Серая Стрела. Часть 2: Берег

***Кай***

      Я пришел в себя, сидя на полу, привалившись спиной к двери и вытянув ноги. Мне было легче. Это не было хорошо, тут даже до нормально не дотягивало… С натяжкой можно было сказать, что покатит.       Мне в голову осторожно, но настойчиво ломились.       — Да, я в сознании…       — Любовь моя, ты… что ты устроил? — Полосатый увидел моими глазами во что я превратил комнату.       — Мне уже лучше, моя Тень, — я попытался передать ему частичку умиротворения.       — В чем дело? — Зубастый почуял беспокойство и включился, — охтыж ебана…       — Я правда в порядке!       Дверь отъехала в сторону и я свалился спиной вперед в холл, надо мной стояли все четверо.       — То есть ты даже дверь не запер? — навт сложил руки на груди.       — Вы такие красивые… — я лежал в позе звезды и понял что глупо улыбаюсь.       — Он так раньше делал? — спросил Константин. — Или это в первый раз?       — Делал, — спокойно произнес Эндрю, — И часто. До нашей встречи…       — Просто у нас охуительная звукоизоляция! — я закинул руки за голову, продолжая рассматривать четверку надо мной, меня заполняло всепоглощающее чувство, — а вы мои прекрасные… Мои возлюбленные и совершенные. Мои.       Полосатый склонился надо мной и я утонул в его глазах темного янтаря, я протянул к нему руки и обнял ладонями его прекрасное лицо.       — Я так люблю тебя…       — Это самый милый нервный срыв, который я видел, — Лаки склонил голову на бок и присел рядом.       — А ты, — я положил ладонь ему на челюсть, он расплылся в улыбке и прикоснулся кончиками пальцев, удерживая ласковое прикосновение, — Ты бесценен, я сберегу тебя.              Он что-то увидел в моем взгляде и растерянно посмотрел на Эндрю, потом опять на меня, хмурясь, затем снова на Эндрю.       — Чего это он?       — Он влюблен, — улыбнулся полосатый метаморф, — У таких как мы это работает не так как у людей. Не волнуйся, он нас не спутает, но ты член семьи.       — Да, я слышал часть тирады про единое существо, — он снова посмотрел на меня все так же растерянно, я заметил, что у него очаровательно покраснели щеки, а потом скосил взгляд, впервые увидев уничтоженную комнату и тихо выругался.       Перевернутая кровать, разбросанные вещи, опрокинутые и смятые металлические шкафчики, следы тяжелых ботинок на стенах, все прелести буйства, скрытого за мощной звукоизоляцией, длившегося… а сколько? По моим ощущениям, прошло минут пятнадцать.       — Поднимайте его, — скомандовал навт и меня выволокли в холл и поставили на ноги, дверь задвинулась на место.       — Мое Золото, мое совершенное божество…— быстрая череда картинок перед глазами за которые я не мог зацепиться, сменилась двумя теплыми солнцами под нахмуренными бровями, — Ты сердишься?       Он вырос передо мной и поймал за подбородок, заставляя посмотреть в его глаза.       — Я еще не решил, — он внимательно смотрел на меня, — Похоже, что ты пьян.       — Неа. — я отрицательно покачал головой, Лаки и Эндрю все еще держали меня с боков, — В этом доме весь алкоголь хранится в одном месте и я туда не ходил, я все время был тут.       — Да, но я уверен, что ты в состоянии буквально высосать себе виски из пальца.       — Фу. — меня расстроило такое обвинение, — Ты так плохо обо мне думаешь? Ты вообще видел, чтоб я напивался?       — Я и как ты мебель громишь не видел.       — Справедливо, — я сложил руки на груди и вздохнул. — Но я все починю и наведу порядок.       На меня снова накатило и я зажмурился, чтоб не покатились проклятые слезы. Я глубоко вдохнул, и убрал слезные железы к чертовой матери. Пусть пока будет так.\       — Я собрался. — я услышал себя как будто со стороны. Голос был низким и холодным. Он крепко обнял меня за плечи, прижал к себе и поцеловал в висок, все мое «собрался» начало сыпаться как песок сквозь пальцы. Самообладание послало меня самым паршивым образом, я вцепился в своего возлюбленного так, что он тихо охнул.       — Все будет хорошо, нет такого пиздеца, который мы не победим вместе, — прошептал он мне на ухо слова, которые я же сам поговорил когда-то моей Тени.       Я услышал торопливые шаги, парни куда-то спешили, я попытался отстраниться, чтобы посмотреть, но увидел только нежное золотое свечение его взгляда, когда он снова поймал меня за подбородок ласковыми пальцами.       — Ты знаешь, насколько я люблю тебя?       — Настолько, что лишаешь себя возможности плакать, чтоб не расстраивать меня? — он провел большим пальцем у меня вдоль нижнего века, я прикрыл глаза, подаваясь к его прикосновению.       — Ты заметил, как я это сделал?              — У тебя в секунду углубились тени под глазами, я мог бы не заметить, если бы ты не стоял прямо передо мной.       — Прости.       — Не надо.       Он прижался губами и подбородком к моему лбу. Его дыхание щекотало голову. Он такой большой, такой теплый и обволакивающий. От него дышало силой, как жаром от огня. Мне захотелось потеряться в этом, завернуться, стать маленьким и спрятаться. Мимо пронеслись шаги, и пахнуло чем-то сладким. Мое Золото развернул меня и повел наверх, туда, куда, судя по звукам, прошли все остальные. На Марсе была глубокая ночь. за темным окном горели звезды, а пустыня погружена во тьму. В самой комнате горела всего пара ламп по углам, давая слабый свет, и все вокруг терялось в тенях. Они свили мне гнездо. Васко усадил меня на топчан, накинул одеяло на плечи и развязал волосы. Напротив опустился Эндрю и взял меня за руку.       — Ты сейчас ложишься спать. Через час или два дроны закончат разбор входа и мы с Золотом уедем за профессором. Мы не будем тебя будить, отдыхай. — он поцеловал меня в щеку, — Парням наказано не выпускать тебя из этой комнаты, по крайней мере, десять часов. Не обижай их, хорошо?       Я перевел взгляд на стоящих поодаль Константина и Лаки, техномант залипал на марсианское небо, а принц трогал пальцем и смотрел как качается и крутиться одна из висюлек моего странного дерева. Они показались такими милыми и нелепыми, что я заулыбался.       — Уже лучше. — он кивнул на столик, где стоял кувшин, кружка с чаем и тарелка с какими-то сладостями, — Будешь?       Я покивал и сглотнул, в горле пересохло и было почему-то трудно разговаривать. Мне в руки сунули большую красную кружку, она была не цилиндрической, а квадратной со скругленными углами. Она… Была такой знакомой на ощупь, я поднял ее чтоб разглядеть получше. У меня определенно была очень похожая когда-то очень давно. И это было чем-то очень важным.       — Откуда это?       — Это моя, это подарок. — подал голос Лаки, — На память, когда я уйду… Я хочу, чтобы что-то осталось, что бы напоминало обо мне. — он подошел ближе и стало видно, что у него потемнели щеки, — Только не вешай ее на дерево, а пользуйся.       — Спасибо… — я сделал несколько глотков и улыбнулся, понимая, что если б не фокус с железами, я бы снова разрыдался. Какого черта меня так кроет?       — Я всегда на тебя так действовал, любовь моя, — промурлыкал Полосатый, — просто ты только сейчас это отсек.       Эндрю поцеловал меня в губы, а потом в кончик носа и встал, Васко поцеловал в уголок губ и шепнул, что все будет хорошо, они попрощались и вышли. С ними вместе ушел Константин, который вызвался помочь со сборами. Мы остались вдвоем с Лаки. Я забрался поглубже на топчан, скрестил ноги, сгреб вокруг себя подушки и потягивал чай, он снова вернулся к окну и, уперев руку в стекло, начал смотреть на звезды.       — Ты не против, если я останусь? Я тут спал, пока вас не было, мне неуютно с той стороны.       — Конечно, топчан большой, места хватит.       — Нет, я не собирался спать с тобой, я просто. Не знаю. Тут кажется, будто меня никуда не забирали.       — Никакого сексуального подтекста, — я неестественно сильно растянул руку и поставил опустевшую кружку на столик, — Просто спать на полу не нужно. Места правда достаточно. Но я должен предупредить, что я во сне я очень цепкий и лезу обниматься. Если тебя это смущает, то мы можем просто оставаться тут по очереди.       — Мне неловко, — признался парень.       Я завалился на бок и закутался, из вороха одеял и подушек торчала только макушка, глаза и нос. Я смотрел на светлый силуэт на фоне неба, моргнул, переключаясь на боевой режим и стал наблюдать за тем, как бьется сердце человека передо мной, почти гипнотизирующе, чарующе.       Я мог отличить этот ритм от чьего угодно. Я вспомнил, как впервые увидел это сердце, он также стоял спиной, слабо подсвеченный снизу, над нами были те же звезды, только теперь я видел их… в ту ночь я впервые сказал ему это вслух… С этими мыслями сон все-таки забрал меня.

***Кай***

      Размышления продиктовали начало сна, Каю снилось, что он сидит на корме Серой стрелы и наблюдает за тем, как его возлюбленные рядом стоят у штурвала. Он смотрит, как бьются два человеческих сердца. Два алых силуэта немного накладывались друг на друга, когда навт обнимал техноманта за плечо и сердце Эндрю начинало биться чаще от прикосновения, над ними смыкались бездонное черное небо с цветными звездами, перечеркнутое лентой Млечного пути.       Морф понял, что он улыбается, наслаждаясь красотой момента.       Вдруг его чувство опасности забило во все колокола, он вскочил как раз в тот момент, когда под самым носом их песчаника расцвел огненный цветок. Мир замедлился, корабль никак не останавливался, а под ним одна за другой взрывались мины, они оказались окружены стеной огня. Парни так и стояли обнявшись и глядя вперед.       Серый подскочил к ним, схватил за плечи, собираясь взлететь и у нести, но не смог раскрыть крыльев, а когда они обернулись, то перед ним оказались Манфред и Антарес.       Вокруг стало темно, двое мертвых врагов улыбались ему, внимательно глядя в лицо.       — Интересно, что ты будешь делать, маленькая серая мышка?       Раздался крик Эндрю, он звал на помощь из темноты, требовал отпустить его, не трогать, не прикасаться к нему, звал Кая по имени и умолял забрать оттуда…       — А разве он может что-то сделать, этот собранный из выродков безродный мусор?       С другой стороны закричал Васко, он огрызался и угрожал тем, что Кай придет и заберет его, что он и сам выгрызет глотку каждому, кто посмел его забрать, но крик быстро перешел на плач и мольбы спасти его.       Двое, так и стоявшие в обнимку расхохотались.       — Вы мертвы! Я убил вас! Вас нет! Исчезните!       — О нет, маленькая серая мышка, мы здесь и мы заберем у тебя все.       — Кого ты будешь спасать? Тебя не хватит на всех!       Раздались новые крики о помощи, со всех сторон его любимые умоляли его забрать их. Он метался из стороны в сторону, не зная, что делать, его переполняло отчаяние… Его самого стали хватать черные бесплотные руки, вырастившие снизу, они не давали двигаться, тянули, сжимали и над всем этим гремел ядовитый смех.

***Константин***

      — Уберите руки! Отпустите их! Не смейте! — он кричал и метался во сне, запутавшись в одеялах.       — Кай! Кай, проснись! — Лаки тряс его за плечи, но толку не было.       В комнату, залитую утренним марсианским розовым светом влетел принц, он быстро оценил обстановку, схватил кувшин и выплеснул содержимое Серому на голову, тот резко открыл глаза и оттолкнул техноманта, тот улетел на другую сторону топчана и приложился спиной о бортик. Парень истошно закричал и сполз на пол головой вниз.       — Эндрю? — крик выволок морфа в реальность, оказавшуюся хуже его кошмара, они с Константином бросились к обмякшему телу, — Боги! Эндрю…нет! Что я наделал!       Лаки был без сознания, слабо дышал и сердце едва билось. Принц посмотрел на морфа полными ужаса глазами, тот проигнорировал взгляд, вытащил техноманта на середину комнаты и осторожно перевернул, а затем разрезал одежду, обнажая спину.       — Ты сломал ему позвоночник. — Константин закрыл руками рот и отполз в сторону.       — Тебя не хватит на всех! — в висках стучала злая насмешка.       — Что ты будешь делать теперь, маленькая серая мышка?       — Заткнитесь!!! — он прокричал в потолок, — Хватит! Меня на всех хватит, бляди!!! Даже если теперь я перестану спать, чтобы не видеть ваши мерзкие рожи!!!       Принц смотрел на то, как серый кричит на невидимых врагов широко раскрытыми глазами, у того был совершенно безумный взгляд, а руки двигались как будто сами по себе. Он накоротко выпустил когти и вспорол несчастному техноманту спину в том месте, где набухала гематома, хлынула кровь. Он запустил пальцы в раны и с омерзительным хрустом поставил там что-то на место. Затем он сел на Лаки верхом, закрыл рану ладонями и склонился над ним, вытягиваясь в противоестественную дугу и уткнулся лицом парню меж лопатками.       Секунда за секундой Константин наблюдал, не в силах пошевелиться. Внезапно спина Кая надломилась и он начал заваливаться на бок, сквозь одежду проступили кровавые пятна, которые начали быстро расползаться. Он уперся руками в пол, продолжая держать лицо прижатым к Лаки, и хрипло вдыхая, кровь хлынула сильнее, снова хрустнули кости, так громко, что это казалось неправильным. Кай взвыл как раненое животное и упал без сознания, прижав собой техноманта.

***Эндрю***

      Почти в сотне километров от комплекса, Полосатый, стоявший у штурвала, вскрикнул, выгнув спину и свалился за борт без сознания. Зубастый, дремавший в гамаке в трюме, отсыпаясь перед тем как сменить любовника, даже не проснулся.