, пугающий парень. Но Гер смотрел на него, будто загипнотизированный. И заговорил пустым голосом. — И где же они? — Там же где и охранники, — он улыбнулся спокойной, и можно сказать, уставшей улыбкой. То ли он что то знал, то ли просто читал Германа. — Вы здесь чтобы... — Нет, нет. Я не убью вас. Я предложу кое что другое... "Что, блять, другое? Выпить рома?" — Я не откажусь, если вы предлагаете! — парень взглядом указал на коллекционный ром в шкафу. Герман не вникал в происходящее. Его будто что то надломило. Он чувствовал, что скоро умрет. Налив рома своему посетителю, он плеснул и себе. Выпив залпом, он уставился на покрытие стола, чтоб не блевануть от страха и выпитого алкоголя. До него донеслись обрывки фраз. —...Я предложу купить твою смерть. — Что? — Герман поднял взгляд на парня. — Не пугайся, ты не первый и не последний. Ты ведь согласен, чтоб мы говорили на "ты"? Гер мотнул головой, и протёр глаза. — Не бойся, все хорошо. Мы все проходим через это... — Что значит - купить мою смерть? — Вот оно, — парень улыбнулся, а его глаза медленно меняли цвет, — ты ведь подписывал бумаги? Глупый вопрос. А я, пока ты не стал об этом думать, отвечу, что это просто последствия алкоголя. Вряд ли тебя стошнит. — Ты убил тех наемников? Он лишь улыбнулся в ответ. Загадочно. Но красиво и элегантно. — Люди придумали себе, что убийство - это грех. Грех ли это? Опять то же движение головой. — Это будет как договор? И что я тебе продам? — Фактически, ничего. Я скорее заплачу огромную сумму денег, просто для того чтоб ты узнал когда умрёшь. — У тебя есть профит от этого? — Герман усмехнулся. Но не пьяной усмешкой. Что то странное с ним творилось. Он не боялся более. Скорее нет. Опасался. Он понял, что перед ним сидит псих. "Никаких наёмников нет. Все это просто способ его, Гера, запугать!" — Тебе покажется, что нет. Но скажу лишь, что чем меньше тебе осталось жить, тем больше денег я тебе дам. "Он либо издевается, либо на серьезных щах это говорит. А давай..." — Хорошо. Только гд... Парень вытащил из-за пазухи два идеально ровных листа бумаги. Текста было очень мало, так что беглого взгляда хватило, чтоб понять, что все совпадает с объяснениями его "посетителя". Тут даже присутствовал мелкий шрифт, который предупреждал, что изменить дату смерти нельзя. На месте подписи было три графы. "Подпись", "расплата" и "оставшееся время". Парень уже хотел все объяснить, но Гер понял, и махнул тому рукой. Подписавшись, он хотел было задать вопрос по поводу расплаты, но сразу услышал слова: — Капля крови. — Моей? — Естественно. Ваша подпись уже там. — Ты сказал, — Герман вновь усмехнулся, — что будем общаться на "ты". — Вы теперь мой клиент. Поэтому - на "вы". Так, Вам дать иглу? — парень достал из кармана шкатулочку, откуда вынул тонкую иголку, и протянул Геру. Тот аккуратно ее взял, приложил к мизинцу, и надавил, после чего приложил к графе. Кровь быстро расплылась по всей площади, и получился идеальный красный прямоугольник. — Спасибо. Гер повернулся к молодому человеку, и похолодел. Тот держал ровно такой же документ. А в третьей графе красовалась надпись. "С момента появления данной надписи, владелец данного документа умрет ровно через 12 минут 13 секунд." Озноб прошёлся по затылку и ударил в мозг. Через двенадцать минут будет 23:30. Это обычное время, когда его старший сын приходит домой, дочь ложиться спать, а жена принимает ванну. — Ей 46? — Что? — Герман тупо посмотрел в глаза своему гостю. — Твоей жене 46 лет? Сыну Майклу 16, дочери Софии 15, а младшему год? Ты ведь не первый. Как жаль, что вы вновь стали такими. — Кто, "мы"? — Люди, Герман. Вы почти не изменились, просто в один момент мне стало казаться, что вы стали умнее. — Что ты ещё обо мне зна... — А твоя жена в курсе про другую? Крис не знает о Милене. — Вы что то все попутали, мистер, — Герман рассмеялся, — моя бывшая жена Кристина уже 19 лет как... — Это ты все перепутал. Другой голос. Другая интонация. От нее он чуть не задохнулся, — Переверни договор. Герман ощутил покалывание. А потом, впервые за свою жизнь - животный ужас. Тот, чья подпись будет стоять а первой графе этого документа, осуществляет торговлю своей души в размере 18 000 000 долларов за каждую минуту, приведённую в третьей графе этого документа. Принимающий имеет право установить дату смерти. — Вы стали дикими животными. Стоит вам услышать слово "смерть", убийство"... Вы теряете голову. Для меня это непостижимо. Я переслал реквизиты в банк на твое имя. Если ты хочешь, можешь идти. У тебя 3 минуты. Его глаза были красными. Ярко огненными. Герман встал и шатаясь направился к двери. На пороге он остановился и задал последний вопрос в своей жизни. В нем не было ни страха, ни боли. Только подавленные вина и горечь. — Скажи мне, она счастлива? Она попала к.. к Нему? — Он поднял глаза к небу, указывая на незаурядную личность. Ответом ему был лишь смех. Дикий смех, ведь то, что произнесло его, более не выглядело человеком. Слушая эти слова, Герман и встретил свою смерть. "Люди, вы так безумны в стремлении жить беззаботно! Вам было легче на заре мира провести грань между белым и черным. Создать дьявола и бога. Пойми, это так не работает. Я рад был бы, если бы это было не так... Но я это и то... И то..."