Запись 221. Дурные вести
28 октября 2025 г., 00:22
***Васко***
Песчаный парус тряхнуло, потом еще раз, Васко проснулся и позвал Эндрю, желая узнать, в чем дело. Ответа не последовало. Он вывалился из подвешенной палатки и вылетел на пустую палубу. Корабль катился без руля, не разбирая дороги. Навт подбежал к штурвалу и, матерясь, остановил песчаник. Полосатого нигде не было. Он не откликался на зов. Пустыня, пропитанная жаром немилосердного солнца, молчала. Только ветер слабо шевелил сложенные паруса. Он был один. Мало того, он еще и совершенно не понимал, где он. Он потерялся в пустоши. Зубастый огляделся, напрягая зрение, в однообразном пейзаже от горизонта до горизонта было только одно отличающееся пятно, точнее полоса. С запада к небу поднималась пылевая буря.***Эндрю***
Эндрю очнулся и, отплевываясь, поднялся на ноги. Он помнил вспышку боли и как сознание оставило его, он поднял глаза, прикинул время. Он провалялся в песке по меньшей мере пару часов. Сейчас спина не болела, в принципе все было в порядке, за исключением того, что он был один у черта на рогах посреди пустоши, где-то между домом и Ноктисом. А еще, он определенно перегрелся, надо было забраться в тень и хоть немного прийти в себя… Или… Он принюхался. Пустошь казалась безжизненной, но на самом деле кишила тварями, готовыми откусить тебе ногу. Сейчас такой тварью стал он сам. Мансер облизнулся, почуяв добычу, ветер принес ему запах дикого страуса, большего и желать на стоило. Он усмехнулся сам себе, подумав, что из всей тройки он постепенно становится самым зверским, настолько легко он принял в себе эту часть новой сущности, с другой стороны… его возлюбленные его не осудят, а на остальных он плевать хотел и чем эта охота ради пищи отличается от такой же охоты ради пищи у людей? Выбором оружия? Он побежал легкой трусцой на запах и вскоре нашел стаю, спрятавшуюся от жары в тени небольшой скалы. Он был быстр и точен, нападая из засады. Его жертва даже не успела толком испугаться, когда он вгрызся в нее, выпивая жизнь. Он присел на панцирь, чтоб отдышаться и дать схлынуть эйфорическому состоянию естественным образом, позволяя себе насладиться своей небольшой, но такой вкусной победой. Ветер потихоньку крепчал. Он попробовал дорваться Зубастого и на сей раз ответ пришел. — Искорка? Во имя моря… Ты в порядке? — Я немного перегрелся, но в целом уже все хорошо. Ты в порядке? Где ты? — Я — да. И… Я понятия не имею. — Дай посмотрю… — он оглядел окрестности глазами Васко, пока сам забирался на скалу под которой прятались страусы, но ничего похожего не нашел, а потом он увидел приближающуюся бурю, — Я западнее тебя. — Я могу развернуть парус и пойти на самум, а ты взлетишь и найдешь меня. — в голове навта мелькнул сон, который он видел незадолго после знакомства со своей судьбой в виде двух метаморфов. — Да, давай. И зови, я буду ориентироваться на это. Мансер расправил крылья и взлетел, пока навт снова поднимал паруса и направлял в них непослушный ветер. — Куда ты вообще делся? — Я упал… Что-то случилось, меня как будто ударило в спину и я отключился, но сейчас никаких следов нет. — Это странно… А еще я не могу пробиться к Шторму. — Может он еще спит? — Я тоже так подумал, но как-то слишком глухо. Эндрю поднимался все выше и перед ним раскрывалась картина марсианского пейзажа, залитого полуденным солнцем, он видел ставший таким близким после Тир-Фради горизонт, темное марево бури, уходящей на север, закрывающей уже пол горизонта, надвигающееся на них, скалы, родные пески… Мелькнула мысль, что он скучает, что его отняли у этих мест. И тут до него дошло. Это не его мысли! Во-первых, он ненавидел пески и пыль, навсегда ассоциировавшиеся у него с болью и потерями. Во-вторых, ему нравилось море, возможно, потому, как он увидел его впервые, и чего ему стоило к нему добраться. И, в-третьих, какое «скучает»? Марс всегда у него на расстоянии нескольких шагов, нужно только подняться в комнату с окном, его никто не забирал. Это Лаки, это его переживания. А значит и боль была вероятнее всего его же… твою то мать… — Вижу тебя, – взгляд переключился и Полосатый увидел себя глазами Зубастого, мельчайшая пылинка далеко в небе и одновременно хорошо видимый и узнаваемый. — Уводи парус на юг. Мы не убежим от бури, но так есть шанс, что зацепит краем. До Долины Мутантов относительно недалеко. Возможно, мы найдем Скотта там. Если нет, то можно попробовать уговорить Амелию на поездку на ровере. Он может нормально идти через это, в отличие от Серой Стрелы. Васко развернул песчаный парус, а Эндрю направился к нему, постепенно снижаясь. Ноги ударились о палубу, он сложил крылья и подошел к возлюбленному, тот, не отрываясь от штурвала, обвил его рукой, прижал к себе и поцеловал в макушку. — Не делай так больше, Искорка. — В смысле не вываливаться за борт? — Да. — он был серьезен, — Если это произойдет в море, ты так легко не отделаешься. Они постояли молча, Мансер обнимал навта за пояс, пока тот не погнал его отдыхать в трюм, выспросив дорогу. По идее, они должны были добраться к ночи. Полосатый нырнул в трюм и забрался в подвешенную гамаком палатку, система конденсирования влаги в таком виде нормально не работала, а вот охладитель вполне, он включил его и устроился, вытянув ноги, стараясь выровнять мысли и успокоиться. Его беспокоило влияние Лаки, хотя оно вполне могло быть взаимным. В любом случае это нехорошо, нужно отправлять парня домой, пока это не зашло слишком далеко. Он закрыл глаза, медленно проваливаясь в сон.***Эндрю***
Эндрю и Васко добрались до долины мутантов глубокой ночью. Буря задела их самым краем, и их сил хватило, чтобы направить ее ветры в свои паруса и использовать, а не бороться. Они были покрыты толстым слоем пыли, как сами, так и их судно. Охрана на входе узнала Эндрю и пропустила их. Внутри было шумно и многолюдно. Для живущего ночью поселения это было нормально. На них никто не обратил особенного внимания, в основном благодаря тому, что они выглядели как обычные рейдеры, отказавшись от костюмов фрименов, а их лица закрывали защищавшие от пыли повязки. Васко глазел по сторонам едва ли не больше, чем в Ноктисе, пока Эндрю вел его по вырубленным в скале тоннелям и облагороженным расселинам к месту расположения Ордена техномантов. Их встретил Мелвин, наблюдавший за рукопашными тренировками студентов. — Приветствую, Эндрю. Что привело тебя сюда? А это? — Васко, — он показал им друг на друга, — Это Мелвин, магистр ордена. Мелвин, это Васко, капитан флота и один из нас, в ноктисе он известен как Таг. — Исчерпывающе. — мужчины обменялись рукопожатиями. — Если ты ищешь Захарию, то его сейчас нет. Шон здесь. — А где Зак? — Насколько я знаю, он уехал на похороны Скотта Сикера. Морфы переглянулись и Мансер тихо ругнулся. — Видимо-то он вам и был нужен? — приподнял бровь Мелвин. — Ты как всегда проницателен. — Полосатый пощипал переносицу, выбирая слова, — У нас дома ренегат с поврежденным позвоночником, нужен доверенный человек, который сможет вживить усилитель, а то парень до двадцати не доживет. — С тех пор как мы лишились поддержки корпорации, у нас нет таких специалистов, по крайней мере, в быстрой досягаемости. — Ясно, ладно… — Эндрю растерянно отступил, навт осторожно взял его за плечо. — У нас есть варианты, идем, нужно возвращаться как можно скорее. — Постойте. — магистр поднял ладонь, — Если вы найдете специалиста, вам понадобится усилитель. У нас есть новые. — Ты нас спасаешь. — выдохнул морф. Мелвин позвал ученика и отправил его за комплектом. — Вы собираетесь возвращаться по такой погоде? — Ну, мы же сюда как-то попали, значит и обратно вернемся. Буря может идти месяц, у нас нет времени ее пережидать. — пожал плечами Васко. — Не просто так мутанты зовут вас духами Песков, да? — он усмехнулся. — Не напоминай, — отмахнулся Мансер, — Кай каждый раз на грани паники, когда они начинают свои пляски вокруг нас. Из-за дверей здания ордена вышел Шон и направился прямиком к разговаривающим троим. — Приветствую, мне тут шепнули, что вы прибыли за техномансерским оборудованием. Я могу узнать, для кого это? — Доброй ночи, Шон. — они пожали руки. — У нас дома есть один юноша, надо подлечить его и отправить домой. История аналогична моей, только с другой развязкой. — уклончиво ответил Эндрю. — Насколько аналогична? — До момента установки протеза, только одной рукой обойтись не получается. Его хозяева были более жестоки. — Серый вырезал еще один караван? — нахмурился магистр. — Нет, обошлось без жертв среди людей. — Зубастый сложил руки на груди и напрягся. — Твой двойник больше не отсвечивал? — Насколько я знаю, нет. В целом вся ситуация в Альянсом утихла, нас оставили в покое. Васко стянул с лица повязку и закурил, глубоко затягиваясь и выпуская дым через нос, повисло неловкое молчание, прерываемое вскрикиваниями упражняющихся студентов. — Я сейчас спрошу странную вещь… пока Мастер Йен и Мастер Коннор были живы, они куда-то выбирались из часовни? Какое-то место, где можно было бы застать одного из них или оставить там сообщение? — Йен нет, а Коннор с изрядной периодичностью уходил через вторые ворота куда-то в трущобы или в тоннели, но я не могу сказать куда именно, — ответил Шон с интересом глядя на Эндрю. — Вы собираетесь наведаться в Офир? — Да, есть некоторые планы, но пока это не точно. Они забрали сумку с усилителем, поблагодарили Мэлвина еще раз и распрощались. Той же дорогой они направились обратно к песчаннику, стараясь не привлекать особого внимания. — Лаки! — раздался женский крик на грани визга, когда они проходили мимо выдолбленного в скале помещения с вывеской бара. Из двери выскочила миловидная женщина-мутант с минимальными искажениями, которые виднелись только на правой руке и обнаженных икрах. — Мэлани? — морф нахмурился, пытаясь вспомнить, кто это. Женщина не дала ему опомниться и взлетела на руки, обнимая ногами за пояс, повисла на шее, впиваясь в губы поцелуем. Эндрю пытался вывернуться и оттолкнуть ее так, чтобы не сделать ей больно и не уронить на землю, но его выручил Васко, который с высоты своего роста просто поднял не особенно трезвую Мелани за шкирку и оторвал от любовника. — Ебана рот, что ты творишь? — Мансер вытер рот локтем, избавляясь от ее следов на губах. — Ну Лаки, разве ты не помнишь как нам было хорошо? — она поправила курточку, полностью проигнорировав то, что только что ее держали как напакостившую кошку. — Это было буквально годы назад! — он мрачно смотрел на нее, — Настолько давно, что никакой алкоголь не оправдывает такого поведения. — он сердито махнул ладонью. — Ой, да ладно…— она фыркнула. — Меня забрали, Мелани. Все. — он сделал шаг, собираясь уходить, — Отъебись! — Кто?! — пьяная женщина не желала сдаваться, — Покажи мне ее! Я ей устрою! — Он. — Эндрю показал пальцем на навта и Мэлани застыла с открытым ртом. Воспользовавшись заминкой, он цапнул Васко за руку и поспешил пойти дальше, вслед им доносились крики, что они проклятые извращенцы, угрозы разочарованной женщины и плачь о том, что не осталось нормальных мужиков. Они отошли достаточно далеко, чтобы доносящиеся вслед проклятия скрыл обычный шум поселения, Эндрю повел их более узкими тоннелями, где почти никого нельзя было встретить. — Это было внезапно. — Васко улыбался во все зубы. — Не то слово…— Полосатый в очередной раз вытер рот и остановился, привалившись к стене, — Я даже не сразу вспомнил, кто это. — А она тебя, очевидно, помнит хорошо. — Зубастый остановился рядом. — Я думаю, что дело не в том, что я был особенно хорош, а в том, что это у нее все плохо. Почему ты не защищал меня как Кая? — он поднял взгляд с лукавым прищуром. — Ну, ты и сам справлялся, а не прибежал ко мне перепуганный. — проурчал любовник, забирая техноманта в свои объятья, — Но я, как минимум, снял это с тебя. — Поцелуй меня, — попросил Эндрю и поднял лицо навстречу возлюбленному. Навт склонился над ним, обнимая лицо руками и подарил долгий жадный поцелуй, укусив и оттянув нижнюю губу на прощание. — Так лучше? — Намного, Золото. — Мансер пососал нижнюю губу и улыбнулся. — Только Серому ни слова, а то он ее изуродует. — Ты должно быть шутишь. Шторм ревнует? — Он спокойно переносит факт наличия бывших любовников ровно до того момента, пока они не начнут озвучивать подробности интимной близости или их прикосновения, не выходят за рамки приветственных объятий. — они пошли дальше, пока морф объяснял, — До двоих он уже добрался, как выяснилось, причем в мое отсутствие. — При нем со мной флиртовали и он был спокоен. — Флирт — это игра, в которой ты получаешь приятное внимание и не более, — покачал головой Полосатый, — Которую легко можно прервать, если что-то выйдет за рамки. — У меня не складывается… — навт почесал затылок. — Когда что-то происходит с ним, он бежит и прячется, когда что-то угрожает нам, он переключается в режим берсерка и уничтожает угрозу на корню, а потом бежит прячется. — усмехнулся Мансер. — Исключения были, но не так много…и у него есть проблема с соразмерностью противодействия. — Ты про ту историю с переломанными пальцами? — Ну, например, да… — Вы очень по-разному ее помните. — А какой он помнит? — заинтересовался Эндрю. — Он помнит, что ты пришел расстроен или даже зол, долго не хотел рассказывать, что случилось, что он ходил за тобой хвостиком, пока ты не раскололся. — стал перечислять Васко, — Ты рассказал, что твоя бывшая тебя заболтала и перехватила что-то важное. При чем ни имени, ни лица в памяти не отложилось. Только какой-то сверток. — Там были запчасти для багги и пара вещиц, которые я хотел для себя и Лэйла была в курсе. — Ну не суть. В общем, дальше он нашел эту Лейлу, они поболтали и он с небольшой наценкой забрал у нее этот сверток. А потом, когда они пожимали руки, она сказала, что всегда знала, что ты останешься наивным мальчишкой от которого никогда не будет толку…и он сжал ей руку сильнее. Я так понимаю он был в облике Рэй, потому что и ты и она были выше. Вот… И он смотрел, как она сначала пытается выдернуть руку, потом просит, потом стоит на коленях и плачет. Он попросил ее никогда не делиться с незнакомцами своим нелестным мнением о других, потому что может получится неловко. И ушел, честно отдав ей оговоренную сыворотку. — Я до сих пор не понимаю, льстит мне это или пугает… — Мне иногда становится интересно, что бы было, если бы все случилось в обратном порядке? — В смысле, он выдернул тебя с Острова Навтов, а потом вы нашли уже собравшегося меня? — Вроде того. — Говно бы вышло. — пробурчал Полосатый, — Тебя бы забрали перед самым получением звания капитана, а я бы на четыре года дольше просидел в рабстве и хер знает, насколько бы меня это сломало. — Да уж. Они молча шли дальше, погруженные в эту новую мысль, пока не вырулили на мостик над воротами, около их песчаника стояло несколько силуэтов, угадывавшихся в пыльном мареве. Когда они подошли, люди и мутанты расступились, пропуская их к кораблю, их провожали в молчании. Пока навт забирался на палубу и готовился к отбытию, к техноманту подошел Шлак. Он молча отдал плетеную корзину, от которой пахло едой и несколько записок. Он странно улыбнулся и ушел, за ним ушли и его люди. — Что это было? — Дары… И просьбы… — Эндрю вздохнул и тоже забрался на борт. — Дома посмотрим, что там, ладно? Если не сказали вслух и сразу, значит, ничего слишком срочного. — Ответственность местного божества? — Да. Она теперь и твоя тоже, в какой-то мере, они знают что ты тоже гигантская манта. — С чего ты так решил? Полосатый взял верхний клочок бумаги и показал нарисованную на нем зверюгу с неумело имитированным рисунком татуировки Васко на крыльях.***Васко***
Они вернулись домой, никого не предупреждая о своем прибытии, открыли картой ангар и поднялись в комплекс, неся с собой сумку с техномансерским оборудованием от Мелвина и корзину подношений от Шлака. В доме было шумно. Со стороны их старой спальни доносился ритмичный низкочастотный гул. Из-за прорехи слышались голоса Лаки и Константина, которые эмоционально резались в карты. Морфы вошли под купол и их встретили радостными приветствиями. В общей сложности их не было почти трое суток. — Вы вдвоем? — принц торопливо поднял и застегнул воротник. — Да, мы только вдвоем. — Васко поставили на стол корзинку, — Это подарки из долины, записки сохранить, это важно. — И мы привезли мансерский кит с усилителями, надо посмотреть есть ли рекомендации по вживлению в базе комплекса, — следующей на стол встала сумка, Лаки тут же в нее влез, доставая аккуратно упакованные запчасти и раскладывая их в ряд. — Не распаковывай, они должны быть стерильными. — А где Кай? — навт наблюдал за тем, как принц влез в корзинку, отложил записки, придавив их кружкой, что они не разлетелись и стал доставать оттуда припасы. — Он заперся в комнате и отказался выходить, пока вы не вернетесь. Он говорит, что может быть опасен для людей. Зубастый и Полосатый переглянулись. — Это он сделал? — Васко провел рукой по своей шее. — Черт, ты заметил. У тебя зрение как… — У меня зрение, как у сирены, у него нюх, как у гончей, у Серого слух и осязание, как вообще не знаю у кого. — быстро проговорил Зубастый, — Ответь на вопрос. — Это не Кай, это мы подрались, — признался Лаки. — Я в долгу не остался, — отмахнулся Константин. — Я не уверен, что хочу знать подробности, — проворчал Эндрю и пошел обратно к прорехе. Когда он подошел к двери, из-за которой грохотало так, что не справлялась шумоизоляция, его нагнал Васко. Он приложил ладонь к панели, и она загорелась зеленым. Кай не заперся. Он поставил ограничение доступа, чтобы парни не вошли. Дверь открылась, и их накрыло звуковой волной. Орал Рэтровэйв с перегруженными басами. Морф сидел спиной к двери за своим станком и рисовал на большом планшете серым и синим. Когда они приблизились, Васко замер. Он увидел уже почти законченную картину, ровно такую, как он воображал у себя в Чертогах разума, висящей над постелью. Серый заканчивал последние штрихи, обводя тонкой золотой кистью радужку глаз. У каждого из троих, изображенных на полотне метаморфов, портретное сходство было достаточно небольшим, но они узнавались, каждый из них за счет общей формы челюсти, причесок, узоров на теле и одежды. Зубастый ткнулся в сознание Полосатого и показал свое видение из того дня, когда Серый показал ему свои и его чертоги. Они молча стояли позади, пока Кай не закончил и не отстранился от холста. Он воткнул кисти с кистемойку и уронил голову, опустив руки между колен. Эндрю протянул руку и убавил звук на портативной колонке до уровня, при котором можно нормально разговаривать. Кай поднял голову и развернулся на табурете, серое лицо осунулось, а глаза ввалились еще сильнее, чем когда любовники уезжали, он устало, но счастливо улыбнулся и протянул к возлюбленным перепачканные красками руки. — Любовь моя, что с тобой такое? — Мансер склонился над ним, обнимая за шею. — Я так рад, что вы вернулись, — он встал и заключил любимых в объятья. — Я так соскучился. — Мы тоже. Ты должен был отдыхать. — Где мистер Сикер? — Скотт умер. — объяснил Эндрю, — Мы добрались до Долины и Мелвин сказал, что Захария уехал на его похороны, мы не стали выяснять, что произошло, забрали кит и вернулись. — Понятно… — морф опустил взгляд, уронил руки и вздохнул, — Он уже был старым, да? — у него навернулись слезы. — Да, Любовь моя, неприлично старым по марсианским меркам, на самом деле. Кай прикрыл глаза и вдохнул с дрожью, слезы скатились по лицу и повисли капельками на подбородке. — Жаль, что не вышло попрощаться… — он закусил губу. — Я не думал, что ты так к нему привязан. — Зубастый смотрел на лицо скорбящего возлюбленного со смешанным чувством. — Он очень много сделал для меня, пусть и не ставил перед собой такой цели. Мы обязаны ему тем, что с нами наша Тень, — он поднял взгляд на навта, — И я обязан ему тем, что могу видеть звезды. Я… Не то чтобы много с ним разговаривал. — Ты успел сказать ему то, насколько благодарен, помнишь? — Помню… — морф покивал, шмыгнул носом и уткнулся лбом в плечо Полосатого. Они молчали, вспоминая полусумасшедшего профессора, изменившего их жизни. Васко знал его только из воспоминаний остальных, и в нем эта потеря не отзывалась. Но он видел, как тихо плачет Кай и как потихоньку начинает пробирать Эндрю, который до этого держался равнодушно и спокойно. — Я сейчас. Зубастый вышел за дверь, быстрыми шагами пошел в кладовую и забрал последнюю пару бутылок вина, потом взял из корзины, не глядя, какой-то сверток от которого пахло жареными фруктами. — Мы привезли новости о смерти друга, не трогайте нас пару часов, хорошо? Он дождался, пока парни согласятся и ушел обратно в комнату, закрыв за собой дверь. Он развернул посреди матраса сверток, в котором оказались именно жареные фрукты с яичными сливками, забрался сам, скинув ботинки и скрестив ноги, и позвал остальных. — Я знаю, что вы видели, — он вскрыл первую бутылку, — Но не знаю, о чем вы думали. Расскажите мне о нем. Кай и Эндрю забрались на постель и все сели кружком, как сидели и болтали в самом начале их знакомства. Мансер взял бутылку, сделал первый глоток и начал рассказ…***Эндрю и Васко***
Через две бутылки вина, сверток фруктов и тарелку каких-то снеков, трое метаморфов улеглись на широком матрасе вповалку, используя друг друга в качестве подушек. Измученный Кай быстро поддался влиянию алкоголя и к концу беседы все больше глупо улыбался и отключился первым, устроившись головой на бедре любовника и вцепившись в его ногу. Эндрю и Васко, которым вино лишь слегка расслабило головы, разговаривали о наставниках и людях, которые как-то повлияли на них, сами того не зная. Но в конце концов, и их забрала усталость от нескольких суток напряженной дороги. Они уснули в тепле и покое за запертой дверью, в безопасности своего дома.***Кай***
Кай снова оказался в том кошмарном сне, за секунду до того, как Константин окатил его водой. Они смеялись над ним. Черные руки держали его за ноги и за руки, а вокруг слышались крики о помощи его возлюбленных. Он заметался, пытаясь проснуться, но сон не выпускал. И вдруг все стихло, развалился и оборвался смех. Его мучители стали оглядываться, пытаясь понять, что произошло. Из темноты раздался выстрел, за ним еще один. К ним уверенно шагал Эндрю, освещаемый огненными вспышками, всаживающий пулю за пулей в голову и грудь Манфреда. Он встал перед возлюбленным и сделал последний выстрел. Четвертый упал. — Взять! — рыкнул Полосатый, откуда-то появилось два пса в розовых панцирях и уволокли истекающие кровью тело в небытие. Антарес отступил на шаг и обратился драконом, но под его ногами расступилось море, не дав взлететь и исполинская сирена с торсом Васко обернулась вокруг его тела, сломав и скрутив, уволокла на дно, а когда волны исчезли, к ним вышел навт, ласково улыбаясь возлюбленным. Они вдвоем взяли Серого под руки и подняли, вырвав из призрачных рук, обняли его и сон закончился.***Эндрю и Васко***
Эндрю и Васко приоткрыли глаза, посмотрели друг на друга, обменялись улыбками и стукнулись кулаками. Между ними мирно сопел их Любовь, обхватив руками бедро одного и закинув ноги на второго. Они закрыли глаза и погасли как фонари.
