Пять лет

      Тэхён собирает последнюю сумку, пока любимая тётя помогает проверить, что еще мог забыть ее племянник.        — Тётя, нужно будет выключить холодильник, иначе счета придут огромные, а сам он пустой, — говорит Тэхён, утрамбовывая белье в пятый чемодан.        — Да, я выключу, не беспокойся об этом, но знай, что квартира всегда свободна, я не буду ее сдавать, — подходит госпожа Дасом к Тэхену и мягко улыбается.       Тэхён отвлекается от своего занятия и ностальгически улыбается, смотря на тётю.        — Мне нравится эта квартира. Даже не верится, что я съезжаю с нее вот так. Еще и не к себе домой.        — Теперь там — твой дом, Тэтэ, — она гладит его по волосам и треплет за щеку, — ты ведь был там уже? Он же все показал тебе? Тебе понравилось? — хотя они и редко виделись, тётя всегда заботилась о племяннике и не могла позволить для него плохие условия. Она хороший наставник.        — Нет, я там не был, — Ким опускает вниз взгляд и чуть поджимает губы.        — Что такое? — удивляется тётя такой смене настроения, — ты боишься переезжать? Ты боишься? Так, он точно хороший человек или ты меня обманываешь? — она хлопает его по попе и ожидает ответа.        — Нет-нет, тётя! — Тэхён расширяет глаза и пытается заверить женщину в обратном, — все хорошо, правда, просто… — Дасом тянет его присесть на диван и берет его руки в свои, принимаясь внимательно слушать, — просто я никогда не думал, что буду с кем-то жить вот так. Я хочу, но для меня это так неловко, я боюсь, что не привыкну к новому укладу жизни и новым правилам в его доме.        — Глупости! Вы говорили об этом? — Тэ положительно кивает, — и что он сказал?        — Чонгук говорит, что я могу этого не делать, если не хочу. И могу сделать это, когда появится большое желание. Поэтому я думал почти месяц… мне стыдно, честно говоря, перед самим собой даже. Потому что со стороны это выглядит так, будто я не знаю, чего хочу. Будто я согласился, а потом дал заднюю. Он этого не заслуживает.        — Не говори ерунды, боже! Если ты не готов к новым правилам и новой обстановке, то это означает именно это, а не то, что ты не хочешь жить с Чонгуком. Это разные вещи. И вообще, кто сказал, что ты должен будешь жить, как скажет Чонгук или какие-то там правила? — она образно водит в воздухе своей изящной рукой с длинными пальцами. Как у Тэхёна, — ты поменял место жительства, а не сам себя, понятно? — она чуть повышает тон и добавляет харизмы голосу. Хотя куда еще, — чего смеёшься? Это ведь правда, никаких смешков, Ким Тэхён!        А Тэхён остановиться не может. Он хочет познакомить их с Чонгуком быстрее. Хочет, чтобы они понравились друг другу. Но первую он хочет познакомить бабушку. Ему стыдно, что он не сидит с ней вот так, как сейчас с тетушкой. Стыдно, но он хочет это исправить.        — Спасибо, тётушка… — Тэхён перестаёт смеяться, оставляя на лице лишь улыбку и искренний взгляд, — правда, спасибо. Я сомневался очень долго, но мне нужно было просто позвонить вам и поговорить, — она снова гладит его по волосам и от улыбки в уголках глаз скапливаются морщинки, — теперь я понимаю, что изменения будут, но мы будем вместе выстраивать их для общего комфорта. И никто из нас не обязан подстраиваться друг под друга, чтобы не ссориться. Нет, тё-о-отушка, мы не ссоримся, ага? — быстро проговаривает Тэхён, когда Дасом открыла рот, чтобы спросить.        — Смотри мне. Только попробуйте, сразу окажешься здесь! — и снова заставляет племянника смеяться, — шучу конечно, но не позволяйте друг другу доводить себя до точки кипения. Ты умеешь не создавать конфликты, просто говоря то, что тебе не нравится сразу. Я думаю, если твой спутник уже выбран тобою, то он такой же. Я-то тебя знаю, — и улыбается своей прекрасной улыбкой, топя сердце Тэ.        Когда спустя полчаса Чонгук ждёт Тэхёна у машины возле подъезда, он волнуется, смотря на выложенную пешеходную дорожку широкими глазами.        «— Ты не обязан говорить сейчас, — Чонгук мнется от волнения получения ожидаемого ответа и теребит бахрому пледа, неосознанно, но все еще мило чуть дуя губы, — сделай правильный вывод, а потом скажи мне. Если—       — Да, Чонгук, я хочу. Хочу переехать, —шепчет Тэхён альфе в самые губы и целует, запечатывая этот момент в памяти»        Но… вдруг, Тэхену не понравится квартира? Ну и пусть, они могут сделать ремонт. Это не проблема. Ну, а если он не захочет с ним жить? Если съедет через какое-то время? Или не захочет вообще переходить порог? Да бред, Чонгук, в конце концов, даже если так, может… проблема в тебе? Может ты его чем-то отпугиваешь? А ты вообще не рано это предложил? Может, несколько месяцев слишком рано для такого шага? Почему он думал так долго? Да, блять, Чонгук, он что раз говорил, что он просто хочет принять взвешенное решение. Но ты даже не сказал ему ни разу, что любишь? А что, разве этого итак не видно? Не видно? А? А что, если… Да хватит, все будет хорошо, ясно?        Перепалку ангела и демона в голове Чонгука прерывают нежные губы, касающиеся его щеки. И снова сердце в пятки.        — Привет, Гук-а, — в глазах сердечки и отражение собственных. И так каждый раз.        Чонгук, очнувшись, обвивает талию Тэхёна и уже сам затягивает в эмоциональный поцелуй, от которого Тэхён даже немного пошатнулся.        — Привет, бриллиант, — Чонгук облизывает губы и насмотреться не может на своего омегу.        — Я соскучился ужасно. Мы не виделись неделю! — с чуть обиженным наигранным тоном говорит Тэхён и смеется, когда Чонгук слишком быстро начинает зацеловывать его щеки, нос, лоб и вообще все, куда рвутся губы.        — Хватит, — смеется Тэ открыто, — хватит, Чонгук, это очень щекотно! — просит Тэхён, хотя сам хочет вечности этого момента, но ему не хочется задерживать тетушку, что все это время охраняет чемоданы и разговаривает с бабушкой Тэ по телефону. Они те еще болтушки.       — Ты не откажешь мне в этом дома, — шепчет Чонгук, — у меня очень большая кровать, — и глазища свои опять щурит хитренько, выводя Тэхёна из себя.        — Дурак! Кровать, ага, щас, никаких кроватей не будет! — и старается выпутаться под громкий смех Чонгука, естественно безуспешно.        — Сам ты дурачок, я тебя ни к чему не буду принуждать, понял меня? — успокаивает Чонгук своего омегу и тот перестает вертеться в его руках, как ребенок, — разве что… — и получает по груди кулаком, смеется и продолжает, — к собственному комфорту, Тэ, — ну пиздец.        Чонгук — слишком для сердца Тэхёна. Он должен его пожалеть.        — И к малиново-мятному чаю с сиропом со вкусом печенья, — хихикая, добавляет Чонгук.        — Ага, будешь заставлять делать его тебе насильно? — шутит Тэхён.        — Конечно, припечатаю тебя собой к кухонному гарнитуру и буду наблюдать за процессом, — а… это шутка или…        — Это не входит в технологию приготовления, крольчонок.        — Правила созданы, чтобы их нарушать, — томным голосом произносит Чонгук, все время наблюдая за тем, как ввел Тэхёна в краску и наклоняется, оставив для полного наслаждения медленный поцелуй.        Тэхён просто не может передать даже в мыслях то, что он чувствует с этим человеком. Ему настолько хочется быть всегда с ним при любых обстоятельствах, учиться с ним чему-то, учиться у него чему-то, узнавать его еще больше, даже испытать пресловутый быт ему тоже хочется.        Не пройдёт ли это через долгое или недолгое время?.. Он боится этого. Боится не из-за одиночества, а потому что не хочет потерять его. Он очень счастлив с Чонгуком в этих отношениях. Он видит, как Чонгук счастлив тоже, как он подмечает каждую деталь, как делает все ради их уютных отношений.        Боится ли Тэхён после Минсока с его бытовой инвалидностью подобных ситуаций? Боялся, из-за этого и не хотел переезжать поначалу. Но, подумав головой, он понял, что поведение Чонгука совершенно отличается от поведения того придурка. Подумав еще немного, он понял, что это даже несправедливо, думать так о Чонгуке. Их отношения здоровые, Тэхён не раз в этом убедился, пока Чонгук срывался к нему через весь город, чтобы привезти лекарства и поухаживать, пока тот болеет. Пока Чонгук всегда выполнял свои обещания, подмечая каждую мелочь. Пока он никогда и ни к чему не принуждал, не манипулировал и прочее. Он убедился, убеждается и надеется, что будет убеждаться дальше.       — О чем бы ты сейчас не думал, перестань, — Чонгук притягивает его за талию ближе к себе, а одной рукой осторожно поглаживает горбинку носа, — у тебя выражение лица резко изменилось, ты что-то забыл в квартире?        — Нет, но у тебя такое же лицо было, когда я вышел. Поговорим об этом дома? — Тэхён наконец проглатывает тот ком, что сидел у него с момента, как он думал о предложении Чонгука переехать, — хотя, знаешь, я думаю, этот разговор уже не нужен, я понял, что очень хочу переехать к тебе и жить с тобой.        — Я тоже думаю, что разговор — это лишнее, но мы можем вернуться к нему в любой момент или поговорить о своих переживаниях в другом ключе. Это не будет проблемой, ты знаешь.        Тэхён улыбается и быстро тянется чмокнуть губы своего альфу, после чего к ним подходит Дасом.        — Вы такие голубки, даже в моей молодости у меня не было такого! — возмущается тётушка.        — Госпожа Дасом, — Чонгук берет тонкие ладони тёти Тэхёна в свои и низко кланяется, прикрывая глаза, — я обещаю, что с Тэхеном ничего не случится. И хотя мы ни от чего не застрахованы, я беру всю ответственность на себя, при этом стараясь уберечь его от всего в этом мире, — он искренен. Действительно искренен, хотя звучит, как очередная глава из сказки. Такое тоже бывает. Это должно быть нормальным. Конечно не без выполнения этого обещания.        Тэхён наблюдает за всем этим и почти плачет. Никто так не просил благословения на его памяти. Но реакцию тёти он ждёт с нетерпением, зная её…        — Йа! Ты что, только что сейчас сказал, что что-то собираешься с ним сделать, а потом благородно взять ответственность на себя?! — пауза, во время которой Чонгук пребывает в шоке, смотря в глаза Дасом, Тэхён в таком же состоянии, но недолго, ведь быстро понимает, что это попытка тети пошутить и произвести первое впечатление.        — Н… нет… я… ч-что вы… я имел в виду… — Чонгук уже накрутил себя до состояния, когда думает, что он на самом деле звучал, как маньяк.        А потом его прекрасный омега и его тетушка начинают просто очень громко смеяться, хватаясь то друг за друга, то за животы, которые они, кажется, просто надрывают от смеха.        — Вы… да, вашему юмору только позавидовать, — выдыхает Чонгук и даже немного улыбается.        После минуты (десяти минут) юмора, они все втроем пытаются затолкать чемоданы Тэхёна в Генезис и, когда Тэхён прощается с тетушкой, что желает им только счастья и просит позвонить бабушке, Тэхён и Чонгук садятся-таки в машину и уезжают на другой конец города. Туда, где их ждёт совместная жизнь. Сейчас оба расслаблены, все волнения друг друга они развеяли и в спокойствии наслаждаются теплом ладоней друг друга, когда Чонгук не переключает коробку передач.