Ангелы не летают

Олежа сейчас очень жалеет, что сидел на лавочке на физкультуре в школьные годы. Он шумно дышит через рот, глазами ища тёмный переулок. Душнов чужую ладонь в своей руки сжимает, боится отпустить. Дипломатор был успешно перехвачен, когда его пытались затащить в автозак менты. Для митингующих он стал героем. И может в прекрасной России будущего ему поставят золотой памятник. Если Антон хотя бы чего-нибудь добьётся своими выходками. Олежа действует быстро. Такие вопросы не терпят заминок. Тянет Звёздочкина за собой через дворы и мусорки за барами. Держит крепко, но старается держать так, чтобы не осталось следов. Хоть у Антона широкие запястье, Душнов своими длинными пальцами полностью его обвивает. Силы на исходе. Олежа петляет, пытается запутать неугомонных блюстителей закона. Душнов краем уха слышит, как рвано дышит Звёздочкин рядом. Желание наконец сбывается. Они забегают за какое-то странное здание. Шаги слышатся всё дальше, после чего вообще прекращаются. Парни жадно дышат, пытаясь расслабиться. Они оторвались. Дипломатор в мало мальской безопасности, вроде живой и вроде в добром здравии. Олежа дома наверняка обнаружит пару свежих царапин и примется с усердием их обрабатывать, не забывая возмущенно причитать. А Антон ,как всегда, будет легко смеяться, нежно трепля того по волосам. - Давно я так не бегал, - выплёвывает Душнов. Знает, что следующими выплюет лёгкие. - А меня давно никто не брал за руки, - довольно улыбается Звёздочкин. Точно, рука! Олежа совсем забыл о несчастном запястье! А Антону только на руку. Душнов бьёт себя по лбу, осматривая, как вцепился в Звёздочкина. - Прости, - выдыхает Олежа, отпуская руку. – Это было ради твоего блага. - А я разве говорил, что я против? – Антон руку обратно берёт. – Продолжай, мне нравится. У обоих руки горячие, потные, уставшие. Олежа в глаза смотреть боится, Антон же смотрит в смущенные глаза. Молчат оба. Всё без слов понимают.