Коллекционеры

***

      Когда в дверях элитарного клуба Сеула показались четверо красивых, дорого одетых омег среднего возраста, персонал пришёл в бурное оживление. Нечасто главы крупных холдингов, венчурных и хедж-фондов посещали этот клуб, а ещё реже встречались здесь вчетвером.       Метрдотель лично проводил гостей в заранее забронированную для них вип-зону и с глубоким поклоном вручил меню в кожаном переплёте. Официанты с широкими улыбками стояли недалеко от бара в надежде, что именно их пригласят обслуживать этих гостей, бармены выстроились у стойки и выпрямили спины. Всем хотелось, так или иначе, привлечь к себе внимание. — Принесите мне минеральную воду Файн и бутылку Пино-нуар Жевре Шамбертен шестнадцатого года. Охладите до двенадцати. Бокал зальто. — Мне тоже Файн и двенадцатилетний Ямазаки. — Изволите бутылку? — Нет, давайте тумблерами. — Разумеется, господин. — Я буду то же, что господин Пак. — Мне несите Маргариту на Казкабеле, пока я не скажу хватит. — Как прикажете, господа, — метрдотель поклонился. — Приятного вечера в нашем клубе!       Метрдотель отошёл и щелкнул пальцами в сторону официантов, указывая им на места почётных гостей. Когда стол был накрыт, а напитки поданы, омеги подняли свои бокалы и выпили за встречу. — Отпад! — прикрыл глаза довольный Чимин. — Ну что, господа, какой улов на прошедшей неделе? — Ямазаки! — Тэхён постучал ногтями по своему бокалу и вальяжно откинулся на спинку дивана. — И по какому-то удивительному совпадению в Японии! — Оу, не слышал, что ты летал в Японию! — удивился Хосок. — Новые инвесторы? — Да, было несколько интересных встреч. Что у тебя, Джин-хён? — Да Хун Пао. Весьма недурён. Я остался доволен. — Китайского разлива? — поиграл бровями Чимин. — Нет, наш, сеульский, — улыбнулся Джин. — А тебе есть чем похвастать, Чимин-а? — Бургундский Пино-нуар. О, это было классно! Сперва, правда, даже пришлось втащить какому-то левому омеге, чтобы отбить столь ценный экземпляр для моей коллекции. — Чимин, ну ты как всегда… — покачал головой Тэхён. — Не, ну а чего он? Я сказал «это моё», он начал спорить… Что мне оставалось? Пробил с левой, чтобы отдохнул, — пожал плечами Чимин. — Я сочувствую твоим пиарщикам, Чимин-а, — хмыкнул Хосок. — С твоим взрывным характером они без дела точно не останутся. — Вот вообще похер как-то. Это их работа, — отмахнулся Чимин. — Чимин-а, ты такой гопник, я не устаю удивляться, — закатил глаза Сокджин. — Ну не все же родились чеболями с серебряной ложкой в жопе, да, Джин-хён? — подмигнул Чимин. — Кому-то пришлось прогрызать себе путь наверх зубами. — По пути можно было и набраться манер… — Умею я и с манерами прекрасно, но с вами-то могу оставаться самим собой, без всего этого напускного? — Чимин послал воздушный поцелуй Сокджину. — Хосок-хён, ты пополнил свой список? — О да! Бурбон-Манхэттен. Правда, с коктейльной вишней, а не с мараскино. — Это чертовски обидно! — скривился Тэхён. — Терпеть не могу вишню для коктейлей.

***

— Ёсан, иди к четвёртому випу, ты сегодня их обслуживаешь, — Юнги кивнул в сторону вип-зоны, продолжая натирать хрусталь. — Давай резче, они уже наверняка заждались. — Юнги-хён, поставь кого-нибудь другого, — заныл молоденький альфа. — Я их боюсь… Когда такие взрослые омеги собираются компанией, они становятся неадекватными! — Ёсан-а, не глупи. Посмотри на них, на их одежду, часы… Они очень богаты и наверняка оставят щедрые чаевые, — нахмурился Юнги. — Просто веди себя скромно и доброжелательно. — А что, если приставать будут? — упорствовал Ёсан. — Выпившие омеги они такие… — Да нужен ты им! Ну, даже если ущипнут за жопу, с тебя не убудет. Давай, ноги в руки и вали. Ёсан нехотя поплёлся к четвёртому випу. Уже на подходе альфы к столику, Джин потянул носом и прошептал: — О, это по мою душу! — Добрый вечер, господа, сегодня я буду вас обслуживать, меня зовут Ёсан, чем могу вам быть полезен? — быстро проговорил заученную фразу официант. — Ёсан-и! Подойди ко мне, маленький альфа, — промурлыкал Сокджин, а остальные омеги понимающе улыбнулись. — Чаинка моя, ты же пахнешь дарджилингом? — Да, господин, мой запах чай дарджилинг, — поклонился Сокджину Ёсан. — Это чудесно! Сядь ко мне на коленочки, чаинка, я хочу тебя понюхать ближе! — Сокджин притянул альфу к себе и с силой усадил на колени. Он уткнулся Ёсану в шею и лизнул место запаховой железы. — Не бойся меня, чаинка, я не сделаю тебе ничего плохого. Я просто с тобой поиграю, хорошо? — Но, господин, я должен выполнять свою работу! — лепетал Ёсан. — Отпустите меня, пожалуйста! — Посиди со мной, детка, а я тебе расскажу, в какие игры играют взрослые, хочешь? — Сокджин удерживал альфу за талию и уже вовсю обнюхивал его тоненькую шейку. — Тебе же есть девятнадцать, чаинка? — Да, господин… — Вот и чудесно, не люблю незрелый чай… — Господи, да уйдите уже в комнаты! — фыркнул Чимин. — Не слишком ли длительные прелюдии? — Ты просто не умеешь растягивать удовольствие, Чимин-а — пробормотал Сокджин, вылизывая шею Ёсана. — Научись терпению. Во всём важна своя размеренность. Ёсан-а, тебе приятно? — Да, господин, мне хорошо! — тихонько проговорил разомлевший альфа.       Пока Сокджин был занят, остальные омеги обменивались новостями со сплетнями. Вдруг телефон Хосока завибрировал вызовом. — Слушаю. Да? О… Ладно, буду минут через тридцать, — взглянул на часы Хосок, сбросил звонок и обернулся к омегам. — Мне доложили, что в одном из баров засекли Отвёртку на Белуге! Я побегу, это чисто трофей. — Отвёртка? — Тэхён в неверии скривил губы. — Что в этом трофейного? — На водке Белуга? В нашем регионе? — фыркнул Хосок. — Да всё! — Променял бро на бухло! — заржал Чимин. — Давай, вали, мы тебе припомним! — Эй, Хосок, если там рядом с твоей Белугой будет Стандарт, сообщи! — Техён махнул Хосоку рукой и, получив в ответ утвердительный кивок, добавил: — Я в долгу не останусь! — And then there were three! — Чимин налил себе ещё один бокал вина. — Вздрогнем, мальчики!       У Тэхёна заканчивался очередной тумблер виски, и поскольку их официанта прочно оккупировал Сокджин, он махнул бармену. Чимин при появлении Юнги хищно оскалился. — Вдова Клико брют… Очень редкий запах… — протянул он. — У вас прекрасное обоняние, господин. Чем могу быть полезен? — Мне повторить, — Тэхён указал на свой бокал. — Слышь, малой, давай метнись мухой, а я тебя тут подожду, — поиграл бровями Чимин. — Будет исполнено, — Юнги поклонился и быстрым шагом пошёл к бару. — Надо же, какой послушный мальчик, — проводил его взглядом Чимин. — Я его забираю. — Чимин-и, ты его сейчас запугаешь, — улыбнулся другу Тэхён. — Сбежит от тебя, и плакала твоя коллекция. — Не мороси, Техён-а, — осклабился Чимин, — испуганные ровнее стоят и не кипишуют. — Ой, только давай без твоего жаргона со мной, хорошо? — поморщился Тэхён. — Тебе бы не вина коллекционировать, а сорта семок. — А чо, семки тема! Но, к несчастью, мне нравятся дорогие вина, — развёл руками Чимин. — Что же поделать?       Бармен довольно быстро вернулся к столику и поставил перед Тэхёном его виски. Чимин встал, подошёл к Юнги, схватил его за пряжку ремня и притянул к себе. — Ты же послушный мальчик? — томно прошептал ему в ухо Чимин. — Ты же хочешь, чтобы гостям вашего клуба было хорошо? — Да, господин… — Тогда пойдём со мной на второй этаж, сделаем друг другу приятно? М?       Юнги неуверенно кивнул и получил в ответ довольную улыбку омеги. Чимин сунул ему в нагрудный карман пару купюр и снова зашептал: — Обещаю, ты не пожалеешь, — Чимин подмигнул Тэхёну и, не выпуская из пальцев пряжку ремня Юнги, поволок его за собой в приватные комнаты.

***

      Оставшись в одиночестве, Тэхён лениво тянул свой виски и наблюдал за посетителями заведения. На диванах вип зон, заполненных солидными господами, он увидел несколько знакомых лиц. Омега скривился, Сеул — большая деревня. Диджей за пультом крутил винил и воодушевлённо тряс руками, танцпол пестрел светом ярких софитов, извивался разгорячёнными телами похотливых альф и доступных омег.       Тэхён заметил, как к его столику направлялся молодой альфа в униформе клуба. Он поставил перед омегой тумблер с напитком и поклонился. — Добрый вечер, господин Ким. — О! Джек Дениэлс! — Тэхён криво ухмыльнулся, взял в руку принесенный бокал и с удовольствием втянул запах дорогого купажа. — Я помню тебя. — Счастлив слышать, господин Ким. Надеюсь, вы хорошо проводите время в нашем клубе? Если позволите, я мог бы предложить вам свою компанию, чтобы сделать ваш вечер ещё лучше. — Джек, ты же знаешь условия. — Конечно, господин Ким, но если вдруг вы передумаете, я всегда к вашим услугам. — Буду иметь в виду, — кивнул Тэхён. — До встречи, господин Ким, — альфа поклонился и ушёл в сторону бара. Тэхён проводил стройную фигуру альфы взглядом и криво улыбнулся. Может быть пора поменять правила?

***

      Как только дверь за ними закрылась, отрезая собой оглушающий клубные звуки, Чимин припечатал альфу к стене и, приблизившись к его лицу, зашептал: — Два правила. Ты не дотрагиваешься до меня, и ты не двигаешь бедрами. Иначе я оторву тебе яйца. Понял?       Интонация в голосе и взгляд омеги были настолько красноречивы, что у Юнги не осталось сомнения, что тот способен исполнить угрозу. Юнги кивнул. — Вот и отлично. Расслабься и получай удовольствие.       Чимин опустился на колени пред Юнги, расстегнул его ремень, быстро разобрался с застёжкой брюк и одним рывком спустил их вместе с боксерами до колен. Уже стоящий член альфы призывно дёрнулся от проявления такой властности. Чимин в предвкушении облизнулся. Он так долго этого ждал.       Тремя пальцами он взял крупный венистый член альфы и выдохнул рядом с истекающей предсеменем головкой. Чимин закрыл глаза и втянул воздух. Первый нос. Свежий, хрустящий запах цитрусовых цукатов приятно оседал во рту, словно играя миллионами мелких пузырьков. Превосходно. Абсолютно точно коллекционный экземпляр. Чимин вновь выдохнул. Второй нос. Запах раскрывался неспешно, предоставляя возможность разложить себя на составляющие. Определенно фруктовый аромат… Что-то косточковое. Чимин вновь втянул воздух. Запах чистый, немного с ванилью. И что-то еще… такое слабо уловимое и очень знакомое. Хлебная корочка? Нет… Ах, вот оно… Это бриошь. Чимин открыл глаза, высунул язык, широко облизнул сочащуюся малиновую головку и посмаковал во рту первый вкус. — Ты обманул меня, мальчик, — Чимин открыл глаза и строго посмотрел на альфу. — Не просто брют, а экстра брют. — Простите, господин.       Юнги не мог отвести взгляд от роскошного омеги, стоящего на коленях перед ним. Он еле удерживал вырывающийся позорный скулёж, изнемогая от желания схватить за волосы этого омегу и спутать пальцами его идеальную прическу. Какое искушение скользнуть членом по влажному языку в этот горячий рот, смотреть, как эти невозможные пухлые губы будут растягиваться на нём, уткнуться головкой в самое горло и вбиваться, вбиваться, вбиваться в него, пока солёные слёзы не вымоют из голубых глаз весь холод. Но нельзя, нельзя, чёрт возьми. Юнги сжал кулаки до побелевших костяшек и утробно зарычал. — Тише, нетерпеливый мальчик.       Чимин облизнулся и, всё так же удерживая член альфы тремя пальцами, вобрал в рот головку. Он неспешно начал покачивать головой, не вбирая глубоко, практически дразнясь, наслаждаясь каждой каплей текущей из уретры смазкой. Не выпуская член изо рта, Чимин поднял глаза на альфу над собой. Красивый. На острых скулах алел румянец, чёрные брови нахмурены, челюсть плотно сжата, глаза полыхали сдерживаемой яростью и первобытным желанием. Такой злой и при этом такой нуждающийся. Чимину захотелось наплевать на свои принципы и сделать этому альфе так хорошо, как только мог. С вульгарным звуком Чимин выпустил член изо рта и, не прерывая зрительного контакта с альфой, широко облизнул свою ладонь.       Юнги не сдержал громкого стона, смотря на этого омегу. Всё, что тот делал с ним, было невероятно пошло, невероятно чувственно. Ни одно просмотренное порно, ни одна мокрая фантазия не возбуждала его так сильно, как этот омега у его ног. — Господин, позвольте мне коснуться вас, — выстонал Юнги.       Влажной от слюны ладонью Чимин крепко обхватил твёрдый член альфы, провёл по нему пару раз и острым языком ткнулся в отверстие уретры. — Позволяю.       Он взял в рот напряжённый член, с наслаждением ощутил его тяжесть на своём языке, плотно сомкнул губы и с упоением начал двигать головой, с каждым движением вбирая всё больше, позволяя продвигаться всё глубже.       Юнги полыхал внутри от бури эмоций и наслаждения. Дрожащими пальцами он провёл по скуле омеги, с небольшим нажимом очертил линию челюсти, прочувствовал свою головку через бархатную кожу щеки. Как восхитительно горячо и влажно ощущался член в этом грешном рту. Юнги, как и представлял в своей голове, провёл пальцами по этим пухлым красным губам, плотно обёрнутым вокруг его члена.       Продолжая быстро двигать головой, Чимин языком надавливал на упругие вены, втягивал щёки, наслаждался каждой минутой. Собственный член, уже давно твёрдый, упирался чувствительной головкой в шёлк белья. Чимин чувствовал, как из ануса толчками выходит смазка, распространяя по комнате прекрасный сливочный запах.       Юнги уловил этот сводящий с ума аромат омеги и не смог сдержать собственнический рык. Он схватил Чимина за волосы и крепко сжал на затылке. Ему стоило нечеловеческих усилий не начать двигать бёдрами навстречу такому умелому рту. Юнги почувствовал, как прохладная ладонь сжала его тяжёлые яйца, перебирала их, словно китайские шарики, оттягивала и снова сжимала. От всех этих невозможных ощущений волна приближающегося оргазма оглушительно понеслась по нервам альфы. Крепко удерживая голову омеги за волосы, он мощными струями изливался ему в рот.       Чимин наконец-то в полной мере ощутил этот желанный винтаж, жадно глотая вязкую сперму со вкусом любимого шампанского Вдова Клико экстра брют. Определенно коллекционный экземпляр.

***

— Зря только время потерял, — Сокджин грациозно опустился на кожаный диван рядом с Тэхёном. — Вообрази, третий сбор! Это уровень массмаркета. — Как ты сразу-то не почувствовал? — удивился Тэхён. — Думаю, меня сбили запахи кухни, — Джин недовольно поджал губы. — Я ищу весенний дарджилинг уже столько времени! — На то он и элитный, что редкий, — Тэхён утешающе похлопал друга по плечу. — Не огорчайся, вот, выпей вина, закажи себе что-нибудь поесть. Позови другого официанта. — Не хочу, — отмахнулся Сокджин. — Сейчас дождёмся Чимина и поедем ко мне, меня уже утомил весь этот местный шум-блеск. Больше не пойдём в этот клуб. — Согласен. Мне рассказали, что на днях откроется новый ресторан, спокойное и атмосферное место. Джаз, европейская кухня… Может соберемся там на следующей неделе? — Можно, — согласился Сокджин.       Чимин вернулся за стол растрёпанным и раскрасневшимся. Он плюхнулся на диван, молча налил себе вина и залпом выпил весь бокал. Брови Тэхёна поползли вверх. — Чимин-а? Всё в порядке? Ты чего такой озадаченный? — Да пиздец, граждане, — Чимин резко поставил бокал на стол. — Манал я эту коллекцию. — Да что случилось? — Сокджин встревоженно смотрел на друга. — У меня встал, пока я отсасывал, еще и протёк… — Чимин нервно зачесал волосы назад. — И блять, не на вкус, а на самого альфу! Пришлось дрочить. — Ого! — ухмыльнулся Тэхён. — Давно тебя так не накрывало. Ну, а что же ты тогда не оседлал его, раз так понравился? — Вот еще! Я даже имени его не знаю. Отсос не повод для знакомства, — хмыкнул Чимин. — Давайте свалим уже? Хочу в душ и напиться в хламину. И острых крылышек. — Поддерживаю. Сегодня не мой день, так что набраться в вашей компании это единственный шанс спасти этот вечер, — Сокджин кинул на стол несколько крупных купюр. — Идём?       Омеги поднялись с диванов и направились к выходу из клуба, провожаемые жгучими взглядами трёх пар глаз.

***

      Поздней ночью, уже после закрытия клуба, Ёсан и Юнги сидели за стойкой бара и с грустными лицами пили горький кофе. К стойке подошёл старший администратор, в полной тишине приготовил себе эспрессо и сел на соседний с Юнги высокий стул. — Что такие лица недовольные? — Чонгук хлопнул Юнги по плечу. — Что не так в нашем царстве? — Сегодня произошло нечто… странное, что ли, — Юнги пожал плечами и как-то нервно хохотнул. — Наши випы… с четвёртого столика… они вроде как нас с Ёсаном купили? — Понимаю, — Чонгук покрутил в руках чашку. — И чем вы недовольны? — Ну, меня использовали… — Юнги швырнул на стойку несколько купюр. — Я полагаю, что ты получил от господина Пака минет? — Чонгук, усмехаясь, смотрел на Юнги. — И как тебе? — Думаю, это останется самым ярким воспоминанием в моей жизни, — вздохнул Юнги. — О, четыреста баксов, — удивился Чонгук, — видимо, ты действительно хорош! Ну тогда, — Чонгук придвинул купюры ближе к Юнги, — купи себе что-нибудь на память об этом незабываемом вечере. А ты чем недоволен, Ёсан? Тебе не понравился господин Ким? — Господин Ким сказал, что дарджилинг третьего сбора его не интересует, — тихо проговорил Ёсан, опустив голову. — Он дал мне сто баксов, сказал «за беспокойство». Кто они вообще такие? — О, мои дорогие донсены, вам повезло нарваться на Коллекционеров. Этих четырёх омег ненавидят все альфы и все альфы мечтают оказаться в их коллекции. — Что за коллекционеры? — Господин Чон Хосок коллекционирует альф с запахом алкогольных коктейлей, господин Ким Сокджин — элитных сортов чая, господин Пак Чимин — дорогие вина, а господин Ким Тэхён — крепкий алкоголь. У них есть определённые правила сбора коллекции, в частности, всё ограничивается только одним разом. Так что, Юнги-я, как бы ты не хотел это повторить, этого не произойдёт. — А откуда ты так много об этом знаешь, сонбэ-ним? Чонгук поставил локоть на стойку и указал на свой широкий серебряный браслет: — Потому что я — Джек Дениэлс.

***