Только на три минуты

      Шинджу недоуменно уставилась на парня. Тот стоял к ней спиной, слегка повернув голову в бок. Он не смотрел на нее, лишь смотрел куда-то вдаль. Девушка не могла оторвать от него взгляда. Особенно сейчас, когда он, мокрый, но тем не менее красивый, стоял уверенно, и нес какую-то чушь.       — Ты что, реально псих? — Шинджу нервно хохотнула. По-другому она в этом мире не смеялась. — Ты думаешь, что я пойду с каким-то ненормальным, который не ценит свою жизнь и ради развлечения играет в эти идиотские игры?       — Жизнь не имеет никакой ценности, — резко ответил он.       — Так чего ты тогда играешь? Взял бы и давно умер уже. Тебе бы просто стоило ничего не делать, — возмутилась Шинджу. Этот парень был для нее головоломкой. И если сначала она пыталась ее решить, то сейчас поняла, что решения попросту нет.       — Не обязан отвечать, — сказал Чишия.       — Не обязана идти с тобой, — Шинджу фыркнула и, задрав голову, прошла мимо блондина.       — Еще увидимся! — крикнул Чишия вслед, а девушка лишь подумала: «Ками-сама, не дай этому случиться».        Через некоторое время Шинджу поняла, что шла в никуда. Она бродила по кварталам, пытаясь избежать шумных мест. Когда она дошла до своего любимого парка и поднялась на холм, то увидела большое количество красных лазеров, которые, словно кровавые нити, спускались с небес. «Почему все это вообще происходит? Я не скажу, что тот мир был идеален, но в этом вообще творится полный хаос». Девушка присела на землю в позу лотоса и положила руки перед собой. Никуда не хотелось идти и что-либо делать. Она смогла выиграть себе еще пять дней отвратительного существования. Но Шинджу чувствовала себя некомфортно от того, что была рада проходить игру. Радость вызывал не сам процесс, а нахождение разгадки. В тот момент, когда в твоем мозгу происходят экстремально быстрые соображения, и в тот момент, когда решение приходит словно искра, сжигая весь запутанный клубок, наступает величайшая эйфория. Это как наркотик. Ты смог один раз, и тебе кажется, что ты сможешь в следующий. Но здесь и сейчас за этот наркотик ты платишь своей жизнью.       Шинджу просидела так до самого рассвета. Холодно не было ни капли. Тепло толстовки и штанов защитило от утренней росы. Но к этому времени, девушка почувствовала, что порядком подустала. С заплетающимися ногами дойти до дома оказалось не так-то и просто, Шинджу то и дело спотыкалась и пару раз чуть не врезалась в столб. Точнее один раз она врезалась. Поэтому слева, возле виска, расцветает синяк. После такого тесного знакомства с металлической палкой в небо Шинджу зло потирала лоб и составляла в голове план по уничтожению всех столбов в Токио. Затем она ударила ногой столб на манер футбольного мяча. Через мгновение Шинджу уже прыгала на одной ноге и громко айкала. Появилось дикое желание поругаться на столб, и только Шинджу открыла рот, как поняла, что это всего-то неодушевленный предмет.       Дорога до дома оказалась трудной, но объятия мягкой кровати слишком приятные, чтобы думать о чем-либо, кроме сна. Морфий быстро завлек девушку в свои объятия и долгие часы не отпускал. Шинджу снились воспоминания из ее настоящего мира.       Вот девушка дотащила сумки до своей квартиры. Она поставила пакеты на пол и достала ключи из кармана. Но попытка прокрутить их в замочной скважине оказалась провальной. Тогда Шинджу дернула за ручку и дверь поддалась       «Неужели вор?». Шинджу взяла связку ключей в кулак и осторожной поступью переступила порог. Она держала все ключи в руке так, как и учил ее брат. «Не вытаскивай один ключ через кулак. Возьми всю связку. И просто бей если что, так твой удар станет намного сильнее. Лучше в сплетение или по виску», — говорил ей брат, вкладывая ключи ей в руку.       Шинджу зашла сначала в одну комнату и, не успев дойти до другой, услышала как что-то упало на кухне. Она держала телефон в кармане с набранным номером полиции. «Думаю, что успею нажать на вызов», — решила она и зашла на кухню. Рядом со столом, на котором стояла бутылка вина и пара бокалов, стоял ее родной брат и улыбался.       — Сюрприз! , — закричал он и полез обниматься. Шинджу впала в ступор. Она ничего не делала, лишь позволяла брату обнимать себя. Он это почувствовал и уже захотел отстраниться, но девушка со всей силы ударила кулаком, в котором были ключи, по спине брата, прямо между лопаток. Брат издал непонятный звук и стал оседать на пол, а Шинджу закричала.       — Ты хоть знаешь как я испугалась?! Да я уже полицию собиралась вызывать! — кричала Шинджу, сложив руки на груди. Брат через некоторое время, спустя которое он пришел в себя, поднялся и сказал ей:       — В первую очередь звони всегда мне. Я приеду быстрее, чем любая полиция или скорая. Все что тебе будет нужно. Просто нажми на мой контакт в своем телефоне и я сделаю все возможное и невозможное, — сказал он и приобнял сестру одной рукой за плечи. Шинджу делала вид, что еще дулась. Но как после таких слов можно обижаться на человека? Вот и она долго не могла, а просто пошла за сумками в коридор. Пошла она, но сумки все равно нес брат.       — Родителей не будет, да? — картинка переместилась в их семейный дом. Шинджу и ее брат сидели напротив друг друга в комнате без света. На столе стоял любимый торт, из которого торчало восемнадцать свечей. Их свечения хватило, чтобы хорошо рассмотреть эмоции на лице брата.       — Блять, тебе стоило вспоминать об этом сейчас? — выругался брат. — Они не интересуются ни моей, ни твоей жизнью. Им похуй на нас. Я дам тебе все, только подожди немного.       — Я буду подавать документы на экономический, — сказала она и задула свечи. Конечно, девушка загадала желание. Но главная причина, по которой она задула свечи — чтобы брат не видел ее печаль. Шинджу очень любила брата, поэтому желала ему всего самого лучшего. Ей не хотелось, чтобы брат работал до изнеможения лишь бы оплатить ей учебу, которую она желает. Поэтому Шинджу выбрала экономический факультет, на который она проходила с минимальной оплатой обучения.       Парень встал из-за стола и включил лампу. Свет резанул сильно по глазам. Шинджу постаралась отбросить плохие мысли и самой яркой улыбкой, на которую была способна, улыбнулась своему брату. Тот снова присел напротив и с нежностью посмотрел на нее в ответ.       — Я люблю тебя, — сказала Шинджу.       — Я тоже тебя люблю, мелкая.       — Эй! Мне уже восемнадцать! — возмутилась она и заливисто рассмеялась.       — Но ты так и осталась полторашкой! Ха-ха! — смеялся брат, потрепав сестру по голове.       — Вот сделаю себе гигантское афро, буду с прической выше тебя, — девушка обрисовала объем прически и брат рассмеялся пуще прежнего, чуть не упав со стула.       — Тогда над тобой я буду смеяться еще больше! Ха-ха!       Шинджу проснулась с хорошим расположением духа, отдохнувшей. Тяжелые воспоминания об игре практически не задерживались в ее голове и она решила постараться окончательно их отпустить. Как и мысль о Чишии. Девушка понимала, что парень весьма и весьма умен и вряд ли разбрасывается словами по ветру. Но доверять — не доверяла. Для него игры были лишь играми, он никак не задумывался о своей жизни. Возможно играть с ним — достаточно выигрышный вариант, но Шинджу не могла утверждать, что тот не решит предать ее. Как ей казалось, он мог с легкостью пожертвовать любыми чужими жизнями.       Шинджу сварила себе кашу и заварила кофе. Не то чтобы она привыкла к такому питанию, но выбирать не приходилось, да и спустя неделю она стала относиться намного проще. В дополнении к кофе шла большая плитка шоколада. Сладостей она набрала наверное еще больше, чем «нормальной» еды. Хоть что-то приносящее радость.       Сегодняшний день она позволила себе провести в релаксе. Книги, различные вкусности и она. Невероятное трио. Читать девушка любила, ее всегда завораживали невероятные обороты слов, которые она себе и представить не могла, а ее быстрая привязанность к персонажам лишь добавляла интереса. Конечно, порой в конце книги она плакала так, что из-за ее слез могла образоваться еще одна река в Токио. Брат всегда смеялся над ее эмоциональностью и беспричинной любовью к выдуманным людям. Во времена младшей школы брат сам читал ей небольшие книги вслух и мог расплакаться, но эти времена давно прошли. Он наверное и не читает художественную литературу сейчас.       Ближе к вечеру Шинджу включила фонарь, чтобы дочитать произведение. Возможно не стоило ради такого расходовать единственные возможные источники света сейчас, но Шинджу вдруг поняла, что непонятно: вернется ли она вообще в свой мир. Может она умрет в следующей игре. Эта мысль заставила задуматься ее и замереть, так и не дочитав пару страниц до конца. Шинджу выключила свет и легла, вытянув ноги. Она смотрела в потолок и не двигалась. Тело не двигалось, зато огромное количество мыслей перебегало в голове. И тогда она решилась.       На следующий день она собрала свой рюкзак, который в какой-то из дней украла из спортивного магазина. Туда сложила несколько бутылок воды, провизию, немного одежды и, конечно, оружие. Шинджу поняла, что уже неделю она попросту выживала в этом непонятном мире, вместо того, чтобы найти хоть какую-нибудь информацию. Ключи от дома подруги она оставила в своей квартире, а свои ключи взяла с собой. Запасной ключ она оставила в цветочном горшке у квартиры соседей. Глупо? определенно. Но вряд ли кто-то будет искать ключ, чтобы зайти в чье-либо жилище. Они определенно бы выломали дверь. Тем более, вряд ли кто-то пойдет именно к ней в квартиру. На их месте Шинджу пошла бы в роскошные дома в несколько этажей.       Свое путешествие девушка решила начать с похода к телевизионной башне Токио. Там она часто встречалась со своими знакомыми для прогулки. Однако путь не такой уж и короткий до нее. На транспорте она могла доехать менее, чем за час, дорога пешком занимала уже больше двух с половиной. Но тогда она ходила с маленькой сумочкой, в которой не было ничего кроме телефона и кошелька. Сейчас ей предстоял поход с тяжелым рюкзаком. Шинджу взяла с собой карту Токио, чтобы не заблудиться если что. Множество зданий уже обросли травой и иногда это путало девушку.       Шинджу вышла из дома ближе к обеду. На голове был капюшон, чтобы не словить случайно солнечный удар. Она шла самым коротким и знакомым ей путем, чтобы не запутаться. Когда в твоем кармане пистолет, то ходить по улицам кажется немного безопаснее. Шинджу пару раз останавливалась в магазинах по дороге или на автобусных остановках, чтобы присесть. Воду она свою не использовала, пила только найденную. Она перекусила упаковкой снэков и больше ничем. Есть на ходу для нее было настоящей пыткой, а терять время не хотелось. Если она ничего не найдет, то до ночи предстояло найти место, чтобы поспать.       Вся дорога по ощущениям Шинджу заняла более пяти часов. Она жутко устала и хотела отдохнуть. Когда она подошла к той самой башне, то заметила, что ничего интересного нет. Конечно по дороге парочка магазинов была разграблена, но в этом ничего странного. «Люди же есть. И они тоже хотят есть», — думала она. Переночевать девушка решила в отеле, который был через дорогу. «Возможно в отеле буду не я одна, но, Ками-сама, пусть мне хоть здесь повезет». И... Ей действительно повезло. Признаков настоящей жизни в отеле не было.       Шинджу выбрала самый верхний этаж. В той игре в догонялки в жилом комплексе верхний этаж оказался самым верным вариантом. Она выбрала номер в самом углу здания, его вид выходит на парк неподалеку. «Почему я пошла в самый угол? Неужели я решила сделать так, как тот блондин?», — размышляла Шинджу, положив палец на губы. Выбор на номер пал неосознанно и только через час до нее дошли такие мысли. Шинджу стояла на балкончике и смотрела вдаль. Ветер приятно ласкал ее лицо и она прикрыла глаза. Глубокое осознанное дыхание и приятная температура на улице расслабляли ее.       Она стояла так некоторое время, прежде чем ее не ослепил свет софитов. Шинджу резко открыла глаза и увидела, что парк, который пару минут назад был прекрасным дополнением к виду из номера, стал игровой ареной. Шинджу не стала ждать развития действий, а только вернулась в номер и плотно закрыла шторы и окно. Из-за последнего в номере будет душно, но на порядок тише. И если будут раздаваться неприятные звуки, то девушка их слышать будет практически не будет.       — Когда я перестала замечать чужие смерти? — проговаривала вслух девушка. Шинджу не стало плевать на других людей, но сейчас смерти не были чем-то странным для нее. — Я стала такой жестокой? Я действительно хочу выжить, но неужели всего-то за неделю этот мир так поменял меня?       На этот раз ночь была тревожной. Мысль, что совсем рядом с ней могут погибать люди, а Шинджу никак не может помочь, убывала ее саму. Она изредка засыпала, но потом снова открывала глаза. Ей снились трупы из семиэтажного дома, горевшее здание бани, комната с водой и с блондином. Пару раз ей снилось как Чишия брал нож и десятки раз закалывал ее, а потом садил на стул и приставлял свой электрошокер. Ночь выдалась тяжелой и беспокойной, поэтому Шинджу решила пойти куда-нибудь недалеко. На ее визе оставалось три дня, и еще день она могла бы потратить на поиски того, сама не зная чего. Точкой назначения она выбрала реку Мэгуро. Так бы она пройти еще через город и выйти к воде. Прямиком к морю ей не хотелось. Возможно она пойдет на игру в следующий раз, а игра рядом с водой... Шинджу вздрогнула и собралась в путь.       Сегодня она шла еще медленнее, чем вчера. Бессонная ночь, тяжелый рюкзак и не менее тяжелые мысли давили на нее неподъемным грузом. Поэтому привалов было гораздо больше, чем прошлым днем. Окончательной точкой назначения она выбрала буддийский храм. Шинджу не была ярой верующей, которая каждую неделю посещает храм, но на праздники она делала пожертвования. Вера в нечто большее всегда в ней была, а когда она оказалась в другом мире, то не верить было невозможно.       Хотя расстояние до выбранного храма было намного меньше, но времени на дорогу затрачено столько же. Придя в храм, Шинджу сбросила с плечей рюкзак и подошла к святилищу. Она закрыла глаза и прислонила ладонь к ладони. Она не знала о чем просить, кроме как вернуться назад, но стояла так достаточно долго. Она молилась о брате, о себе, о других невинных людях, которые, хоть и были чужими, но никак не заслужили такой ужасной участи. В мыслях она выговорилась Ками-саме.       Шинджу вышла из храма и пошла за водой. Живот возмущенно заурчал и напомнил девушку, что та забыла о нем, поэтому в магазине она первым делом подошла к полке с консервацией. Баночка тунца и красной фасоли быстро разместились в ее желудке, а сверху начали докидываться чипсы, по одной штучке. Шинджу также выпила маленькую пачку сока и пол-литровую бутылку воды. Она сидела на стуле, который стоял за кассой. Она неторопливо перелистывала с научными статьями и остановилась на информации о морских водорослях. Она уже дочитала до водорослей комбу, как услышала шум неподалеку. Она отбросила журнал в сторону, а сама присела за кассой.        В магазин вошли трое парней, и у всех трех было оружие. У одного вообще автомат. Шинджу совсем немного выглянула, но поспешно села обратно. «Ками-сама, за что ты так со мной?», — уже чуть ли не плача молилась Шинджу. И тут все как обычно произошло по закону подлости. Шинджу чихнула. Это было негромко, но шанс, что парни не услышат ее, стремительно приближался к нулю. Девушка поползла в позе собаки, чтобы подсмотреть: действительно ли они не заметили ее присутствия. Последнее, что она запомнила, так это ботинок, ударивший ее в висок.