Porcelain touch

      — Ты не понимаешь, любимая. Это… Лилит отвечает на тяжёлом выдохе, заводя тонкую руку за спину, — Вот здесь немного туже, пожалуйста. Люцифер с большей силой стягивает шнуровку тугого корсета у поясницы, металлические бляшки звенят под его пальцами. — Достаточно туго?       — Да. — она улыбается и на ее глазах едва ли не выступают слезы. — Достаточно. Женственно округлые плечи заметно напрягаются. Какое-то время они оба молчат, освещаемые красным свечением из-за прозрачной шторы на окнах, вслушиваясь в звук натягиваемых мужчиной шнуров и старательно заглушаемого королевой надрывистого дыхания. В отражении широкого зеркала во весь рост, Лилит наблюдает, как мужчина позади нее ловко и аккуратно расправляется с кружевным нежно-бежевым корсетом на тонкой кукольной талии. С этой стороны Морнингтар кажется ещё более женственной и красивой. Ее нежно-молочные щеки сияли румянцем, а белоснежные глаза выделялись на фоне теплой кожи. Выступающие вены на руках Самаэля опухли. Они ужасно контрастировали на фоне с его бледностью. Ей всегда нравилось целовать их. Женщина эфемерно касается тыльной стороны широкой ладони мужа, и ее сердце замирает на мгновение. Она не осознавала, как сильно соскучилась по нему до этого момента. — Чего я не понимаю?       — Что мне за тебя горестно, Лилит. — густые брови демона сочувственно сузились к переносице. Суккуб почувствовала, как ослабла его хватка. До чего же он сентиментальный. Прежде чем выпустить демоницу из своих рук, Морнингтар сглаживает складки, образовавшиеся на платье жены, и осторожно дёргает длинную юбку вниз, — Готово, любовь моя. Уголки окрашенных темной помадой губ задрожали, когда блондинка наконец оборачивается к мужчине, чтобы взглянуть ему в глаза.       — Это бессмысленно, Люцифер, не находишь? Как заметил Самаэль, его женщина любила задать вопрос в лоб. Любила сбивать его с толку. Но он не станет протестовать, пока их губы сливаются вместе. Как он может идти против, когда у него голова от этого потрясающего создания кругом?       — Мне кажется, будто ты никогда не успокоишься. — Лилит поглаживает большим пальцем впалую щеку архангела. Ее сладкий, горячий шепот разбивается о мизерное расстояние между их лицами. И они снова целуются.       — Люблю тебя, мой ангел.       — Я тоже люблю тебя, Лили.