Жду новой встречи

      Время пролетело настолько быстро, что холода сменились яркими солнечными днями, слякоть уже давно прошла и казалось, будто через пару дней уже наступит лето. Близятся экзамены, дни цветущей вишни и беззаботное время наступает так стремительно, что перемены в природе происходят буквально на глазах. Дни становятся заметно длиннее, количество пасмурных суток наконец уменьшается, а количество дней, проведённых Паком и Юнги вместе, наоборот - увеличивается. - Не хочешь снова сегодня прогуляться? - Юнги поправляет выбившуюся прядь волос Пака, заправляя то за его ухо, а сам умещается ближе на коридорной скамье, игнорируя чужие взгляды и насмешки.       Их взаимоотношения не остались в тайне и более того приняли более интересный характер от лиц учащихся универа, именуясь - отношениями, хотя некоторые прекрасно знали, что они просто очень хорошие друзья.       Блондин отрывается от книги и поворачивается в сторону старшего, мычанием переспрашивая заданный вопрос, но Мин лишь молчит, обводя взглядом расслабленные черты чужого лица. Он чувствует, что с ним Пак ощущает себя в полной безопасности и радуется, что тот может наконец-то вести себя непринуждённо, все ещё иногда смущаясь от лишних прикосновений и дурацких шуток, пытающихся незаметно узнать со стороны, существует ли у Чимина похититель его сердца.       Юнги лишь мотает головой с легкой улыбкой и заглядывает в книгу, когда и второй возвращается к ней, поджимая губы, а после расслабленно прикрывает глаза и старательно вдыхает аромат чужого парфюма, задерживая дыхание и стараясь глубоко в легких оставить сладковатый запах мускуса на подольше. Связь между парнями стала куда прочнее и настолько трепетнее, что оба начали находить друг в друге поддержку и опору. Обоим казалось, что они наконец обрели то самое счастье в лице друг друга и им вполне хватало статуса "друзья", а может этот статус обретёт и довесок "лучшие". - Сейчас начинается сезон цветения вишни, не хочешь сходить посмотреть? - Чимин задаёт вопрос, как он думает первый, перелистывая страницу книги и пытаюсь вникнуть в строки последующей главы.       Юнги лишь усмехается и, дождавшись, когда звонок прозвенит, оповещая учащихся о том, что пора бы занять места в аудитории, ведь пара началась, отвечает, откидываясь руками назад и запрокидывая голову расслабленно, всем видом показывая, что никуда он не собирается. И Пак тоже. За все время их общения из прилежного ученика юноша превратился в полнейшего бездельника, потому что повсюду таскался за Юнги и прогуливал уроки. Казалось, будто ещё чуть-чуть и он закурит. - Я сегодня свободен, - как бы невзначай, намекает старший, а Чимин лишь поворачивает голову, склоняя то ухом к коленям и расплывается в улыбке, а Мин ловит искру где-то глубоко в горле и проглатывает ту нервно, позволяя спуститься яркой вспышкой прямо в низ живота. - Тогда сегодня после пар я напишу тебе. Я пойду, Хен, а то и так много пропустил, - Пак поднимается с места и принимается быстро собирать вещи, после останавливаясь напротив темноволосого, чтобы бросить протараторенное "увидимся" и ускакать по коридору к нужному кабинету, оставляя парня наедине со своими мыслями.       Как и было сказано парни встречаются в центральном парке и Чимин искренне радуется каждой почке, каждому листочку как маленький ребёнок, фотографируя раз через раз ветки деревьев. Юнги сегодня наблюдатель. Только далеко не за цветением, а за тем, насколько сильно изменился Пак рядом с ним. Его лицо обрело румянец, кажется, он даже наел щечки, на которых, что отметил для себя Мин как самое привлекательное в юноше, стали появляться ямочки каждый раз, когда тот смеялся из-за шуток хена, которым даже необязательно нужно было быть смешными. Брюнет начал замечать в своем поведении много всего странного и, казалось, что это осталось незамеченным, но Пак даже не замечал, когда Мин подолгу не отводил от того взгляд во время его чтения или просто не хотел замечать и даже сейчас Юнги не без улыбки наблюдает за чужим ребячеством и это все было настолько в новинку, что сердце заходит новым темпом при одной лишней мысли, хотя парень все так же продолжает оставаться в тени и пока ему более чем комфортно. - Чимин, я сейчас кое куда схожу, а ты направляйся к карповому мосту и жди меня там, - брюнет треплет чужую макушку ладонью и уходит в полностью противоположном от назначенного места направлении, оставляя Пака в недоумении, но юноша лишь пожимает плечами, думая, что Хен снова отправился за кофе или чем-нибудь ещё, а после, поправив волосы, направляется в сторону моста. Тот самый мост пересекал огромное озеро, которое отливало всеми красками солнечного весеннего света. В воде вместе с солнечными лучами плавали ярко красные и оранжевые рыбы, именованные карпами. На мосту было много замков, которые первым замечает Пак и одиноко вздыхает.       Иногда, когда два человека любят друг друга и верят во взаимную, долгую и счастливую любовь, они желают увековечить память этого обязательства навесным замочком - "замком любви", это как символический ритуал, когда влюбленные вместе закрывают где-нибудь в красивом месте навесной замочек. Считалось, что замок будет служить символом единения, он закрепляется в знак нерушимой и крепкой любви. Закрыв свой союз на замок, ключ влюбленные выкидывают в овраг или реку, чтобы никакие разлучники не смогли подобрать ключ к их сердцу. Но самое яркое из визуальных черт выбранного места это огромное нависшее пышными ветками над мостом дерево вишни. Чимин цепляет пальцами розовый лепесток и рассматривает его, пока от дела его не отвлекают лёгшая на глаза ладонь. - Хен..это можешь быть только ты, - смеётся блондин и слышит знакомый хриплый смех со спины, а после разворачивается с ехидным смшком и замирает, насколько близко оказывается чужое лицо.       Пак обводит взглядом черты лица Мина и застывает на карих глазах, задерживая секундно дыхание, боясь, что если он выдохнет, то время начнёт течь снова, а он так старательно пытается его удержать, но почему? Старший склоняется и Чимин округляет глаза, когда с его плеча сдувают осыпавшийся лепесток вишни. - Успел соскучиться? Я сходил и купил батон. Покормим карпов? - брюнет отстраняется и расплывается во все 32, показывая младшему багет в полупрозрачном пластике, пока тот молча кивает, игнорируя сгорающие кончики его ушей.       Парни подходят к перилам и Юнги наклоняется, заглядывая за те в воду, восхищенно наблюдая за плавающими на прозрачном дне рыбами, а младший цепляет пальцами замок в форме сердца, задумываясь и все же задавая вопрос: - Как ты думаешь, откуда вообще это все пошло? Замочки любви и так далее... Разве они работают? А если пара расстаётся, надо искать ключ, чтобы открыть замок? - Пак поднимает взгляд на старшего, а тот лишь поворачивается спиной к перилам и укладывает на те локти, закидывая голову назад и расслабленно прикрывая глаза, наслаждаясь свежим воздухом и запахом цветов вишни. - Я читал, что это началось в маленьком сербском курортном городке Врнячка-Баня в 1914 году, там жила влюбленная пара. Нада и Релья были неразлучны - как каждая молодая пара, особенно в начале своего пути. Они были помолвлены и мечтали о семье и вечной любви, пока смерть не разлучит их, но жизнь непредсказуема. Австрия объявляет Сербии войну, а у Рельи не остается выбора - приходится надевать форму и идти отстаивать свою родину. Сердце Нады было разбито, но в глубине души она была уверена, что Релья выживет, вернется и они будут счастливы. К сожалению, девичья интуиция ее подводит, на фронте на острове Корфу Релья влюбляется в другую и никогда не возвращается во Врнячку-Баню. Нада не может оправиться от потери и умирает молодой, одинокой и с разбитым сердцем. Встревоженные таким развитием событий, молодые девушки города решают застраховать свое романтическое будущее: они массово скупают навесные замки, пишут на них имена своих возлюбленных и вешают прямо на том мосту, где встречались и клялись в вечной любви Нада и Релья. Но… Как я помню эти перила снесли и поставили стеклянные, - усмехается старший и вновь разворачивается лицом к перилам и отламывает кусочек батона, кидая тот в воду, продолжая: - Вообще, существует множество теорий, да и вообще..почему ты у меня спрашиваешь? Я не Википедия, - смеётся брюнет, протягивая багет юноше. - Но ты все равно самый умный, - мурлычет Пак и отламывает кусочек хлеба, кроша его и кидая в воду, наблюдая за тем, как крошки медленно скрываются либо на дне, либо во ртах успевших среагировать карпов.       Блондин подпирает ладонью щеку и наблюдает за тем, как солнце медленно заходит за горизонт, а парк наполняется светом от включившихся фонарей, заставляя атмосферу приобрести особый характер. Пак переводит взгляд на старшего, а сам еле сдерживает смех, когда перед ним предстаёт картина жующего батон хена, но он не мешает, а лишь наблюдает, расплываясь в широкой улыбке. Со стороны они выглядят как влюблённая пара, а на деле даже и мысли о том, что что-то может быть между этими двумя и по законам судьбы стена рушится в одно мгновенье, когда брюнет ловит взгляд парня и так же его лицо озаряется яркой десневой улыбкой. Сердце Чимина пропускает тяжелые быстрые удары, и улыбка с лица постепенно сползает от осознания всего абсурда, когда он неосознанно цепляет пальцами чужую руку, чтобы после переплести фаланги, сваливая все на желание согреться из-за дуновения ветра, что вмиг разбросал по воздуху яркие лепестки вишни. От осознания того, что кажется его сердце реагирует со всем ни на цветы, ни на карпов, ни на атмосферу, а на того, чей мускусный запах хвои заполнил лёгкие. - Хочешь, можем поехать ко мне? Ты ни разу у меня не был, а дома есть открытая бутылочка бордо, - Мин старается держаться до последнего, пока его руку сжимают тонкие пальцы младшего, а тот лишь поджимает губы и, недолго думая, соглашается, отбрасывая все прошлые мысли прочь, чтобы просто не обнадёжить свое слишком чувствительное сердце.       Квартира Юнги была очень просторной. Темные в холодном оттенке стены, дерево, почти чёрная мебель из кожи. Паку показалось это чересчур для парня, который не работает, хотя может у него просто богатые родители или он просто чего-то недоговаривает. Хоть квартира и казалась довольно просторной, там была всего одна комната, где помещалось все, от кухонного гарнитура с барной стойкой и подвесным фуршетом до высокой двуспальной кровати, низ которой подсвечивался каждый раз, когда старший включал прикроватный светильник. Блондин отметил и большую лоджию с окнами в пол, где был небольшой диван и куча всяких книжных полок. - Нравится? - брюнет заходит с бутылкой вина в одной руке и бокалами в другой, пока младший рассматривает книги про психологию и маньяков вдоль подвесных полок над диваном и даже слабо вздрагивает от хрипловатого голоса, не сразу замечая играющий на фоне Blacktop Mojo – “Tail Lights”, пока берет протянутый бокал и следит за тем, как тонкие пальцы, вальяжно обхватившие бутылку, наполняют стекло алой жидкостью. - У тебя довольно атмосферно, правда не мой стиль, - тихо смеётся Пак и подходит к подоконнику, рассматривая уже покрывшееся чёрной мглой небо. - А что тебе нравится? - Мин пополняем и свой бокал, а после сразу же делает глоток, отправляя бутылку куда-то на небольшую тумбу и подходя к младшему, что уже, будучи в фантазиях, прикрыл глаза для полноты картины. - Мне нравится что-то более уютное. Может светлые стены холодных оттенков, сероватое дерево, минимализм и простор, много растений, а на постели много подушек, - и смеётся, после прижимаясь губами к краю бокала и делая глоток прежде, чем чужие руки притягивают к себе за край локтя, окольцевав изгиб тонкой талии.       Сердце Пака сжимается, но брюнет ставит бокал парня на подоконник, а после берёт его руку в свою, расплываясь в улыбке. Блондин чуть ли не давится алой жидкостью, не успев ту проглотить, в неосознанном желании выплюнуть все содержимое в чужое лицо, которое находилось непозволительно близко, но после округляет глаза, когда понимает, что Мин танцует. И не просто танцует, а танцует вместе с ним. Брюнет поднимает руку и прикручивает под ней младшего, пока тот все ещё пытается прийти в себя, но следующее выбивает из колеи полностью. Не успевает он повернуться всем телом к темноволосому, как губы обожгло мягкое, но короткое прикосновение чужих, вызывая яркое ощущение тугого узла внизу живота. Казалось, что от чужого дыхания влажные губы покрываются льдом, вызывая яркий контраст и табуны мурашек вдоль изгиба ровной спины. Мин зачесывает прядь светлых волос за ухо младшего и тихо усмехается, подхватывая пальцами подбородок, обводя взглядом уже заученные черты лица и появляющийся на щечках румянец. - Что ты делаешь? - младший обрывает тишину первым, вздрагивая мелко, когда чужие руки резко прижимают к себе плотняком, выбивая взволнованный вздох с уже высохших губ. - Укрепляю нашу дружбу, - шёпотом произносит Мин, а после вновь поддаётся навстречу и снова прижимается к губам младшего, выбивая с чужих губ повторный вздох, когда у самого сердца колотится, как при тахикардии.       Тонкие пальцы сжимаются на подоле свитера старшего, а другой рукой, фаланги которой неуверенно скользят вдоль груди выше, все же обвивает шею, наконец позволяя обоим расслабиться.       Они не замечали ни вечернего мороза, жалящего разгоряченную кожу из приоткрытого окна, ни прохладного ветра, что бросал на плечи неприятные замёрзшие частицы, - ведь на душе было как никогда тепло.

***

Юнги: - "Как ты добрался до дома?"       Мин заваливается на постель и потягивается довольно, глядя в экран в ожидании ответа, который долго себя ждать и не заставляет. Чимин: - "Все в порядке. Немного потряхивает"       Блондин обвивает всеми конечностями длинную мягкую игрушку в виде кота и щурится от света телефона, глубоко вдыхая, все ещё ощущая на одежде хвойный аромат сладковато - терпкого мускуса. Юнги: - "Потряхивает?)) Переволновался или...?"       Брюнет проводит кончиком языка по губам и усмехается. Ему казалось, что он только что услышал писк за пару кварталов от себя. Чимин: - "Переволновался!! Дурак... Слушай, хен, у меня скоро будет выступление. Не хочешь...прийти посмотреть?" Юнги: - "Выступление? Ты поешь?"       Пака аж передергивает от всплывших в голове флешбеков, связанных с его вокальными навыками, реализованных на сцене, а после он набирает сообщение: Чимин: - "Я танцую" Юнги: - "Ты не говорил. Хорошо, я приду. Я думаю, тебе пора спать, Чимин. Постарайся уснуть. Сладких снов"       Брюнет нежеланно откладывает телефон в сторону, а после разворачивается на бок, прижимая к носу оставленный у него дома чужой кардиган, и глубоко вдыхает, пока сам младший за пару кварталов от него уже тихо сопит, уснув в ожидании ответа на сообщение.

***

      Юнги очень давно не посещал никаких мероприятий, благо Пак сразу дал ему понять об имеющемся дресс коде, и брюнет откапал в закромах новый смокинг.       Концертный зал был поистине огромным, да и сам дом культуры выглядел как целый театр с высокими рядами сидений в несколько этажей и вип зонами. Мин и не думал, что юноша станет скрывать от него такую удивительную сторону своей жизни, хотя и вовсе не был удивлён, когда узнал, что учится он на специалиста по связям с общественностью. Зачем учиться на ту профессию, с которой не хочешь связывать жизнь? Ах да... Родители.       Брюнет сидел в четвёртом рядом по середине и нервно дергал ногой в ожидании Пака. Казалось, что он волнуется ещё больше, чем все исполнители за кулисами, но вот. Свет погас, а представление началось. Номера были очень красивыми, правда иногда непонятными. Мин плохо понимал хореографический язык, даже листовка с прописанным либретто каждого номера плохо помогала, но смотреть на изящность движений ему нравилось. Это имело какой-то свой шарм и не могло не завораживать и не привлекать. Юнги не понимал, когда исполнители успевали отдышаться и так быстро переодеваться между номерами и даже потерял счёт времени, пока после протянутого белого шелка вдоль сцены не появилась лишь одна белая макушка. И казалось бы, он может потеряться, ведь габариты сцены просто огромны, но он мечется туда-сюда и наполняет пространство не просто движениями. Мин замирает. Софиты направлены лишь на одного Пака, что выделывает каждое движение, будто разговаривает. Все так легко и непринужденно, хотя за всей техникой скрывались тяжкий труд и бессонные ночи. Чужое имя застывает на губах, когда юноша буквально подлетает, а реквизит в виде небольшой шелковой ткани раскрывается, буквально превращаясь визуалом в крылья. Сердце пропускает удар за ударом. И вот, овации, и на лице Пака совершенно другие эмоции. Сольное завершение и зал поднимается с места, когда на сцену выходят все исполнители для общего поклона, а Юнги не встаёт. Он срывается с места и направляется прямо к закулисью, где, дождавшись младшего, позволяет тому со слезами врезаться в крепкие объятия. Эмоции переполняли обоих и в порыве губы находят друг друга прямо за алой шторой, и брюнет ловит юношу на трясущихся ногах, роняя с рук букет белых роз, полностью сейчас символизирующих внешний вид младшего. - Я смог, хен. У меня получилось! - шёпотом, но с полным восторгом выдаёт парень, цепляясь пальцами за ткань чужого пиджака, и срывается на крупные слёзы, пока руки старшего успокаивающе гладят спину и шепчут на ухо такое трепетное и нужное сейчас: "я горжусь тобой".       Блондин выходит на улицу и глубоко вдыхает запах вечерней прохлады, сжимая в руках подаренный букет цветов, а после расплывается в улыбке, когда старший машет ему из чёрного мерседеса, открывая дверь переднего сидения с внутренней стороны. Пак тут же подлетает и заползает в машину, шустро складывая все вещи на заднее сидение. - Решил на прокат взять машину? Не знал, что у тебя есть права, - юноша пристёгивается и проводит пальцами вдоль передней части салона, оценивая шершавое покрытие. - Это моя машина, - усмехается Мин и наконец давит на газ, выезжая на дорогу и приоткрывая окно, чтобы высунуть в то руку и запустить свежий воздух в прогретый часами салон. - Недавно купил? - Нет, она уже старушка.       И тут у младшего складывается непонятный пазл и появляется странное ощущение, будто бы его обманывают, но он не сдаётся, дабы докопаться до правды. - Если она старушка, то почему ты ездил на автобусе? - блондин прикусывает внутреннюю сторону щеки и ковыряет пальцы, в ожидании глядя на хена. - Была причина, которая не оставляла мне выбора. Причина, которая заставила с машины пересесть на автобус, чтобы быть ближе. Причина, которая воистину великолепно смотрится на сцене, - старший расплывается в улыбке, а Пак не может поверить собственным ушам.       Неужели все это время Юнги ездил на автобусе только из-за него? Если подумать, то в полностью свободном автобусе он сел именно напротив, и всегда садился так, да и первым сделал шаг навстречу. От осознания щеки наливаются румянцем и блондину кажется, что он совсем сходит с ума, не понимая от того, что он, кажется, нравится старшему или от того, что кажется влюбляется сам? - А куда мы едем? - В один бар. Отпразднуем твоё удачное выступление.       Атмосфера в выбранном Юнги баре была просто невероятной. Даже несмотря на то, что он был довольно маленьким, они уютно уместились возле окна, где было чуть меньше народу. Брюнет сразу же отправился к барной стойке, а после вернулся с двумя бутылками яблочного сидра, помогая младшему усесться на высокий стул, а самому предпочитая оставаться на ногах. - Жарко здесь, - Юнги говорит это точно на ухо парня, чтобы тот его услышал, а после стягивает с себя пиджак, укладывая тот на стул рядом, расслабляет галстук и расстёгивает пару пуговиц, заставляя Пака буквально подавиться сидром и закашлять от внешнего вида хена.       Сейчас он выглядел как настоящий мужчина. Зализанные волосы, белая рубашка подчеркивала широкие плечи, но когда парень подвернул рукава, то Чимин удивлённо ахнул и вмиг окольцевал запястье старшего, как тогда тот в кафе. - Я не знал, что у тебя есть татуировки, только успел свыкнуться с твоими тоннелями и пирсингом, а у тебя оказывается и такое есть, - удивлённо тараторит блондин и рассматривает чужие руки, водя пальцами по изгибам чернил на бледной коже. - Разве это плохо? - Нет нет, думаю, я бы и сам очень хотел татуировку. Кстати, спасибо за цветы, они очень красивые, - Чимин поднимает взгляд на парня и расплывается в улыбке во все 32, а тот лишь накрывает ладонью его щеку, поглаживая большим пальцем кожу. - Если бы я нашёл тот цветок, который мне нужен был, я бы купил букет из него. Он больше тебе подходит, - юноша хмыкает и убирает ладонь, после обхватывая пальцами бутылку сидра и делая пару глотков, довольно шипя после. - И что же это за цветок? - Пак делает все то же самое, только не шипит, а прикрывает пальцами рот, довольно жмурясь от сладковатого вкуса напитка. - Ликорис. В Японии на языке цветов его название означает: “жду новой встречи”, - хмыкает Мин вновь, а после переводит взгляд на блондина и оба смеются, наконец за день полностью расслабляясь в компании друг друга.       Музыка играла на полную мощность. Казалось, что ещё чуть-чуть и стеклянные стены просто лопнут. Оба веселились и танцевали, полностью отдавались музыке, но больше Юн позволял себе просто посидеть и понаблюдать за тем, как двигается Пак. Не заученные движения выглядели изумительно, а взгляды порой были такими соблазнительными, что казалось, будто это совсем не тот смущающийся парень, особенно когда те самые взгляды были направленны на Юнги. Пак подходит к столу, чтобы оповестить юношу о том, что ему надо отлучиться, а после скрывается за дверью туалетной комнаты, оставляя старшего в одиночестве. Чимину жарко. Он знатно напился, поэтому шустро умывает лицо и довольно улыбается. Даже несмотря на то, что он уже не двигается, танцпол его все ещё не отпустил и более того, он готов продолжить, но как только он открывает дверь, то удивлённо отходит назад, ведь прямо в эту же комнату входит старший, уперевшись пальцами в кафельную стену рядом с плечом светловолосого. - Закрой дверь, - тон был весьма приказным, но до Пака дошло сразу же и он осторожно потянулся к защелке, давая немое согласие на любые действия, поворачивая ту и чужой спусковой крючок, потому что как только слышится звук закрывшейся двери, Юнги буквально срывается с цепей, впиваясь в пухлые губы и всем телом вжимая худое чужое в стену.       В крови играет алкоголь, а мысли заполнил туман, рассеивая здравый смысл. Чужие руки гуляют по телу Пака, изучая для себя каждый новый миллиметр, сжимают талию и до синяков мягкие бёдра, а после подхватывают под коленом чужую ногу и слабо ту задирают, прижимая к собственному бедру и выбивая с распухших губ тихий стон, немного отрезвляющий и приводящий на минуту в чувства лишь для того, чтобы оценить внешний вид младшего. Растрепавшаяся челка, измявшаяся рубашка, румянец на щеках и плывущий взгляд, на дне которого играло самое что ни на есть возбуждение. Мин смягчается. Водит ладонью вдоль бедра, сминает горячие губы собственными, скользя проколотым языком вдоль чужого и прижимаясь ближе, когда тонкие пальцы цепляются за его плечи, как за спасательный круг. Дыхание учащается, сердцебиение разбивается на двоих, пока Пак пытается подхватить инициативу, сжимая в ладони темные пряди густых волос хена, но теряет весь контроль и здравые мысли, когда чужие губы ложатся точно под линию челюсти, заставляя откинуть голову назад и приоткрыть собственные губы на судорожном выдохе. Он каждой клеточкой тела горел и дрожал от ощущений чужих пальцев на коже, те лишь, словно как иголки, изучали. Под рубашкой пересчитывали рёбра, очерчивали линию джинс, а после забрались под жёсткую ткань, заставляя младшего испугано вцепиться в руки парня и посмотреть на того все ещё опьяненным взглядом, с трепетом сводя брови к переносице, но Мин лишь успокаивающе шепчет на ушко и это действует лучше любой валерьянки, пока его джинсы уже расстёгивают тонкие фаланги. Блондин прижимается лбом к чужому и реагирует на каждое движение старшего, отзывающееся разрядами тока по телу. Музыку давно не слышно, до ушей лишь доходит сбитое дыхание друг друга и редкие тихие стоны, срывающиеся с пухлых губ Чимина. Юн разворачивает того к себе спиной и заставляет упереться ладонями в поверхность раковины, через зеркало глядя на продрогшее от ощущений тело. - Что ты чувствуешь? - хрипит на ухо старший и смотрит прямо в глаза, прижимаясь сзади и расстёгивая пуговицы рубашки по одной. - Чувствую, что хочу тебя... - шепчет младший, а после опускает голову со стоном, когда брюнет за бёдра прижимает светловолосого к себе, притираясь ширинкой к джинсам.       Зеркало постепенно запотевает от горячего дыхания, пока старший уже оглаживает горячую плоть под тканью чужого белья и старается удержать голову парня хотя бы на минуту ровно, чтобы запечатлеть взглядом очаровательное выражение лица, показывающее полное блаженство. Чужие руки доводили до пика с такой легкостью и умением, что у Пака тряслись колени, но он стойко держался, пока голоса за дверью не начали торопить и стучать, вызывая у обоих смех, а у старшего ещё и лёгкое раздражение. По итогу брюнет просто сдаётся и рычит на тех, кто так старательно пытался попасть в туалетную комнату, после упираясь ладонями в раковину по обе стороны от чужих бёдер и опуская голову со вздохом и тихим "прости". Младший лишь трясущимися руками застегивает свои джинсы и рубашку, после поворачиваясь к темноволосому и обхватывая его лицо ладонями, чтобы после поднять и заглянуть в глаза. - Хен, все хорошо. Ничего страшного, мне все равно было очень хорошо, - блондин зачёсывает растрепавшиеся темные волосы назад и слабо улыбается, кивая на дверь. - Пойдём.

***

- Мне неловко за то, что сегодня было, - Мин сжимает пальцами руль, тяжело вздыхая и прикрывая глаза. - Хен, пожалуйста, не думай об этом. Все хорошо. Сегодня действительно был волшебный день, я очень тебе благодарен, - тихо говорит младший, накрывая ладонью чужое колено и мягко то поглаживая.       Мин поворачивается, а после вздыхает с легким облегчением и растягивает губы в улыбке, кивая. Блондин выползает из машины, взяв все свои вещи и чуть подвядший букет цветов, а после склоняется над открытым окном, продолжая: - Спасибо, что подвёз, хен. И ещё раз, спасибо за сегодня, мне действительно было очень весело и хорошо, - брюнет усмехается, а после поддаётся ближе к окну и оставляет поцелуй на лбу младшего, провожая пищащего парня взглядом и подмигивая тому, когда тот поворачивается обратно лицом к машине. - Знаешь, хен, - кричит парень от самой двери подъезда, улыбаясь во все 32. - Я думаю, я люблю тебя! - кидает напоследок, смеясь, а после скрывается за железной дверью, прижимаясь спиной с другой стороны и пытаясь привести эмоции в порядок.       Он никогда не чувствовал себя таким счастливым. А Мин лишь просто держит улыбку до последнего, пока светлая макушка не скроется за дверью, возвращая взгляд к рулю и вздыхая. - Что я делаю с этой жизнью...?