Его смех

Соулмейты… Как же это глупо. Почему я не могу выбрать свою судьбу сама? Девушка задавалась этим вопросом каждый раз. Лишь в детстве, когда она впервые узнала о родственных душах, пребывала в восторге. Это казалось таким романтичным — кто-то будет создан лишь для неё. Но сейчас… Она слушала его смех, а у самой улыбка пропала с лица. Неужели… Неужели он?

***

— Мамочка, а как вы с папой познакомились? — юная Араи слегка дёрнула свою маму за юбку, пока та что-то готовила. Женщина отложила нож в сторону и, вытерев руки полотенцем, опустилась ближе к дочери. — Я услышала его смех, — воспоминания отозвались на её лице тёплой улыбкой. — Смех?.. Значит, если я услышу, как кто-то смеётся, он непременно станет моим мужем? — девочка искренне не понимала, как работает любовь. В мультиках часто говорили что-то о бабочках в животе и затруднённом дыхании, но она так и не поняла, что это значит. Однако очень хотела разобраться. — Ох, солнышко, конечно нет, — недоумение на лице малышки рассмешило Араи-старшую, но мысленно она раздумывала, стоит ли рассказывать о родственных душах пятилетнему ребёнку? — Тогда как я пойму, кто моя любовь? Внутри меня вылупятся бабочки? — она пыталась использовать все имеющиеся знания, чтобы выяснить правду. — Однажды, в один прекрасный день, судьба подскажет тебе, кто он. Его смех будет разливаться вместе с твоим.

***

Конечно, для Ито эти слова ничего не значили. Лишь через несколько лет она узнала о необычной связи — когда приходит время, соулмейт человека, который находится рядом и начинает смеяться, делает то же самое против собственной воли. Вот, наконец, и в беззаботную жизнь девушки постучалась судьба. Все ученики класса 1А собрались на первом этаже, чтобы обсудить прошедшую тренировку и отдохнуть. Разобрав все свои ошибки, проанализировав, насколько верны были их действия, будущие герои расслабились за чашкой чая, который приготовила Яойрозу, и слушали рассказ Каминари, который сделал для себя невероятное открытие. Лишь Араи отлучилась ненадолго, чтобы позвонить родителям, и Бакуго сидел вдали ото всех, повернувшись к ним спиной. Кажется, Каминари рассказал что-то забавное, потому что все разом, кто-то даже выплюнув чай, стали весело смеяться. — Что у вас тут произошло? — спускаясь по лестнице, с мягкой улыбкой на лице спросила Ито. Она была рада, что неудачная тренировка не испортила их настрой. — Каминари сегодня жжёт! — выкрикнул Киришима, чем вызвал новую волну смеха. — Иди сюда, я и тебе расскажу, — Каминари махнул рукой, вытирая слёзы с уголков глаз. Приняв свою порцию чая от Момо, девушка присела на подлокотник кресла и повернулась к парню. Он несколько минут, активно жестикулируя, с неумолимым энтузиазмом вновь рассказывал свою историю. — …И, не поверишь, он поджарился! Теперь своей причудой я могу готовить себе тосты! Это было настолько абсурдно, что казалось смешным. Особенно восторг самого Каминари. Ито, позабыв о наполненности своей чашки, звонко рассмеялась, расплёскивая горячий напиток на пол. В этот момент с другого конца комнаты раздался ещё один смех — не такой искренний, какой был у девушки. Он звучал, словно кашель — немного шероховатый, громкий, будто вырвался сам. Ито тут же перестала смеяться. На её лице отразилось… Осознание. Такое твёрдое и глубокое, что поражало саму душу. Она просто не могла поверить в то, что видит, что слышит. Но произошедшее поняла не только она. Каждый в комнате устремил свой взгляд на Бакуго, чей смех всё ещё звучал в абсолютной тишине. Когда он прекратился, Кацуки повернулся ко всем, поймав взгляды 20 пар глаз. — Чего уставились?! Встав со своего места, он быстро, широкими шагами, засунув руки в карманы, направился наверх, в свою комнату. Девушка не могла оторвать от него глаз. В голове была пустота. Ничего, кроме «Неужели… Неужели он?». Конечно, Ито задумывалась, может ли её будущая любовь учиться с ней в одном классе? Даже представляла, кто это мог быть — милый и застенчивый Мидория, на которого всегда можно положиться; серьёзный и сдержанный Токоями, рядом с которым чувствуешь себя как за каменной стеной; честный и старательный Иида… Господи, да кто угодно, только не этот… Грубый, высокомерный, нелюдимый идиот Бакуго! — Ито, Иито! Яойрозу махала руками перед лицом девушки, пытаясь вернуть её к реальности. — Д…Да? — тряхнув головой, ответила Араи. — Ты… Ты как? Вопрос, конечно, странный, но вполне уместный. В такой-то ситуации… Когда понимаешь, что судьба связала тебя с… Бакуго. — Я… Мне нужно побыть одной. Спасибо за чай, Момо, я пойду к себе. Тяжело поднимаясь по ступеням, девушка всё ещё размышляла о реальности происходящего. Однако, на её удивление, перспектива жить с Бакуго до конца своих дней вовсе не ужаснула её. Закрыв за собой дверь, она опустилась на кровать. Долго смотрела в стену, пока до её слуха не донёсся раздражающий стук — устремив взгляд на его источник, она поняла, что это её собственная нога отстукивала неровный ритм. Прижав ладонь к своему колену, Ито отогнала тревожные, гнетущие мысли. — Нужно… Нужно подумать. О чём же тут думать? Всё, ваши души связаны между собой красной нитью судьбы, и её не разорвать. — Бакуго… Кацуки Бакуго. Причуда — взрыв. Она усмехнулась. Казалось, отношения с ним и правда будут похожи на нечто взрывное. Такой уж у него характер. Сколько в нём недостатков? Перечислять можно часами… Но, а если подумать, должно же быть и что-то хорошее? Юная Араи улеглась на кровать, глядя в потолок. Пальцы сами по себе сжали шелковую простыню. Если начать вспоминать… Что можно о нём выяснить? Ито никогда не говорила с ним о чём-то, кроме учебы. Нельзя сказать, что у неё не было желания, нет, дело не в этом — просто Бакуго сторонился всех подряд, редко подпускал кого-то к себе и вряд ли кому-то открылся даже ненадолго. Но если напрячься… Что ж, можно начать с главного — Кацуки учится в UA и хочет быть героем. Это ведь хорошо? Несмотря на то, как он себя ведёт, его цели совпадают с целями девушки — защищать людей и побеждать злодеев. Пускай второе и стоит у него в приоритете — это не значит, что он безнадёжен. Если подумать, победа над злодеем прерывает чреду преступлений, которые он мог совершить. Получается, Бакуго смотрит в будущее, что кажется довольно мудрым решением. Так же… Он способен заботиться о других. Да, делает он это по своему — может злиться, накричать, но в любом случае поможет, если помощь действительно нужна. Даже когда о ней не просят. Глаза девушки вдруг расширились. Она поднялась на кровати, прикрыв рот рукой. Её будто ледяной водой окатили, по телу прошла дрожь. — Боже… Уже тогда?

***

Две недели назад.

Ито сидела на скамье возле их общежития, читая книгу. Слабый свет уличного фонаря подсвечивал страницы. Конечно, этим можно было заняться и в комнате, но ей хотелось… свободы. Вечер стоял прохладный. Колючий ветер пробирался под одежду, вызывая волны непрошенных мурашек, однако уходить всё же не хотелось. Настолько книга была увлекательной, что оторваться от неё не представлялось возможным, и предвкушение перед ней настолько затуманило её разум, что девушка не подумала взять с собой хотя бы плед. — Холодно. Араи оторвалась от книги и подняла глаза наверх. Над ней нависал Бакуго. — Что? — Холодно, говорю. Она улыбнулась и кивнула. — Чего лыбишься? Мозги уже отморозила? Ито никогда не задевали его слова. Она понимала, что он это не со зла. Просто он… Такой. — Я и сама чувствую, что холодно, — беззаботно пожав плечами, ответила девушка. — Держи, — отведя взгляд в сторону, Кацуки протянул ей пиджак. Непонимающе глядя на него, осторожно, она всё же приняла одежду. — С… Спасибо? — Не стал без спроса заходить в твою комнату, вот и взял свой. Ито мягко рассмеялась, натягивая пиджак. Послышался тихий смешок и самого Бакуго. — Спасибо ещё раз, — вновь одарила его улыбкой Араи. Тогда ей казалось, что он смеялся от того, что постеснялся зайти в женскую комнату. Однако сейчас, вспоминая его лицо… Его замешательство, она поняла — он узнал о их связи ещё тогда.

***

Поднявшись, девушка решительно направилась к парню. Распахнув дверь, даже не постучавшись, она оказалась внутри. — Ты знал. — Чего? — чрезмерно грубо бросил Кацуки, поворачиваясь к незваной гостье лицом. — Ты знал, что… О Боже, — не веря в то, что она сейчас скажет, прошептала Ито, — Что мы связаны. — Ты чё тут забыла? Проваливай! — он поднялся со своей кровати и стал приближаться к девушке. Она лишь захлопнула дверь за собой. — Нет. Мы поговорим. — Поговорим? Нам не о чем разговаривать, — остановившись всего в шаге, Бакуго сверлил её злым взглядом. Возможно, пытаясь испепелить. Или подорвать. — Ты дурак? — это прозвучало так по-детски. Он едко усмехнулся. — Чего ты хочешь? — Я уже сказала. Поговорить. — Ну, валяй. Внезапно Ито поняла — она не знает, что хочет ему сказать. Ноги сами её принесли сюда. Без капли рационального смысла. — Долго молчать будешь? Араи глубоко вдохнула, а затем медленно выдохнула, собираясь с мыслями. Но тут начала оглядываться. — А ведь… Я раньше не видела твою комнату. — Никто не видел. — И правда… Она прошлась вдоль высокого деревянного шкафа с одеждой, проведя по всей его длине кончиками пальцев. Приблизилась ко столу. — Это твоя семья? — девушка взяла в руки фотографию, стоящую в рамке возле большой стопки нераскрытых книг. Бакуго вмиг оказался рядом и выхватил свою вещь из её рук. — Ты чё о себе возомнила?! Снова вздох. Более лёгкий, но с каплей вымученности. — Я хочу… Узнать тебя поближе. Ито бесцеремонно опустилась на его кровать. — Зачем это? — Кацуки поставил фотографию на место и повернулся к гостье лицом. Раздражение в его голосе сочилось ядом. — Ты действительно не понимаешь, что произошло? Бакуго молчал. Конечно, он всё понимал. Просто не хотел верить. Вся эта родственная связь, любовь и прочий бред не входили в его планы. Думал, пронесёт. Но нет. А ещё он думал, почему Араи так тянется к нему. Он ведь всем своим видом олицетворяет враждебность. Буквально отверг их связь у всех на виду, но она всё равно пришла к нему. — Тебе оно надо? Девушка усмехнулась. — Хороший вопрос, Бакуго. Ито задумалась, как же на него ответить. И действительно… Надо ли оно ей это? — Под «оно» ты подразумеваешь себя? Самого грубого, бестактного, упёртого и просто невыносимого человека, которого я знаю? И что отношения с тобой кажутся кошмаром? Она склонила голову и беззаботно улыбнулась, глядя ему в глаза. — Почему ты не бежишь? Почему не пугаешься, не пытаешься оборвать все связи? Почему хочешь… сблизится? Бакуго говорил серьезно, совсем безэмоционально. Но в конце его голос дрогнул. Ито так же глядела ему в глаза и качала ногами, словно ребёнок. Она выглядела так, словно обсуждает погоду и то, какое вкусное мороженое сегодня ела. Это раздражало Бакуго больше самого её присутствия здесь. — Я вижу тебя, Бакуго. — Что это значит? — Вижу, что ты идиот. — Чего? — он явно закипел. — Ты такой же, как и все мы. Несёшь в себе добро, веришь в лучшее, умеешь сопереживать, поддерживать, однако всеми силами пытаешься это скрыть. Я не знаю причин. И не понимаю, зачем. Хочу это выяснить. — Копаться в моих мозгах собралась? Надеешься, что я тебе тут душу изолью? — Что ты любишь? Резкая перемена темы выбила Кацуки из колеи. — Ты чё несёшь? — Стоит начать с малого. Я считаю, чтобы лучше узнать человека, нужно спросить о его предпочтениях. Например я люблю арахис и читать в одиночестве. Что это обо мне говорит? — Что ты нелюдимая обжора. — Нет. Ну, не совсем. Если я упомянула еду, значит действительно придаю ей большое значение и умею ею наслаждаться. А второе — что я амбиверт. Нетрудно заметить, что в школе я очень активна, всегда помогаю в различных мероприятиях, общаюсь с одноклассниками, но моя социальная батарея не вечна. Я часто устаю от подобного, мне необходимы тишина и спокойствие, чтобы побыть наедине с собой. И чтобы мысли не съедали изнутри — я читаю книги. Бакуго не нашёл, что ответить. Но слушал он внимательно, жадно впитывая каждое слово. — Теперь твоя очередь. — С какой такой стати? — Ну же, спрячь свои колючки хотя бы со мной. — Хотя бы с тобой? — Мы ведь… Соулмейты, — это прозвучало столь жалобно. Даже в её глазах отразилась робкая надежда на понимание, однако Ито быстро взяла себя в руки, придав голосу уверенности, — И идеально подходим друг другу. Значит, в тебе есть что-то, что я смогу полюбить. Она тяжело вздохнула. — Нет, не так. Что я буду счастлива любить. Бакуго смотрел на девушку в замешательстве, с недоверием. — И я хочу это выяснить, — она похлопала на место рядом с собой, — садись. Кацуки сдался. Плюхнувшись на кровать, он скрепил руки на затылке и облокотится о стену. — Я люблю взрывы. — Боже, Бакуго, можно что-то менее очевидное? — Не нравится, не слушай, тебя вообще здесь никто не держит! — терпение Кацуки было уж слишком хрупким. Но девушка никак на это не реагировала, лишь кротко молчала, ожидая ответ. Он замешкался. — Я… Эм… Мне нравится альпинизм, — еле слышно, себе под нос произнёс парень. — Что ты там бубнишь? — Я люблю альпинизм, — почти выкрикнул Кацуки. Чувствовал он себя так, словно только что признался в том, в чём не следовало. — Ого, как интересно. А почему? — Ну… Они говорили целый час. И когда Бакуго взглянул на часы, то ужаснулся. Даже для него время, проведённое с девушкой, показалось мгновением. — Что ж, мне пора, время позднее, — она тоже глядела на часы, но её эмоций парень разобрать не смог, — Спокойной ночи, Бакуго. Ито поднялась со своего места и, медленно потягиваясь, направилась к двери. — Эй, Араи, — как-то несмело прозвучал голос парня. Только взявшись за ручку, девушка обернулась. Кацуки взглядом упёрся в пол и в целом выглядел как-то неловко. — Я… Я рад, что это оказалась именно ты. Она улыбнулась. — Надеюсь, скоро и я смогу сказать тебе эти слова. Ито тихо рассмеялась, покидая комнату парня. Но он не чувствовал себя униженным, вовсе нет. Он понимал, что этот смех означал чистую веру и твёрдую уверенность в нём.