спящая красавица и прекрасная принцесса

      Жили на белом свете король с королевой. Детей у них не было, и это их так огорчало, так огорчало, что и сказать нельзя.       И вот, наконец, когда они совсем потеряли надежду, у королевы родилась дочка. Девочка родилась крупненькой, с голубыми глазками, которые к году её жизни стали карими, точно шоколад, со светлыми волосами и улыбкой, как у настоящих принцесс, такой же сказочной и доброй. И назвали маленькую принцессу Кирой.       Можете себе представить, какой праздник устроили по случаю её рождения, какое множество гостей пригласили во дворец, какие подарки приготовили!..       Но самые почётные места за королевским столом были оставлены для фей, которые в те времена ещё жили кое-где на белом свете. Все знали, что эти добрые волшебницы, стоит им только захотеть, могут одарить новорождённую такими драгоценными сокровищами, каких не купишь за все богатства мира. А так как фей было семь, то маленькая принцесса должна была получить от них не меньше семи чудесных даров.       Перед феями поставили великолепные обеденные приборы: тарелки из лучшего фарфора, хрустальные кубки и по ящичку из литого золота. В каждом ящичке лежали ложка, вилка и ножик, тоже из чистого золота и притом самой тонкой работы.       И вдруг, когда гости уселись за стол, дверь отворилась, и вошла ещё одна фея — восьмая по счету, — которую забыли позвать на праздник. Она была высокая, с собранными в длинные косы светлыми волосами. На ней была черная длинная мантия, а на плече сидел ворон.       — Фея Идея прибыла! — Сообщает паж, залегающий следом, а Идея осматривает каждого в зале, кто забыл о ней.       А забыли её позвать потому, что уже более пятидесяти лет она не выходила из своей башни, и все думали, что она умерла.       Король сейчас же приказал подать ей прибор. Не прошло и минуты, как слуги поставили перед феей Идеей тарелки из самого тонкого расписного фарфора и хрустальный кубок.       Но золотого ящичка с ложкой, вилкой и ножиком на её долю не хватило. Этих ящичков было приготовлено всего семь — по одному для каждой из семи приглашённых фей. Вместо золотых вечно молодой фее подали обыкновенную ложку, обыкновенную вилку и обыкновенный ножик.       Восьмая фея, разумеется, очень обиделась. Она подумала, что король с королевой — невежливые люди и встречают её не так почтительно, как следовало бы. Отодвинув от себя тарелку и кубок, она пробормотала сквозь зубы какую-то угрозу.       К счастью, юная фея Лера, которая сидела рядом с ней, вовремя услышала её бормотание. Опасаясь, как бы Идея не вздумала наделить маленькую принцессу Киру чем-нибудь очень неприятным — например, длинным носом или длинным языком, — она, чуть только гости встали из-за стола, пробралась в детскую и спряталась там за пологом кроватки. Валерия знала, что в споре обычно побеждает тот, за кем остаётся последнее слово, и хотела, чтоб ее пожелание было последним.       И вот наступила самая торжественная минута праздника:       Феи вошли в детскую и одна за другой стали преподносить новорожденной дары, которые они для неё припасли.       Одна из фей пожелала, чтобы принцесса была прекраснее всех на свете. Другая наградила ее нежным и добрым сердцем. Третья сказала, что она будет расти и цвести всем на радость. Четвёртая обещала, что принцесса научится превосходно танцевать, пятая — что она будет петь, как соловей, а шестая — что она будет играть одинаково искусно на всех музыкальных инструментах.       Наконец, очередь дошла до восьмой феи. Идея наклонилась над кроваткой и, тряся головой от досады, сказала, что принцесса уколет себе руку веретеном и от этого умрёт.       Все так и вздрогнули, узнав, какой страшный подарок приготовила для маленькой принцессы Киры злая колдунья. Никто не мог удержаться от слёз.       И вот тут-то из-за полога появилась юная фея Лера и громко сказала:       — Не плачьте, король и королева! Ваша дочь останется жива. Правда, я не так сильна, чтобы сказанное слово сделать несказанным. Принцесса должна будет, как это ни грустно, уколоть себе руку веретеном, но от этого она не умрёт, а только заснёт глубоким сном и будет спать целых сто лет, до тех пор, пока её не разбудит прекрасный принц.       Это обещание немного успокоило короля с королевой.       И всё же король решил попытаться уберечь Киру от несчастья, которое предсказала ей злая фея Идея. Для этого он под страхом смертной казни запретил всем своим подданным прясть пряжу и хранить у себя в доме веретёна и прялки.       Прошло пятнадцать или шестнадцать лет. Кира выросла красивой девушкой, со светлыми длинными волосами. Девочка выросла очень доброй, на всех смотрела своими карими большими глазами с теплотой. Как-то раз король с королевой и дочерью отправились в один из своих загородных дворцов.       Принцессе захотелось осмотреть древний замок. Бегая из комнаты в комнату, она, наконец, добралась до самого верха дворцовой башни.       Там, в тесной каморке под крышей, сидела за прялкой какая-то старушка и преспокойно пряла пряжу. Как это ни странно, она ни от кого ни слова не слыхала о королевском запрете.       — Что это вы делаете, тётушка? — спросила Кира, которая в жизни не видывала прялки, даже в многочисленных книжках библиотеки замка.       — Пряду пряжу, дитя мое, — ответила старушка, даже не догадываясь о том, что говорит с принцессой.       — Ах, это очень красиво! — сказала Кира. — Дайте я попробую, выйдет ли у меня так же хорошо, как у вас.       Она быстро схватила веретено и едва успела прикоснуться к нему, как предсказание злой феи исполнилось, принцесса уколола палец и упала замертво.       Перепуганная старушка принялась звать на помощь. Люди сбежались со всех сторон.       Чего только они не делали: брызгали принцессе в лицо водой, хлопали ладонями по её ладоням, терли виски душистым уксусом, — всё было напрасно. Кира даже не пошевельнулась.       Побежали за королем. Он поднялся в башню, поглядел на дочку и сразу понял, что несчастье, которого они с королевой так опасались, не миновало их.       Утирая слёзы, приказал он перенести принцессу в самую красивую залу дворца и уложить там на постель, украшенную серебряным и золотым шитьём.       Трудно описать словами, как хороша была спящая принцесса. Она нисколько не побледнела. Щёки у неё оставались розовыми, а губы красными, точно кораллы.       Правда, глаза у неё были плотно закрыты, но слышно было, что она тихонько дышит. Стало быть, это и в самом деле был сон, а не смерть.       Король приказал не тревожить принцессу до тех пор, пока не наступит час её пробуждения.       А добрая фея Лера, которая спасла его дочь от смерти, пожелав ей столетнего сна, была в то время очень далеко, за двенадцать тысяч миль от замка. Но она сразу же узнала об этом несчастье от маленького карлика-скорохода, у которого были семимильные сапоги.       Фея сейчас же пустилась в путь. Не прошло и часу, как её огненная колесница, запряжённая драконами, уже появилась, возле королевского дворца. Король подал ей руку и помог сойти с колесницы.       Лера, как могла, постаралась утешить короля и королеву. Но, утешая их, она в то же время думала о том, как грустно будет принцессе, когда через сто лет бедняжка проснётся в этом старом замке и не увидит возле себя ни одного знакомого лица.       Чтобы этого не случилось, фея сделала вот что.       Своей волшебной палочкой она прикоснулась ко всем, кто был во дворце, кроме короля и королевы. А были там придворные дамы и кавалеры, гувернантки, горничные, дворецкие, повара, поварята, скороходы, солдаты дворцовой стражи, привратники, пажи и лакеи.       Дотронулась она своей палочкой и до лошадей на королевской конюшне, и до конюхов, которые расчёсывали лошадям хвосты. Дотронулась до больших дворовых псов и до маленькой кудрявой собачки по прозвищу Пчёлка, которая лежала у ног спящей принцессы.       И сейчас же все, кого коснулась волшебная палочка феи, заснули. Заснули ровно на сто лет, чтобы проснуться вместе со своей хозяйкой и служить ей, как служили прежде. Заснули даже куропатки и фазаны, которые поджаривались на огне. Заснул вертел, на котором они вертелись. Заснул огонь, который их поджаривал.       И всё это случилось в одно-единое мгновение. Феи знают своё дело: взмах палочки — и готово!       Не заснули только король с королевой. Лера нарочно не коснулась их своей волшебной палочкой, потому что у них были дела, которые нельзя отложить на сто лет.       Утирая слёзы, они поцеловали свою спящую дочку, простились с ней и тихо вышли из залы.       Возвратившись к себе в столицу, они издали указ о том, чтобы никто не смел приближаться к заколдованному замку.       Впрочем, и без того к воротам замка невозможно было подойти. В какие-нибудь четверть часа вокруг его ограды выросло столько деревьев, больших и маленьких, столько колючего кустарника — терновника, шиповника, остролиста, — и всё это так тесно переплелось ветвями, что никто не мог бы пробраться сквозь такую чащу.       И только издали, да ещё с горы, можно было увидеть верхушки старого замка.       Всё это фея сделала для того, чтобы ни человек, ни зверь не потревожили покоя спящей принцессы Киры.       Прошло сто лет. Много королей и королев сменилось за эти годы.       И вот в один прекрасный день дочь короля, который царствовал в то время, отправилась на охоту. Дочь его была крепка телом и крепка духом, держала крепко меч в руке, сидела на коне ровно, и стреляла из лука всегда в цель. Кристина все детство бегала с мальчишками и теперь выросла настоящим рыцарем, но с длинными русыми волосами и женскими формами, которые она не прятала под пышными юбками, как многие другие принцессы.       Вдалеке, над густым дремучим лесом, она увидела башни какого-то замка.       — Чей это замок? Кто в нём живёт? — спрашивала она у всех прохожих, попадавшихся ей по дороге.       Но никто не мог ответить толком. Каждый повторял только то, что сам слышал от других. Один говорил, что это старые развалины, в которых поселились блуждающие огоньки. Другой уверял, что там водятся драконы и ядовитые змеи. Но большинство сходилось на том, что старый замок принадлежит свирепому великану-людоеду.       Принцесса не знала, кому и верить. Но тут к ней подошёл старый крестьянин и сказал, кланяясь:       — Добрая принцесса, полвека тому назад, когда я был так же молод, как вы сейчас, я слыхал от моего отца, что в этом замке спит непробудным сном прекрасная принцесса и что спать она будет ещё полвека до тех пор, пока благородный и отважный юноша не придёт и не разбудит её.       Можете себе представить, что почувствовала принцесса, когда услышал эти слова!       Сердце у неё в груди так и загорелось. Она сразу решила, что не нужны принцессе никакие юноши, что ей и выпало на долю счастье пробудить ото сна прекрасную принцессу.       Недолго думая, Кристина дёрнула поводья и поскакала туда, где виднелись башни старого замка.       И вот перед ней заколдованный лес. Принцесса соскочила с коня, и сейчас же высокие толстые деревья, заросли колючего кустарника — всё расступилось, чтобы дать ей дорогу. Словно по длинной, прямой аллее, пошла она к воротам замка.       Кристина шёл один. Никому из его свиты не удалось догнать её: деревья, пропустив принцессу, сразу же сомкнулись за её спиной, а кусты опять переплелись ветвями. Это могло бы испугать кого угодно, но принцесса была молода и смела. К тому же ей так хотелось разбудить прекрасную принцессу, что она и думать забыл обо всякой опасности.       Ещё сотня шагов — и она очутилась на просторном дворе перед замком. Принцесса посмотрела направо, налево, и кровь похолодела у неё в жилах. Вокруг неё лежали, сидели, стояли, прислонившись к стене, какие-то люди в старинной одежде. Все они были неподвижны, как мёртвые.       Но, вглядевшись в красные, лоснящиеся лица привратников, Кристина поняла, что они вовсе не умерли, а просто спят. В руках у них были кубки, а в кубках ещё не высохло вино. Должно быть, сон застиг их в ту минуту, когда они собирались осушить чаши до дна.       Принцесса миновала большой двор, вымощенный мраморными плитами, поднялась по лестнице и вошла в первую комнату. Там, выстроившись в ряд и опершись на свои алебарды, храпели вовсю воины дворцовой стражи.       Она прошла целый ряд богато убранных покоев. В каждом из них вдоль стен и вокруг столов принцесса видела множество разодетых дам и нарядных кавалеров. Все они тоже крепко спали, кто стоя, кто сидя.       И вот перед ней, наконец, комната с золочёными стенами и золочёным потолком. Она вошла и остановилась.       На постели, полог которой был откинут, покоилась прекрасная юная принцесса лет пятнадцати-шестнадцати (если не считать того столетия, которое она проспала).       Кристина невольно закрыла глаза: красота её так сияла, что даже золото вокруг неё казалось тусклым и бледным, Она тихо приблизилась и опустилась перед ней на колени.       В это самое мгновение час, назначенный доброй феей пробил.       Принцесса проснулась, открыла глаза и взглянула на своего избавителя.       — Ах, это вы, принц? — сказала она. Но перед ней была девушка, улыбающаяся ей и сверкающая голубыми глазами.        — Принцесса, если быть точнее — Исправляет её девушка, беря за руку.       — Наконец-то! Долго же вы заставили ждать себя…       Не успела она договорить эти слова, как всё кругом пробудилось.       Первая подала голос маленькая собачка по прозвищу Пчёлка, которая лежала у ног принцессы. Она звонко затявкала, увидев незнакомого человека, и со двора ей ответили хриплым лаем сторожевые псы. Заржали в конюшне лошади, заворковали голуби под крышей.       Огонь в печи затрещал что было мочи, и фазаны, которых поварята не успели дожарить сто лет тому назад, зарумянились в одну минуту.       Слуги под присмотром дворецкого уже накрывали на стол в зеркальной столовой. А придворные дамы в ожидании завтрака поправляли растрепавшиеся за сто лет локоны и улыбались своим заспанным кавалерам.       В комнате дворцовой стражи воины снова занялись своим обычным делом — затопали каблуками и загремели оружием.       А привратники, сидевшие у входа во дворец, наконец осушили кубки и опять наполнили их добрым вином, которое за сто лет стало, конечно, старше и лучше.       Весь замок от флага на башне до винного погреба ожил и зашумел.       А принцесса и принцесса ничего не слышали. Они глядели друг на друга и не могли наглядеться. Кира позабыла, что ничего не ела уже целый век, да и Кристина не вспоминала о том, что у неё с утра не было во рту маковой росинки. Они разговаривали целых четыре часа и не успели сказать даже половины того, что хотели.       Но все остальные не были влюблены и поэтому умирали от голода.       Наконец старшая фрейлина, которой хотелось есть так же сильно, как и всем другим, не вытерпела и доложила принцессе, что завтрак подан.       Кристина подал руку своей невесте и повела её в столовую. Кира была великолепно одета и с удовольствием поглядывала на себя в зеркала, а влюблённая Кристина, разумеется, ни слова не сказала ей о том, что фасон её платья вышел из моды по крайней мере сто лет назад и что такие рукава и воротники не носят со времён её прапрабабушки.       Впрочем, и в старомодном платье она была лучше всех на свете.       Она с невестой уселись за стол. Самые знатные кавалеры подавали им различные кушанья старинной кухни. А скрипки и гобои играли для них прелестные, давно забытые песни прошлого века.       Придворный поэт тут же сочинил новую, хотя немного старомодную песенку о прекрасной принцессе, которая сто лет проспала в заколдованном лесу. Песня очень понравилась тем, кто её слышал, и с тех пор её стали петь все от мала до велика — от поварят до королей.       А кто не умел петь песни, тот рассказывал сказку. Сказка эта переходила из уст в уста и дошла, наконец, до нас с вами…

×××

      Настя оканчивает сказку и смотрит на девушек, на каждую по очереди.       — Ну и что за херня? С чего я злая фея?! — Бушует Идея, дуя губки и сжимая кулаки.       — Я вообще псина — Подаёт голос Геля, до этого красящая ноготки красным лаком — Лере вон повезло больше всех, фея добрая. Крутая роль.       — А мне кажется больше всех повезло Шуме с Кирой — Мишель приподнимается на локтях из объятий Лизы и кивает на кровать рядом — Вон, что в сказке спящая красавица и принцесса, что в жизни.       Кира тихо сопит куда-то в изгиб между шеей и плечом Кристины, а та гладит по платиновым волосам, вдыхая запах своей спящей красавицы.