Ярость Поколений

      Пристань Лотосов встретила Вэй У Сяня видом полнейшего разорения. Трупов во дворе больше не было, но многие постройки настолько сильно пострадали от огня, что не подлежали дальнейшему восстановлению. Ни слуг, ни адептов Вэй Ин не увидел, но вскоре услышал, как кто-то стучит о дерево чем-то твёрдым. Он бросился туда и увидел дикую картину: Цзян Чен бил кулаком в обгорелую опору домашнего храма, разбивая руку в кровь.       — Остановись! — Вэй Ин схватил своего шиди за руки и завернул их за спину. — Они тебе ещё пригодятся. Я к тебе с хорошей вестью: у Вэнь Жо Ханя больше нет наследников. Но эту змею нужно добить, пока она немного ослабла.       Цзян Чен смотрел на него почти невидящим взглядом. Вэй Ин понял, что юноша находится на грани безумия от свалившегося на него горя и ответственности. Юный возраст Цзян Чена не позволил ему завоевать достаточно авторитета, а постоянное нахождение в тени Вэй У Сяня также не принесло большого почёта. И как ему теперь восстанавливать орден?       Всё это явственно читалось в тёмном мечущемся взгляде, поэтому Вэй Ин с силой прижал своего шиди к груди и прокричал ему прямо в ухо:       — Пока бьётся моё сердце, ты не будешь одинок! Любой путь мы пройдём вместе и до конца, плечом к плечу. Ты — мой глава, я — твой верный друг. И этого ничто не изменит!       Он почувствовал, как голова Цзян Чена упала на его плечо, а вскоре сквозь одежду горячие слёзы обожгли ему кожу. Боль в сердце усилилась многократно, когда Вэй Ин понял, что шиди плачет у него на плече, как обиженное дитя.       — А-Сянь, — услышал он вдруг позади мягкий и такой родной голос.       Вэй Ин обернулся, испытывая неясное чувство вины перед Цзян Янь Ли. Ему казалось, что в то время, когда она испытывает к нему нежные чувства, он легкомысленно почти закрутил роман с другой девушкой. И это чувство заставило Вэй Ина тут же опустить глаза, чего никогда не случалось прежде.       — Шицзэ, — с подчёркнутым уважением проговорил У Сянь.       — Ты вернулся, наконец. Мы уже не знали, что думать, — тихо сказала Янь Ли, едва сдерживая слёзы.       Вэй У Сянь вдруг что-то вспомнил и аккуратно отстранил от себя названого брата, намеренно пряча его лицо от сестры.       — Шицзэ, Цзян Чен, я должен передать вам это, — он выудил из рукава два мешочка, на которых кровью было написано: «Господин Цзян», «Госпожа Юй». — Я побоялся, что их тела осквернят, поэтому испепелил и забрал с собой.       Цзян Янь Ли побледнела, Цзян Вань Инь пошатнулся и разбитой рукой ухватился за окровавленный столб. Девушка, прижав ладонь ко рту, почти прошептала:       — Я думала, что если мы не нашли их тел, возможно, они ещё живы…       Вэй Ин совсем расстроился. Этого он не учёл. Поэтому виновато пробормотал, сжимая тесёмки мешочков:       — Прости, шицзэ, что нечаянно обнадёжил вас. Я хотел сделать, как лучше.       Девушка с благоговением приняла мешочки с прахом родителей и попыталась успокоить друга:       — Ничего, а-Сянь, ты не виноват в том, что наши надежды не оправдались. Зная Вэнь Чао, странно было вообще на это надеяться. Но, а-Сянь, где же ты был всё это время? — не выдержала Янь Ли.       — Меня не было всего пару дней. Шицзэ, неужели без меня так скучно в Пристани Лотосов, — внезапно неуместно пошутил Вэй У Сянь, и вдруг сам понял, насколько отвратительно сейчас звучит его весёлый голос. Но привычка стараться всех всегда развеселить дала о себе знать в самый неподходящий момент.       Однако шицзэ вдруг кинулась к нему на грудь, крепко обняла за талию и простонала ему прямо в сердце:       — Я так боялась, что мы потеряли ещё и тебя.       Её крепкое объятие снова напомнило Вэй Ину о страстном поцелуе, отчего ноги вдруг стали слабыми, и он, чтобы не упасть, обхватил а-Ли руками. Тут же на его плечи легли сильные руки Цзян Чена, который всегда был скуп на ласки, но, видимо, в этот момент душевного тепла захотелось даже ему.       — Я тоже рад, что ты вернулся, брат.