Сладкие кексики

      Рутинное утро у обычных школьников начинается весьма обыденно:       Встал, позавтракал, пошёл.       А в школе атмосферка витает не совсем уж и безобидной, хоть и стабильной из раза в раз. Всему виной жесткая дисциплина деспотичных учителей, которые в некоторых же случаях применяют телесное насилие в сторону учеников, ещё больше тем самым создавая пропасть между ними, так называемой «Ненавистью». Ничему не учат, так ещё и вымещают свой многолетний гнев на детей.       В других же случаях, всё идеальное касается и учебных заведений: начиная от фирменной школьной формы и заканчивая домашним заданием. Но это уже утопия «обычных школьников».       Антиутопией же является...       Школа Билагнам. Ночной кошмар всех подростков, которых ещё с ранних лет родители пугали, мол « — Если не будешь слушаться — отправлю тебя в Билагнам!».       Он чем-то напоминает детский лагерь, покуда собраны все ученики разных сортов: дети преступников, отбросов, бедняков (либо же они сами таковы из вышеперечисленных).       Откуда директор достаёт деньги на множество ремонтов этой школы — неизвестно никому. По крайней, никому, являющимся живым.                                           * * * * *       — Гагиев, двадцать отжиманий за опоздание. — Строго отчеканила девушка в голубой форме, напоминающий чем-то полицейский, но со своей оранжевой гравировкой.       — Но ты пришла позже меня!       Парень, стоящий напротив неё, негодующе воскликнул, непроизвольно повышая тон голоса.       — Сорок отжиманий.       — Ты не а... — Гагиев тут же замолчал, закрывая свой рот потной ладонью.       — Пять?.. Сорок пять отжиманий, — девушка улыбнулась и закрыла глаза, дружелюбно касаясь рукой по правому плечу парня. — Я отойду в туалет. И чтобы ты выполнил их все, когда я приду. Ты меня понял?       Гагиев молчал, хмуря брови от злости на девушку, а в глазах так и блестела ненависть. Вопреки своей бараньей упёртости, которая зародилась в нём ещё задолго поступления в это адовое учреждение, тот кивнул, прикрывая свои веки.       «Сама только недавно стала им, а уже вертит мной, как хочет. Как же раздражает, блять».       Девушка пару секунд стояла на месте, не решаясь добавить ещё кое-что, но всё же промолчала, направляясь в санузел.       Гагиев ждал, пока она уйдёт от него на достаточно приличном расстоянии, чтобы выкрикнуть:       — Долбаная дура! Ливия, блять!       Высказав всё, что хотел, парень принялся отжиматься, так как знал, что будет с ним, если не успеет или смухлюет хотя бы на одно отжатие. Браслет, который тот носил ещё с первого занятия школы, мигал зелёной кнопочкой, подтверждающая что юноша ещё не нарушал запреты Билагнама.       Батарейка, которая блестела уже синим цветом, была заполнена на половину.       Она не показывает зарядку. Она показывает, сколько ему осталось до смертельного приговора, если Гагиев нарушит столько же правил, сколько уже пресёк.       «Перманентный Наб».