Little Oasis

ㅤ

Эндрю Джозеф Миньярд Доу

Кэсс не разрешили находиться в комнате, и, возможно, это было к лучшему– было удивительно, что разрешили ему, и еще более удивительно, что Би тоже. Пришел офицер Хиггинс, он, вероятно, был первым офицером, прибывшим на место происшествия, как только услышал, что звонок был из дома Спиров. Эндрю чувствовал себя оцепенело, пока сидел рядом с кроватью Нила. Загорелая кожа мальчика была почти такой же бледной, как у него самого, пока он отсыпался– в то время как Эндрю наблюдал за ним, чувствуя, что все это не было реальным. Было слишком много 'если', на которых он мог бы остановиться, но он этого не сделал, потому что ничего из этого не произошло. Он не остался с Аароном подольше, он не оставил Нила одного, Нил не убежал, как он, вероятно, должен был, Дрейк не– но он сделал. Он не– он не– но он все еще- Желчь подступила к его горлу, и он едва сдержал ее, помня о женщине в комнате. Он вздохнул. Его разум был в беспорядке, но его тело чувствовало холод– онемение. Он стоял неподвижно, наблюдая, как спал зайчик. Сотрясение мозга. Это было то, что было у Нила, это было то, что доктор сказал им после того, как Дрейк все объяснил. Эндрю знал об этом до того, как они сказали ему, из-за того, как сильно голова Нила кровоточила, и из-за крови, которая запачкала простыни и его одежду. Он не был уверен, что заставило Дрейка признаться в его попытке– не был уверен, почему он все рассказал им, но он это сделал. Он рассказал им о том, как он нес Нила наверх, как он запер дверь, как боролся мальчик. Он рассказал им о том, сколько раз он ударил Нила в лицо или любое место на его теле, пытаясь щекотать его, чтобы связать. Рассказал им, как он сдался через некоторое время, и просто стал более агрессивным. Рассказал им о том, как он разбил голову о край тумбочки, чтобы наконец заставить его оставаться на месте и сколько раз он ударил его, и– Он сделал шаткий глубокий вдох. Было безрассудно делать такую вещь. Кэсс была наивной, да, она была хороша до безобразия и слишком сильно верила в других– но она не была полностью слепа. Она бы увидела синяки, Нил был бы более пугливым, и что бы тогда сказал Дрейк? Что Нил скатился с кровати и сначала ударился головой о тумбу у кровати, а затем о пол? Это не сработало бы. Никто бы просто не получил таких синяков после того, как ударился где-то или упал на что-то– фиолетовые и красные синяки, которые заполонили лицо мальчика, желтые, которые украсил его шею и ноги. Люди не просто получали такие синяки. Он глубоко вздохнул. Сломленное 'как ты мог?' Кэсс проигрывалось в его голове, как мантра, ее глаза, наполненные слезами, и разочарование, которое держалось в них, когда она стукнула головой Дрейка по полу. ' Как ты мог? ' — Эй, Эндрю? — он посмотрел на Би и увидел, как она поставила кружку с горячим шоколадом на его тумбочку. Мягкая-но-грустная улыбка играла на ее губах, пока она сидела на своем стуле. Пчелка была настоящим чудом, кем-то, кто не подходил ни под одно из уравнений, кем-то, кто не вписывался ни в одну из категорий. Прямо как и зайчик. — Доктор сказал, что он не проснется еще пару часов– или дней. Ты можешь немного отдохнуть, если хочешь. — Он не спал большинство ночей, пока спал я, — в ответ сказал Эндрю, как будто это все объяснило– и, возможно, это так, потому что она не продолжила дальше, а вместо этого достала книгу, сев на другое кресло через всю комнату. Она снова посмотрела вверх, с грустной, но мягкой улыбкой, прежде чем перевернуть первую страницу и начать читать вслух. Ее голос был тихим и устойчивым, и Эндрю не остановил ее, притягивая ноги к груди, пока он продолжал смотреть, слушая женщину. Он читал эту историю раньше, одна из книг Агаты Кристи. Но он не сказал ей об этом и просто слушал слова, срывавшиеся с губ Би вместе с дыханием Нила на заднем плане. Его взгляд, однако, никогда не отрывался от фигуры Нила. Он посмотрел на спящего мальчика, рассматривая каждый синяк, каждое фиолетовое и черное пятно и бинты, которые покрывали больше половины его тела– зная, что он никогда по-настоящему не сможет выбросить эти образы из головы. Зная, что это будет добавлено в список многих травм Нила. Кто кого защищал, подумал он. Это он защищал Нила или зайчик защищал его? Казалось, что это он был тем, кто пообещал остаться; в то время как младший мальчик пообещал защитить его– потому что именно это и произошло. Ему нужно снова напомнить зайчику о их сделке, когда он проснется. Он не думал, что сможет принять это, если такая вещь снова произойдет. Три часа спустя после того, как Би закончила читать половину своей книги, другая женщина вошла в комнату, ее волосы были темно-коричневыми, намного темнее, чем волосы пчелки, и длиннее. Она также была выше Би, это означало, что она была намного выше, чем Эндрю– что было не самой приятной мыслью. Сначала она обняла Би, а затем подошла к нему, опустилась на колени и протянула ему руку. Он не пожал ее, задаваясь вопросом, как она отреагирует. Но она просто улыбнулась, прежде чем вернуться туда, где была Би. Он слушал их, пока они тихо говорили обо всем– об их работе сейчас и о работе где-то еще. Имя Дэвида упоминалось не раз. Через час или около того, что она оставалась с ними, она ушла, чтобы перекусить, в то время как Би попросила уделить ей минутку времени, и они вышли из комнаты. Эндрю попросил оставить дверь открытой, просто чтобы убедиться, что ничего не случилось с рыжеволосым мальчиком с полумесяцами на лице. — Эндрю, я знаю, что эти пару часов были безумными, но есть кое-что, о чем я собиралась тебя спросить. Он отвел взгляд от Нила и повернулся к Би, рассматривая ее мягкую улыбку и то, как ее руки были сложены перед ней, побелевшие от того, как сильно она их сжимала. — Служба защиты детей хочет отправить вас двоих обратно в приют и послать кого-то еще, чтобы он остался рядом с Нилом. Его глаза стали большими, как блюдца. — Я не оставлю его. — Я знаю, что не оставишь, — то, как она это сказала, помогло ему немного расслабиться– до того, как он нахмурился. — Тогда зачем, — он замолчал, пока она ждала, когда он закончит то, что говорил. Ее терпение было больше, чем он заслуживал, гораздо больше, чем он мог когда-либо заслужить — Зачем ты мне это говоришь? Имею ли я вообще право голоса в этом? — Ты действительно имеешь право голоса во всем– по крайней мере, ты должен. Но это не та причина, по которой я говорю тебе это, — она глубоко вздохнула. — Я могу помочь вам двоим, ну, я и моя подруга Эбби можем помочь вам. 'Помочь'. Ничего хорошего не выходило, когда взрослые использовали такие слова. — Мы можем воспитывать вас обоих до суда, если вы хотите, и таким образом, вы двое не будете разлучены. К тому же мы можем сразу же уехать к Эбби. Она медсестра, поэтому ей разрешено ухаживать за Нилом у себя дома. — Я не оставлю его, — он повторил свои слова снова, и женщина кивнула. — Я знаю, именно поэтому я сказала 'мы', когда говорила это. Все это время мы будем жить в ее гостевой комнате. — Какое вам двоим дело? — Хмм, мы проведем время с двумя удивительными мальчиками. Пчелка была странной, слишком странной. Было два варианта, оба с разными опасностями и возможностями. Первый, его заберут обратно в приют. Он будет находиться там до тех пор, пока его не отправят в другую приемную семью, и он понятия не будет иметь, увидит ли он Нила когда-нибудь снова. Он не сможет защитить его и не будет там рядом с ним. — Разве мы не можем вернуться к Кэсс? — спросил он и увидел, как улыбка сползла с ее лица. — Я боюсь, что это будет невозможно после того, как ее сын признался в том, что случилось с Нилом– если бы мы надавили, только ты мог бы вернуться. Он нахмурился. — Я? — Человек признался во всем, что произошло сегодня, — она больше ничего не сказала, но он услышал то, что она имела в виду. 'Он признался не во всем. Только в том, что произошло сегодня.' Не было двух вариантов, только один. — Могу я остаться с ним в одной комнате? — спросил он и увидел, как она улыбнулась. — Конечно. — Мы можем уехать прямо сейчас? Она встала, больше не стоя перед ним на коленях. — Мне нужно будет найти врача и позвонить Эбби– ты можешь присоединиться ко мне, если хочешь. Но у меня такое чувство, что ты предпочел бы остаться с Нилом. Он ничего не сказал и вошел внутрь, когда она уходила. Эндрю закрыл за ней дверь и подошел к краю кровати Нила, вздохнув. — На что бы я ни пошел ради тебя– тебе лучше поскорее проснуться, зайчик, — пробормотал он, в то время как упомянутый зайчик держал глаза закрытыми. Он посмотрел на спящего мальчика, рассматривая каждый синяк, каждое фиолетовое и черное пятно и бинты, которые покрывали больше половины его тела– зная, что он никогда по-настоящему не сможет выбросить эти образы из головы. Эндрю просто надеялся, что поступил правильно– надеялся, что выбрал правильный вариант. ㅤ