Второй шанс. Ты не одна.

— Ты это сейчас серьезно? — Уставилась на Прайма с которым я прямо сейчас снова практикую магию, и он мне сейчас говорит, чтобы я сдвинула целую машина, машину! Как я, должна сдвинуть целую здоровую железяку?! — А похоже на то что я не серьезен прямо сейчас? — Приподнял он бровь. — Да я не смогу, да это же бред! Как я должна сдвинуть машину, если я даже воду без твоей помощи не могла поднять? — Нервно расхаживаю я и пытаюсь достучаться до совести Прайма. — Алирия, успокойся, — на этот раз он не был так спокоен как обычно, видимо я уже его довела. Но он так же не поднимал тон, просто проговорил более требовательным голосом. — Я здесь, и если нужно, я подскажу тебе что делать, поэтому перестань психовать и стой смирно, — ну а я что? А я ни че, мне пришлось остановиться и слушать «папашу», а то когда он начинает говорить с серьезным тоном, то жди беды. Поэтому лучше притвориться пай девочкой. — Ну? Что делать? — Спросила я таким голосом, как будто милость у него вызываю. — В первую очередь успокойся, во вторую, убери все лишние мысли из головы и сосредоточся на том что ты хочешь сделать, — начал он, мне же пришлось присесть для более лучшего контакта с самой собой и слушать учителя. — И помни, твоя сила не равняться с физической, — спокойным голосом он говорит. — Алирия, расслабься наконец и выбрось из головы всё мысли. — Да не могу я, просто признай мою бездарность, — ною я через пару минут без толковых попыток сдвинуть машину. — Ты не бездарность, за тебя говорит твоя лень и не желанию что либо делать, так что если не хочешь бегать, делай что я говорю, — а вот это аргумент, должна я была признать. Знает же он за что меня нужно брать. — Расслабься, выбрось из головы посторонние мысли и сконцентрируйся на машине и самой себе. Делай то что тебе хочется, в конце то концов, — Умм… а что мне хочется? Мне хочется мороженого и теплой кроватки и смотреть фильм. Ой, не туда поехала. Я услышала как он тяжело вздохнул, видимо он почувствовал мою несерьезность. Но я так и не услышала с его стороны ругательств и напутствия, а он просто присел около меня. — Давай так, если ты сдвинешь эту машину, то следующая часть дня будет за тобой и я больше тебя на сегодня трогать не буду, — а вот так бы и сразу. Я резко выпрямила спину и наконец выметла всё мысли о теплой кроватке и еде. Я стараясь не обращать на присутствие рядом «человека» начала попытки сконцентрироваться на стоящей передо мной машине, но это не было так легко как должно получаться, ведь в мои мысли то о дело, что рвался этот рядом сидячий около меня Прайм, и вызывал какие-то странные чувства отвлекая меня. Он видимо сам это заметил и поднявшись отошел чуть дальше от меня, которая начала краснеть. Но мне пришлось быстро взять себя в руки и продолжить пытаться сдвинуть эту несчастную машину. Концентрировалась я чуть дольше чем ожидала, но с горем и пополам у меня получилось полноценно отдать свое внимание процессу и освободить голову от мыслей. — Афигеть! — Прикрикнула я, когда увидела что машина реально немного сдвинулась, но она обратно встала на место, а я потеряла контроль. — Если бы ты не реагировала так ярко, возможно у тебя бы получилось куда дальше её сдвинуть, — говорит он. — Ну что ж, я обещал, а значит ты можешь идти делать что тебе хочется, — подошел он ко мне. Я от радости резко поднялась и обняла его. Он этому не удивился, а в ответ положил свою руку мне на спину. — Я пошла, — отстранилась от него я и побежала в дом не подняв на него взгляд из за смущения. — Ууу… — Заскулила я в подушку. Почему я так ярко на него реагирую? Да ещё это странное чувство когда я его обняла, как будто в животе бабочки. Это как? Да ещё плюсом тепло по всему телу. Да проблема ещё в том, что он стопудов чувствовал всё что чувствовала я. Ну что мне делать? Почему я просто не могла спокойно уйти? Ну зачем я бросилась его обнимать? Ну чем я думала? Я не думала, я делала на эмоциях. Ну блин… а! Ну что со мной творится? — Просидела я с мыслями о своих чувствах полчаса, и прервал меня от моих страданий мой же желудок, который заурчал требуя еды. Поднявшись с кровати я ещё немного посидела на ней, но набравшись смелости и вздохнув побольше воздуха я поднялась с мягкой кровати и пошла прямиком на кухню с надеждой не встретить Прайма. Счастье длилось недолго, но слава божественным силам я хотя бы поесть успела. Это самое главное. Перед тем как уйти в комнату я вдруг вспомнила о книжке, которую я оставила в гостиной, когда читала там её на днях, и мне снова захотелось нырнуть в другой мир. Но когда я взяла эту книжку в руки, то у меня неожиданно заболела голова, да так, что прошлые разы были лишь сказкой. Я упала на пол не держась на ногах и чуть ударилась локтем о стеклянный столик. Я схватилась за голову, как будто пытаясь самостоятельно убрать эту боль, но она только сильнее становилась из за чего я уже не могла даже вздохнуть спокойно воздух. — Алирия, — услышала я голос, а после почувствовала руки на себе и как меня поднимают с пола. — Сейчас все пройдет, — он уложил меня на диван, а после и сам лег в то положение, чтобы я легла ему на грудь, но боль не уходила, да, она уменьшилась, но не уходила, а мне так и оставалось прижиматься к нему как будто прося чтобы он убрал эту боль. — Всё хорошо, — говорит он поглаживая меня. — Почему это происходит? — Спросила не поднимая взгляда на него. Он мне не отвечал некоторое время, а также продолжал по немного поглаживать меня. — Я не могу ответить, — сказал он. — Потому что сам не знаю, никто не знает. Но не переживай, я сделаю все, чтобы это закончилось, — говорит он мне в волосы. Во мне снова начали появляться эти странные чувства, даже несмотря на головную боль. Он прижал меня к себе ещё ближе ложа свою руку на мои плечи, я собственно этому не возражала, потому что сама была не против. Я сама хотела быть ближе к нему, и он я уверена чувствовал это. Неужели я готова признать свои чувства к нему? Неужели я… но мои размышления прервал новый поток боли, заставляя выпустить стон. — Тише, я рядом, — пытается успокоить он меня, и у него получается это, хоть и боль не уходит. — Это не проходит, — слабо шепчу я с закрытыми глазами. — Постарайся уснуть и ни о чем не думать, — говорит он, когда я сжала кулачком от нового потока боли у него на груди белую рубашку. — Скоро все пройдет, — в доказательство его слов головная боль и правда начала отступать, но все ещё она была, что заставляло меня прижиматься к Оптимусу. Через несколько минут я и не заметила как мой разум потерялся с реальностью. Через сон я почувствовала как меня подняли с дивана и понесли куда-то на руках. Я прижалась к Оптимусу, и через сон руками обвивая его за шею. — Ты же не уйдешь? — Выдернулась я из сна и чуть приоткрыла глаза, когда тот положил меня на мою кровать. — Нет, — ответил он мне. Я прижалась вновь к нему, когда тот лег ко мне. — Тише, я никуда не уйду, — говорит он поглаживая меня, которая к нему слишком сильно прижималась. Я почувствовала как он прижался своими губами к моему лбу, а после погладил меня большим пальцем по скуле. Но об этом я уже не думала, ведь меня снова забрал к себе сон.

***

Когда я проснулась, я почувствовала на себе чужую руку, но это не напугало меня, ведь я знала кто это. Помнила. Я посмотрела на его грудь, которая спокойно поднималась то опускалась. Сначала я подумала что он спит, что собственно из за этого осмелилась поднять на него голову и взгляд. Я сразу же от испуга опустила голову обратно, как только встретила его взгляд, который в ответ на меня смотрел. Я услышала как он улыбнулся, что заставило меня ещё сильнее краснеть. Он усугубляя ситуацию провел пальцем по моей спине, что вызвало у меня дрожь по всему телу. Но я почему-то не начала вырываться из его рук, а также продолжала лежать на нем. Он не переставал поглаживать меня по спине большим пальцем, даже скорее всего зная как это на меня действует. Мне пришлось признать себе, что это приятно, и вызывает какой-то трепет в животе. Когда я так успела к нему привязаться? Меня ещё приводит в шок то почему он молчит и не говорит насчет этой странной ситуации. Возможно боится испугать. — Ты просила меня не оставлять тебя одну, я не оставил, — все таки заговорил он, что вызвало у меня ещё один поток дрожи. — Алирия, ответь мне честно, что ты чувствуешь ко мне? — Как водой холодной облили. Я начала очень сильно нервничать, что собственно не укрылось от него. — Не волнуйся, ты же знаешь, что я никогда не отвергну тебя и не осужу. Только не ври мне, — ну пипец, не ври ему ещё, как будто он не распознает всю мою ложь. Да это ещё самая маленькая проблема, а самая большая складывается в том что я чувствую к нему прямо сейчас. А что я чувствую к нему? Я привыкла к нему очень сильно, и меня не перестает тянуть к нему. Любые его прикосновения вызывают во мне странные чувства, и я не могу их объяснить. Неужели все таки я люблю его? Ответ складывается сам, ведь я уже не могу представлять свою жизнь без него. — Как будто ты не знаешь, — всё таки заговорила я. — Я хочу услышать это от тебя, — говорит он. Ну вот как я могла так попасть? И убежать не получится, ведь он не отпустит меня из своих рук, и соврать я не могу, да даже отвертеться не получится. — Ну… я… мне кажется что… — я никак не могла собраться и сказать ему о чем я чувствую, но и молчать было нельзя, ведь рано или поздно это бы произошло. Так может хватит убегать от самой себя и от чувств к нему? — Я… — Но язык не поворачивался сказать эти три слова, а я начала очень сильно волноваться, что не могло не укрыться от Оптимуса. — Ты любишь меня? — Неожиданно упростил он мне задание останавливая мою руку, которая не переставала мять его рубашку от волнения. — Угу, — все таки согласилась с ним, но пробурчала ему прямо в грудь, боясь открыть глаза. Он ничего мне не отвечал несколько секунд, что заставляло меня ещё сильнее волноваться и переживать, что я чуть снова не взялась за терзание его рубашки. Но он успокаивающе погладил меня большим пальцем. — Никогда не думал что так сильно смогу привязаться к человеку, а в особенности к девушке, которая вызывает во мне по отношению к ней нежность и любовь, — меня окатил жар, а сердце сделало ещё один удар. Неужели он любит меня? Мне же не показалось? — Иногда мне жаль, что я не могу читать твои мысли, — видимо я слишком долго молчала и не отвечала ему. Я подняла на него смущенный взгляд и увидела в его глазах ту самую нежность, что заставило меня вздрогнуть и с виском опустить обратно голову и носом нырнуть ему в грудь. Я услышала как он засмеялся. — Не перестану говорить, что ты слишком эмоциональнальная, — слышу его голос. — Посмотри на меня, — это не звучало требовательно или грубо, это было словно он просит меня об этом. Но я не могла поднять на него взгляд, ведь мне мешало смущение, и было немного страшно. — Алирия, — позвал он меня, но я так же продолжала лежать с опущенной головой. — Я кажется тебе говорил, чтобы ты не боялась меня, — он не стал больше ждать, когда я найду в себе смелости и подниму на него взгляд, он самостоятельно поднял мою голову за подбородок. — Иногда ты бываешь слишком пугливой, — улыбнулся он мне, поцеловал меня в уголок глаз. — Тебе больше не стоит ничего боятся, а тем более меня. Я никому не позволю сделать тебе больно, — шепчет он мне, смотря в мои глаза. — Позволишь мне тебя поцеловать? — По моему телу прошлась дрожь вызывая во мне не только смущение, но и странное возбуждение. Он улыбнулся мне, чувствуя все это. Не ждя больше когда я отвечу ему, он приподнялся и приблизился к моим губам. Я испугано чуть отстранилась от него, но он не позволил мне сбежать. — Я никогда ещё не целовалась, — тихо призналась я чувствуя стыд. — Разве это плохо? — Спросил он меня заправил прядь моих волос мне за ухо. — Не знаю, — опустила я взгляд. Он вновь поднял меня за подбородок и заставил смотреть прямо в его глаза. Он приблизился и поцеловал меня в уголок губ, заставил меня дрогнуть в его руках. — Ты хочешь чтобы я поцеловал тебя? — Повторил он вопрос. Я не раздумывая кивнула ему. Он притянул меня снова к себе, заставляя полноценно опереться на его грудь, а после он вновь приблизился и прикоснулся к моим губам своими, вызывая во мне новую дрожь. Этот поцелуй не был требовательным или пошлым, он был скорее желанным, нежным. Он боялся что я отстранюсь от него, хоть и знал, что этого не будет, но все-одно старался делать всё осторожно, пытался показать мне, что бояться нечего. Он хотел чтобы я доверилась ему, и кажется, что именно это сейчас происходит. Я осторожно ответила на его поцелуй, скорее просто приоткрывая губы, говоря о том, что я готова к большему. Он понял всё без слов и перевернул меня под себя, полноценно беря всё под свой контроль. Я вновь вздрогнула, когда он проскользнул своим языком мне в рот, заставляя ещё сильнее натянуться моему возбуждению. Я старалась отвечать ему, но у меня это выходило не очень хорошо в отличии от него. Я положила свои ладони на его грудь, а после провела ими вдоль к его шеи, сама не понимая что делаю. Но он почему-то отстранился от меня, но так же продолжал нависать надо мной. Я потерянно посмотрела на него. — Поцелуй меня, — говорит он смотря в мои испуганные глаза. Мои щеки налились ярким румянцем. — Поцелуй меня самостоятельно, — прошептал он мне на ухо опаляя меня горячими дыханием. Я передернулась всем телом в его руках, но не смотря на это, я начала приближаться к нему. Я осторожно прикоснулась своими губами к его, чуть сминая его губы. Я испуганно и резко отстранилась от него, непонятно почему испугавшись. — Тише, не бойся, — он поцеловал меня в подборок, заставляя выпустить воздух из моих губ. Мои губы вновь встретили его, но этот поцелуй был более смелый, а вел его Оптимус. Он сминал мои губы своими, заставляя меня отвечать ему, что собственно я начала делать. Я обрела из ниоткуда какую-то смелость и чуть отстранилась от его губ, но после обратно вернулась к нему. Я прокусила его нижнюю губу зубами, а после оттянула посасывая её. Я сама не знала что я делала, я просто доверилась своим чувствам, и доверилась ему. Мои губы впились в его. Я проскользнула своим языком в его рот. Наш поцелуй уже заходил на недалеко от невинного, но кажется никто не был этому против. Я почувствовала как около меня сжались кулаки, что вызвало у меня новый прилив возбуждения, ведь он дал мне ясно понять, что он не менее возбуждается и держит себя из последних сих. Почему-то меня это не пугало, а напротив, заставляло хотеть большего. Но он почему-то отстранился от меня. — Не будем пока что переходить границу. Сейчас ты на эмоциях, — увидел немой вопрос в моих глазах. Он лег на кровать, а после притянул меня к себе. Как только я поняла, что случилось, то мое лицо начало приобретать очень яркий оттенок и всё внутри сделало сальто. Я услышала как он снова улыбнулся, отчетливо зная, что со мной сейчас происходит, и именно это усугубляло мое состояние. Он почему-то ничего не говорил, а просто поглаживал меня большим пальцем, пытаясь успокоить и этим сказать, что всё хорошо. Но ничего не хорошо! Я только что его целовала, мы только что целовались. О господи! Что делать теперь? Как на него смотреть? А самое стыдное, это то что он все чувствует, а значит он всё чувствовал, что чувствовала я. О дьявол. — Что мне сделать, чтобы ты перестала волноваться? — Неожиданно заговорил он, выдергивая меня из моих мыслей и переживаний. Я сжалась в его руках, и это как я почувствовала совершенно не нравилось Оптимусу. — Я не знаю… это всё просто смущает, — пробормотала я смотря ему в грудь. — Ты хочешь чтобы это всё продолжалось? — Ну он точно издевается! Он чувствовал всё что чувствую я, и ещё задает такой вопрос, притом зная сам на него ответ. — Да, — кивнула я со смущением. — Ты хочешь чтобы я сейчас оставил тебя одну? — Я помахала в разные стороны головой. — Ты доверяешь мне? — Угу, — без раздумий ответила я и подняла наконец на него взгляд. Он встретил мои глаза своими, а после недолгого разглядывания приподнялся и поцеловал меня в лоб, полностью беря меня в свои крепкие объятия. — Тогда ничего не бойся, — говорит он мне.

***

— Сэр, всё хорошо? — Грядут перемены. И никому этого не остановить, — с заминкой говорит пожилой человек смотря вдаль на горизонт из большого окна, внутри старинного дворца. — Я чувствую как скоро мир встретит новый рассвет, и новое начало. Скоро придет конец этим бесконечным войнам, — продолжает говорить последний из своего рода. — Сэр, вы пугаете меня, — подошел ближе к своему старому другу робот, который был похож на человека. — Бояться стоит нашим врагам, — отвечает загадками он. — Но перед рассветом всё мы должны переждать ночь.