Ur beauty never ever scared me♡

Сал шел по живописной набережной, украшенной яркими огнями гирлянд. За руку парень держал Эшли, и она мило улыбалась ему. Ребята о чем-то беседовали, как вдруг девушка спросила: «Салли, почему ты не пришел вчера в школу? Мы могли бы больше времени провести вместе.» Сал выдохнул. Он хотел ответить, что все хорошо, но по какой-то причине язык не повиновался ему. «Знаешь.у меня сейчас проблемы в семье, вчера отец вернулся, и мы с ним сразу же поссорились.после этого он кинул мне в лицо яблоко, из-за чего у меня начали кровоточить раны.» «Серьезно? Ну и капец у тебя в семье, ахахахв. И что, теперь из-за этого ты будешь реже выходить гулять? Я разочарована.» Девушка вывернулась, и отпустила руку парня. Бросив презрительный взгляд, она обернулась и убежала в приближающийся черный туман. Он поглотил ее, и вскоре добрался и до Фишера. Вокруг змеились сгустки скверны, а тихий голос шептал: «Это все твоя вина.»

***

Сал проснулся в холодном поту. Все лицо горело, руки в крови: похоже, он случайно задел во сне раны, и так кровоточащие от любого прикосновения. «Черт!» Но хотя бы радовало, что ситуация, которую он видел — всего лишь сон. Ведь эта встреча еще даже не произошла! Но это и пугает: это мог оказаться вещий сон. Или же намек на то, что рассказывать правду пока не стоит. При всем желании, Сал не мог продолжать размышлять: кровь снова застилала глаза, лицо горело, поэтому голубоволосый побежал в ванную, промывать раны. Спустя минут пятнадцать кровь все же удалось остановить, и парень облегченно выдохнул. Натянув протез, он все же вышел на кухню, в надежде на то, что отец опять ушел на «работу», или хотя бы спит. Но его ожидания не оправдались: как ни в чем не бывало, Генри сидел на кухне и с удовольствием попивал вино прямо из бутылки. Поморщившись от запаха алкоголя, которым, казалось, пропитана все квартира, начиная от потолка и заканчивая стенами, он плавно опустился на стул: с рождения ему становилось плохо от алкоголя, и даже его запах мог заставить Сала упасть в обморок. Дабы этого не случилось, протезник, не замеченный даже родным отцом, вернулся в свою комнату. Ему больше не хочется находиться тут. В этой квартире. С этим человеком, который раз за разом уничтожает его жизнь все больше и больше. Такие мысли посещали его не раз, но все равно приходилось сюда возвращаться: через три часа, через двое суток, неважно. И Сал знал, что вернётся. Но от этого не становилось не легче, не тяжелее: внутри пусто, чувства иссякли еще вчера ночью. Схватив свой потрепанный рюкзак, он начал складывать туда самые необходимые, по его мнению, вещи. Первым делом туда полетели, конечно же, телефон с наушниками. Затем пару-тройку дошираков: если придется прослоняться на улице сутки, он хотя бы не умрет от голода, а денег у него совсем мало, двести рублей. Затем парень запихнул зарядку для телефона, перекись водорода и с ней карманную аптечку, на случай, если раны на лице опять дадут о себе знать. В последнюю очередь во внутреннем кармане рюкзака, надежно скрытом от людских глаз, оказался канцелярский нож. Салли не знал, почему каждый раз берет его. Желание причинять себе вред всегда было очень сильным, и в конце концов убеждало протезника в который раз схватится за лезвие ножа, и провести им по старым шрамам на внутренней части руки. Чтобы хоть как-то себя оправдать, парень сам себе говорил, что нож может пригодится для защиты, но сам-то он знал, что не причинит вреда окружающим таким способом. Решив бросить в рюкзак еще и пачку сигарет, парень тихонько выскользнул из комнаты. На этот раз удача повернулась к голубоглазому: отец, кажется, ушел в ванную, и у Салли есть прекрасная возможность убраться из квартиры. Накинув куртку, он схватил скейт, ключи, закрыл квартиру и побежал к лифту, глупо улыбаясь. Хоть Салу уже и пятнадцать лет, а на днях, двадцатого декабря, исполнится шестнадцать, уходы из дома на день-два были для него интересным приключением. «Наверно, у меня настолько скучная жизнь, что даже такие события меня интересуют в эмоциональном плане» — горько усмехнулся Сал. К сожалению или к счастью, эмоции возвращались, и отнюдь не хорошие. Слезы комком застряли в горле от боли и разочарования, от воспоминаний о вчерашнем вечере, да и вообще обо всех неприятных ситуациях, произошедших между ними. Скорее всего, если бы сейчас с голубоволосым попытался кто-то поговорить, он бы не смог выдавить из себя не слова. К счастью, время было ранее, девять часов, все ушли на работу и по училищам, поэтому никто не встретился протезнику на пути. Выйдя из апартаментов Эддисона, Сал задумался: куда пойти на этот раз? Большинство заброшек в их городе он уже обошел, да и на улице было холодно. Нужно было такое место, где его точно никто не потревожит, но в тоже время рядом будет теплое помещение. Немного поразмыслив, Фишер пришел к выводу, что крыша их собственного дома как нельзя хорошо подходит для этой задачи. Он давно там не был, однако это было достойно атмосферное место, куда очень редко заглядывали люди. А в такое время его точно никто не застанет. Поднявшись на крышу здания, Сал уселся на край и свесил ноги вниз. Опасно. Но это и нравилось протезнику: адреналин неплохо заглушает эмоции. Ветер приятно обдувал тело протезника. Он начал немного замерзать, и из-за этого пропало чувство страха. А вместо него вернулись другие, более знакомые эмоции: злость и обида. Лицо опять начало гореть, и Сал, осмотревшись, снял протез. Все равно в округе никого не было, а так хотя бы сидеть комфортнее. Однако холод, пронизывающий насквозь лицо парня, не выгнал из его голубоволосой головы одну назойливую мысль: снова взять в руки лезвие, и повторить все сначала. То, что он делал неделю, месяц, год назад. Он снова и снова возвращался к селфхарму, хотя каждый раз обещал себе, что это было в последний раз. И вот опять: дрожащая бледная худощавая рука потянулась к внутреннему карману рюкзака, чтобы достать заветную вещь, приносящую удовольствие в его жизнь. «Ну, хотя бы не наркотики.» Выдвинув лезвие, Сал закрыл глаза. Будь что будет.

***

Высокий патлатый парень вышел из магазина. Не торопясь, он зашагал к своему месту жительства. Было ранее утро, и все уже давно ушли на работу и в школу. Однако сегодня был очередной тест по английскому. Воодушевленный согласием на списывание, которое он получил в прошлый раз от Салли, Ларри надеялся вновь выкрутиться и списать. Да и все же, чем-то ему все-таки понравился тот парень. Хотя обычно над такими как он брюнет издевался всю школу. Однако все же Сал завлек Ларри: голубоглазый может постоять за себя, никогда не боится (по крайней мере так считал патлатый), ответственный и стойкий. Такие качества Ларри ценил. Наверное, именно поэтому протезник не вылезал из головы Джонсона третий день подряд. Это начинало надоедать. Но когда Ларри пришел в школу, его ожидал сюрприз: по неведомым причинам, Фишера не оказалось на месте. Брюнет сразу понял, что на английском без Салли его ждёт неуд, поэтому не растерялся и свалил из школы на перемене. По пути тот решил зайти домой, купить чего-нибудь поесть, на случай если мама окажется дома. Какой бы замечательный матерью не была Лиза, прощающая своего сына за все грехи, прогул школы она явно не одобрит. Уже подходя к Апартаментам Эддисона, парень решил, что отправится на свое излюбленное место: крыша здания. Он бывал там не так часто, да и в основном по вечерам. В это время на крыше никого не было, и можно была спокойно покурить, поболтать с девушками, которых у Ларри за его шестнадцать лет было очень много. Однако не с одной из них он не встречался больше двух-трех месяцев: они просто ему надоедали, становились (по мнению Ларри) слишком назойливыми, приставучими и упрямыми. Это было странно, так как многие его одноклассники встречались со своими девушками больше года, но парень решил не предавать этому большого значения. Лифт наконец-то довез парня, и теперь ему осталось лишь подняться вверх по лестнице, ведущей к двери на крышу. Однако, выйдя из лифта, патлатый почувствовал, как легкий холод повеял на него: почему-то в этом помещении, где всегда было тепло, на этот раз было ветрено и очень холодно. Оглянувшись, Ларри понял, что причиной этому послужила полуоткрытая дверь, ведущая на крышу. "Наверное опять какие-то дебилы были тут вчера, напились в стельку и дверь закрыть забыли"-молча усмехнулся Джонсон. Поежившись, он зашагал по лестнице к выходу на заветную крышу. Увиденное им, повергло Ларри в шок: на краю крыши, свесив ноги, сидел тот самый, ради кого он вообще шел сегодня в школу. Решив просто уйти и не смущать голубоволосого, Ларри уже развернулся и шел обратно, как вдруг увидел канцелярский нож с выдвинутым лезвием. Удивление исказило лицо патлатого, и он остановился, откровенно пялясь на парня. Джонсону, с одной стороны, хотелось остановить Сала, ведь зачем причинять себе вред, да еще и таким способом? С другой стороны, выкрикнув просьбу остановиться, он выдаст себя и то, что следил за Салли. Поэтому брюнет просто стоял, наблюдая за происходящим. А происходило вообще ничего, будто это вовсе и не Фишер, а очень реалистичная кукла. Но через пару секунд все изменилось: голубоглазый резким движением схватил лезвие, и оголил часть руки. Сал всегда носил вещи с длинным рукавом, и теперь понятно почему: длинная худая бледная рука, вся в шрамах от прошлых проявлений селфхарма, вызывала страх и отвращение у большинства. Но почему-то не у Ларри. Тем временем протезник уже занес руку с ножом , чтобы нанести себе ущерб, как вдруг Ларри, неожиданно для себя выкрикнул: "Ты че творишь?!"

***

Выдвинув лезвие, Сал закрыл глаза. Будь что будет. Уже поднося нож у израненной руке, он услышал до боли знакомый голос. Голова кружилась, в глазах темнело от предвкушения будущего удовольствия, но все же Фишер заставил себя обернуться на голос. "Ты че творишь?!" Позади, буквально в метре от парня стоял патлатый, взволнованно глядя на протезника. "А ты тут что забыл? Вот так вот приходишь, хочешь один посидеть, а всякие дебилы приходят и мешают."-раздраженно пробормотал Сал. Его впервые спалили за самобичеванием, поэтому Салли было немного неловко. "Спасаю придурков, типо тебя, от причинения вреда самому себе. Мне-то как раз свойственно прогуливать школу, в отличие от некоторых." "Но тем не менее, ты утром пошел в нее. Но когда не обнаружил чела, у которого можно списать английский, не растерялся и свалил домой."- с иронией ответил Сал. "Мои поздравления, Шерлок Холмс. Вы все разгадали верно. Но, к сожалению, я не настолько гениален, поэтому поведай мне, с какой это стати ты просрал сегодня школу?" "А объясни, с какой это стати я обязан тебе рассказывать о своих проблемах? Я вроде не записывался на бесплатный сеанс у психолога." "А зря. Причинение себе вреда-это не норма, даже для меня." "Да что ты говоришь. То есть курить каждый день по пачке сигарет это полезно для здоровья?" Ларри смутился. Салли чертовски прав. Патлатый сам давно хотел завязать с этой привычкой, ведь начал курить лишь за тем, чтобы казаться крутым, еще в начале седьмого класса. Спустя два года отвыкнуть будет уже проблематично. "Бля, зачем я об этом думаю? Я вообще-то этого пришел этого придурка от суицида отговаривать." - размышлял Джонсон. "Че замолчал? Я тут к себе друзей не звал. Да и мы особо не общаемся. Можешь найти себе другое место для прогуливания." "Чтобы завтра утром тебя нашли с перерезанным горлом, или воткнутым в грудь ножом? Ну уж нет, я конечно говнюк и все такое, но даже для меня это слишком. И вообще, чего такой агрессивный? С твоей Эшли я что-то не наблюдал такого поведения.""Ты меня сталкеришь? Какого хрена ты знаешь о моих взаимоотношениях с Эшли, нашел меня тут на крыше в самый «подходящий» момент? Может потому, что мы с ней друзья, и она чудесная девушка, а ты банальный задира, который издевается над слабыми? Я таких презираю, Ларри. Тем более, я сейчас совсем не в настроении беседовать с кем-либо. Я сюда не разговоры вести пришел." Ошеломленный такой речью, Джонсон замолчал, просто присев рядом и свесив ноги. "Ты не против?"-кивок Сала дал понять, что парень не выгоняет его. Прошло пару минут, проведенных в тишине. "Прости, я действительно был очень приставучим. У тебя наверняка были причины, чтобы прийти сюда и этим заниматься, чувак. Если надо, я уйду." "Все хорошо. Я сам был слишком агрессивен, поэтому мы квиты. Я тебя не гоню, да и ты наверняка сюда пришел, чтобы посидеть, а не за мной следить. Уже 15:32, холодает, а школа закончится через полчаса. Так что, я пойду через минут пятнадцать, поем только. Я, на самом деле, не завтракал даже, ахахах." "А че ты так?" "Это причастно к тому, почему я здесь. Я не готов еще об этом говорить." "Ладно, окей. На, у меня термос с горячей водой с собой, залей свой дошик." "У тебя продуктовый магазин в рюкзаке? Но в любом случае, спасибо." После того, как Салли поел, уже пробило 16:00. "Ладно, до встречи. Ты оказался не таким дерьмом, как я ожидал"-впервые за день Сал улыбнулся. Но Ларри не мог не заметить его грустный взгляд. Да и что-то с лицом Фишера явно поменялось: конечно, оно и так было все в ранах и шрамах, но сейчас они выглядели так, будто кровоточили лишь пару часов назад. Может, это и послужило причиной голубоволосому уйти из дома? "Чего уставился, неужели настолько заметно, что с моим лицом что-то не так?" "Не хочу тебя расстраивать, но тут даже слепой заменит, что некоторые твои раны совершенно новые. Не хочу влезать в твою личную жизнь, но с тобой точно все ок?" "Да-да, не беспокойся, нянька блин. Все, давай до скорого!)" Продолжая улыбаться, Сал схватил скейт, накинул на плечо портфель, натянул протез и не торопясь направился к лифту. Ларри же остался на краю крыши в одиночестве. Они что, просидели на этой крыше почти час вдвоем? Время пролетело незаметно, а сам Джонсон почувствовал радость, общаясь с этим человеком. Странно, ведь буквально неделю назад они были врагами. Все изменилось после той самой пятницы, когда Сал, благодаря спору, пришел в школу без протеза. И, откровенно говоря, не жалеет сейчас об этом. Может, у Сала теперь будет целых два друга? Было бы неплохо. Может, Торонто не такие гнилое место, как изначально казалось Ларри, да и самому Салу? Много вопросов. Мало ответов. Но всё, что интересует Ларри в этом голубоволосом парне, он обязательно узнает у него самого. Такого кайфа от общения Джонсон давно не получал, а тот, который он испытал на крыше, хотелось повторить. Именно поэтому Ларри будет пробовать подружиться с Салли. И кто знает, может быть даже патлатому удасться стать лучшим другом для протезника?).