Неожиданная находка

POV Зуров Беседа протекала более чем спокойно, но я всё равно чувствовал себя виноватым за фокус с пулями.       — А ты, что, влюбился? В Амалию? — спросил я, слушая бормотание Эраста, одновременно с этим поражаясь, почему я не узнал его сразу, ведь хорошо запомнил его наряд на вечеринке.       — Да, влюбился, — ответил он. — Даже больше, чем нужно. Само по себе моё сердце замерло, а руки задрожали. «Нет, только не он. А казался таким разумным. Но почему мне так обидно? Неужели понравился? Да не может быть! Мне же никогда не…» Мои метания прервал неожиданный вопрос.       — А Вы тоже любите её?       — Кого? Амалию? Нет, это чувство не любовь. Скорее обожание, преклонение. «Но сейчас это уже проходит» — продолжил мысленно я, усмехнувшись. Эраст задумался над моими словами и, кивнув чему-то своему, быстро начал говорить:       — Вы же знаете Ульянова? Можете меня в его арт — группировку представить? Чтобы уже завтра я был там?       — Конечно могу. Свяжусь с ним сразу же, — ответил я, недоумевая зачем ему это нужно и чувствуя себя преданным. Поэтому я не мог остановить мой вопрос. — Вы только за этим пришли сюда? Чтобы связаться через меня с Ульяновым? Эраст резко вскинул голову и удивлённо посмотрел на меня. Что-то наподобие заинтересованности промелькнуло в его глазах.       — Если честно, то да. На удивление для себя, я почувствовал, как мои глаза подозрительно защипало. Я не успел придумать какой-либо вразумительный ответ, как он продолжил:       — Но это было только сначала. Потом я увидел Вас. Вы интересный человек, Ипполит Александрович. Очень интересный. Его голос приобрёл какую-то незнакомую для меня окраску, которая заставила меня смутиться. Я почувствовал, как краснеют мои щёки. Я хотел было отшутиться, но тут он резко поднялся с места.       — Мне пора. Было приятно с Вами познакомиться, Ипполит Александрович, — сказал Эраст с улыбкой. Я, пытаясь снова не чувствовать себя преданным, встал и подал руку, но он покачал головой и медленно, как будто пытаясь не спугнуть, поднёс ладонь к моей щеке. Мурашки побежали по спине, и я замер, глядя в его бездонные глаза.       — Могу я.? — спросил он хриплым голосом. Моё вдруг резко пересохшее горло отказывалось работать, и мне оставалось только кивнуть и закрыть глаза.