.6.
23 марта 2023 г., 21:40
Книга о счастье состояла бы из одной страницы.
О грусти можно писать бесконечно…
Пока глаза Чонгука жадно вылавливают из статьи каждое слово, пальцы автоматически начинают сжимать телефон друга до побеления. До агрессивного онемения, без возможности хоть как-то расцепить и отпустить этот маленький прямоугольник. В комнате повисает дрожащая тишина, которую смеют нарушать лишь неугомонные капли, что бегают по стеклу и два громко стучащих сердца. Чонгуку вообще кажется, что из-за злости и какого то резко наполняющего бессилия, его сердце стало тарабанить быстрее и громче. Кровь по телу пульсирует и бьет водопадами. Еще немного и начнет извергаться сквозь уши и глаза. Хорошая метафора, именно из глаз ему только крови не хватает к полной картины бытия. — Нам нужно начать действовать осторожнее и желательно быстрее. — слова Чимина будто разбивают лед и доносятся сквозь толщу ледяной воды, что намеревается поглотить тело, наполнить без остатка и лишить себе навсегда, — Если будет переворот, то мы можем хорошо так влится в какофонию хаоса и помочь добить верхушку с тени. Слова друга действуют отрезвляюще и Чонгук резко выныривает, отбрасывая телефон в сторону. Ничего другого он не ожидал там прочесть, судя по видео с массовой казнью. А если быть точными, то Глава со своими подручными пронюхал об заговоре против себя любимого. Вот и началась зачистка неугодных системе. Для общей серой массы все запечатали в красивых фразочках по типу «Чистка страны от грешников, которые рушат систему и жизни добропорядочных граждан своими незаконными действиями». А нормального объяснения никто и не требует. Большинству то вообще плевать за что убили этих двенадцать человек, главное что их жопы в безопасности остались. Да еще власть написала, что люди были плохие, кровавые и портят жизнь другим. Зачем же их жалеть, грешников таких. Пусть умирают на потеху другим. А Чонгуку то совсем не потешно, ведь если открыто начали охоту на таких как он и Чимин, то есть шанс не дожить до завтра, а ведь он еще не искупался голышом в озере и не научился печь круассаны. Так не годится вообще. — Забиваем хер на идею с новеньким и готовим план с проникновением в его дом без тупой волокиты из этой дружбой, — Чонгук показывает кавычки и кривит губы в злой улыбке, — мне некогда возится с той компашкой, особенно со странным Тэхеном. — Чонгук, послушай, ты уже потратил несколько дней на установление связи и кажется даже притерся к этим ребятам. Пока менять план очень рискованно, особенно на незаконное проникновение, — Чимин будто дите малое уламывает скушать ложку каши, а не прочищает мозги рискового друга, — Сейчас мы должны залечь на дно и проанализировать, как будут действовать сверху. А потом узнаем с какой стороны будет безопаснее вклиниться в эту тусу и нам. Губы чонгука превращаются в тонкую линию, а между бровей четко выделены глубокие складки. Его разумная сторона понимает, что Пак прав и сейчас не лучшее время для риска и необдуманных действий, но вот есть у него еще и безумная сторона. Глухой шепот подзывает прислушаться к нему и начать действия сейчас, потому что время на исходе и завтра вообще может не наступить для любого из них. Чимин видит внутренние метание Чона и уже хочет начать лекцию о благоразумии, что вообще то не в его правилах, но Чонгук резко подскакивает на ноги так и не дав шанс даже открыть тому рот. — Хорошо, я должен как-то уложить Кима за максимально короткий промежуток времени и пробраться в его семейное гнездышко. Чимин стоит в шоке от слов и яростного стремления, что кажется дымит с ноздрей Чонгука. Еще чуть чуть и он точно превратится в дракона и сожжет брови напротив стоящему блондину. — Ты меня пугаешь. — Чимин резко меняется в лице и начинает гаденько улыбаться, — Куда это ты собрался улаживать этого прелестного мальчика? Проходит почти минута, когда смысл слов становиться понятен и Чонгук посмотрел на смазливое лицо, что со всех сил удерживалось от широкой улыбки. Кажется было слышно несколько тихих смешков. Чон думает, что его друг, как всегда, подобрал не лучшее время для шуток. Хотя он искренне считает, что для тупых шуток в его сторону вообще никогда нет подходящего времени. Но будем честны, Чимина это всегда мало волновало. Вот и сейчас плотину прорвало и блондина уже не остановить. — Я же предлагал тебе попробовать на вкус и сильную сторону человечества раньше, а ты отнекивался постоянно, — Пак наиграно дует свои и так слишком пухлые губы, — Так и знал, что ты невзлюбил новенького из-за того, что втюрился в него и боишься признаться, а теперь как младшеклассник за косички тягаешь. Ути пути, какие страсти. — Прошу тебя, закройся хоть сейчас. Ты вообще слышишь, что говоришь? Чонгук знает, что спорить бесполезно и знает, что это просто шутка. Скорее всего. Но почему то предположение Чимина его сильно выбешивает. Мало того, что Чонгук никогда всерьез не засматривался на парней в сексуальном плане, так тут еще и этот Ким. Он как отдельная часть человечества. Выглядит немощным и ведет себя моментами как отсталый. Вообще не прошаренный в системе их жизни, и Чонгук после нескольких дней наблюдений за этим парнем, искренне в шоке, что он попал в их колледж. Что он вообще дожил до двадцати. Да с него и взять то нечего. Кроме красивой мордашки да хорошо сложенного тела. Ну может еще голос приятный в этого Кима, поэтому если не вслушиваться в смысл слов, то даже сидеть возле него не противно. Чонгук стоит, смотрит на Чимина и молчит. Почему вообще он думает о руках этого парня и почему блондинистая голова теперь смотрит на него в упор, более пристально и противно как-то. — Он тебе и правда нравится? — гаденькая улыбка до сих пор не покидает пухлых губ, — Блять, Чон, я и подумать не мог, что ты залипаешь на парня. Ну и что придумал этот Чимин в своей гениальной головушке? Кажется он теряет все свои запасы ума. Еще пару слов и превратится в рыбку. А потому Чонгук понимает, что пора приостановить теоремы друга, а не стоять как дурак и молча пялится на стену. Молчание равно согласию, ведь так говорят? А он категорически против этого бредовой гипотезы. Когда Чон поворачивает голову и смотрит в глаза-щелочки, то понимает, что еще чуть чуть и Чимин действительно проникнется своим предположением и будет поздно что то доказывать. — Так, угомони свои таланты и забудь все что говорил. Никто мне не нравится, а особенно этот чудик. Запомни это и больше не смотри на меня так. — говорит уверенно, со стальными нотками, чтобы точно вбить истину в голову напротив. А Чимин ничего больше не говорит и просто машет головой, будто в согласии. Остается надеяться, что больше эта тема не будет искрить между ними. И вообще то, раз уж Чимин причалил в гости, то можно чем то полезным заняться. Все же, дома обсуждать их проделки намного безопаснее чем в каморке колледжа, где их окружают сотни любопытных глаз и ушей. Когда тучи прекратили свой парад и сквозь щелочку в занавесках пробился свет луны, то уставшие парни от длительного сидения на полу, наконец улеглись спать. Чонгук никогда не возмущался, что Пак разлаживает свои конечности почти на всей площади достаточно большой кровати. Он действительно часто ночевал у него еще с детства, поэтому пришлось привыкнуть к тупой привычке Чимина. Вот и сейчас, Чимин вырубился первый и сопит ему возле уха. Чонгуку почему то не спится, и спустя время, когда Пак перевернувшись на его часть кровати закидывает ему руку на шею, он просто старается не реагировать. Рука кажется тяжелой и очень горячей, что бесит с каждой секундой все больше. В голове пролетает мысль, что в новенького то руки намного изящней и наверняка легче. Да и ладонь огромная, хоть и тонкая. Наверное Ким своей лапищей смог бы обхватить его шею полностью. Чонгук засыпает, так и не поняв, зачем начал сравнивать руки и вообще вспоминать Тэхена. Наверное слишком часто он видел эти тонкие запястья и длинные пальцы за столом на обедах. Вот и лезет фигня всякая в голову. Он все же откидывает тушку Чимина на другую сторону кровати перед тем, как погрузиться в крепкий сон.***
Тэхен посмотрел видео массовой казни на следующей перемене вместе с Макото. А потом совсем не стесняясь держал черные волосы одногруппницы в женском туалете. А еще бутылку водички и влажные салфетки. Как выяснилось, в Макото слишком слабая психика для просмотра такого. И желудок тоже слабый, аж вспоминать не хочется. На этот раз в колледже было более шумно после увиденного и даже преподаватели себя странно вели, хоть и старались вовсю не показывать эмоций. Видимо подкосило всех знатно и не только Тэхен задумался над происходящим более глубоко. А он ведь действительно ходил по аудиториям и коридорам все время будто глыба льда. Лицо — камень. Кто не умеет читать мыслей, то подумает, что Тэхену пофиг на произошедшее. Он даже сам шоке от своей внешней реакции, но после слов Джина все в его сознании переколошматилось и теперь он будто не паникует, хотя в голове взрывы происходят. Все время в колледже, в машине по дороге домой и уже сидя у себя в комнате Тэхен пытается понять, а что происходит на самом деле, но зря напрягает мозг. Результата нет. Он будто всю жизнь плавал возле айсберга и когда решил приблизиться немного ближе и рассмотреть вглубь, то его корабль продырявило истиной. Но ведь чтобы увидеть эту истину, то нужно затонуть вместе с его судном? Идея на миллион, только успеть бы вынырнуть обратно, пока не засосало в водоворот от крушения. Мама прерывает его внутренние метания и зовет на ужин, что здорово подбадривает парня, ведь сегодня он пропустил обед, да и позавтракать не успел нормально. Когда Тэхен преодолевает последние ступеньки со второго этажа и шаркая босыми ногами заходит на кухню, то удивленно смотрит на отца. Во первых, он действительно не помнит когда в последний раз тот приходил домой раньше девяти вечера (день рождение не в счет), а во вторых — отец выглядит ужасно усталым. В полузакрытых глазах отражается вселенская ноша, которую не выдерживают даже такие широкие плечи, как у этого мужчины. Мама это будто понимает на ментальном уровне, поэтому становится за спиной своего мужа и легко массирует напряженные шею и плечи. Тэхен просто проходит и садится за стол, осматривая вкусно пахнущую тарелку супа и смотрит на родителей не прерывая эту странную идиллию. Суп горячий, острый и очень вкусный, а такие же желто-карие как у него глаза напротив смотрят с прищуром, будто ожидают подходящего момента. Но для чего? Тэхен прихлебывает жидкость и надеется, что отец ему хочет помочь затопить корабль и показать, что же прячется под слоем воды, показать, насколько большой айсберг прячется внизу. Хотя бы немного поможет погрузиться в происходящее. Не зря же он недавно вел с ним тот разговор о слезах. Теперь Ким младший уверен, что отец знает намного больше, чем положено в их стране простым смертным. — Тебе нужно знать кое что, — ну вот, наконец Тэхен дождался этого момента. Уже пол миски скушал в ожидании, — Сейчас в стране происходит нечто непонятное, но это может зацепить и меня. То есть и вас с мамой, за что я и переживаю. Тэхен наконец оставляет в покое ложку и поднимает взгляд на родителей. Он пока не совсем понимает, что отец пытается донести до него, поэтому просто смотрит то на одну пару глаз, то на вторую. Ожидает продолжения. Во что же вляпался его отец, раз сейчас все так напряжены? — Извините, что я не могу вам раскрыть все детали, но главное сейчас это не поддаваться массовой панике и продолжать жить как раньше, — говоря последние слова Ким Соджун смотрит прямо на сына, — Тэхен, у меня есть опасения, что из-за моего нового места работы могут и к вам прикопаться, но надеюсь к этому не дойдет. — И почему же до нас могут быть претензии свыше, если мы точно не входим в группы оппозиции? — Тэхен серьезен и почему то ему не страшно говорить об этом, — Или ты все же тусишь среди смертников, а нам и сказать забыл? Смысла фильтровать слова Ким младший уже не видит. Ему нужно знать, что творит отец и как это может отразится на их жизнях. Или смертях. Тут уже как повезет. — Сейчас правительство шныряет и обыскивает крупные предприятия по типу компании, где я работаю, поэтому и есть опасение, что могут и до моей семьи добраться. — мистер Ким задумывается на несколько секунд и берет жену за руку, предлагая присесть рядом, — Поэтому у меня есть просьба именно к тебе, сын. Ну конечно, размыто описал то, о чем Тэхен и так догадывался, а теперь просьбы опять. Если его опять спросят о слезах, то он психанет. Ведь и сам не знает, что с ними. Парень жмурится и старается спокойно подождать просьбу отца, пока огонь не начал окутывать его нервные клетки. И когда эта жизнь стала настолько непонятной? — Ты говорил, что общаешься с дочкой директора Чона и я знаю, что ты учишься на одном факультете с его сыном, — Тэхен пока не понимает и только наблюдает, как вздыхает его отец, а мать просто молчит, будто зная, что последует дальше, — Прошу тебя аккуратно коммуницировать с этими детьми и желательно меньше с ними пересекаться, чтобы хотя бы из-за этого проблем не было. И вот тут то Тэхена клинит. О чем это его просит папа? Он только перестал переживать, что останется без друзей в этом элитном улье, познакомился с прекрасными людьми, а отец предлагает ему кинуть это все и быть одному. Прекрасная идея, но он уже в голове отклонил предложение, нужно решить только говорить ли вслух свое решение. И ладно бы с Чоном младшим предложил ему перестать общаться — это без проблем, он и так его люто напрягает, но кинуть Мину — равно отказаться от всей компании. Ну уж нет. — Папа, Мина очень хорошая девушка, да и остальные мне нравятся. Не заставляй меня делать выбор против друзей. — Ты не понимаешь. — звучит со стороны мамы. — Ну так объясните мне! — Тэхен, кажется, впервые повышает голос на родителей, но это его вообще сейчас не волнует. Дело даже не в друзьях, а в общей ситуации, пазлы которой ему подкидывают, как корм собаке. Их уже не мало, но полной картины сложить невозможно. — Да как ты не понимаешь, — мистер Ким тоже еле сдерживает себя. Слишком много напряжения накопилось в его теле в последнее время. — Чонгук и Мина — дети Чон Минсока. Главного в компании, на которую вот вот могут набежать с обыском. Они могут знать что то провокационное и если это всплывет, то будут проблемы у всех, кто близко с ними контактирует. Я не могу этого допустить. Тэхен застывает, на осознание идет несколько мучительных секунд. Это же логично, что говнюк Чонгук что то может знать, как и Мина собственно. Хоть он и ставит под вопрос это. Не зря ведь именно Чон Младшенький ведет себя раскрепощенно, будто знает секреты вселенной и ему плевать на всех и вся. Но ведь вопрос в другом. — А почему ты думаешь, что к нам с мамой не приедут белые человечки именно из-за твоей дружбы с вышеупомянутым директором Чоном? — и правда ведь, при чем тут студенты, которые еще нигде не работают. — Потому что, дорогой мой сын, твой папа еще умеет думать, как и его друг, у которого власть в определенных кругах имеется. А вот отвечать за действия чужих детей я не могу. Тем более, видел я этого Чонгука раз. Там о манерах даже не пахнет. Боюсь представить, что он вытворить может, если засунет свой нос куда не надо и поймет все неправильно. И если Минсок вовремя не приструнит его, конечно. Тэхен даже спорить об этом не будет, ведь лично знаком с Чонгуком. Но теперь у него поселилась мысль, что уже не дает покоя. Хочется быстрее узнать, а что же знает Чонгук такого, что это может принести проблем. Не зря же отец распинаеться здесь уже полчаса. Так и не сказав ничего существенного, мистер Ким просто переводит тему и начинает кушать уже остывший суп. А Тэхен наелся. И не только супом, поэтому искренне благодарит маму и поднимается к себе. Ловить ему там больше нечего, только злиться на родителей еще больше. А это последнее, что парню хочется. Все же он их любит и уважает, а злость — не лучшая эмоция, что должна всплывать в их семье. Зря отец заговорил, что Чонгук мог пронюхать что то лишнее, потому что идея узнать и нырнуть еще немного глубже, не покидала запутавшуюся голову Тэхена пока он не уснул. Спал Тэ на удивление отвратно и пересекая парковку, заполненную глянцевыми блестящими машинами, хотелось просто заорать от раздражения. Солнечные блики отскакивают от очередного черного спорткара и слепят уставшие невыспавшиеся глаза. В мыслях Тэхен уже начинает молится богам природы, чтобы те послали хоть какие то тучи. Иначе он умрет прямо здесь на раскаленном асфальте. Две пары он сидит будто на взрывчатке. Постоянно смотря на часы, когда же будет время убегать. По дороге в столовую Ким думает, как расспросить друзей о происходящем, ведь родители каждого за их столиком не последние люди в стране. И Мина действительно может рассказать побольше интересного чем его отец. Парню уже кажется, что любой здесь может побольше рассказать ему чем родной отец. Чувство паршивое однако. Будто все что то замыслили, а он бедолага изгой, которого не посвящают в детали и вообще глумятся исподтишка. Именно с такими мыслями Тэхен плюхается за уже привычный столик, не сразу заметив, что на удивление, кроме Чонгука тут больше никого еще нет. Осмотрев очередь он видит почти всех в самом ее конце, поэтому просто приветственно поднимает руку и в отчаянии смотрит на единственного присутствующего, что опять странно палит на него и жует уже остывшую на вид картошку фри. И когда Чон успел сюда прийти? К остальным он решает не подходить сейчас и лучше дождаться здесь, ведь еда в горло с утра не лезет, а стоять средь толкающихся в очереди студентов ему никогда не приносило удовольствия. Вот и сидят как два идиота молча, исподтишка поглядывая и проверяя, что делает его недруг. В голове Тэхена пробегают интересные мысли. Там рождается план. Сначала он планирует немного поспрашивать друзей, а не знают ли они, что за фигня происходит сейчас? Да и за фейковые слезы они наверное вкурсе. Это только Ким, как дурак, почти всю сознательную жизнь трусился над своими действиями и мыслями, чтобы не опорочить тело, а другие то точно в курсе, что это бессмысленно и ни на что не повлияет. Обидно думать, что он все же изгой в этой жизни. Хорошо, что появился шанс выбраться из лиги незнающих и Тэхен непременно им воспользуется. Ведь если друзья тоже не в курсе или не захотят его посвящать, то придется переступить себя и втереться в доверие к Чонгуку, что категорически не нравится Киму. Но тяжелые времена нуждаются в принятии сложных решений. Тэхен мысленно вписывается в план почти невозможное — попробовать поговорить с Чонгуком без нервоза. Это ведь только в его пользу будет. Тем временем, Чонгук косит глаза на задумчиво жующего губу Тэхена и собственно все. Сегодня он услышал миллион наставлений от Чимина, что честно пытался подбодрить друга и доказать, что идея втереться в доверие просто лучшая и в Чонгука непременно все получиться уже очень скоро. Ну вот он можно сказать подловил Кима наедине, а даже заговорить с ним не может. Он не боится или стесняется, вовсе нет. Просто не знает о чем с этим эгоцентричным можно разговаривать. Не начинать же погоду обсуждать, ну в самом деле. — Погода сегодня солнечная. — ну вот что он говорит. Чонгуку хочется материться и кинув картошину в стену убежать тарабанить по груше. Вдалеке от этих тягучих карамельных глаз, что непонятливо смотрят прямо на него, будто говоря «Это ты мне?» или скорее «Ты сильно долбанулся головой?». Непонятный взгляд короче. Как и его обладатель собственно. — Я имею в виду, что погода хорошая и я счастлив, что наконец все повываливались на газон и в столовой людей поредело. Не так сильно напрягают теперь. Пока Тэхен обдумывал, о чем вообще можно с Чоном разговаривать и как начать расспросы, то Чонгук, на его превеликое удивления, самостоятельно открыл рот и родил вполне безобидные вещи. Только вот непонятно зачем он вообще заговорил первым. Да еще и о погоде. Тэхену хочется засмеяться с этого. — Помниться мне, что тебе нравилась шумная атмосфера в столовой, а тут резко стал рад, что на уши не давят? — почему то в Киме просыпается странное чувство не то сарказма, не то простого желания подстрекать хмурого парня рядом. — И не выглядишь ты счастливым. Такое чувство, будто убить меня взглядом пытаешься. Я начинаю бояться. Тэхен все же не сдерживает улыбку в противовес своим словам. Просто глядя на удивленно скривившееся лицо Чона, аж на душе хорошо становиться. Кажется он открыл в себе талант искать приятное даже в плохих ситуациях. А общение с Чонгуком, как показывает практика, относится к разряду плохих и хуже. Чонгук на мгновение залипает. Что случилось с новеньким и почему он так легко отвечает ему, да еще и улыбается. Вот он и смотрит, как необычной формы губы растягиваются в быстрой улыбке, а потом Ким нагло выдергивает кусочек картошки с его руки и жмурясь жует, бормоча что то про отвратность холодного фаст фуда. А мгновение Чонгука продолжается и он наблюдает, как Ким облизывает пальцы, а затем и губы. Наверное от жирного и соленого налета с картошки. Чонгук тоже так всегда делает. Но не сейчас, когда Тэхен опять переводит взгляд на него и вопросительно вздергивает бровь, ведь ответа на свой вопрос так и не услышал. И не услышит. Чонгук как-то забыл, что там его спрашивали. Так продолжалось еще несколько молчаливых секунд, но благо за столик наконец ворвались остальные ребята и пространство сразу же наполнилось голосами. Единственное, все смотрели на Чонгука и Тэхена, что странно молчали. Один загадочно улыбался, пока второй дыру в нем сверлил. Идиллия. — Не скучали? Сегодня народ будто с ума сошел и мы топтались в очереди полчаса, пока те прожоры не могли быстро выбрать обед. — Соль элегантно запрыгивает на стул с ногами, громко возмущаясь несправедливости. — А вы че тут сидите такие, будто курнули что то запрещенное. Чон Чонгук, очнись, тебя вызывает сосиска гриль. Чонгук даже пикнуть не успел, как эта наглая блондинка уже ткнула ему сосиской в соусе куда то в щеку. Зря она это сделала, ведь Чонгук не совсем дружит с понятием «контроль», у него уже красная тряпка перед глазами мигает в виде маленькой бесцеремонной девушки. Но увы, порыв накричать и показать где чье место прерывает неожиданное касание холодного пальца к его щеке. За столом резко все заткнулись, наблюдая будто в замедленном режиме, как Ким проводит пальцем от скулы к уголку губ Чонгука, вытирая коричневый острый соус, а потом опять облизывает этот палец. Да еще и смотрит на всех, будто ну что здесь такого, просто вытер пятно, пусть еще спасибо скажет. А Чонгук не скажет, он даже не знает, что можно на это действие сказать. У него уже и красная тряпка с глаз пропала и воздух в легких, кажется, тоже пропал, и глаза начали засыхать, ведь мигать он перестал по ощущениям очень давно. Тэхен видит недоумение на лицах ребят и удивляется сам себе. Потому что ему нравится эта картина. Особенно Соль и Мако, что вообще в шоке рты пооткрывали. Ким ловит себя на мысли, что раньше он никогда не додумался бы препираться с кем то или намеренно смущать других. А сейчас будто глоток чистого воздуха. Вот это забава для души, что сама себя в рамки загоняла, а теперь решила выбраться с долгого заключения. — А мы с Гуки здесь погоду обсуждали, представляете? — видимо никто не представлял этого, да и не особо понимали чему Ким радуется вообще. — Он разрешил тебе называть себя Гуки? — старшая Чон вообще в шоке от неожиданно пришедшего в голову сокращения, поэтому сразу же объясняет — Он даже отцу запретил так называть себя. — А мне нравиться, — уже почти скалится довольный Тэхен, смотря прямо в черные глаза нахмурившегося парня рядом, — и вообще мы теперь друзья, которым солнце одинаково нравиться, поэтому он и разрешил называть себя Гуки. Правда, Чонгуки? Ребята за столом до сих пор не вдупляют, что происходит, а Хосок и Мина вообще странно переглядываются в ожидании всплеска агрессии. Они знают нестабильный характер Чона намного лучше остальных, сидящих за столом. Но время идет, а Чонгук все так же не двигается да и не говорит ничего, только смотрит на Тэхена безумно. В голове у него кровавый парад мыслей. Хочется размазать миленькое выражение на лице новенького. А еще заломить эти на вид не сильные руки и сдавить тонкие пальцы, чтобы больше не смел даже тянуть их в его сторону, не то что касаться. И конечно же оторвать язык. Как ему вообще пришла мысль назвать его этим слащавым прозвищем? Ну да, сейчас он невероятно счастлив иметь такого друга. Чонгук даже ощущает фантомную пульсацию содранных косточек на правой руке, но резко заставляет себя успокоиться. Он так и не нашел свой действенный метод успокоения. Пробовал считать в уме до десяти, стискивать кулаки в карманах до жестко натягивающейся кожи или вспоминать что то хорошее из прошлого. Это все не работает с ним. Но сейчас ситуация другая и смотря на веселого Тэхена, которому собственно и хочет оторвать голову до зуда на спине, он все равно на удивление успокаивается. Ведь пока непонятно, чего добивается этот парень, но если это его метод подружиться, то Чонгук не имеет права разрушить такую удачу. Птичка сама летит ему в руки, не время махать кулаками, а то спугнет. Чимин ему этот провтык вспоминать до смерти будет. Поэтому Чонгук медленно поднимается и становиться позади Тэхена, что уже не выглядит таким веселым. Осознание некой власти над ситуацией, начинает расслаблять сильно напряженное тело Чона. Он ложит две руки на плечи, что оказываются достаточно широкими и на потеху Чону, достаточно напряженными сейчас, и легко улыбается, приводя в шок вообще всех окружающих, что стали свидетелями его поведения. — Ага, Тэхенни, — Чон специально немного давит на плечи парня, выделяя его имя, — У нас, как выяснилось, так много общего, что я начинаю благодарить судьбу за нашу встречу. А Тэхенни хочет скривиться от этого фарса, что начинает надоедать. Видимо он переоценил свое умение играть. Да и терпение вообще ни к черту. Он немного подкидывает плечо, намекая, что пора бы убрать свои ручонки, но чувствует, что хватка стала только сильнее. Вечером в зеркале Тэхен точно увидит большой синяк возле тонкой ключицы, которая еще немного и треснет под напором сильных пальцев. Но падать в грязь головой он не собирается, и раз сам начал этот спектакль, то завершит его достойно, чтобы в конце были аплодисменты и цветы. Быть позорно закиданным гнилыми помидорами и тухлыми яйцами не в его правилах. Пусть вон Чонгук забирает себе эту роль. Тэхен еще и поможет подобрать более вонючие экземпляры. — Тэхен, кстати, очень просил показать ему мою каморку и боксерскую грушу, представляете? — тон Чонгука был настолько наигранным, что сидящего в его руках, как в заложниках парня, аж блевать потянуло, — Вот смотрю к паре у нас еще время есть, поэтому забираю его у вас. Все равно он уже наелся, когда слизывал соус с моих щек. Правда, Тэхенни? Тэхен медленно выпутывается из крепкой хватки и поднимается вровень Чонгуку. У них рост почти одинаковый, что очень удобно для стрельбы молниями из глаз. Тэхен старается думать о бреде по типу этого, чем о сконфуженно наблюдающих ребят и непонятном поведении Чонгука. Что вообще за пиздец происходит сейчас? Кажется, этот вопрос настигает этих двоих одновременно. А потом Чонгук хватает Кима за руку и на буксире выволакивает из столовой. Одновременно с этим, стоя в сторонке, окончательно давиться Чимин и ловит газировку уже выходящую носом. Он понятия не имеет, что задумал его друг-кретин, но происходящее за тем столиком даже издалека выглядело дико. Пак раз пять порывался остановить своего друга от убийства, видя действия их жертвы. Хотя после сегодняшнего еще нужно подумать, кто тут жертва на самом деле. — А новенький то не промах. Я думал Чон ему эти пальцы в жопу засунет, после того как тот вытирал ему соус при всех, — Юнги не выглядит удивленным, хотя глубоко внутри переживал за мальчишку и его мордашку. Друг у них вспыльчивый немного, а тот будто специально в самое пекло лезет. — Я так смотрю, что он скорее свои пальцы ему в жопу засунет. — Чимин до сих пор не решил как реагировать, но вчерашний разговор с другом он не забыл уж точно. Выводы сами напрашиваются на язык, но Чимин умный друг, поэтому пока понаблюдает и помолчит, а то его и без языка оставить могут. А Юнги тот очень даже обожает. — Даже спрашивать не буду, что за странные предположения летают в твоей головке, поэтому заканчивай давиться колой и пойдем посмотрим не убил ли он все же новенького. Можем ставки сделать, кто выживет или как будут события развиваться. Мин лукаво подмигивает и тащит своего парня на выход, обнимая за талию. А Чимин как маселко в теплых руках. Тает и поддается без уговоров.***
Не то чтобы Тэхен сильно сопротивляется, когда его тянут за руку по направлению каморки Чонгука, но все же хватка в парня зверская. Сейчас Ким просто молча следует и взвешивает будущий урон, который непременно прилетит в него. Остается надеяться, что лишь в виде плохих словечек и грозного взгляда, а не кулаком в лицо. Не зря же Чонгук хотел ему грушу для битья показать. И казалось бы, он должен хотя бы нервничать, но пока что его переполняет интерес предстоящих разборок, или чего там, ну и боль в руке, которую сдавили так, что еще минута и ее можно будет ампутировать за ненадобностью. И вообще, какого черта его так сильно дергают, он ведь даже не сопротивляется. Идет себе послушно, даже расслаблено. Смотрит на напряженную руку и плечи Чонгука. Тот, как всегда, одет в балахон какой то, но результаты физических упражнений даже слепой увидит. Хоть они и роста одного и плечи не сильно разнятся, но Чонгук прям прокаченный, а Тэхен просто подтянутый. Ему опять даже обидно стало, потому что потому. И вообще не завидует он. Если вспомнить, то девчонкам он и без мышц всегда нравился. Тэхен правда не пользовался этим никогда, но зато душу сам факт тешил. Поэтому самоистязаний по поводу внешности у него никогда не было. Пока Чонгук сдавливал длинные пальцы все сильней, поворачивая в нужный и похоже вечно необитаемый коридор, то Ким впервые задумался, а почему собственно он никогда не был на свиданиях и не встречался ни с кем. Был момент, когда его бывшая одногруппница, кстати очень спокойная и хорошая девочка, втиснулась ему в рот своим языком на вечеринке, но он перепугался от неожиданности и, собственно, на этом и заканчиваются все его любовные истории. Молодец, Тэ, это прям лучший момент для мыслей о неудавшемся первом поцелуе и отсутствии второго, как минимум. Именно тогда, когда твою тушку закидывают на черный мягенький диван. Удобно. Чон говнюк со стуком закрывает двери и такое чувство, что сейчас руки в боки поставит да орать начнет, как мать на непослушного ребенка. Дуется и пыжится, наверное со всех сил сдерживает себя, чтобы не покалечить наглую мордашку Тэхена, что и не думает каяться и просить прощение на коленях. А за что это он должен? Вроде ничего плохого не успел сделать еще. Хотя в последнее время так и хочется натворить чего то такого незаконного. И так мир под откос идет, чего медлить и сомневаться? — И что за цирк ты устроил за столиком? — Тэхену показалось, или на него сейчас рычат? — С чего это нам с тобой подружками быть? Вчера ты даже в сторону мою не смотрел, а сегодня уже за ручку по коридору за мной бегал. —Мы не бежали, а вполне спокойно себе прогуливались, это во первых. И тащил меня за собой именно ты. — звучит слишком бесстрашно и чувствуется, кстати, также, — Это уже во вторых. У меня наверное рука распухнет после твоих дружеских держаний. Чонгук вообще не понимает этого парня и терпеть тупое поведение не намерен. Да простит его Чимин, но сейчас он все выяснит раз и навсегда, а там уже будь как будет. — Признавайся, что тебе от меня нужно? Чонгук так и продолжает стоять в метре от Кима и смотреть свысока. Но если ему так удобней, то Тэ готов пойти на уступки. Спешить отвечать он не намерен. Так ведь не интересно. Хотя Тэхен и решил уже, что в лоб спросит то, что его интересует и попытается не облажаться в своей прямоте, а узнать хоть что то стоящее. Поэтому, не спеша садится удобней и пытается словить надменный взгляд, что гуляет по его сидящей фигуре уже минуту где то. Ну ничего, спешить то некуда. В Тэхена окно, а этот и так никогда не следит за расписанием. Без проблем переживет еще одну пропущенную пару. — Мне так то от тебя ничего не нужно. Это ты проявляешь нездоровую заинтересованность во мне. — низкий смешок заполняет уши Чонгука и поднимает уровень злости сразу на пять градусов выше. Так и до закипания недалеко, — Или ты думал, что я не увижу твоих косящих взглядов все это время. Похоже писать чистосердечное тут нужно именно тебе, Чон Чонгук. Если бы Чон был чайником, то уже бы засвистел. Какого черта он должен слушать эти бредни, да еще и оправдывать свои действия перед этим. Ну уж нет, новенький не станет им помыкать точно. — А ты чего такой смелый то заделался, ситуация в любом случае не на твоей стороне. — лицо Чона окрашивает конвульсия вместо улыбки. Злость контролировать с каждой минутой все тяжелее, — Это ты уже минут пять, как жуешь свою губу и мнешь пальцы, видимо в важных раздумьях перед чем то, да? Чонгук успел насмотреться на искушенную губу и на руки также. Лицо парня на самом деле вообще не передавало страх или хотя бы опасения, сидел он все это время уверенно и даже нагловато, что ужасно бесит Чона, но вот это нервное живание нижней губы явно выдает его нового друга в заминке перед чем то. Чон надеется, что перед исповедью. Искренней и желательно короткой, чтобы не бесил лишний раз. Этот новенький с первого взгляда кажется Чонгуку мутным. Пришел тот час для выяснения причины. — А ты перестань пялиться на меня постоянно, а то я неправильно пойму тебя, — Ким в шоке сейчас от себя, но не время для анализа случайно вылетевших слов. Все потом, — Нам же не нужны недопонимания. Тебе, мне, студентам. Тэхен видит, что перегибает и такие шуточки явно Чону не смешны. Скорее наоборот. Вот он даже шаг вперед делает и рот открывает. Наверное, чтобы сожрать Кима вместе с волосами, чтобы без остатка, и причмокивая в удовольствие. Но в планах Кима сегодня нет собственной смерти, поэтому не дожидаясь агрессии со стороны он вытягивает ладони в защитном жесте и сразу выпаливает не до конца продуманные просьбы. — Чон, не бесись, пожалуйста. Я и правда не понимаю, почему ты невзлюбил меня, но я хочу начать нормально общаться. Мы ведь взрослые люди. — Ты путаешься под ногами, шныряешь в моем кабинете, несешь какую то дичь перед студентами, распускаешь свои ручонки и потом говоришь о нормальном общении. — Чонгук не повышает голос, но точно злится. — Ты больной, или обдолбался где то? — Вообще то, я уже говорил, что не лазил в этой твоей берлоге. Да и есть мою еду и ногами пинаться ты первый начал. — Ну вот опять они не туда сворачивают, а Ким же хотел мир предлагать, — Да и о солнце именно ты первый заговорил. Тэхен от абсурдности всего диалога аж руками размахивает и поднимается, проходя вглубь комнаты, опираясь на стол. Чтобы больше не тянуть взгляд вверх. Надоело. — Серьезно, Чонгук, поумнее ничего придумать не смог? Это такая попытка подружиться или не дай Бог пофлиртовать? Ох, может именно ты с головой не совсем дружишь? — парень не повышает голос, а наоборот, будто в порыве недоумения он у него стал глубже, ниже. — Я же и правда сейчас хочу исправить наше отстойное знакомство, если ты планируешь и дальше таскаться в нашей общей компании, то было бы неплохо прийти к пониманию. Тебе не кажется? Чонгуку на самом деле тоже так кажется. Ну и задание у него именно втереться в доверие, а не спорить и орать постоянно. Но как же его бесит такое надменное поведение именно от Тэхена. Опять строит из себя хорошего и правильного. Но Чонгук все так же ему не верит и его крайне бесят услышанные слова. Да за кого Ким себя принимает, что постоянно тыкает в него похабными намеками. Слишком самоуверенный, раз думает, что Чон опустится до флирта к такому как он. Да и на девочку тот и близко не тянет, поэтому пролет в квадрате. Чонгук опять загорается и пыхтит, потому что даже родной друг предатель. Как он додумался предложить, что сам Чон может глаз на новенького положить? Его окружают одни предатели, да идиоты. Но ничего. Он камень, скала. В нем буяет сдержанность и сила. Да он тотожность к слову сила. Нельзя опускаться к избиению немощных. Руки прячутся в карманы широких джинс от греха подальше. Забавно. Поэтому, Чонгук игнорирует высокопарную речь и акцентирует внимание на важном в его ситуации. Читать как: «сам решу на что хочу ответить». — Хорошо, допустим я принимаю твой запрос на дружбу. Будет всем намного легче, если ты перестанешь огрызаться и мы... — Я перестану? — Тэхен аж рот открыл в шоке, — Мне кажеться, или ты не умеешь налаживать ситуацию, ведь в твоем случае нехорошо переводить все свои провтыки на меня. Опять поражение, Чонгукки, давай начинать сначала. — Да ты задолбал, — Чонгук подходит ближе и пинает ножку стола, рядом с ногой Кима, — Я тут пытаюсь все исправлять, как ты и говорил, а ты перебиваешь постоянно и опять огрызаешься. Замолчи хотя бы на минуту, будь добр. Тэхену не совсем удобно так близко стоять с левым человеком, что немного агрессивный по жизни, походу, но зато у него есть возможность рассмотреть каждую гневную морщинку на лбу и желваки от крепко стиснутой челюсти. Пользы никакой, зато отвлекает и успокаивает. — У тебя зубы еще не покрошились? — Ким знает, что вопрос тупой и точно не способствует мирной беседе, но ему и правда интересно. — Что? — Ну, ты челюсти так сильно сжал, что наверное больно? — сейчас Тэхен может понять почему парень напротив думает, что он странный. Но хоть атмосферу разрядить получилось. Вон, лицо расслабилось да и угольные глаза перестают мружиться. Хорошо же получилось? — Ты точно шизанутый. За что мне это? Вопрос был риторический, да и спрашивали смотря в стену, поэтому Ким выбирает промолчать. Он и так тут наговорил на год вперед. Еще недели две назад он бы и не посмел так спорить с кем то, тем более выражаться негативно. А сегодня жизненный лимит использовать решил, никак иначе. — Мне надоело спорить ни о чем и пора закрывать эту лавочку, — Чон сбавляет обороты и его голос даже не сбоит, а вроде как вполне дружелюбно звучит. Мысленно он себя хвалит за прогресс, — Предлагаю честно признаться, что нам друг от дружка нужно и наслаждаться жизнью без пустых ссор. Как тебе такой поворот? — Фух, это именно то, на что я рассчитывал, — Тэхен опять легко растягивает губы, мысленно подпрыгивая от первой удачи, — Но только я все же рассчитываю на твое понимание, человечность, добропорядочность и честность… Чонгук уставился на то, как Ким загибает пальцы, медленно пересчитывая черты, что уж точно не присущи ему в таких ситуациях, с мутными ребятами по типу этого. Ну да, карман шире. Чон конечно искренне попытается по мере возможности, но обещать точно не собирается. — Хорошо, я тебя понял, — нужно останавливать, а то Ким, видимо, знает еще много словечек с набора порядочного человека, — Давай ближе к сути. — А почему это я первый буду признаваться? — как-то по детски возмущается Тэхен, — Это ведь ты первый начал за мной бегать. — Не веди себя как ребенок, и это ты первым о дружбе со мной заговорил, поэтому тебе и признаваться. — Ну а Чонгук в свою очередь очень по взрослому складывает руки на груди и становится в защитную позу. — Ну ладно. Только ты пообещал помочь и честно ответить мне, — Чон не помнит, когда успел дать обещание, поэтому молча ждет не выдавая этого, — Короче, так сложилось, что я только недавно узнал о системе в нашей стране не со стороны обычного среднестатистического жителя, а со стороны богатеньких людей при власти. По типу твоего отца, ну и логично что тебя. Как части его семьи, бизнеса или как там это работает. Тэхен делает короткую паузу, а Чонгуку немного не нравиться о чем начинает разговор этот парень. Он, если честно, не этого ожидал и ему не хочется затрагивать откровенно опасные темы с кем то кроме Чимина или Юнги, которым доверяет как себе. Новенький же напротив, не вызывает доверия вообще. Слишком непостоянный. А Ким не видит как опять напряглись плечи напротив. — Я не смогу тебе объяснить нормально, если буду что то скрывать, поэтому лови правду, как и желал. Тэхен устал и хочет во всем быстро разобраться, вот и поставил все свое доверие на Чона. Может зря, но назад дорога все так же перекрыта, а по бокам все те же бетонные стены. Остается идти только вперед, а на его пути внезапно возник именно Чонгук и мигает ярким пятном постоянно. Возможно это судьба такие приколы сложные ему загоняет, а может это будет большая ошибка? Вот сейчас он и узнает. — Нас же здесь никто не услышит? — Тэ все же не дурак и лучше подстраховаться. — Даже если ты начнешь орать, все равно никто не услышит, — Чонгука позабавил вопрос, но за здравомыслие Кима нотка уважения проскользнула в мыслях. Хоть в чем то умненький и продуманный. — Поэтому постарайся не разозлить меня, а то на помощь никто не сможет прийти. — Запугивать будешь этих мальчиков, что в рот тебе заглядывают и готовы выполнить любой каприз, а мне пофиг на твои мышцы и дерьмовый характер. — Так уж пофиг? — Чон немного растягивает гласные. И когда это его раздражение успело перерасти в веселье? — Это ты еще мой пресс не трогал просто. В голове Чонгука горит красная лампочка с надписью «кретин». Какого хрена он додумался совместить в одном предложении флирт и намек его пощупать. И все это в направлении человека, что ему немного неприятен. И касания его пальцев представляются точно, как мерзкие скользкие щупальца, после которых останется полоса ожога. И неважно, что новенький сегодня уже практиковал свои касания и отторжения организм Чона не предоставил. Предатель походу. — Фу, оставь свои мечтания при себе, а то сейчас верну тебе единственный съеденный кусочек картошки. — Тэхён уже настолько привык спорить с этим дурачком, что его нисколько не тревожат выбранные для этого темы. — И завались наконец то. Я же на серьезные темы говорить тут пытаюсь. Чонгук возвращает напряжение во все клеточки своего тела и готовится по быстрому бортануть пацана, чтобы не развивать заданный ранее путь и лишний раз не искать себе проблем в и так не слишком радужное существование. — Значит так, я знаю, что ты что то знаешь о ситуации, которая развивается сейчас в стране. — Тэ видит как его опять хотят перебить, а поэтому на несколько секунд прикладывает ладонь ко рту напротив, мягко намекая не открывать его сейчас. — Потом успеешь выговориться, а сейчас скажи мне, что ты знаешь об изменении слез и почему Глава начал охоту на людей в открытую. Еще неделю назад мне просто интересно было, но сейчас это напрямую влияет на судьбу моей семьи. И твоей вообще то тоже, ведь мой отец работает у твоего. Я хочу быть уверен, что с ним будет все хорошо. И да, я уже знаю что слезы — лишь способ править эмоциями и действиями людей. Ну вот, выпалил все на одном спертом дыхании и стоит моргает, сложа руки на груди для важности своей фигуры. В режиме ожидания, которое затягивается слишком долго. Если бы в комнате висели часы, то своим тиканьем в полной тишине они бы успели свести с ума. Тэхен старается не дышать и с каждой прожитой секундой все четче ощущает всепоглощающее чувство несправедливости. Он видит, что задумчивая фигура напротив заворачивается в кокон терзаний. Тик Так, все больше слоев отделяют Тэхена от правды и порождают бессилие. Он оголил перед Чоном правду своих переживаний, надеясь на понимание, а его отторгают, будто непрошенного паразита. Доверие слишком поганое чувство. Ты вручаешь человеку не только частичку себя, но и молоток с платочком. А потом остается только наблюдать: разобьют или аккуратно завернут и спрячут в нагрудный кармашек. Молчание Чонгука отдает громкими ударами молотка в черепной коробке Кима. Они так и стоят, каждый сам в своем мирке. Только Тэхен уже миллион раз пожалел, что дверь в свой он решился приоткрыть. Наконец комната, поглощенная у вакуум, наполняется первыми движениями и низким раздраженным голосом. — Спрашивать откуда ты узнал хоть что то, я не буду, все же ты с моей сестрой и ее непутевыми друзьями общаешься. Но вот скажи мне, почему ты думаешь, что именно я осведомлен большей информацией, чем тот же среднестатистический человек в стране? — Не смеши меня. Еще недели две назад я был тем самым среднестатистическим и общался с такими же. И ты прекрасно знаешь, что простым жителям такую информацию по телевизору не рассказывают, и только некоторые задумываются, и тем более догадываются в чем же проблема. — и на что Тэхен рассчитывал, когда решил спросить именно Чона младшего? Только бесит опять, а ведь намечалось перемирия... — А сейчас вырос в статусе и решил засунуть свой нос в большие дела плохих дядь и теть? — Чонгука выводит самоуверенность новенького. Таким как он, лучше жить в серой массе и сидеть ровно на жопе. — Так я тебе говорю наперед, что его тебе оторвут. Лучше иди уроки учи и с подружками своими по кафешкам бегай, или чем ты там любишь промышлять. А обо мне в таких темах даже не думай вспоминать, а то я и сам твой нос оторвать могу. Это тебе понятно? Тэхену все понятно. Он сразу понял, что этот парень его приравнивает чуть ли не к грязи, что постоянно налипает на подошве грубых черных ботинок. Но также он понимает, что не простит себе, если уйдет ни с чем, так еще и в дальнейшем нужно будет продолжать терпеть компанию такого кретина. Отступать не в правилах такого примерного мальчика как Ким Тэхён. Всегда только вперед, за что б он не брался в своей жизни. Факт того, что ранее он не ввязывался во что то такое же смертельное, максимум это в олимпиады или волейбол какой, его не заботит сейчас. — Меня не интересуют твои благородные наставления по защите моей задницы, которой уже не интересно просто сидеть на месте. Поэтому я не уйду отсюда, пока ты не перестанешь быть говнюком и как минимум, взаимно не поделишься со мной, почему уже неделю как не сводишь своих глаз с моей персоны. — Тэхен и правда не собирался уходить и готов бойкот устроить, поэтому отпихивает недоумевающего Чона и садиться обратно на мягенький диван. — Ну давай же, мы договаривались об этом. Не опускайся еще ниже в моих глазах, ведь и так уже на уровне пола. — Ты хамишь мне и ожидаешь какой то помощи и ответов. Не умно совсем. — даже смотря сверху вниз, Чон не ощущает превосходства, ведь Ким разложил свою тушку и прям пыхтит уверенностью. — Ну я пытался построить доверительные отношения и, возможно, даже стать хорошими приятелями поймав одну волну, но ты, Чон, подлая касатка. Только и умеешь, что сбрасывать в воду и кусаться, не оставляя шанса вернуть равновесие. — Тэхён смотрит осуждающе и прямо в душу, которою отбелить не получалось, а фильтры нифига не помогают. — Поэтому предлагаю тебе особые партнерские отношения с привилегиями. Чонгук аж воздухом подавился. То он касаткой его называет, то он предлагает… А собственно, что этот немощный только что предложил? — Выдохни. Меня пугает отражение твоих мыслей на лице. Ты что и правда втюрился в меня? — Ким уже в открытую забавляется, — Тогда почему ломаешься? Давай, помоги мне и я, так уж быть, обниму тебя утешительно, или на кофе куда то свожу. Для такого дела разок опозориться мне не станет проблемой. — Пошел вон отс… — Чонгук, я жду ответа и готов ставить подпись под нашей выгодной сделкой. — нагло перебивать и злить Чона младшего для Тэхена становиться неотъемлемым хобби, — Не кипятись и просто ответь для начала, что ты хочешь от меня взамен? Внутри Чонгука ураган, который хочется выпустить с помощью проверенной годами грубой силы. Это чувство распыляется по организму и заполняет каждую микрочастицу напряженного тела. Предел близко, Чону срочно нужно придумать как остановить себя от убийства. Невыносимо смотреть в эти наглые глаза и терпеть издевки. Перед ним всплывает жирный вопрос «Как разрешить ситуацию в свою пользу без травмоопасных поступков?» И кажется Чонгук действительно сошел с ума и точно пожалеет о том что скажет. Возможно, это будет главная ошибка в его жизни. А реакции Чимина он даже представлять боится, но… — Да, Ким, ты совершенно был прав. — длинная пауза для лучшего эффекта, — Ты мне понравился на второй же день, а я боялся этого чувства и вел себя как мальчишка, обижая тебя. В каморке опять тишина, только уже не такая как ранее, когда оба были серьезны и в мыслях витали злость и переживания о будущем. Сейчас это более эпичная тишина. Как в дурацком ситкоме. Театрально открытый рот и выпученные глаза в одного присутствуют, наигранное покаяние в другого тоже. Не хватает только закулисного смеха, оханья и аплодисментов. А так то идеальная картина, хоть сейчас в прокат выпускай. — Чонгук, с тобой все нормально? Может у тебя температура? — Ким медленно поднимается и пробует лоб ладонью, проверяя жар, — Я сейчас медсестру позову, она тебе какой то укольчик сделает. От бреда. — Ты хотел услышать правду, а я не стал скрывать. Вот и живи теперь с этой информацией. — Чонгук правда ходит по тонкому льду и план дальнейших действий выстраивает такой же хрупкий. А ведь он на самом деле не касатка и если провалиться, то будет как минимум неприятно, а как максимум никак. Вообще уже никак не будет, — А теперь давай заключать сделку. — Какую сделку? Ты с ума сходишь, а я с психами боюсь водиться. — Тэ не понимает, как тупые шуточки могли превратиться в еще тупее реальность, — Скажи честно, ты так поиздеваться решил? Может здесь где то камера и с той стороны сидит угорает твой дружок Пак? Тэхен наиграно вертит головой в поисках доказательства его теории, а Чонгук думает лишь о том, что ржачь Чимина еще придется пережить. И к сожалению не Киму, а именно ему. Ведь сложно объяснить, как в его рассудительной головушке появилась эта тупая мысль имитировать симпатию. Дружбу просрали — вытягиваем козыри. — Повторю в последний раз. — Чонгук даже ближе подошел к почти испуганному телу, чтоб не убежал, — Ты. Мне. Понравился. Почти сразу. И теперь, когда я признался в этом, у тебя нет возможности убежать от меня. Тэхен залипает на губах, что четко выделяют каждое слово, которые взрываются фейерверками в теле. Он не в восторге, это скорее испуг от непонимания и осознания. А еще ему впервые настолько открыто заявляют о симпатии. Тэхен потерян и не знает как на такое можно реагировать. А ведь Чонгук парень, а не милая девочка с хвостиками и в платьице, на которых раньше Ким мог кинуть заинтересованный взгляд. Перед ним стоит совсем не хрупкий, а даже очень наоборот, парень. Черные волосы завиваются на концах в удлиненной прическе. Из-под футболки, на шее и руках, виднеются татуировки, которые (он будет честен с собой) Тэхен хотел рассмотреть целиком еще когда впервые заметил выглядывающие рисунки. Высокий, поэтому хмурое лицо с четко выделенной линией челюсти, находится прямо напротив его собственного. Что тоже необычно. Да и факт того, что эта оболочка наполненная неприятными качествами, в понимании Тэхена конечно, сразу перекрывает даже мысль о положительном завершении всей этой истории. — Чего уставился? — Лицо Чонгука резко приблизилось, что испугало и так ни черта не понимающего Тэхена и заставило того отпрянуть назад, — Не бойся, не буду же я обижать объект своей симпатии. Раз друзьями нам точно не стать, то давай по быстрому обговорим сделку. Я уже все придумал. Тэхен пока не совсем вернулся в эту вселенную, но на периферии четко слышит и понимает происходящее. — И что же ты придумал? — Тэ думает, что больше его уже ничем не удивить. — Я тебе расскажу все что знаю, а ты просто будешь проводить со мной время иногда, и перестанешь выпускать иголки, а то они по венам мне прямо к сердцу несуться, а это слишком больно, вообще то. — Чонгук немного перегибает даже для себя, но это не проблема, судя по отсутствующей негативной реакции Кима. А нет, вот это сюрприз, ведь Тэхен опять удивлен. Какие такие иголки и почему он должен проводить с Чоном свое время? А как много и как часто? Важный вопрос, от которого зависит его ответ и видимо любовь Чона. Даже звучит бредово. — Взамен на информацию ты предлагаешь мне не плевать в тебя своим презрением и общаться иногда? — Ким к такому раскладу готов, если этот кретин перестанет его бесить, то не будет причин «выпускать иголки», — Время на обеде тебе же достаточно будет? Ну нееет, Тэхен не хочет опять видеть эту гаденькую, фирменную улыбочку Чона. Она уже стала полноправным пятым членом всадников апокалипсиса. Если увидел — жди катастрофы. — Неа, сладкий мой, так не пойдет — Чон в уме дает себе подзатыльник за выбор эпитетов, — Обедов мне мало, разве что в этой комнате и наедине. Поэтому давай свой номер и встретимся на днях в каком то укромном местечке для исполнения моей части договора. Ну и твоей заодно. Тэхен беситься, когда вырывает чужой мобильник и записывает свой номер. Беситься, когда смотрит на нерассасывающийся оскал на лице брюнета. Беситься, когда слышит вибрацию в своем кармане и записывает ненавистный контакт ласковым «Гуки». И тем более беситься, когда дверь открывается и на него смотрят две пары подленьких глаз. — Мы тут мимо проходили, — Чимин даже не пытается скрыть ложь, — У вас же все хорошо? — А у нас любовь тут, прекраснее и быть не может. — издевательски тянет Тэхен, смотря прямо в черные глаза на лице, что будто скорлупой, резко покрылось раздражением. С чего бы это? Он не ждет ответа, а просто уходит от надоевшей ситуации как можно дальше. Не забыв распихать двоих гостей на выходе. Немного полегчало. Дверь открывается и вдохнув глубже, Ким будто заново ощутил кислород в легких, до этого на их стенках могла лишь оседать давящая аура с гнилой отдушиной. Тэхен чувствует себя проигравшим в игре, о правилах которой его любезно забыли предупредить. Но в мыслях нет печали, а только твердая уверенность, что он может воспользоваться этой недо сделкой. Раз ему родные родители не хотят открывать завесу жизни, то он вступит в это болото сам. Остается только надеяться, что если и начнет затягивать, то найдется человек, который все же протянет ему руку помощи. Или хотя бы веточку какую.
