Часть 12
15 мая 2023 г., 15:17
***
Праздничный фестиваль — грандиозное событие для северных земель. Подготовка начинается заранее и происходит с широким масштабом. Даже не полностью украшенные улицы города вселяют бодрый дух и радостное настроение. После долгой зимы весну следовало начинать встречать с размахом. На самом деле праздник длился несколько дней, чтобы все горожане успели отдохнуть и насладиться. Последний день завершался церемониальными танцами и грандиозным фейерверком, который по слухам можно было увидеть даже из окон замка. Ходила легенда, что так задабривали духов природы и они жалели эти земли, даря им тепло и люди могли вырастить и собрать хороший урожай, чтобы с наступлением новой долгой зимы не голодать. Конечно, на землях выращивались также и культуры, которые могли выживать и зимой, но даже такой нуб в сельском хозяйстве как Шихен мог понять, что все равно этого было недостаточно. Поэтому данный фестиваль был громким и важным. И это был первый раз, когда Шихен покинет обитель. А то он как девица в башне томится. Поэтому сам мальчик ждал с нетерпением этого дня. И перед ним он никак не мог выспаться. Он просто не мог уснуть. Это было так волнительно. Уже с утра его укутали по самое не могу. Драгоценный ребенок превратился в белое яичко с красным бантом. Все же снег ещё не сошел и было холодно. Беспокойство всех дворцовых было понятно. Но не страшно. Если Шихен не мог позже бегать, он по крайней мере в этой одежде точно смог бы перекатываться, как снежок. Джинхек лично пришел за своим младшим братом. Он был с двумя рыцарями, которые остались ждать за дверью. Стоит только посмотреть на этого человека, как застынешь каменной статуей в невозможности вынести красоту и ауру альфы. Зимний выходной костюм был гармоничных синих тонов с просветами серебра и нити золота. Также белые меховые части идеально сочетались с шубкой маленькой омеги. Волосы были красиво убраны, а лицо совсем безразличное и холодное, но в глазах сияние тепла и нежности по отношению к младшенькому. Шихен осмотрелся. Он понадеялся, что за ним придет и Енву. Было бы просто прекрасно встретить их вместе. Но он был один. — Кого ты ищешь? — поинтересовался Джин, поднимая белое яичко на руки и осторожно прижимая к себе, чтобы вертящийся шарик не упал. — Енву. — Мы встретимся с ним внизу, — спокойно ответил старший, убирая маленький локон под шапку. Шихен явно мог идти сам, но весь путь его несли на руках. Он не настолько болен и хрупок, но препятствовать этому не решался. Он видел и чувствовал, как был доволен его старший брат, держа его на руках. Если ему нравится, то почему и он должен быть против? К тому же от брата приятно пахло и было так спокойно. Ах. Он почувствовал сонливость. Нельзя спать. Нельзя. В месте общих встреч им пришлось немного подождать Енву. И в тот момент, когда омега спустился по лестнице, Шихен пришел в себя и отпустил сонливость. Если он в своей одежде был похож на колобок, Джинхек был альфой и тут просто из-за своей крови, наверное, даже голым выжить в большой минус, то Енву в своих зимних выходных одежда был похож на сказочное создание. Таких обычно называют феями. Нежный и величественный. Он был одет в серебристую шубку с синими и красными дополнениями, которые словно полупрозрачная вуаль опадали на серебристую основу. Одежда идеально сидела по фигуре и совсем не полнила его, скорее более подчеркивала статность. Несмотря на возвышенный и прекрасный вид, Енву сам ощущал неловкость и был не совсем уверен в сегодняшнем дне. Он знал, как сильно хочет Шихе посетить праздник. Но сам он не совсем хотел. Выйти в мир означало точно столкнуться с теми, с кем он бы не хотел встречаться ни за что. Итак… у них была парная одежда. Шихен ликовал. Кто-то вякнет что они не семья? Да он лично проклянёт их до 14 колена, чтобы они никогда не переродились в лучшее будущее. В карете Шихен сел так, что занял всю скамейку и из вредности совершенно не хотел менять своего положения. Давайте позволим парочке сидеть рядом. Джинхек, впрочем, был не против любого исхода. Пока его младшему брату удобно, он готов пойти на все. Енву сначала замер. Они втроём в одной карете, но почему Джин прямо рядом с ним? Он сглотнул вязкий ком и попытался успокоиться. Но не мог расслабиться и продолжал сохранять осанку и небольшую дистанцию. Он то краснел, то бледнел. Хотел о чем-то поговорить. Но лишь как рыба пару раз открыл рот и выпустил невидимые пузыри. Потом на его лице отразилось сожаление, и он потупил взгляд. Шихен был крайне недоволен и раздосадован. Эта пара просто безнадежна. Его сердце было полно колючек. Но сейчас ему действовать рано. В 1 из 10 ситуаций его идея подсесть, так чтобы дистанция между ними ушла, была успешной. Поэтому он отдал предпочтение виду из окна. Не страшно. Он заставит их пройти много романтик моментов. И любовь между ними расцветёт подобно жасмину. За пределами стен общего замка шли заснеженные поля с одной стороны и высокие деревья с другой. Дальше дома. Большие и маленькие, ограждение, и собранные в некий пучок. Чем дальше, тем больше пучков, которые в итоге сливались в сильный город, украшенный к празднику. Они сначала должны были позавтракать в одном ресторане с хорошей кухней, а после отправиться на прогулку. Изначально маршрут был построен так, чтобы Шихену было не скучно. Также перерыв к обеду на выступление перед народом с речью и благодарностями, ну и продолжение банкета вплоть до фейерверков. Но Шихен давно договорился с Раоном и рыцарями. После речи он включит маленького капризного ребенка с одним «хочу- не хочу» и оставит Енву и Джинхека наедине, вручив карту «мне это надо, купите». Пока эта парочка будет играть в квесте, в игру вступят рыцари. В многолюдных улочках какова вероятность столкнуться с кем-то? А потеряться? Хе-хе. Они точно будут держаться за руки. Енву раскраснеется, а Джинхек ощущая в своей руке маленькую ладошку омеги растает. Они расслабятся, откроются друг другу, поймут, как они чертвоски идеально подходят и вуаля — через пару лет у Шихена парочка милых племянников. Он был уже в предвкушении, поэтому светился счастьем не хуже идеально вычищенного котла на кухне. Енву весь путь понервничал. Замок как никак не то место где можно в легкую и часто встретить всякое отребье. Но в городе… Его уверенность в себе падала с завидной скоростью. — Не волнуйся, — среди тишины примерно в час раздался чистый и спокойный голос альфы. — А? — Твои феромоны. — Ах… Прости… — Енву вздрогнул. Он не контролировал себя и выдал свой страх. — Не страшно. — Джин вздохнул, смиряя омегу взглядом. — Не думай ни о чем. Вне зависимости от того с кем мы столкнемся, помни — ты мой супруг. И если кто-то посмеет что-то сказать, просто назови кто или покажи и я вырву им языки. Джинхек говорил спокойно. Его поза была довольно расслабленной. Хотя он выглядел возможно даже скучающее. Шихен прекрасно знал, что это часть его характера, но от услышанного он малость офигел. И о Боги. Вы просто добавьте этому темпераменту влюбленность. Тут, пожалуй, полетят головы даже за странные мысли в сторону его омеги. Влюбленный альфа положит весь мир к ногам своего омеги, стоит тому просто захотеть. Никаких преград. Енву дышал через раз, если дышал. Конечно, их брачный контракт включал в себя много пунктов. В первую очередь, альфа должен заботиться о своем омеге. Были ли они настоящей парой или нет. Но… Когда Джинхек произносил такие слова, сердце омеги сжималось. Он был готов ныть и изнывать. Он готов был обмануться тем, что это любовь. — Ты… Джин…хек… Зачем ты такое говоришь? При Шитхене! Итак… Енву злился потому что альфа говорил жестокие вещи, которые дети не должны были слушать и слышать. Альфа сначала повел бровью, а потом встретился с большими глазами ребенка в котором ни капли порочности. Святая простота и невинность. А он и забыл, что его младший брат после нескольких лет помутнения стал снова милым и милым. Шихен схватил воздух. Его брат не нашел что возразить. Но вместе с тем он встретил смущение? Да ладно? — Думайте, о чем говорите, — буркнул Енву, отворачиваясь к окну. Он тоже был смущен, но вместе с тем расслаблен. Даже если это не любовь… Даже если все не по-настоящему, он был рад получать такое отношение от своего партнера. Они вскоре прибыли в нужное место. Их сопровождало 6 рыцарей. И те кто знал, начинали шептаться и раз рождать сплетни. Столик в ресторане ранее был забронировал и когда они все вошли, в отдельной комнате на каждую персону было поставлено до 6 блюд, а также несколько видом закусок и гарниров. Шихен подумал, что это расточительство. Ну или кто-то намеревается из него сделать самого настоящего колобка. Часть блюд была за счет заведения. Пожалуй, для них было уже волнительным и важным событием, поэтому сотрудники стремились выслужиться на полную. Шихен ел с аппетитом. Горячо и вкусно. Несколько видов пельменей, мясных блюд, и рыбы в кисло-сладком соусе. Но многое было таким сытным, что он просто не успевал. Ему было жалко еду. Но во время трапезы ему подкладывали слева и справа. Сытные кусочки заполнили его тарелку, которая не успевала побыть пустой. Помимо сотрудников, ещё и Енву с Джинхеном хотели, чтобы он был колобком. Было слишком много еды. Но Джинхек мог позволить себе быть расточительным. Маленький омега не заботился ни о чем. Пока его живот полон, он тоже был счастлив. Но сейчас он ощущал себя жирненьким и довольным. Успел осмотреть помещение и вид за окном. У ресторана было хорошее местоположение. Из него открывался хороший вид на центральную площадь. Вечно зеленые ели невысокими холмиками обрамляли площадь. На них были ленточки разных цветов, а между тянулись линии с фонариками и флажками. Ночью вид отсюда точно был волшебным. Ожидаемо или нет, но под конец в комнату навязчиво начали стучаться и приходить люди со статусом аристократа. Они подходили под добрым знаменем поздравить с праздником своего правителя и его чету. Льстецы и угодники. Проще всего охарактеризовать их так. Рот всегда изрекает красивые слова, а глазенки бегают. Истинные мысли всегда можно прочесть в их глазах. Хотя стоило признаться среди всех были те, кто умело прятал свои истинные мысли и цели. Один яркий представитель семья Сон. С членами семьи Шихен, его брат и невестка столкнулись на прогулке после завтрака. В окружении 6 рыцарей одетые в дорогие одежды и излучающие сияние благословленных божествами, они точно привлекали чужое внимание, но разве только Шихен замечал, что на них слишком много смотрят. Для других это было незначительно. Они просто прогуливались и рассматривали киоски и улочки, украшенные в едином стиле, сочетая фонарики и разноцветные ленточки, завязанные тугими узлами, чьи свободные концы развивал легкий, но ещё холодный ветер. С членами Сон, а точнее главой семьи и двумя его сыновьями. Яблоко от яблони. Один ген передавался на всех. Поразительно, но светлые волосы и светлые глаза аки отличительная черта этого клана. Казалось, что если родится ребенок с более темными цветами его не признают членом. Но в новелле, честно говоря, было не сильно много информации о самой семье Сон. Разве только общественное мнение. Складывалось впечатление, что это довольно хорошая семья, с уютной атмосферой внутри. Шихен прижался к Енву. Ему казалось было неспокойно и неуютно. Если бы не присевающий также там и Гиель, мальчик оттащил бы своих двух родственников к лавке с засахаренными фруктами. Но пока его брат и глава семьи Сон обменивались «любезностями» ему пришлось также стоять на месте и просто стараться поддержать: — Как прекрасно, что мы все вместе можем насладиться праздников весны, — произнес старший Сон, улыбаясь. Он не был сильно стар, но проседь в волосах давала знать, что он прожил много лет. Его глаза были узкими и почти всегда когда он улыбался прищурены в ужасно тонкую линию, словно он ничего не видел. Улыбка на лице, вероятно тоже была семейным кредо. — Действительно, — ответ Джинхека звучал сухо. Он не блистал желанием продолжать, но в тоже время не мог спокойно проигнорировать этих лисов. Его младший брат все ещё был обручен с младшим сыном Сон, поэтому он не хотел усложнения, ради счастья младшего. Семья Сон обеспечило себе такое высокое положение лишь благодаря своему ничтожному и младшему сыночку, который был интересен младшему господину Хви. — Я думаю, будет благоразумно, если наш Гиель и маленький принц Хви проведут время вместе. Все же они обручены. Господин Сон улыбался мягко и выглядел заботливым отцом, желающим только счастья своим детям. Он был обеспокоен отношениями своих детей и даже незримо проскальзывала печаль, за из будущее. Но Шихен ощущал нечто странное. Он был рядом с Енву и взгляд его также не раз останавливался на Гиеле, который словно бездушная кукла просто присутствовал, не имея своего собственного мнения. Это… было странно? Шихен потянул за подол одежды Енву и посмотрел растерянно и невинно. Ему не сильно хотелось оставаться здесь. Вероятно, ему стоило просто помилашничать перед братом, но он просто подумал, что-то, о чем ещё продолжает лепетать мистер Сон важно и не хотел беспокоить старшего. Он не обратил внимания на то что ранее господин Сон выделил это обручены и как скривилось на несколько секунд выражение лица Джинхека. Однако Гиель очевидно наблюдал за каждым действием маленького омеги. Наблюдал и оценивал. Енву мягко погладил Шихена по голове, в основном все пришлось на шапку, но это действие все равно было приятным. — Хочешь засахаренных ягод? — поинтересовался он, указывая на неподалеку стаявший ларек где на воздухе продавец нанизывала ягоды на палочку и окунал в чан с немного дымящимся сиропом, доставая уже вкусный фруктовый шашлычок. Шихен немного запоздало кивнул. Не то чтобы он был против, но Енву почему-то не нравились Сон старший и его старший сын. — Пожалуй, на этом и закончим. Это семейный праздник. И вам советую быть со своей семьей. Джинхек ясно обозначил позиции и провел черту. Как бы не пытался подобраться Сон старший со своими амбициями, приближаться дальше было запрещено и стоило поумерить свой пыл. В мягкой форме ответ альфы можно было воспринимать даже как предупреждение не зазнаваться. Мужчина оставался на месте и смотрел вслед уходящим. Его лицо было добродушным и доброжелательным. Весь образ полон почтения. И только самый близкий знал какие злые умыслы он носил в своем сердце. Гиель вздохнул и пока на нем не заострили свое внимание по-тихому смылся. Уж лучше одному, чем с ними. Несмотря на свободное время у Джинхека, как правителя было расписание, которого желательно придерживаться. И даже если кто-то шептался о нем, как о тиране, альфа стремился выполнять все свои обязанности в общем и целом вполне добропорядочно. Обычно Шихен видел 2 лица своего брата: любящее и нежное, пусть и вечно сияющее холодами айсберга, и вымотанное, погруженное в документы официальные вопросы. Собственно, их было больше, но сам Шихен их видел почти никогда и знал только понаслышке, ну и из новеллы. Даже в общении с представителем Сон он просто учтиво хотел отчалить, не больше. Но в момент, когда он стоял на сцене перед сотнями и тысячами людей, его голос звучал громко и твердо. Он имел чарующее свойство околдовывать и заставлял подчиняться и принимать. Его глаза были пронзительными, взгляд острый и тихий, как гладь озерной воды тихой ночью. У Шихена было виповское местечко, да и это был его брат, но все равно общее ощущение накладывалось и заставляло трепетать. На Джинхека хотелось смотреть, его хотелось слушать. Он умело подбирал слова, и если бы не знать, что половина была ранее продумана его секретарем, а половина шла от себя, то его смело можно было обвинить в красноречии. В общем в этот момент Джин точно был похож на правителя. В новелле не так много слов уделялось его правлению. Вернее, не так. Мало хороших слов уделялось этому. Он сильно любил своего младшего брата и все омрачалось ужасными действиями омеги, которым Джин потакал и, если кто-то был против — на самом деле в лучшем случае просто лишались языка. Но если брать в расчет другие его деяния не омраченные дурной славой оригинального Шихена, он был своего рода революционером. Если у большего количества людей будет доступное образование разве не увеличится общий уровень жизни? Изменения в медицине и сельском хозяйстве. Если однажды они дойдут до теплиц, то общая жизнь улучшится в разы. Отдельная тема об отношении к омегам и их статус в обществе. А репутация «тирана», впрочем, неплохо помогала в решении вопросов с недовольными. Шихен думая о многом только лишь сильнее восхищался своим братом. Даже если их земли на севере кто сказал, что тут жить хуже, чем на юге? Маленький омега был горд и счастлив. Он давно решил, что сделает все, чтобы его брат был счастлив. Но сейчас в нем был прилив. И сначала он устроит медовый день для женатой парочки. Только вот Раон немного опаздывал. Шихен немного даже разволновался, ведь если он красиво не оставит их наедине, то не видать ему медка. Но в рыцаря и договоренность стоило верить, потому что он был точным и исполнительным. Шихен под конец захныкал, сжался. Всем видом показывал, что болит живот. Ну а у кого не заболел, столько то есть. Маленький притворщик надеялся, что его игра очень убедительна и радовался, что по-настоящему он бодр, здоров и весел. Чтобы слезы были более правдоподобными ему пришлось подумать о грустных моментах. И почему-то от мысли об одиноких котиках и собачках, которых связывали в мешок и выбрасывали приступ слез был сильнее всего. Да просто думая об этом он начинал не то что задыхаться от слез, но также изнывать от гнева. Потому думать — слишком. Он слышал, как сильно обеспокоен Енву. Его голос звучал хрупко и нежно. Мягкие руки касались лица. Тепло и так приятно пахло. Но также разбавился голосом Джинхека. В какой-то момент мальчик даже задумался, а не переборщил ли он. Зная характер альфы, его не просто спровадят домой, а поднимут всех на уши и если кто-то не скажет причины — обезглавят. Шихен побледнел. Он протянул свои руки и схватил теплую ладонь старшего. — Все хорошо, просто немного болит живот, — голос звучал тихо. Он пытался передать, что ему плохо, но не настолько, чтобы заставлять других переживать. Мальчик случайно пересекся взглядом с братом. В серых радужках непостижимое волнение и беспокойство. Шихен задумался, надеясь, что его маленький обман не будет вскрыт. Хотя его по любому совесть немного изъест. Они вместе с охраной были в павильоне, не успев дойти до отдельной комнаты, потому случайный прохожий вполне мог полюбоваться представлением. Не то чтобы Шихен волновался, ему все равно нужно чтобы Раон удобно стал случайным не случайным актером, но все равно было неловко. Когда кто-то заговорил про врача, Шихен почувствовал, что это шанс и пошел по стезе капризного ребенка, плача и повторяя «не хочу, нет, нет». Все шло от одного к другому и на каждое предложение мальчик противился. Будь этим ребенком кто-то другой, вероятно слушать это никто не стал. Взрослые бы самостоятельно решили, что лучше. Но Джинхек и Енву были рядом, успокаивали и даже уговаривали. Посмотреть на такого всеобщего «тирана» и сразу словишь диссонанс. К сожалению, в этот момент также можно и отметить что слабое место великого правителя доминантного альфы его младший брат. Впрочем, разве раньше кто-то не знал? Раон успешно вошел и героически предложил свою помощь. Между всем было выяснено, что Шихен отказывался от всего, так как он долго и много планировал и хотел много чего купить. Он слышал рассказы служанок и так ждал этого дня, что не мог уснуть. Отчасти это была все же правда, поэтому слова звучали легко и правдоподобно. Глядя на Шихена, только чёрствый не захотел бы его побаловать. — Малыш, как на счет того, чтобы позволить врачу тебя осмотреть и отправиться домой? Я понимаю твое желание. И я тоже долго ждал этого дня. Я очень хотел провести этот день с тобой… с вами… — Енву ласково вытирал покрасневшие и немного припухшие от долгих слез глаза мальчика. — Но сейчас будет лучше вернуться. Мы всегда успеем посетить много разных мест и твои истории будут лучше, чем ты мог услышать. — Если захочешь, фейерверки можно запустить и у нас. — в отличие от милого и ласкового омеги, Джинхек уже планировал где и как придется заморочиться и сколько понадобиться времени чтобы устроить ещё один такой праздник, но ближе к дворцу. — А купить потом может и Раон. — А? — удивлённо похлопал глазами. Итак. Вокруг куча лиц, но почему лишняя работа вешается на него. У него сегодня даже выходной. — Потом просто скажи… — Я написал. Мм… — Шихен шмыгнул носом и осторожно достал из внутреннего кармана сложенные листки. Он все ещё выглядел бледным и немного болезненным, но уже его внимание от больного живота сместилось к листкам с записями. — Не хочу… Не хочу, чтобы Раон шел! Если это кто-то, кто не братик я это не приму! Только если это купят братик и Енву! — громко выдал, заставляя других немного остолбенеть. Джин вздохнул. И что ему делать? Впрочем, сейчас он может согласиться, а потом что-то придумает. Главное отправить маленького плаксу домой, и чтобы о нем позаботился доктор. — Хорошо, — выдохнул альфа, но не успел закончить свою мысль, как Шихен его опередил. — Правда? Тогда я поеду с Раоном, а братик с Енву пойдут за покупками и принесут мне много подарков. Если это будет от вас, я буду самым счастливым. — Глаза ребенка искрились. Бледность и сияние сочетались в Шихенае так, что отказать на такую маленькую прихоть было сложно. У многих непосвящённых зачесалось сердце. Но Раон еле сдерживал свой смех. Уморительно. Ему даже было интересно, сможет ли устоять его друг или все же пойдет на уступки младшему братишке и выполнить его просьбу. — Шихен, — тихо вздохнул Енву, понимая чувства и состояние малыша. Но он знал, что лучше сейчас было просто вернуться и позаботиться о самом важном — здоровье. — Я буду правда рад. — Шихен надеялся, что он похож на кота, который вечно грустный и которого всегда хочется покормить, даже если он пару минут назад съел весь запас на год. В крайнем случае у него был припасен элемент торга. В случае отказа или невыполнения условий, он просто не будет с ними разговаривать неделю. — Мм. Мне кажется стоит послушать Шихени. Мне доверять можно, а вы выполните желание ребенка. В замке только ленивый не знает, как сильно он ждал сегодняшний день. — Раон убрав приступы смеха и натянув на себя серьезную мину высказал свое мнение. Джинхек устало потер переносицу и согласился. Это было не так сложно и не то, что он не мог выполнить. Он спокойно принял список и разделил рыцарей. Три продолжат сопровождать их, а 3 — Шихена. Раон аки 4. Альфа доверял своему другу и был уверен в том, что путь пройдет спокойно и ребенок не пострадает. Енву удивленно вздохнул и в какой-то момент застыл. Он хотел поехать вместе с Шихеном, но почему он остался наедине с Джинхеком? Нет, он был рад. Немного. Но много мыслей бурлило в его голове. Альфа быстро пробежался по списку и не мог не сдержать улыбки. Почерк его младшего брата был ужасен, но довольно милый. И это множество сносок. Итак. Он начал подозревать, что все было неспроста. Первым пунктом были деревянные фигурки в виде парных зайчиков. Первый из сорока девяти. — Енву? — Да? — омега вздрогнул. Он отвлекся и его глаза все ещё смотрели в ту сторону в которой уехала карета с маленьким омегой. Он все ещё был полон беспокойства. Но стоило встретиться взглядом с альфой, как мозг стал пустым. — Пойдем? — Джинхек протянул руку, ожидая, когда Енву примет предложение. Омега посмотрел на руку и немного замер изучая прекрасные длинные пальцы с идеально выведенными суставами. Он кивнул, принимая. Ладонь была немного холодной. Впрочем, и сам Джинхек редко излучал тепло. Но Енву было по-настоящему жарко. И мысленно он просто просил себя не заблуждаться. Просто… Они женаты. Это нормально, что в обществе они действуют как пара. Джин просто немного джентльмен. Но честно… Енву предпочел бы вечный холод в их отношениях, нежели эти редкие обманки. Не весь путь они шли вместе. Скорее после первой лавки со сладостями в виде фигурок различных животных, вылепленных из застывшего сиропа, будто из стекла с крошкой шариков внутри. Мужчина задумался о кроликах. Они были очень популярны, поэтому их и не осталось. Продавец даже успел заволноваться. Казалось, что тучи начали сгущаться над его головой. Даже руки начали дрожать, а язык немного заплетался. Енву ощущая весь этот настрой немного тяжело вздохнул. Даже если малыш Шихен первым пунктом хотел получить деревянную игрушку кролика, это не значило, что их нужно искать везде. — Ух ты, такой милый, — увидев одинокую птичку с большой грудкой и очень интересно проработанных крыльях с хохолком, Енву даже указал на нее, не решаясь брать за ножку палочки. Необычно проработанная сладость была полупрозрачного красного цвета и в солнечных лучах играла будто драгоценный камень. По крайней мере так казалось самому омеги, для других это была обычная птичка из сахарного сиропа с добавлением сока боярышника. Джин обратил внимание на конфету, потом перевел взгляд на супруга и на пару секунд о чем-то задумался. — Действительно. — Тогда… — Енву ощущая, что проблема решена и не придется проходить ту самую сцену, когда этот парень буквально принудил вышивать при нем на платке семью зайцев из 3, и одного обязательно маленьких и пухлым. Но неожиданно Джинхек прервал его сияние души. — Он твой. Мы столько ходим, а ты так ничего себе не выбрал. Полагаю, этого мало. Если что-то понравится — бери. — привычный голос был настолько однотонным, но эта аура… — А, нет. я… — но конфета уже была куплена и в какой то незримый миг Енву просто гипнотизировал птичку на палочке в своих руках. Должен ли он её просто съесть? — У вас есть кто-то из семейства зайцевых? — как заинтересованное лицо, Джинхек был довольно исполнительным. Стражники за ним с бумажными пакетами лишь вздохнули с тонкой грустью. — Пи. пищухи, господин, — продавец был готов вытирать пот. И даже если эти конфетки были больше похожи на толстеньких мышей, это все равно были косвенно зайцы. Это даже близкие родственники зайцев с короткими лапами, округлыми ушами и совершенно незаметными снаружи хвостами. Но многих покупателей привлекали конфеты именно с зайцами и кроликами, а толстые хомяки оставались не в почете. — Хм… Ладно. Берем всех. — Что, простите? — продавец разволновался сильнее, боясь, что он не расслышал. Но видя недовольство в лице молодого человека просто быстро отдал короб со всеми конфетками с толстыми хомяками, получая щедрую оплату. Но продавец ранее также был подкуплен и ощущая на себе ещё одно давление не забыл о своем долге. — А это вам подарок от нашей лавки. — слегка дрожа он протянул парную конфету с 2мя птицами, которые своей формой образовывали знаковое сердечко. Любой, кто даже не знаком, понял бы, что это специальная конфета для влюбленных. Енву, который не знал, куда ему деться и что делать с необычной красной птичкой в своей руке, решил её скопировать. Его лицо и даже шея были покрыты румянцем. Он еле подавил в себе желание начать оправдываться. Они супруги, но разве между ними может быть что-то такое, как любовь? Однако, альфа не обратил на это внимание и также протянул бесплатную конфету омеге. И это произошло случайно. Сами птички были слиты вместе, но палочки, которые сходились в треугольнике между собой не были связаны, поэтому немного потянув конфетка разломилась не совсем правильно, и большая часть оказалось на палочке в руках Енву. Парень занервничал и и начал что-то лепетать, предложив в итоге поменяться. Джин, который изначально не собирался ничего есть немного отвел взгляд, а потом снова вернулся к паникующему омеге, который с конфетами в каждой руке смотрелся довольно мило и по-детски. На секунду его взгляд потеплел. — Нет. Не стоит. Я съем эту часть. — Ах. Хорошо… — не зная, что ещё сказать или сделать, парень не придумал ничего лучше, чем просто съесть большую часть парной конфеты. Сладко. Сладость сиропа заворожила язык и появилось приятного чувство. А ещё Енву хотел сберечь маленькую птичку с боярышником, но они уже довольно далеко отошли от лавки, потому оставалось только в следующем пункте понадеяться, что там будет небольшая упаковка для леденца. Енву всегда очень трепетно относился к подаркам Джинхека. Это была его маленькая слабость. Ему нравились такие моменты. И он глупо хотел сохранить их надолго. Запечатлеть в своем сердце и памяти. Тем временем маленький Шихен, который наблюдал за всем из-за странного укрытия, был не совсем доволен. Почему… Почему эти охранники так хорошо выполняли свою работу, не подпуская вообще никого. А как драматичные падения в объятия принца? Как же сцена «тут много людей, чтобы не потеряться возьми меня за руку?». Как же его нежное сердце шиппера?! Его накормили только сценой властного президента- девственника. Ну ладно… Его брат, конечно, не девственник чисто гипотетически, но он явный нуб в отношениях. — А я говорил, что будет не просто, — Гиель спокойно подметил очевидное. Даже если Шихен обладал особым очарованием, и в порыве ему могли пойти на уступки, то на деле, когда все касалось их господина — все естественно выполняли свои первоочередные обязанности. Шихен это понимал, но надеялся на лучшее. Не зря же он так долго и старательно все продумывал. В его планах даже был карманник. Но потом прикинув, он, конечно, отказался от этого. Человека было жалко. А с такой личной охраной и мышь не проскочит. Черт только знал, как 3х детей, следующих за ними уже 3 лавки, никто не замечал. И ведь они как-то удрали от Раона, который возможно, их потом больше никуда не отпустит и на слово не поверит. Но Раон — взрослый и высокий, и там, где 3 пирожка помещаются с теснотой, он бы точно все спалил. Так подумал Шихен и сбежал. Но неожиданно он наткнулся на этих ребят. На самом деле сначала на Хониля. Он был одет в простую и грубую одежду, которая была немного не по размеру и весела мешком. Конечно, мальчик был удивлен, но этот ребенок уже следовал за ним так, словно от этого могла зависеть чужая жизнь. Хон ещё плохо разговаривал и выдав, что это его долг и желание — следовать за ним, просто стал маленьким хвостиком. Он буквально повторял все за Шихеном без слов и не вызывал проблем. Разве что пару раз был очень близко и даже сквозь шубку маленький омега ощущал теплое дыхание на своей шее. Это… довольно щекотно. А потом неожиданно их заметил Гиель, который просто бродил без цели. Отстраненный и наслаждающийся своей свободой не ожидал заметить Шихена, который прятался между ящиков и бочек без охраны и сопровождения. Хотя… С ним был какой-то сопляк. Не сильно важно какой. Маленький альфа прекрасно это знал. И был немного раздражен, поэтому в первую очередь он захотел их спалить перед мастером Хви. Однако на него нашипели и затащили в эти ящики. Он даже рассыпал орехи, которые купил на собственные сбережения. Ведь его поганая семья никогда о подобном не позаботиться. В общем, все свелось к тому, что три пирожка следили как опасные преступники за светом всея земель. «Интересно, если нас поймают, как накажут?» — подумал Гиель, задерживаясь взглядом на маленьком белом личике омежки. И этот красноглазый ублюдок… Если бы тут было больше места он бы точно его пнул. Но сейчас любое его действие могло бы выдать их таинство. И скорее всего Шихен будет винить именного его, а не отброса слева от себя. Этот ребенок был увлечен поисками любви. Шихен так много раз пытался исполнить роль купидона и так сладко делился с ним в последние дни. Гиелю пришлось сдержать себя и подавить накатывающую головную боль. — А. они уходят. Нужно быстро переместиться к следующей точке! Примерно в таком темпе все достигли одной из точек. Уже вечерело, поэтому постепенно зажигались фонарики, хоть и небо ещё было достаточно светлым, храня следы солнца. Общий вид становился более сказочным. Большое пространство недалеко от города было частью реки. Толстый слой льда не отошел от берегов и многие катались на коньках. Конечно, удивительно, что в это время есть такие развлечения: гонки на санках, катание на коньках, ледовые шоу и конкурс снежных скульптур. Хорошо проводить в то время, когда снег немного мягкий и лучше поддается лепке. Кончено, в это время Шихен помимо наблюдения за маленькими шагами сближения, не забывал и сам повеселиться. Они втроем слепили очень странного снеговика. Он был немного половинчатым и это забавно. Гиель впервые так много и долго не натягивал свою любимую маску улыбка для всех и каждого. Он часто злился и хмурился, но был более живым чем обычно. И Хониль тоже. Чувствовалось, что он вредничает и стремится даже подействовать Гиелю на нервы, но Шихен понимал, что все же он на свободе, а не в душных стенах замка. И скорее всего ему лучше. И пока основные проблемы его жизни могли жить обычно и стать счастливыми, он тоже был вполне доволен. И даже тем маленьким мигом, наблюдая как Джинхек и Енву лепят снеговика, чтобы поучаствовать в конкурсе. Они не выиграли. Господин старший брат был сердитым и грозным. Но Енву немного смеялся и рассуждал о разном. Это было правильно. В списке Шихена не было пункта выиграть. Там просто было слепить снеговика вместе, поучаствовав в конкурсе. Ни больше, ни меньше. Обычного участия хватало. И что заставляло быть маленького шиппера более довольным: Джин вполне слушался Енву и раз список перекочевал к нему, то не упускал из внимания ни одного его слова. Впрочем, вряд ли даже в другое время он способен на такое. По крайней мере в это верил сам Шихен. Вот сейчас каток — важный пункт. По задумке маленького сводниками они должны покататься, держась за руки. В идеале Енву должен неуклюже падать в объятия Джинхенка, а тот будет его ловить и учить кататься. Ощущая сладкую близость, они станут более откровенными. И встретят первую часть фейерверком на льду, целуясь. Во всей красе Шихен рассказал свое видение. — Ты, наверное, не знаешь, но мы все же северный народ. Вряд ли найдет кто-то, кто не умеет кататься на коньках. Шихен хотел показать на себя. Он не умеет. Он и каток темы немного далекие. Но думая о разном, он нашел слова Гиеля логичными. Итак. Его план снова потерпит неудачу? Но к удивлению, даже если Енву умело и твердо стоял на коньках… Его брат… Хви Джинхек… Шихен был рад и не очень одновременно. Итак. Енву такой маленький и они вдвоем на льду, а его брат даже стоит на них совсем неумело и деревянное… Не получит ли кто-то травм? Но шкиперское сердце сильнее. — Не видно… отсюда плохо видно, — прохныкал мальчик, вглядываю из бортика. Хониль потянул мальчика за одежду и указал на верхние полупустые трибуны. В ту сторону даже охранники, 2 из которых остались наблюдать с берега, не смотрели. Это было идеальное обзорное место. — Здорово. Спасибо, Хониль, — Шихен мягко улыбнулся, со светящимися глазами замечая, как мило смотрятся парочка супругов: Енву ехал задом, спокойно рассекая лед в идеальном темпе, он держал за руки Джинхека, который хоть и не сильно заметно, но был смущен. Это было ужасно мило. — Тц. За что его благодарить? Он просто заметил это место раньше. — Не завидуй, — сухо бросил Хон, ощущая, что он не против и на драку нарваться, хотя и знал, что за ними наблюдает тот странный человек. Просто этот светловолосый мальчик, от которого не сильно приятно пахло, его до ужаса раздражал.***
Енву действительно был маленьким и хрупким, хоть и в помощи позволял опираться на себя, Джинхек просто не мог себе позволить подобного. За его жизнь, когда он в последний раз стоял на льду на этих изобретениях ада? Даже просто на своих двух он спокойно удержался бы и прошелся. А сейчас… Возможно, ему было немного стыдно. Енву не упускал момента подшутить над его высочеством, который такой суровый, но как маленький ягненок на льду. — Хах. Можешь отпустить. Это всего лишь лед. — Уверены? — омега ещё немного подшучивал. Он прищурил свои глаза и улыбнулся довольно привлекательно. — Естественно. — Хорошо. Енву отпустил и буквально на следующем прокате Джинхек встретился со льдом, ощущая, что есть ещё что-то в этом мире, что вызывает бесконечные сложности. Он нахмурился и с сожалением понял, что вставать сложнее. Енву не переставал смеяться. Ну ведь этот альфа был таким серьезным несколько секунд назад и вот звездой встретился с поверхностью. Он ощущал некоторое самодовольство, но все же протянул руку, понимая, что встать на льду самостоятельно будет сложнее, когда ты новичок. Джинхек удивленно посмотрел на белое запястье, и его голова разболелась. Он не мог просто отказаться. Енву выглядел таким простым и мягким. Было бы ужасно расстраивать его. Он мог вернуться сам. Но сейчас ему нужно было проконтролировать свое тело, так чтобы случайно не сжать сильно ладошку омеги и не позволить супругу помочь ему слишком много, но при этом успеть сохранить его лицо. — Между прочим я хотя бы старался и заслуживаю похвалы. — Пфахаха, Да-да. Вы — молодец, — Енву решил не отпускать в этот раз рук глупого альфы. Ему не хотелось, чтобы он снова упал или пострадал. Но сам Енву не задумался, что он гораздо меньше и слабее. Если Джинхек упадет, его утащат вместе с ним. Так в общем и произошло. Чувствуя, что он снова встретится со льдом в другой поверхности он просто отпустил их связанные вместе руки и собирался спокойно упасть, но Енву не намеревался отпускать своего ученика. И так как он был более легким, то скользнул следом. Джинхек снова ощутил волну головной боли. Конечно, они были одеты в теплые одежды, которые вполне смягчали все и могли предотвратить получение травм, но парень все равно не хотел, чтобы его омега хоть как-то пострадал, потому на льду в странной позе уже была пара. Альфа прижимал к своей груди омегу и даже его колени не касались твердого льда. Енву, который оказался буквально сжат не мог смеяться или нормально дышать. По началу комичная ситуация снова стала такой двусмысленной. Джинхек посмотрел в небо, а потом на омегу в своих руках. — Ты в порядке? — А.ага. — Хорошо… Они оба сменили позу и Енву немного отодвинулся. Оставшийся охранник, который почти буквально кружил возле них мгновенно подъехал, интересуясь состоянием господина и его супруга. — Да. — коротко ответил Джин, отпустив свои мысли и почти не слышно отдал приказ. Стражник удивился, даже немного замешкался. Проглотив вязкую слюну, он кивнул и тут же приступил к исполнению, удаляясь на дела. — А? Куда он? — Енву был немного удивлен. — Кое-что сделать. Не волнуйся, я рядом, поэтому тебе ничего не стоит опасаться. — Джинхек самостоятельно встал и осторожно, но быстро приобнимая омегу помог и ему встать на ноги. — Да и к тому же у меня каждый раз все лучше получается. Давай ещё немного и потом выпьем что-то горячее. — Хорошо. Енву кивнул, но все же немного задумался. Хоть его супруг и точно внушал доверие, но немного хорошо зная его омега начал подозревать, что что-то случилось. И думая об этом, ему было сложно продолжать беззаботно кататься. На самом деле Джинхек не так уж плох в держании на льду. Он от частых прокатов ребристый и не идеальный, но не настолько ужасный, чтобы он каждый раз падал. И ладно один раз. Но второй примерно в том же месте… Ему не казался простым совпадением. В этом месте лед ощущался странно. И он даже задумался о трещинах. Но для них было рано. И от коньков даже если 24 часа непрерывно будет скользить более 10 тысяч человек разом, он не даст такую поразительно ощутимо трещину. Но это было лишь предположение. Когда Джин в том же месте запнулся в третий раз он больше убедился в странности. К сожалению, уже довольно сильно стемнело и на темной поверхности, припорошенной снегом с причудливыми узорами было сложно что-то разглядеть. Он задумался, но уже отдал приказ тихо осмотреть место и, если что-то будет замечено, людей успеют эвакуировать. Но если все в порядке, то возможно он действительно просто ужасно катается. — Что-то случилось? — взволнованно спросил Енву, хватаясь на край одежды альфы. Он начал нервничать и накрутил столько всякого, поэтому он очень хотел знать правду. — Нет. Пока нет. Надеюсь и не произойдет. Сам пока не уверен. Давай лучше немного согреемся. У тебя даже уши красные от холода. Енву кивнул. Пусть это не совсем тот ответ, который бы его удовлетворил. Но он не настаивал. Они вдвоем были не сильно в толпе и не близко к другим людям. Ранее кружащий стражник постарался давая им «уединение». Однако, когда они собрались двигаться в сторону берега, сложно стало не замечать целенаправленно приближающегося к ним двоим мальчика. Даже издалека было понятно, кто этот ребенок. Но оставался вопрос почему он, почему он без коньков, что он кричит… — Разве это не тот мальчик… Шихена… — не зная, как правильно его назвать, но остановившись на «друг» Енву все равно не был уверен. — почему он… Джинхека интересовал тот же вопрос. И он не мог не нахмуриться. — Госпо… Х… Черный…ох — Т…т… черный… С небольшим изменением расстояния ему наконец удалось разобрать, что выкрикивал этот мальчишка. «Черный порох!» — его мысли совпали с громким голосом мальчика и стоило осознанию пропустить это через сердце как все похолодело. Он среагировал быстрее, прикрывая и прижимая Енву к себе. Со звуком первого взрыва фейерверка прозвучала цепочка и других взрывов, лед треснул и разошелся, открывая мрачную глубину…
